Решение № 2А-24/2021 2А-24/2021~М-23/2021 М-23/2021 от 2 марта 2021 г. по делу № 2А-24/2021

Решение

именем Российской Федерации

3 марта 2021 года город Улан - Удэ

Улан – Удэнский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего Фомичёва А.Н., при секретаре судебного заседания Романовой И.К., с участием административного истца <данные изъяты> запаса ФИО1, его представителя адвоката Ковалева В.А., представителя административного ответчика ФИО2, прокурора – помощника военного прокурора Улан – Удэнского гарнизона <данные изъяты> юстиции ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело № 2а-24/2021 по административному исковому заявлению бывшего военнослужащего войсковой части 11111 ФИО1 Сырен - Доржаевича об оспаривании действий командира войсковой части 11111 по привлечению к дисциплинарной ответственности, досрочному увольнению с военной службы и исключению из списков личного состава воинской части,

установил:

Приказом командира войсковой части 11111 от 19 ноября 2020 года № к <данные изъяты> ФИО1 за совершение грубого дисциплинарного проступка, выразившегося в нарушение запретов, установленных в пунктах 1.1 и 1.3 статьи 7 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», иметь при себе при исполнении обязанностей военной службы электронные изделия бытового назначения, которые позволяют с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» распространять или предоставлять фотоматериалы, а также распространять с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» информацию, позволяющую определить принадлежность или предназначение военнослужащих, к Вооруженным Силам Российской Федерации, было применено дисциплинарное взыскание в виде досрочного увольнения с военной службы.

Во исполнение данного приказа административный истец приказом командира войсковой части 11111 от 19 ноября 2020 года № был досрочно уволен с военной службы на основании подпункта «в» пункта 2 статьи 51 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» в связи с невыполнением условий контракта, и приказом того же должностного лица от 11 декабря 2020 года № был с 24 декабря 2020 года исключен из списков личного состава воинской части.

Будучи несогласным с приведенными действиями административного ответчика, ФИО1 их оспорил, указав в административном исковом заявлении, что грубый дисциплинарный проступок он не совершал, объяснений по нему не давал, с протоколом о грубом дисциплинарном проступке ознакомлен не был, иных дисциплинарных взысканий не имел, в связи с чем безосновательно уволен с военной службы. Аттестационная комиссия на предмет его досрочного увольнения с военной службы, как и соответствующая беседа, с ним не проводились.

В судебном заседании ФИО1 предъявленные требования поддержал и пояснил, что в период с 26 октября по 4 ноября 2020 года, в связи с заболеванием новой короновирусной инфекцией Covid-19, находился на стационарном лечении в Многофункциональном медицинском центре федерального государственного казенного учреждения «437 Военный госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации. В период лечения все время находился в двухместной палате № 5. По прибытии на службу командованием подразделения он был обвинен в использовании в период лечения мобильного телефона марки iPhone 7, исполнении с его помощью фотографий палаты и распространении их в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», чего он, однако, не делал и такого телефона никогда не имел. Составленные им объяснения, опровергающие совершение грубого дисциплинарного проступка, должностное лицо, проводившее разбирательство – <данные изъяты> Щ.Д.А. приобщать к материалам отказался. О составлении в отношении него протокола о грубом дисциплинарном проступке он был уведомлен, но знакомиться с ним отказался. Беседу о предстоящем увольнении с военной службы с ним никто из должностных лиц не проводил. Поскольку к дисциплинарной ответственности он привлечен необоснованно, последующие приказы о досрочном увольнении с военной службы и исключении из списков личного состава воинской части явились незаконными. При этом, по иным основаниям, в том числе и связанным с полнотой произведенного расчета, он данные приказы не оспаривает.

