Решение № 2-413/2019 2-413/2019~М-142/2019 М-142/2019 от 27 июня 2019 г. по делу № 2-413/2019

К делу № 2-413/2019, (УИД 23RS0057-01-2019-000235-17)


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Резолютивная часть оглашена: 26.06.2019 г.

Мотивированное решение изготовлено: 28.06.2019 г.

«26» июня 2019 г. г. Усть-Лабинск

Усть-Лабинский районный суд Краснодарского края в составе:

председательствующего Салалыкина К.В.

при секретаре Бахтикян И.В.

с участием истца ФИО1

представителя истца ФИО2

ответчика ФИО3

представителя ответчика ФИО4

рассмотрев в судебном заседании исковое заявление ФИО1 к ФИО3 о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка

У С Т А Н О В И Л:

В Усть-Лабинский районный суд обратилась ФИО1 с исковым заявлением к ФИО3 о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка, в котором указала, что после смерти мужа, в 1982 году она унаследовала жилой дом, расположенный по адресу <адрес>. Права на земельный участок под жилым домом были оформлены свидетельством о праве собственности на землю № от ДД.ММ.ГГГГ. В жилом доме, являющемся для нее единственным, по ее согласию были зарегистрированы и проживали вместе с ней дочь Е. и ее дети. После ухудшения отношений в 2015 году дочь Е. и внучка Ш. с детьми переехали от нее для постоянного проживания по иному адресу. В это же время младшая дочь, К.., стала настаивать и уговаривать ее переоформить документы на дом и земельный участок, указывая, что поскольку после принятия наследства, она, документы, как требует закон, а именно в МФЦ не оформила, их нужно приводить в порядок. Она дала свое согласие на приведение документов на дом и земельный участок в порядок, полагаясь на добросовестность дочери, а поскольку сама являлась не сведущей в этом вопросе, во всем доверилась дочери и внучке, которая также помогала истцу. В ноябре 2015 года были изготовлены технический план и поставлены на кадастровый учет жилой дом и нежилое здание летней кухни расположенные по адресу <адрес>. Кроме того, она по просьбе ФИО3 разрешила молодой семье пожить в ее доме по адресу <адрес>, с условием помощи истцу по хозяйству, в связи с чем, истец переселилась жить в летнюю кухню, предоставив ответчику в полное распоряжение свой дом. Понимая значение своего возраста, ухудшающееся состояние своего здоровья, а также сложные отношения с детьми она 23.12.2015 года у нотариуса Усть-Лабинского нотариального округа ФИО5 составила завещание, согласно которому выразила свою волю о наследовании после ее смерти имущества ей принадлежащего, в долях по ? доли каждому, дочерью Е. и внучкой ФИО3. О сделанном завещании она поставила в известность членов своей семьи. В первое время ответчик действительно проявляла заботу и внимание к истцу. Младшая дочь К., ответчица и ее муж были предупредительны и заботливы. В связи с оформлением документов на дом возили истца по учреждениям и организациям, где она неоднократно расписывалась. Подписываемые документы истец не читала о их содержании ее никто не уведомлял, поскольку истец в полом объеме доверяла своим родным. Через небольшое количество времени, примерно весной 2016 года в очередной раз и последний, ответчик вместе с ее мужем возили истца в МФЦ г. Усть-Лабинска, где она также подписывала какие-то бумаги. Больше ее никогда и никуда не возили, в связи с чем, истец поняла, что оформление документов в связи с наследством окончено. В дальнейшем отношения между семьей ответчика и ею начали ухудшаться. Более всего заметно отношения начали портиться в 2017 году. Она сломала шейку бедра, и ей требовался постоянный уход, который должным образом никем не осуществлялся. Она является гипертоником, страдает гипертонической болезнью 3 ст., кроме того, у нее диагностирована катаракта глаз, и рекомендована операция. Постоянные скачки артериального давления истца, безусловно, ухудшали ее состояние. Между тем, ответчик со своим мужем не только не поддерживали ее, а более того видимо совершенно намеренно ухудшали физическое состояние. Устраивали почти каждый день «праздники», ругались на нее, не следили за домовладением и огородом. По поводу ссор и выяснения отношений сторон она даже вынуждена была обращаться к участковому уполномоченному с жалобой на ответчицу и ее мужа, который не стеснялся в выражениях и высказывал в ее адрес матерную брань. Кроме того, она обнаружила, что у нее отсутствуют документы на дом и земельный участок. После вмешательства участкового уполномоченного младшая дочь К.. в 2018 году передала ей пакет документов, а точнее папку с набором каких-то