Решение № 2-1392/2019 2-1392/2019(2-9408/2018;)~М-5667/2018 2-9408/2018 М-5667/2018 от 28 мая 2019 г. по делу № 2-1392/2019

Дело № 2-1392/2019

28 мая 2019 года


Р Е Ш Е Н И ЕИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Приморский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Тумасян К.Л.,

при секретаре Шестаковой А.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения, неустойки, денежной компенсации морального вреда, штрафа, и по встречному иску ПАО СК «Росгосстрах» к ФИО1 о признании договора недействительным, взыскании судебных издержек,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратился в Приморский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ПАО СК «Росгосстрах», указав, что 05 июня 2017 года между сторонами заключен договор добровольного страхования имущества – конструктивных элементов, внутренней отделки и инженерного оборудования строения, расположенного по адресу: <адрес>. В результате пожара строение дома было утрачено. Истец обратился к страховщику с заявлением о наступлении события, имеющего признаки страхового случая. Письмом от 12.12.2017 ПАО СК «Росгосстрах» уведомило истца о продлении сроков рассмотрения заявления в связи с проведением проверки.

Поскольку страховое возмещение не было выплачено, 15.12.2017 истец обратился к ответчику с претензией, рассмотрев которую страховщик повторно сообщил истцу о продлении сроков рассмотрения заявления.

Таким образом, истец просил взыскать с ответчика страховое возмещение в размере 4 597 005 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 09 декабря 2017 года по 19 июня 2018 года в сумме 182 211 руб. 42 коп., денежную компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 50 000 руб., а также штраф в размере 50% от взысканной судом суммы.

До разрешения требований истца, ответчик предъявил встречный иск, в котором просил признать договор страхования серии ЕД 78-16116 №0036529 от 05 июня 2017 года недействительным ссылаясь на то, что страхователем при заключении договора страхования сообщены страховщику ложные сведения, на основании которых страховщик был введен в заблуждение относительно наличия (существования) объекта страхования на территории страхования.

Представитель истца в судебное заседание явился, исковые требования поддержал, просил иск удовлетворить, против удовлетворения встречных исковых требований возражал, просил в встречном иске отказать в полном объеме.

Представитель ответчика в судебном заседании против иска ФИО1 возражал, просил в удовлетворении исковых требований отказать, поддержал требования встречного искового заявления.

Выслушав представителей сторон, изучив материалы настоящего гражданского дела, обозрев материал проверки КРСП №166 от 01.11.2017, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под реальным ущербом понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Частью 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Судом установлено, что 05 июня 2017 года между сторонами заключен договор добровольного страхования имущества по программе «Росгосстрах Дом. Престиж» со сроком действия с 06 июня 2017 года по 05 июня 2018 года, адрес (территория) страхования строения: Ленинградская <адрес>; объекты страхования: конструктивные элементы строения – страховая сумма 3 020 805 руб., внутренняя отделка и инженерное оборудование строения – страховая сумма 1 576 200 руб., в подтверждение чего выдан полис серии ЕД 78-1616 №0036529 (л.д. 20 том 1).

Страховая премия составила 41 425 руб. 68 коп. и оплачена истцом в полном объеме (л.д. 21 том 1).

Согласно постановлению от 10 ноября 2017 года об отказе в возбуждении уголовного дела, 01 ноября 2017 года ФИО1 обратился в ОНДиПР Кингисепского района заявлением о пожаре, произошедшем в принадлежащем ему дачном доме, расположенном по адресу: <адрес>, в результате пожара деревянные конструктивные элементы строения дома уничтожены огнем полностью до основания фундамента (л.д. 22-23 том 1).

27 октября 2017 года истец обратился к ответчику с заявлением о наступлении 24 октября 2017 года события, имеющего признаки страхового случая (л.д. 19-20).

Последние документы, необходимые для признание события страховым, предоставлены истцом 11 ноября 2017 года, что подтверждается актом приема-передачи документов и заявлением от 11.11.2017 (л.д. 62, 77 том 1).

02 ноября 2017 года представителем страховщика осуществлен осмотр поврежденного строения, о чем составлен акт №15936250 (л.д. 72-75, 76 том 1).

Письмом №04/32015 от 12 декабря 2017 года ПАО СК «Росгосстрах» уведомило истца о продлении сроков рассмотрения заявления в связи с проведением проверки (л.д. 83 том 1).

Поскольку страховое возмещение не было выплачено, 15 декабря 2017 года истец обратился к ответчику с претензией (л.д. 84 том 1), рассмотрев которую страховщик повторно, письмом №04/33707 от 25.12.2017, сообщил истцу о продлении сроков рассмотрения заявления (л.д. 85 том 1).