Представитель административного ответчика ФИО2 требования административного истца не признала и пояснила, что начальнику медицинской службы войсковой части 22222 из вышестоящего органа военного управления поступила информация о размещении в социальной сети Instagram кем – то из военнослужащих, находившихся на лечении в Многофункциональном медицинском центре федерального государственного казенного учреждения «437 Военный госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации, фотографий лечебной палаты, вызвавших среди населения Республики Бурятия большой резонанс, негативно влиявший на авторитет Министерства обороны Российской Федерации. Должностными лицами военного госпиталя по размещенным в социальной сети фотографиям была установлена фигурировавшая на фотографиях палата Многофункционального медицинского центра, а в дальнейшем – и автор снимков, кем оказался <данные изъяты> ФИО1 В связи с наличием в таких его действиях признаков грубого дисциплинарного проступка командованием подразделения проводилось разбирательство, по итогам которого командир войсковой части 11111 применил к военнослужащему дисциплинарное взыскание в виде досрочного увольнения с военной службы. Процедура последующего увольнения ФИО1 с военной службы и исключения из списков личного состава воинской части была выполнена в полном объеме.

Заслушав объяснения сторон, показания свидетелей Б.Д.Б., Щ.Д.А.., К.А.А., П.С.Н., В.Е.В.., Б.Р.Ш. и Б.Л.Л.., исследовав письменные доказательства и выслушав заключение прокурора <данные изъяты> юстиции ФИО3, полагавшего необходимым отказать в удовлетворении административного иска, военный суд исходит из следующего.

В соответствии с частью 3 статьи 32 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» условия контракта о прохождении военной службы включают в себя обязанность военнослужащего добросовестно исполнять все общие, должностные и специальные обязанности, установленные законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В то же время, согласно подпункту «в» пункта 2 статьи 51 упомянутого Федерального закона военнослужащий, проходящий военную службу по контракту, может быть досрочно уволен с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21 марта 2013 года № 6-П, под невыполнением условий контракта о прохождении военной службы должны подразумеваться именно существенные нарушения условий контракта, в частности совершение одного из грубых дисциплинарных проступков, составы которых перечислены в пункте 2 статьи 28.5 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», либо совершение военнослужащим дисциплинарного проступка при наличии у него неснятых дисциплинарных взысканий.

В соответствии с пунктом 2 статьи 28.5 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» грубым дисциплинарным проступком, помимо иного, является нарушение запретов, установленных в пунктах 1.1 и 1.3 статьи 7 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», иметь при себе при исполнении обязанностей военной службы электронные изделия бытового назначения, которые позволяют с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» распространять или предоставлять фотоматериалы, а также распространять с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» информацию, позволяющую определить место нахождения военнослужащих в определенный период, а также о деятельности органов военного управления.

Как видно из приказа командира войсковой части 11111 от 19 ноября 2020 года № ФИО1, был досрочно уволен с военной службы на основании подпункта «в» пункта 2 статьи 51 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» в связи с невыполнением условий контракта.

Поводом к досрочному увольнению административного истца по данному основанию послужило примененное к нему приказом того же должностного лица от 19 ноября 2020 года № дисциплинарное взыскание в виде «досрочного увольнения с военной службы» за совершение ФИО1 грубого дисциплинарного проступка, выразившегося в нарушении запретов, установленных в пунктах 1.1 и 1.3 статьи 7 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих».

Оценивая обоснованность выводов административного ответчика о совершении административным истцом данного грубого дисциплинарного проступка, военный суд исходит из следующего.

Из исследованных в судебном заседании представленных представителем административного ответчика скриншотов страниц социальной сети Instagram видно, что на них изображен интерьер больничной палаты, в которой имеются двухярусные кровати, а также бывшие в употреблении различные предметы мебели. Аналогичные фотографии, датированные 27 октября 2020 года, содержатся и в представленной представителем административного истца распечатке с сайта регионального средства массовой информации Байкал Daily публикации под названием «В Бурятии прояснили скандал с военным ковидным медцентром».

Как видно из копии медицинской карты стационарного больного №, в 16 часов 26 октября 2020 года ФИО1 с диагнозом «Covid-19» поступил на лечение в инфекционного отделение Медицинского центра военного госпиталя, откуда был выписан в связи с выздоровлением 3 ноября 2020 года.