бумаг, содержание которых истец не понимала, но полагала что это документы о собственности на дом и земельный участок под ним. В июне 2018 года она потребовала ответчицу и ее мужа выехать из дома. Уезжая, ответчица сказала, что, она никто в этом доме, потому что они с мужем документы сделали так, что ни один суд не поможет вернуть все обратно. Этим словам она не придала никакого значения, поскольку расходы за коммунальные услуги, содержание дома несла все время сама из собственной пенсии, налоги также платила сама, все платежные квитанции оформлялись на ее имя. В доме она была и остается зарегистрированной, также в доме прописаны ее старшая дочь, старшая внучка и ее дети. Между тем, она с июня месяца 2018 года осталась жить одна, в сентябре 2018 года ей было установлено социальное обслуживание. В октябре 2018 года она попросила приходящего социального работника и соседку посмотреть имеющиеся документы, которые она считала документами о своей собственности на дом и земельный участок. Соседка, ознакомившись с бумагами, объяснила, что она действительно не является собственником жилого дома и земельного участка, поскольку на свидетельствах о праве собственности истца стоит отметка «погашено». Между тем, кто является собственником имущества и в связи с чем, никто пояснить не смог. Незамедлительно истец сообщил о данном обстоятельстве мужу ответчицы, поскольку он в свое время очень активно участвовал в оформлении бумаг. На указанную претензию истцу ответили что, действительно она никто, поскольку еще в 2016 году все свое имущество по договору дарения она подарила ответчице. Между тем, она до своей смерти намерений распоряжаться своим имуществом не имела, в связи с чем, и составляла завещание. Вместе с тем договор дарения является недействительным, поскольку указанная сделка была совершена под влиянием существенного заблуждения. Заключая Договор, она была введена ответчиком в заблуждение относительно его природы, не имела намерения дарить ответчику принадлежащие ей жилой дом и земельный участок. В силу престарелого возраста и состояния здоровья она к моменту совершения сделки не могла в полной мере правильно понимать юридические последствия и существо договора, что договор дарения заключался не с целью перехода прав на недвижимость при жизни истца, а с целью оформления прав истца в соответствии с требованиями законодательства после принятия наследства. При заключении договора дарения истец добросовестно заблуждалась относительно возможных юридических последствий совершаемых действий, относительно существа сделки, поскольку на день заключения договора дарения в ее собственности находился единственный жилой дом, иного жилого помещения для проживания истец не имеет, при этом условий о сохранении за истцом права пожизненного пользования спорным жилым помещением договор не содержит. С момента заключения договора и по настоящее время бремя содержания спорного недвижимого имущества несет истец. Ответчик ввела в заблуждение истца, создав к этому все обстоятельства и под предлогом приведения документов истца после принятия наследства в надлежащий вид, не разъяснив истцу сути подписываемых документов, попросила последнюю подписать договор дарения земельного участка и жилого дома, тем самым, без воли истца на отчуждение своего имущества, приобрела права на единственное жилье истца. Истцом, получен дубликат договора только 25.12.2018 г., об обстоятельствах совершения оспариваемой сделки ей стало известно после обращения 25.12.2018 г. за юридической помощью ввиду собственной правовой неграмотности. С настоящим иском истец обратился в суд 14.01.2018 г., то есть срок исковой давности на момент обращения в суд не пропущен. Просит суд признать недействительным договор дарения земельного участка с домом, расположенные по адресу: <адрес>, заключенный 06.04.2016 года между ФИО1 и ФИО3, применить последствия недействительности сделки восстановив право собственности истца на жилой дом площадью 51,2 кв.м., кадастровый № и земельный участок площадью 554 кв.м., кадастровый №, расположенные по адресу: <адрес>, запись о регистрации права от 14.04.2016 г. № в отношении жилого дома и от 14.04.2016 г. № в отношении земельного участка, расположенного по адресу <адрес> в ЕГРН погасить, судебные расходы истца по делу в виде оплаченной государственной пошлины, и расходов по составлению искового заявления, представления интересов возложить на ответчика.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель ФИО2 поддержали исковые требования в полном объеме и просили суд их удовлетворить.