31 января 2018 года истец вновь обратился к ответчику с претензией, в которой требовал осуществить выплату страхового возмещения (л.д. 86-89 том 1).

Письмом №04/13962 от 07 мая 2018 года сообщил истцу о продлении сроков рассмотрения заявления до окончания проверки, проводимой для принятия объективного решения по заявлению (л.д. 90 том 1).

Возражая против удовлетворения заявленных требований иска ответчиком заявлен встречный иск о признании договора страхования недействительным, в обоснование своих возражений по иску ФИО1 и доводов по встречному иску представитель ПАО СК «Росгосстрах» ссылался на то, что ФИО1 при заключении договора страхования сообщены заведомо ложные сведения относительно существования (наличия) объекта страхования – строения на территории страхования.

В соответствии с п. 1 ст. 944 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

Согласно абзацу 2 п. 1 ст. 944 Гражданского кодекса Российской Федерации существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

В силу п. 3 ст. 944 Гражданского кодекса Российской Федерации, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 данной статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом, как следует из анализа указанных норм закона, обязательным условием для применения нормы о недействительности сделки является наличие умысла страхователя, направленного на сокрытие обстоятельств или предоставление ложных сведений, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

В статье 930 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что имущество может быть застраховано по договору страхования в пользу лица (страхователя или выгодоприобретателя), имеющего основанный на законе, ином правовом акте или договоре интерес в сохранении этого имущества. В соответствии с п. 1 ст. 928 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается страхование противоправных интересов.

Материалами дела подтверждается, что в договоре страхования, заключенном сторонами, стороны определили конкретное наименование и вид застрахованного имущества, позволяющий при наступлении страхового случая установить, что страховой случай произошел именно с тем имуществом, которое застраховано. Обязанность проверять наличие и характер страхуемого интереса возложена на страховщика при заключении договора. Он же наделен правом осмотра имущества при заключении договора его страхования (ст. 945 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом ссылки ответчика на объяснения агента ФИО5, данных при проведении проверки о том, что им не осуществлялся выезд на место нахождения объекта страхования, подлежат отклонению, поскольку опровергаются письменными доказательствами, имеющимися в материалах дела, а именно: полисом страхования, согласно которому при заключении договора страхования представителем страховщика 05.06.2017 осуществлен осмотр строения и составлен лист определения стоимости, в котором с учетом характеристик объекта страхования установлена страховая стоимость как строения в сумме 3 020 805 руб., так и страховая стоимость внутренней отделки и инженерного оборудования в сумме 1 576 200 руб. (л.д. 59-60, 64 том 1).

Учитывая факт заключения страховщиком – ПАО СК «Росгосстрах» - договора страхования определенного имущества, а также наличие обязанности страховщика при его заключении удостовериться в наличии и принадлежности страхователю подлежащего страхованию имущества (путем проверки соответствующих документов, а также путем осмотра в соответствии с п. 1 ст. 945 Гражданского кодекса Российской Федерации страхуемого имущества), то именно страховщик – ПАО СК «Росгосстрах» должен в рамках рассматриваемого дела доказать отсутствие у страхователя основанного на законе, ином правовом акте или договоре интереса в сохранении имущества, которое было застраховано страховщиком.

Кроме того, судом учитывает, что ПАО СК «Росгосстрах», являясь профессиональным участником рынка страховых услуг и вследствие этого лицом, более сведущим в определении факторов риска, при заключении договора страхования вправе в полном объеме при заключении договора страхования имущества выяснить надлежащим образом все обстоятельства, связанные с имуществом, являющимся предметом страхования.

Для разрешения возникшего между сторонами спора относительно наличия на территории страхования заявленного истцом объекта страхования, а также относительно пригодности для дальнейшего использования фундамента дома, по ходатайству представителя ответчика по делу проведена судебная экспертиза.

Согласно выводам судебной экспертизы №ЭЗ-118/2019 от 28.02.2019, с учетом исправления технических опечаток (л.д. 157-200 том 1, 10-11 том 2), на фундаменте строения, расположенного по адресу: <адрес> следы возведения на нем постройки с характеристиками, указанными в листе определения стоимости имеются и частично совпадают с обнаруженными остатками сгоревшего строения, при этом достоверно не определено наличие внутренней отделки, а также не соответствует вид наружной отделки и высота здания.

На фундаменте строения, расположенного по адресу: <адрес> следы температурного воздействия от сгорания расположенной на нем постройки имеются, при этом характеристики постройки, указанные в листе определения страховой стоимости частично соответствуют обнаруженным остаткам сгоревшего строения (л.д. 157-200 том 1).