Свидетель Б.Д.Б., <данные изъяты> Медицинского центра федерального государственного казенного учреждения «437 Военный госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации показал, что в связи с распространением новой короновирусной инфекции Covid-19 на территории Медицинского центра в гарнизоне Сосновый Бор в мае 2020 года был возведен и стал функционировать Многофункциональный медицинский центр, рассчитанный на прием и лечение 50 пациентов, и имевший, в связи с этим, в своем составе 6 одноместных и 23 двухместные палаты с подключенным в них медицинским оборудованием. В связи с возникшей острой неблагополучной ситуацией в Республике Бурятии с данным заболеванием, руководством республики и должностными лицами Восточного военного округа было принято решение о размещении в Многофункциональном медицинском центре, наряду с заболевшими военнослужащими, и гражданских лиц. При этом, в центр доставлялись, как правило, престарелые граждане и больные, находящиеся в тяжелой фазе заболевания, которые размещались в одно- и двухместных палатах. Так, по состоянию на день госпитализации ФИО1 – 26 октября 2020 года, в Многофункциональном медицинском центре на лечении вместо 50-ти находилось 108 больных, что вынудило размещать находящихся в нем на лечении военнослужащих, заболевание которых протекало в легкой и средней форме тяжести, с превышением предусмотренных планом норм размещения. В частности, в палате № 5, куда был определен административный истец, вместо двух кроватей были установлены две двухярусные и одна одноярусная кровати. Дополнительные кровати ставились из иных отделений военного госпиталя.

Вечером 26 октября 2020 года в социальной сети Instagram он увидел размещенные кем – то из больных, находившихся на лечении во вверенном ему отделении, фотографии интерьера лечебной палаты инфекционного отделения, в том числе наличие в ней двухярусных кроватей. Эти фотографии, исходя из размещенных под ними в социальной сети комментариев граждан, вызвали большой резонанс и носили ярко выраженное негативное содержание. На следующий день он, обойдя палаты отделения, установил ту, которая фигурировала на фотографиях, в связи с чем стал выяснять у ее пациентов, кем они были сделаны. На его вопросы <данные изъяты> ФИО1 признался, что данные фотографии сделал он.

В последующем, в целях нормализации возникшей ситуации, решением руководства госпиталя численность пациентов инфекционного отделения Многофункционального медицинского центра была приведена к штатной, в связи с чем остальных пациентов из числа военнослужащих разместили в помещении инфекционного отделения, ранее располагавшегося в старом здании Медицинского центра. ФИО1, во избежание возможных конфликтных ситуаций, был оставлен для лечения в той же палате № 5 Многофункционального медицинского центра.

Нахождение административного истца в палате №5 Многофункционального медицинского центра в течение всего периода его лечения с 26 октября по 3 ноября 2020 года подтвердила и свидетель ФИО4, являвшаяся его лечащим врачом. При этом, свидетель показала, что 26 октября 2020 года в данной палате, помимо административного истца, на лечении находились еще три или четыре военнослужащих, в том числе военнослужащий Б.Р.С., проходящий военную службу по призыву, чьим лечащим врачом также являлась она.

Из сообщения начальника инфекционного отделения Медицинского центра майора медицинской службы Б.Д.Б. от 2 марта 2020 года, а также копий медицинских карт стационарного больного №, №, № следует, что в период 26 – 27 октября 2020 года в палате № 5 инфекционного отделения на лечении, помимо административного истца, находились <данные изъяты> Б.Р.Ш.., <данные изъяты> Б.Р.С., <данные изъяты> Б.Л.Л.

Допрошенные в судебном заседании свидетели Б.Р.Ш.. и Б.Л.Л. подтвердили, каждый в отдельности, что 26 октября 2020 года вместе с ФИО1 находились на лечении в палате №5, что 27 октября 2020 года начальник инфекционного отделения сообщил им о размещении накануне в социальной сети Instagram фотографий интерьера данной палаты и выяснял автора фотоснимков, на что в их присутствии ФИО1 подтвердил, что данные фотографии были исполнены им.

Свидетель К.А.А., командир подразделения, в котором проходил военную службу административный истец, показал, что получив от вышестоящего должностного лица информацию о размещении ФИО1 фотографий в социальной сети, доложил об этом рапортом командиру войсковой части 11111, который своим решением назначил заместителя командира подразделения <данные изъяты> Щ.Д.А.. проводить разбирательство.