Ответчик ФИО3 и ее представитель ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признали и указали на то, что в мае 2016 г. бабушка решила подарить ей дом. Документами бабушка занималась сама. У бабушки испортились отношения с ее старшей дочерью – Е., поэтому она решила подарить дом ей. Ее муж составил договор дарения и отдал бабушке. На следующий день они все вместе поехали в МФЦ г. Усть-Лабинска. В МФЦ она находилась вместе с бабушкой и регистратор все рассказал о природе сделки, и бабушка после этого подписала документы. Отношения с бабушкой испортились после того, как ее муж отказался составлять документы о взыскании алиментов с дочерей. Ключи от дома были переданы ее мужу, и они в доме сделали ремонт. В дом они переехали в июне 2016 г.. Все коммунальные платежи они оплачивали сами. Бабушка давала в зимний период только 1000 руб. в месяц. Документы на дом находились у нее, так как бабушка сама ей их передала на хранение.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля Е. показала, что ФИО1 является ее матерью. С матерью она прожила вместе 33 года. ФИО1 всегда считала себя хозяйкой в доме, без ее разрешения в доме ничего не делалось. В мае 2016 г. у нее с матерью стали портиться отношения. В это время мать сказала, что переделывает документы на дом на свое имя. В связи с ухудшением отношений они приобрели свое жилье и в мае 2016 г. переехали. Недели через две от соседей она узнала о том, что в дом переехала ответчица ФИО3 ее племянница. Так же от соседей ей стало известно и о том, что ее мать составила завещание, указав в нем наследниками ее и ФИО3. После того как она узнала, что мать собирается подавать на нее на алименты, она стала приходить к матери, приносить продукты, готовить. Через время мать сказала, что ее обманули, а именно, что была сделана дарственная, хотя она делала завещание. Ее мать не могла оформить дарственную, так как всегда считала себя хозяйкой в доме, который для нее является единственным жильем.

Свидетель Е. в судебном заседании показал, что ему ничего не было известно о том, что его теща оформила договор дарения на внучку. После того как они купили себе жилье, то в мае 2016 г. переехали. Они забрали свои вещи, оплатили все платежки и квитанции он передал Я... Ключи от дома остались в дверях. ФИО1 не могла никому подарить свой дом, так как всегда считала себя хозяйкой.

В судебном заседании свидетель Ш. показала, что ФИО1 является ее бабушкой. О том, что бабушка подарила дом ФИО3 ей стало известно в декабре 2018 г. от самой бабушки. Соседка подсказала бабушке обратиться в МФЦ для того, чтобы узнать кто собственник дома. Бабушка когда узнала о том, что она якобы подарила дом, очень плакала. Считает, что ее сестра обманула бабушку.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля Г. показала, что проживает по соседству с ФИО1, которая рассказывала, что оформляет документы на дом, так как хотела завещанием разделить домовладение пополам. О договоре дарения она ничего не говорила. Через время ФИО1 сказала, что поделила дом на пополам между дочерями. ФИО1, когда у нее жили Ягницкие, просила принести ей что-нибудь из еды. ФИО1 очень легко ввести в заблуждение, так как она не очень грамотная. ФИО1 часто приходила к ней с разными документами и просила прочесть и рассказать об их содержании.

Свидетель П. в судебном заседании показала, что ФИО1 рассказывала ей о том, что у нее две дочери и она хочет на них составить завещание. О договоре дарения она никогда не говорила. Но еще она сказала о том, что К. отказалась от своей части в пользу своей дочери Е. (Ягницкой). В связи с чем она решила оформить одну половину на Е., а вторую на внучку Е. (Ягницкую). ФИО1 говорила только о наследстве, а не о дарении.

В судебном заседании свидетель П. показал, что ФИО1 рассказывала, что оформила дарственную, но она ничего не подписывала.