В порядке, предусмотренном частью 1 статьи 187 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заключение №ЭЗ-118/2019 от 28.02.2019 исследовалось судом в судебном заседании; лицами, участвующими в деле, эксперту ФИО2 были заданы вопросы в целях разъяснения составленного последним заключения; каких-либо противоречий в ответах эксперта и его выводах, приведенных в экспертном заключении, судом не выявлено.

Эксперт пояснил, что дом (строение) на участке №242 по адресу: <адрес>, имелся, однозначно установить соответствие характеристик сгоревшего дома сведениям, зафиксированным в листе определения стоимости, в том числе в отношении внутренней отделки дома, невозможно ввиду малоинформативности имеющихся в деле фотоматериалов и заснеженности в период проведения им осмотра места происшествия, а также ввиду непредоставления поэтажных планов и ведомости отделки помещений, по которым можно провести сравнение.

Стороны надлежащим образом выводы судебной экспертизы не оспорили, ходатайств о проведении повторной или дополнительной судебных экспертиз не заявляли.

При таких обстоятельствах, у суда не имеется оснований не доверять данному экспертному заключению, поскольку оно в полной мере отвечает требованиям статей 55, 59, 60, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание исследований материалов дела, сделанные в результате их исследования выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы; эксперт имеет высшее образование и квалификацию оценщика, предупрежден об уголовной ответственности; доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, суду не представлено.

На основании изложенного, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, в том числе выводы судебной экспертизы, с учетом пояснений эксперта, данных в судебном заседании, принимая во внимание, что в нарушение требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ПАО СК «Росгосстрах» не представлено суду достаточных и достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что страхователь при заключении договора страхования сообщил заведомо не соответствующие действительности сведения об обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для признания недействительным договора страхования, заключенного между сторонами 05.06.2017, поскольку представленными в дело доказательствами факт существования объекта страхования подтверждается.

Доводы ответчика о недоказанности истцом факта наличия строения, являющегося объектом страхования со ссылкой на то, что представленные фотографии не позволяют сделать однозначный вывод о месте расположения дома и привязки его к определенной местности, опровергаются исследовательской частью судебной экспертизы №ЭЗ-118/2019 от 28.02.2019, в которой экспертом указано на то, что при сопоставлении фотографий объекта страхования и фотографий после пожара можно однозначно утверждать, что это фотографии одного и того же места.

Ссылки ответчика на то, что строение не было электрифицировано, что по их мнению также свидетельствует о сообщении истцом заведомо ложных сведений, опровергаются представленными в материалы дела доказательствами, а именно: чек-ордером от 29.01.2019 об оплате электричества за 2007-2018 года, справкой СНТ «Калинка» от 20.04.2019, выданной ФИО1, согласно которой задолженность по членским, целевым взносам и коммунальным платежам, включая электричество, отсутствует (л.д. 12, 13 том 2). Кроме того, на наличие электрификации объекта страхование также указано в исследовательской части судебной экспертизы №ЭЗ-118/2019 от 28.02.2019 (л.д. 177 том 1).

Доводы ответчика о том, что истцом сообщены ложные сведения о параметрах объекта страхования со ссылкой на выводы судебной экспертизы о частичном совпадении характеристик, указанных в листе определения стоимости с обнаруженными остатками сгоревшего строения, подлежат отклонению, поскольку неверный (ошибочный) расчет не может свидетельствовать об умышленном сообщении страхователем при заключении договора страхования ложных сведений.

Так, в исследовательской части судебной экспертизы указано на то, что установленный экспертом размер фундамента составляет 10х12, что дает площадь 120 кв.м., как то указано в листе определения стоимости. При этом указание в экспертизе на то, что в данном случае в площади строения учтена площадь перегородок, что противоречит Приказу Минэкономразвития России от 01.03.2016 №90, не свидетельствует о сообщении страхователем при заключении договора страхования заведомо ложных сведений.

Сторонами признавалось, что по договору добровольного страхования имущества, заключенному сторонами 05.06.2017 по программе «Росгосстрах Дом. Престиж», в том числе застрахован риск пожар.

Как следует из п. 2 ст. 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 года «Об организации страхового дела в Российской Федерации» страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

С учетом представленных в материалы дела доказательств, суд приходит к выводу о том, что 24.10.2017 страховой случай наступил, сгорело застрахованное истцом имущество в виде дома, расположенного по адресу: <адрес>, в связи с чем у ответчика – ПАО СК «Росгосстрах» возникла обязанность по выплате истцу страхового возмещения.