Свидетель Щ.Д.А. показал, что проводя предусмотренное Дисциплинарным уставом Вооруженных Сил Российской Федерации разбирательство по указанным обстоятельствам, опросил Б.Д.Б., Б.Р.Ш. и Б.Л.Л.., подтвердивших признание ФИО1 в исполнении вышеуказанных фотографий. Поскольку к тому моменту он не смог лично опросить административного истца, то позвонив ему, попросил прислать на телефон свои объяснения по обстоятельствам происходившего. В ответ на это на его телефон с телефонного номера «+<данные изъяты>», отмеченного у него как принадлежащего ФИО1, посредством мессенджера WhatsApp ему поступили две фотографии объяснений от 9 ноября 2020 года от имени административного истца, в которых он указывал, что данные фотографии палаты Многофункционального медицинского центра сделал он на телефон iPhone 7 и переслал своей знакомой, не предполагая, что она выложит их в социальных сетях. Поскольку в дальнейшем ФИО1 в письменном виде исполнить эти объяснительные отказался и стал отрицать авторство фотографий, а также наличие у него телефона, позволявшего осуществлять фотографирование, он к материалам разбирательства приложил скриншоты экрана своего телефона с изображением ранее полученных от ФИО1 фотографий объяснительных.

Как видно из материалов разбирательства, проведенного <данные изъяты> Щ.Д.А.., в них имеются объяснения вышеприведенных свидетелей Б.Д.Б., Б.Р.Ш. и Б.Л.Л.., а также два скриншота экрана телефона, на которых изображены объяснительные от 9 ноября 2020 года от имени старшего <данные изъяты> ФИО1-Д,, содержание которых соответствует показаниям свидетеля.

Осмотром в судебном заседании с участием сторон телефона свидетеля Щ.Д.А.. установлено соответствие имевшихся в нем входящих сообщений в мессенджере WhatsApp с абонентского номера «+<данные изъяты>», отмеченного как принадлежащего ФИО1, и содержащих фотографии объяснительных от 9 ноября 2020 года, их распечаткам в материалах разбирательства.

В судебном заседании административный истец утверждал, что указанные свидетелем объяснительные никогда не исполнял, ему не пересылал, а абонентский номер мобильной связи «+<данные изъяты>» ему не принадлежит.

Между тем, согласно сообщениям менеджера по региональной безопасности Дальневосточного филиала ПАО «МегаФон» от 2 марта 2020 года № и № абонентский номер «+<данные изъяты>» с 20 сентября 2017 года принадлежал ФИО1, в период времени с 29 февраля 2020 года по 1 марта 2021 года являлся активным, а с 1 марта 2021 года отключен и зарегистрирован на иное лицо.

На основании приведенных доказательств суд считает установленным, что в период с 26 по 27 октября 2020 года в средствах массовой информации были размещены фотоматериалы, содержащие информацию, позволяющую определить место нахождения военнослужащих в определенный период, а также о деятельности органов военного управления, в частности федерального государственного казенного учреждения «437 Военный госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации.

Размещение данной информации в социальной сети Instagram с технической стороны осуществлялось посредством фотографирования интерьера палаты военного медицинского учреждения путем применения электронного изделия бытового назначения, в данном случае – мобильного телефона, позволявшего хранить и распространять с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» фотоматериалы.

При этом, суд считает установленным исполнение этих фотоматериалов административным истцом, что подтверждается как содержанием направленных им <данные изъяты> Щ.Д.А. объяснений от 9 ноября 2020 года, так и показаниями свидетелей Б.Д.Б., Б.Р.Ш. и Б.Л.Л.., в чьем присутствии ФИО1 27 октября 2020 года подтвердил свое авторство размещенных фотографий.

Утверждения административного истца в судебном заседании о, якобы, его постоянном нахождении в период лечения в двухместной палате Многофункционального медицинского центра и невозможности из – за установленных ограничений в перемещении фотографировать помещения иных палат, опровергнуты показаниями как вышеприведенных свидетелей, проходивших лечение с ним в одной палате, так и медицинского персонала, в частности лечащего врача В.Е.В.. и начальника инфекционного отделения Б.Д.Б.