Допрошенная в судебном заседании К.. показала, что ФИО1 является ее матерью, которая изначально сделала завещание на дом на ее дочь и сестру. Ее сестра была не согласна с таким решением и у них участились скандалы. Через время мать сказала, что ей надоели скандалы с Леной, в связи с чем, она решила подарить дом Е. (Ягницкой). Утром мать ей позвонила и сказала, что бы дети подъехали к ней. Она позвонила дочери, сказала что бабушка просила ее к ней подъехать. Они поехали. О. (Ягницкому), ее зятю, она сказала, что бы тот подготовил документы которые нужны. У О. несколько дней что-то не получалось по работе. Она ждала, спрашивала, когда же О. приедет. О. подготовил документы на дарение, привез маме, что бы она ознакомилась и оставил договор у нее, сказав, что завтра поедут в МФЦ г. Усть-Лабинска. На следующий день они поехали в МФЦ г. Усть-Лабинска, как мама рассказывала, подошли к окошку, там специалист спрашивал маму о том, понимает ли она что это за договор, какие последствия, что дом и земельный участок будут принадлежать ее внучке. Она посмеялась, и сказала, что она для этого и пришла сюда. Больше вопросов не было. Когда оформили договор дарения, мама сказала, что Е-вы приобрели дом, делают там ремонт и будут съезжать. В середине мая 2016 года мама позвонила и сказала, что Е. уже съезжает, и пусть К. подъедет и заберет ключи. Дочь с семьей переехали. Документы ФИО1 к себе на хранение она не забирала.

Свидетель Н. в судебном заседании показала, что она проживает по соседству с ФИО1. Однажды ФИО1 забеспокоилась, что не несут квитанцию по налогам. Она ей объяснила, что она является пенсионером, налог платить не надо. Но ФИО1 сказала, что в прошлом году она платила. Она попросила прийти к ней и посмотреть документы. Когда она пришла к ФИО1, то последняя дала папку с документами. Первым документом в папке лежало завещание. Она ее спросила: "А вы, что завещание сделали родственникам?", ФИО1 сказала: "да, половину дочке, половину внучке." Дальше в документах лежало уведомление в МФЦ, поданное в апреле 2016 года. И там указан перечень документов, в который входил паспорт, договор дарения. Она стала объяснять, что ФИО1 подарила своей внучке свой дом и земельный участок. ФИО1 стала говорить, что никому ничего не дарила. Самого договора дарения в документах не было. ФИО1 сказала, что договора дарения она не видела. ФИО1 ничего не говорила о том, что хочет подарить дом, она уверено говорила, что сделала завещание на дочь и внучку. Еще она говорила, что ходила к адвокату и подала на алименты, это тоже было летом, в июне 2018 года. Документы она смотрела в ноябре 2018 г..

В судебном заседании свидетель Я. показал, что в дом по <адрес>, они переехали в 2016 году после того как бабушка его жены - ФИО1 подарила ей этот дом. Где то в середине мая 2016 года ему отдали ключи. Бабушка самостоятельно решила подарить дом Кати, попросила их приехать. Когда они приехали к ней, то бабушка сказала, что хочет передать свой дом полностью К. и жить с ними вместе. Она отдала ему свидетельства о регистрации права на дом и на землю, кадастровые выписки и попросила подготовить договор дарения, так как он юрист по образованию. Это было в апреле 2016 года. В силу своей занятости, он не сразу подготовил документы. Теща позвонила и поторопила его, сказала о том, что бабушка уже спрашивает. Как только договор он подготовил, то привез его ФИО1, которая его посмотрела, и спросила: "Олег, что это за цифры стоят?" Он пояснил, что это кадастровая стоимость. Она сказала: " хорошо, тогда поедимте в МФЦ оформлять документы." На следующий день они поехали в МФЦ г. Усть-Лабинска. Когда приехали в МФЦ получили талончик, Катя с бабушкой сели к окошку регистратора, подали документы. После регистрации, Катя назвала число когда надо было приехать за документами. Бабушка понимала, что она подписывает договор дарения. Больше разговоров о дарении между ними не было. В июне 2016 г. они переехали в дом, сделав за свой счет ремонт. Коммунальные платежи они также оплачивали самостоятельно.

Свидетель В. в судебном заседании показал, что он работал вместе с Я., который обратился к нему за помощью в ремонте домовладения, подаренного с его слов его супруги бабушкой. В мае 2016 года они поехали посмотреть это домовладение, посмотреть какой ремонт необходимо сделать. При осмотре этого домовладения, было выявлено, что отсутствовал котел, в ванной не было ни санузла, ни смесителя, ни самой ванной. В спальных комнатах стены были в непригодном состоянии и в полу были сквозные щели. Олег покупал оборудование за свой счет. Он помогал стелить ламинат в спальных комнатах и помогал клеить обои. ФИО1 в его присутствии говорила: "их домовладение пусть как им хочется так и делают."