Актом осмотра №15936250 от 02.11.2017 строения по адресу: <адрес>, составленным экспертом ЗАО «Технэкспро», установлено, что в результате пожара согрели полностью (100%) стены, наружная отделка, полы, перекрытие, крыша дома; стены, наружная отделка, полы, перекрытие мансарды; внутренняя отделка и инженерное оборудование дома; фундамент дома поврежден тепловым воздействием на 30% (л.д. 72-76 том 1).

Согласно никем не оспоренным выводам судебной экспертизы фундамент строения, по адресу: <адрес>, выполненный из металлических винтовых свай имеет повреждения, выраженные в нарушении целостности лакокрасочного покрытия свай.

Фундамент строения, по адресу: <адрес> выполненный из металлических винтовых свай находится в удовлетворительном состоянии, пригоден для дальнейшего использования и требует восстановления защитного антикоррозионного лакокрасочного покрытия свай.

Определить стоимость восстановительного ремонта строения, расположенного по адресу: <адрес>, поврежденного в результате пожара 24.10.2017 года в соответствии с условиями договора страхования и правил страхования, а именно с учетом износа, обесценивания и процентного распределения стоимости, по состоянию на дату наступления случая (на 24.10.2017 г.) возможно, только после предоставлением, эксперту исходных данных и параметров спорного строения, указанных в п. 4.1, МДС 81-35.2004 (л.д. 157-200 том 1).

При этом в судебном заседании 28.05.2019 эксперт указал на установление им незначительного нарушения целостности лакокрасочного покрытия металлических винтовых свай, вызванного температурным воздействием от сгорания постройки, возведенной на нем, что свидетельствует о его пригодности для дальнейшего использования.

В ходе рассмотрения спора сторонами в материалы дела не представлено документов, содержащих исходные данные и параметры строения, расположенного по адресу: <адрес> При этом согласно пояснений представителя истца документов по строительству застрахованного дома не сохранилось.

В соответствии с п. 11.1.5 договора страхования стороны договорились о процентном распределении конструктивных элементов строения в общей страховой сумме: фундамент – 20%, полы перекрытия – 20 %, стены – 40%, крыша – 20%.

При таких обстоятельствах, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, в том числе выводы судебной экспертизы, установив, что фундамент застрахованного строения находится в удовлетворительном состоянии и пригоден для дальнейшего использования, с учетом положений пунктов 9.9, 9.9.1 – 9.9.5 правил страхования, и принимая во внимание невозможность определения реального ущерба с учетом износа, обесценивания и процентного распределения стоимости, по состоянию на дату наступления случая, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с ответчика невыплаченного страхового возмещения в размере 3 992 844 руб., исходя из следующего расчета: 3 020 805 руб. (страховая сумма по объекту «Конструктивные элементы») – 604 161 руб. (процент страховой суммы приходящийся на фундамент (20%) + 1 576 200 руб. (страховая сумма по объекту «Внутренняя отделка и инженерное оборудование»).

Разрешая требования истца о взыскании неустойки, суд приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Пунктом 4 ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (введен Федеральным законом от 08.03.2015 № 42-ФЗ, вступившим в силу 01.06.2015) предусмотрено, что в случае, когда соглашением сторон предусмотрена неустойка за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежного обязательства, предусмотренные настоящей статьей проценты не подлежат взысканию, если иное не предусмотрено законом или договором.

Таким образом, с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 42 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», и принимая во внимание, что договор страхования между сторонами заключен 05 июня 2017 года, суд приходит к выводу о том, что за нарушение сроков выплаты страхового возмещения с ответчика в пользу истца в настоящем случае подлежит взысканию законная неустойка, предусмотренная п. 5 ст. 28 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей».

Пунктом 5 статьи 28 Закона о защите прав потребителей предусмотрена ответственность за нарушение сроков оказания услуги потребителю в виде уплаты неустойки, начисляемой за каждый день просрочки в размере 3 процентов цены оказания услуги, а если цена оказания услуги договором об оказании услуг не определена - общей цены заказа.

Цена страховой услуги определяется размером страховой премии (пункт 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 г. № 20 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан»).

Согласно п. 8.1.2 Правил добровольного страхования строений, квартир, домашнего и другого имущества, гражданской ответственности собственников (владельцев) имущества № 167 (л.д. 57-88), на основании которых между сторонами был заключен договор страхования, страховщик обязан после получения всех документов от Страхователя (Выгодоприобретателя), указанных в п. 8.3.8.8. настоящих Правил, необходимых для решения вопроса о возможности признания или непризнания события, имеющего признаки страхового случая, страховым случаем или отказе в страховой выплате, в 20-дневный срок, если иное не предусмотрено договором страхования, не считая выходных и праздничных дней, принять решение о признании или непризнании события, имеющего признаки страхового случая, страховым случаем и о страховой выплате или об отказе в страховой выплате, а также произвести страховую выплату в случае принятия решения о признании события, имеющего признаки страхового случая, страховым случаем или письменно уведомить Страхователя (Выгодоприобретателя) о принятом решении об отказе в страховой выплате, в случае принятия соответствующего решения.