При этом, суд учитывает, что свидетели Б.Р.Ш.., Б.Л.Л., Б.Д.Б. и ФИО4 в служебных отношениях с командованием войсковой части 11111, а врачи военного госпиталя, к тому же – и с командованием вышестоящей войсковой части 22222, не состоят, с административным истцом ранее знакомы не были и между ними отсутствуют какие – либо основания для возможного оговора административного истца.

Что же касается показаний свидетеля П.С.Н. о его нахождении с административным истцом в двухместной палате, на которые в обоснование своих утверждений ссылался административный истец, то с учетом поступления свидетеля на лечение в палату лишь 30 октября 2020 года они, сами по себе, не опровергают показания вышеприведенных свидетелей об обстоятельствах, имевших место ранее, то есть 26 – 27 октября 2020 года.

При таких обстоятельствах утверждения ФИО1 о, якобы, отсутствии у него в период нахождения на лечении с 26 октября по 3 ноября 2020 года телефона, позволявшего осуществлять фотографирование и пересылку информации посредством информационно - телекоммунокационных сетей, и о его непричастности к фотографированию интерьера палаты № 5 суд признает не соответствующими установленным обстоятельствам дела.

Не нашло своего подтверждения в судебном заседании и утверждение административного истца и его представителя о том, что фигурировавшие в социальной сети фотографии были сделаны ранее рассматриваемых событий и исполнялись рабочими, возводившими здания Многофункционального медицинского центра в мае 2020 года. В обоснование таких своих доводов ФИО1 и адвокат Ковалев В.А. ссылались на, якобы, изложенное в публикации Байкал Daily сообщение об этом должностных лиц военного госпиталя и Восточного военного округа.

Между тем, вопреки этим утверждениям, в приведенной публикации какие – либо комментарии либо иного рода выражения позиции должностных лиц Министерства обороны Российской Федерации отсутствуют.

Установление конкретной модели мобильного телефона, использованного при фотографировании палаты военного госпиталя и пересылке фотографий иным лицам, равно как и установление стороннего приложения, посредством которого пересылка была сделана, какого – либо правового значения для разрешения административного дела не имеет.

Изложенные действия административного истца, как видно из приказа командира войсковой части 11111 от 19 ноября 2020 года №, были расценены как нарушение запретов, установленных в пунктах 1.1 и 1.3 статьи 7 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», иметь при себе при исполнении обязанностей военной службы электронные изделия бытового назначения, которые позволяют с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» распространять или предоставлять фотоматериалы, а также распространять с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» информацию, позволяющую определить принадлежность или предназначение военнослужащих, к Вооруженным Силам Российской Федерации.

Между тем, в вышеприведенном пункте 1.3 статьи 7 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» запрет военнослужащим иметь при себе при исполнении обязанностей военной службы электронные изделия бытового назначения не распространяется на предусмотренные подпунктом «з» пункта 1 статьи 37 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» случаи нахождения военнослужащих на лечении, в связи с чем вменение в вину ФИО1 нарушения именно этого запрета является необоснованным.

В то же время, поскольку административный истец распространил с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» путем направления своей знакомой информацию, позволяющую определить его место нахождения 26 октября 2020 года, а также информацию о деятельности органов военного управления, в частности – федерального государственного казенного учреждения «437 Военный госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации, изложенный в упомянутом приказе от 19 ноября 2020 года № вывод командира войсковой части 11111 о совершении ФИО1 грубого дисциплинарного проступка, предусмотренного пунктом 2 статьи 28.5 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», является обоснованным.

Процедура проведенного <данные изъяты> Щ.Д.А.. разбирательства по обстоятельствам совершенного административным истцом грубого дисциплинарного проступка соответствовала требованиям статьи 28.8 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» и статьи 81 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 года № 1495. Составленный в ходе процедуры протокол о грубом дисциплинарном проступке предоставлялся военнослужащему для ознакомления, что подтверждено представленными Щ.Д.А.. фотографиями и не оспаривалось самим ФИО1

В соответствии с пунктом «и» статьи 55 и пунктом «ж» статьи 59 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 года № 1495, командиром полка к подчиненному ему по службе военнослужащему рядового и сержантского состава может быть применено дисциплинарное взыскание в виде «досрочного увольнения с военной службы в связи с невыполнением условий контракта».