Допрошенный в судебном заседании свидетель Ш.. показал, что ФИО1 и ФИО3 не помнит. Каким образом заключался между ними договор дарения он пояснить не может. В 2016 г. он работал в МБУ «Многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг населению Усть-Лабинского района». Все сделки в МФЦ подписывались сторонами обязательно при нем. Он предлагал каждому прочесть подписываемый договор. Случаев, чтобы человек не понимал какой договор он подписывает, не было. После регистрации сделки в обязательном порядке он выдавал каждой стороне экземпляр договора.

Выслушав участников процесса, изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, ФИО1 принадлежали на праве собственности жилой дом площадью 51,2 кв.м., кадастровый № и земельный участок площадью 554 кв.м., кадастровый №, расположенные по адресу: <адрес>.

Завещанием от 23.12.2015 г. ФИО1 все имущество, какое ко дню ее смерти окажется ей принадлежащим, в чем бы таковое ни заключалось и где бы оно ни находилось, завещала Е. и ФИО3 в равных долях, по ? доле каждому. (л.д. 20)

Согласно договора дарения жилого дома и земельного участка от 06.04.2016 г. ФИО1 (даритель) безвозвездно передает в собственность ФИО3 (одаряемой), а одаряемая принимает в дар принадлежащий дарителю на праве собственности жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес> в порядке и а условиях, предусмотренных настоящим договором.

Согласно п.14 договор вступает в силу и считается заключенным с момента государственной регистрации.

Согласно штампу на договоре, государственная регистрация в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра, и картографии по Краснодарскому краю осуществлена 14.04.2016 года.

Согласно ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии со ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

На основании п. 1 ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Согласно п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии со ст. 551 ГК РФ, переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимость по договору продажи, переходит к покупателю после государственной регистрации.

В силу п. 1 ст. 2 ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права.

ФИО3 зарегистрировала в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю переход права собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>.

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ).

В силу абзаца первого п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

На основании ч. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

Таким образом, названными нормами установлен обязательный признак договора дарения – безвозмездный характер передачи имущества, заключающийся в отсутствии встречного обязательства. Если же дарение формально обусловлено совершением каких-либо действий с другой стороны, то оно квалифицируется как притворная (ничтожная) сделка.

Согласно ч. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

На основании ч. 2 ст. 178 ГК РФ при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

В соответствии с ч. 3 ст. 178 ГК РФ заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

По смыслу приведенной нормы, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

Кроме того, при решении вопроса о существенности заблуждения по поводу обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 178 Гражданского кодекса, необходимо исходить из существенности данного обстоятельства для конкретного лица с учетом особенностей его положения, состояния здоровья, характера деятельности, значения оспариваемой сделки.

Юридически значимым обстоятельством, подлежащим доказыванию по данному спору, является выяснение вопроса о понимании истцом сущности сделки на момент ее заключения: сформировалась ли выраженная в сделке воля истца вследствие заблуждения, на которое он ссылается, и является ли заблуждение существенным применительно к пункту 1 статьи 178 Гражданского кодекса. В том числе оценке подлежат такие факторы как грамотность истца, его возраст, состояние здоровья и прочие обстоятельства.

Из материалов дела усматривается, что на момент совершения оспариваемой сделки возраст истца составлял 77 лет, она пребывала в болезненном состоянии, ответчик, совместно со своим мужем ввели истца в заблуждение относительно природы сделки, так как в действительности истец имел намерение не дарить принадлежавшие ей жилой дом и земельный участок, а передать их ответчику по наследству в размере ? доли и за это получать уход за собой при совместном проживании, что в итоге не было осуществлено. Указанные выше обстоятельства подтверждаются показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей Е., Е. Ш., Г., П., Н.. Кроме того, Н. в судебном заседании показала, что она в присутствии ФИО1 увидела расписку о сдачи документов на регистрацию права собственности, и пояснила последней, что в настоящее время она не является собственником домовладения, так как подарила его своей внучке.

Тот факт, что истица якобы знала о договоре дарения, поскольку сама его подписывала и принимала непосредственное участие в регистрации перехода прав на оспариваемое имущество, само по себе не свидетельствует об отсутствии заблуждения со стороны ФИО1, поскольку истец думала, что занимается оформлением наследственного имущества на свое имя, после смерти мужа.

Поскольку ФИО1 не имела намерения безвозмездно передать спорное имущество в собственность своей внучки ФИО3, суд приходит к выводу, что заключенный сторонами договор дарения не отражает волеизъявление истца, как участника сделки, в связи с чем доводы истицы о совершении ею сделки под влиянием заблуждения являются обоснованными, и в силу пункта 1 статьи 178 ГК РФ у суда имеются основания для признания данного договора дарения недействительным.