Таким образом, с учетом положений Правил страхования, принимая во внимание дату обращения истца с заявлением и предоставления всех предусмотренных правилами страхования документов – 11ноября 2017 года, выплата страхового возмещения должна была быть произведена не позднее 08 декабря 2017 года.

В настоящем случае в ходе рассмотрения дела установлено, что ответчик выплату страхового возмещения не в установленный срок не произвел, и учитывая, что ответчиком в нарушение требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено суду доказательств обоснованности продления сроков рассмотрения заявления, на стороне ответчика образовалась просрочка исполнения обязательств, в связи с чем с него подлежит взысканию неустойка, предусмотренная ст. 28 Закона «О защите прав потребителей».

Как усматривается из полиса ПАО СК «Росгосстрах» серии ЕД 78-1616 №0036529 от 05 июня 2017 года, размер страховой премии составляет 41 425 руб. 68 коп.

Принимая во внимание заявленный истцом период с 09 декабря 2017 года по 19 июня 2018 года, неустойка составит 239 854 руб. 69 коп., исходя из расчета: 41 425 руб. 68 коп. х 3 % х 193 дня.

Вместе с тем, учитывая, что сумма взысканной неустойки не может превышать цену отдельного вида выполнения работы (оказания услуги), неустойка подлежит ограничению размером страховой премии – 41 425 руб. 68 коп.

Разрешая требования истца в части взыскания с ответчика денежной компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 15 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

Оценивая степень нравственных и физических страданий с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, а также степени нарушения прав истца ответчиком, с учетом принципов разумности и справедливости суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в сумме 20 000 руб.

В соответствии с п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В пункте 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» указано, что при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона).

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что с ответчика подлежат взысканию денежные средства в сумме 4 054 269 руб. 68 коп., с ответчика так же подлежит взысканию штраф в размере 50 % от взыскиваемых сумм, что составит 2 027 134 руб. 84 коп.

Вместе с тем, ответчик просил снизить штрафную неустойку в порядке ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, ссылаясь на её явную несоразмерность последствиям нарушения обязательств по договору страхования.

Поскольку штраф, установленный Законом «О защите прав потребителей» является мерой гражданско-правовой ответственности за исполнение обязательства ненадлежащим образом, данная мера подпадает под правовое регулирование главы 23 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Согласно положению статьи 1 ФЗ «О защите прав потребителей» отношения в области защиты прав потребителей регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации, настоящим Законом, другими федеральными законами (далее - законы) и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Из системного толкования приведенных положений закона следует, что к отношениям по штрафу, установленному ФЗ «О защите прав потребителей» применимы общие начала гражданского законодательства о неустойке (штрафе).

Применительно к размеру штрафа суд полагает возможным в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации уменьшить размер штрафа до суммы 1 000 000 рублей, взыскание штрафа в большем размере не отвечает принципам разумности и соразмерности.

В порядке ст.ст. 94, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание удовлетворение исковых требований в части, с ответчика в пользу истца надлежит взыскать расходы по уплате государственной пошлины за предъявление искового заявления в размере 27 346 руб. 43 коп. (л.д. 8 том 1), поскольку указанные расходы находятся в непосредственной причинно-следственной связи между рассмотренным делом и указанными тратами, понесенными истцом по делу.

При этом принимая во внимание, что в материалы дела не представлено доказательств несения расходов по оплате услуг представителя, суд не усматривает оснований для удовлетворения требований истца о взыскании указанных расходов в размере 50 000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 12, 56, 67, 98, 100, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 – удовлетворить частично.

Взыскать с ПАО СК «Росгосстрах» в пользу ФИО1 страховое возмещение в размере 3 992 844 рублей, неустойку в сумме 41 425 рублей 68 копеек, денежную компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей, штраф в размере 1 000 000 рублей, расходы уплате государственной пошлины в размере 27 346 рублей 43 копеек.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ПАО СК «Росгосстрах» в остальной части отказать.

В удовлетворении встречных исковых требований ПАО СК «Росгосстрах» к ФИО1 о признании договора недействительным, взыскании судебных издержек, отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Приморский районный суд Санкт-Петербурга.

В окончательной форме решение суда принято 02 июля 2019 года.

Судья