Согласно правовой позиции, выраженной в пункте 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2016 года № 36 «О некоторых вопросах применения судами Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации» суд не осуществляет проверку целесообразности оспариваемых решений должностных лиц, принимаемых ими в пределах своего усмотрения в соответствии с компетенцией, предоставленной законом или иным нормативным правовым актом. Следовательно, вопрос о соответствии примененного к административному истцу дисциплинарного взыскания тяжести совершенного им грубого дисциплинарного проступка в компетенцию суда, рассматривающего административное дело, не входит.

Таким образом, поскольку к ФИО1 за совершение им грубого дисциплинарного проступка командиром войсковой части 11111 обоснованно и в объеме имеющихся у него полномочий было применено дисциплинарное взыскание, военный суд признает изданный административным ответчиком приказ от 19 ноября 2020 года № соответствующим нормативным правовым актам и не нарушающим права, свободы и законные интересы административного истца.

В соответствии со статьей 99 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации дисциплинарное взыскание – досрочное увольнение с военной службы в связи с невыполнением условий контракта – применяется в отношении военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, за невыполнение им условий контракта и исполняется без его согласия.

Во исполнение этого командиром войсковой части 11111 был издан приказ от 19 ноября 2020 года № о досрочном увольнении ФИО1 с военной службы на основании подпункта «в» пункта 2 статьи 51 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе». Поскольку административный истец уволен с военной службы в порядке реализации дисциплинарного взыскания, необходимости в проведения его аттестации не имелось.

Порядок увольнения ФИО1 с военной службы, предусмотренный пунктами 28 и 29 Порядка деятельности должностных лиц и органов военного управления по организации прохождения военной службы по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации, утвержденного приказом Министра обороны Российской Федерации от 30 октября 2015 года № 660, должностными лицами воинской части соблюден. Административному истцу, что подтверждалось его пояснениями в ходе судебного заседания, был в полном объеме предоставлен основной отпуск за 2020 год; права на освидетельствование военного врачебной комиссией он, исходя из основания увольнения с военной службы, не имел; выслуга лет подсчитана в воинской части; беседа о предстоящем увольнении – проведена, что подтверждается как соответствующим листом, так и показаниями свидетелей Щ.Д.А.. и К.А.А., непосредственно участвовавших в ее проведении.

Основанием оспаривания приказа командира войсковой части 11111 от 11 декабря 2020 года № об исключении из списков личного состава воинской части административный истец указывал лишь издание этого приказа в развитие оспоренного им решения административного ответчика о досрочном увольнении с военной службы.

Каких – либо иных несогласий с данным приказом, в том числе и связанных с полнотой произведенного расчета, ФИО1 не приводил, поскольку денежным довольствием был обеспечен в причитающемся размере до дня исключения из списков личного состава воинской части. Приведенную в его расчетных листках выплату ему в феврале 2021 года различных доплат денежных средств, в том числе компенсации за неиспользованные дополнительные сутки отдыха, ФИО1 нарушающей его права, свободы и законные интересы не расценивал, что и подтвердил в ходе судебного заседания.

Таким образом, не установив в ходе судебного разбирательства какого – либо несоответствия оспоренных административным истцом действий командира войсковой части 11111 нормативным правовым актам, суд, признавая их не нарушающими права ФИО1, на основании пункта 2 части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации отказывает в удовлетворении заявленных требований.

Поскольку в административном иске отказано, понесенные административным истцом судебные расходы, в соответствии с частью 1 статьи 111 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, возмещению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 175 – 180, 177 и 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации военный суд

решил:

В удовлетворении заявленных административным истцом ФИО1 Сырен - Доржаевичем требований – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во 2-й Восточный окружной военный суд через Улан – Удэнский гарнизонный военный в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

председательствующий А.Н. Фомичёв

мотивированное решение составлено 10 марта 2020 года