В силу пункта 2 статьи 178 ГК РФ, если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, соответственно применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 167 настоящего Кодекса, согласно которым при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

Как следует из материалов дела, договор дарения был совершен в простой письменной форме, подготовкой всех документов, необходимых для заключения договора, занимался муж ответчика – Я... Кроме того, доводы ответчика о том, что истец передала ответчику недвижимое имущество, как то предусмотрено законом, суд не может принять во внимание, так как в судебном заседании было установлено, что истец предполагала, что ответчик будет за ней ухаживать, в связи с чем, будет проживать в домовладении.

При этом, суд принимает во внимание тот факт, что иного жилого помещения у истца, кроме подаренного ответчику жилого помещения, нет, а по условиям договора дарения ФИО1 не сохраняла право пользования этим жилым помещением.

После заключения договора дарения истица продолжала жить в спорном домовладении, платежные документы на оплату коммунальных услуг продолжали оформляться на имя истца.

ФИО1 в силу своего возраста и юридической неграмотности не осознавала, что в результате сделки она лишается права собственности на домовладение, которое является для нее единственным и постоянным местом жительства. Истица не имела намерений безвозмездно передать принадлежащее ей на праве собственности недвижимое имущество в собственность ответчика, так как ранее 23.12.2015 г. оформила завещание и на момент подписания договора дарения не отменила его. Данное завещание не отменено истцом и в настоящее время.

При таких обстоятельствах доводы истца о заблуждении относительно природы сделки - договора дарения единственного у истца жилья, являются обоснованными (с учетом конкретных обстоятельств совершения сделки, поведения сторон после сделки, возраста и состояния здоровья истца).

Согласно ч. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно п. 102 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в силу пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса годичный срок исковой давности по искам о признании недействительной оспоримой сделки следует исчислять со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена такая сделка (пункт 1 статьи 179 Гражданского кодекса), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как отмечено в Определении Конституционного Суда РФ от 17.02.2015 N 418-О, в соответствии с формулировкой п. 2 ст. 181 ГК РФ суд наделен необходимыми дискреционными полномочиями на определение момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела.

В данном случае срок исковой давности следует исчислять со дня, когда истец узнал об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Истцом, получен дубликат договора только 25.12.2018 г., об обстоятельствах совершения оспариваемой сделки ей стало известно после обращения за юридической помощью ввиду собственной правовой неграмотности. С настоящим иском истец обратился в суд 24.01.2019 г., то есть срок исковой давности на момент обращения в суд не пропущен.

При таких обстоятельствах у суда имеются основания для признания договора дарения от 06.04.2016 г. недействительным.

Таким образом, суд считает, что исковые требования ФИО1 к ФИО3 о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка подлежат удовлетворению.

Поскольку в соответствии ст. 333.36 НК РФ ответчик не освобожден от уплаты государственной пошлины, в то время, как истец освобожден от ее уплаты, то надлежит согласно ст. 333.19 НК РФ и ст. 103 ГПК РФ взыскать с ответчика государственную пошлину в доход государства в размере 300 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3 о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка - удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения земельного участка с домом, расположенные по адресу: <адрес>, <адрес>, заключенный 06.04.2016 года между ФИО1 и ФИО3.

Применить последствия недействительности сделки восстановив право собственности ФИО1 на жилой дом площадью 51,2 кв.м., кадастровый № и земельный участок площадью 554 кв.м., кадастровый №, расположенные по адресу: <адрес>, <адрес>.

Возвратить жилой дом площадью 51,2 кв.м., кадастровый № и земельный участок площадью 554 кв.м., кадастровый №, расположенные по адресу: <адрес> в собственность ФИО1.

Запись о регистрации права от 14.04.2016 г. № в отношении жилого дома и от 14.04.2016 г. № в отношении земельного участка, расположенного по адресу <адрес> в ЕГРН погасить.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 государственную пошлину в доход государства в размере 300 (триста) рублей.

Решение является основанием для регистрации права собственности в Управлении Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Краснодарскому краю, а также для внесения указанных изменений в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество по заявлению ФИО1 или ее доверенного лица.

Решение может быть обжаловано в Краснодарский краевой суд через Усть-Лабинский районный суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Председательствующий К.В. Салалыкин