Решение № 2-1903/2020 2-1903/2020~М-1591/2020 М-1591/2020 от 19 июля 2020 г. по делу № 2-1903/2020

Дело №2-1903/2020


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 июля 2020 года г. Старый Оскол

Старооскольский городской суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Уваровой А.М.,

при секретаре судебного заседания Злобиной Н.В.,

старшего помощника Старооскольского городского прокурора Волчкевич Л.А.,

с участием представителя истца ФИО1 по доверенности от 02 июня 2020 года, представителя ответчика АО «Стойленский горно-обогатительный комбинат» ФИО2 по доверенности от 11 июня 2019 года,

в отсутствие истца ФИО3, извещенной надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к акционерному обществу «Стойленский горно-обогатительный комбинат» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО3 21 мая 1982 года была принята на работу в ОАО «Стойленский ГОК, 19 июня 1995 года переведена на участок КСМД обогатительной фабрики машинистом крана, 02 июня 2017 года была уволена в соответствии с медицинским заключением.

За период работы ФИО3 приобрела профессиональное заболевание – <данные изъяты>.

Дело инициировано иском ФИО3, которая просила суд взыскать с АО «Стойленский ГОК» в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 400000 руб., судебные расходы в размере 1070 руб.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 поддержал заявленные требования в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика ФИО2 не оспаривала, что повреждение здоровья истца произошло в связи с профессиональной деятельностью в АО «Стойленский ГОК», но полагала, что требуемая сумма компенсации морального вреда завышена, не возражала против удовлетворения требований в сумме 60000 руб.

В судебное заседание истец ФИО3 не явилась, о времени и месте судебного заседания извещалась sms-уведомлением, отправленным на номер ее мобильного телефона, доставленным абоненту 02 июля 2020 года.

Исходя из принципа диспозитивности сторон, согласно которому стороны самостоятельно распоряжаются своими правами и обязанностями, осуществляют гражданские права своей волей и в своем интересе (ст. ст. 1, 9 ГК РФ), а также исходя из принципа состязательности, суд вправе разрешить спор в отсутствие стороны, извещенной о времени и месте судебного заседания, и не представившей доказательства отсутствия в судебном заседании по уважительной причине.

В силу ч. 3 ст. 167 ГПК РФ суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

С учетом данных обстоятельств суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса, извещенных о дате судебного заседания надлежащим образом.

Исследовав обстоятельства по представленным доказательствам, заслушав заключение старшего помощника Старооскольского городского прокурора Волчкевич Л.А., полагавшей необходимым удовлетворить требования ФИО3, суд признает иск обоснованным и подлежащим удовлетворению.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (ч. 2 ст. 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч. 2 ст. 37), каждый имеет право на охрану здоровья (ч. 2 ст. 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (ч. 1 ст. 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует наличие права на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, в том числе, в судебном порядке.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права (абз. 1 и 2 ч. 1 ст. 5 ТК РФ).

Трудовым кодексом Российской Федерации установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абз. 14 ч. 1 ст. 21 ТК РФ).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (ч. 2 ст. 22 ТК РФ).

В силу ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно ст. 1064 ГК РФ, ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Общими основаниями ответственности работодателя за причинение работнику морального вреда являются: наличие морального вреда; неправомерное поведение (действие или бездействие) работодателя, нарушающее права работника; причинная связь между неправомерным поведением работодателя и страданиями работника; вина работодателя.

В соответствии с абз. 11 ст. 3 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.

Судом установлено, что 21 мая 1982 года была принята на работу в ОАО «Стойленский ГОК, 19 июня 1995 года переведена на участок КСМД обогатительной фабрики машинистом крана, 02 июня 2017 года была уволена в соответствии с медицинским заключением, что подтверждается записями в трудовой книжке истца.

Из акта о случае профессионального заболевания от 30 июня 2017 года, утвержденного начальником Территориального отдела Управления Роспотребнадзора по Белгородской области в Старооскольском районе ФИО4, следует, что профессиональное заболевание ФИО3 возникло при обстоятельствах и условиях: длительного стажа работы в условиях воздействия высокофиброгенной пыли в концентрациях многократно превышающих ПДК, несовершенства технологического оборудования, охлаждающего микроклимата.

Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека производственных факторов или веществ: содержание пыли в воздухе рабочей зоны от 0,7 мг/м? до 180,4 мг/м? (ПДК – 2,0/6,0 мг/м?); уровень общей технологической вибрации от 55 дБ до 120 дБ (ПДУ – 92 дБ); уровень шума (эквивалентный уровень звука) от 68 дБА до 109 дБА (ПДУ – 80дБА); параметры микроклимата: температура от 0°С до +31,0°С (норма: +15°С - +27°С); влажность воздуха от 20% до 100% (норма – 15% - 75%); скорость движения воздуха от 0,01 м/с до 0,49 м/с (норма: 0,2 м/с – 0,5 м/с).

Данным актом также установлено, что заболевание является профессиональным и возникло в результате длительного стажа работы в условиях воздействия высокофиброгенной пыли в концентрациях многократно превышающих ПДК, несовершенства технологического оборудования, охлаждающего микроклимата.

Непосредственной причиной заболевания послужил повышенный уровень запыленности.

В действиях ФИО3 вины не установлено.

Согласно выписного эпикриза из историй болезни № № ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф. Эрисмана» Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, ФИО3 постановлен заключительный диагноз: <данные изъяты>.

Истец нуждается в проведении реабилитационных мероприятий согласно предоставленной программе реабилитации, пострадавшего в результате профессионального заболевании, выданной учреждением государственной службы медико-социальной экспертизы.

Согласно справке МСЭ-№ от 27 сентября 2019 года определена степень утраты трудоспособности в результате профессионального заболевания в размере 30 % с 01 сентября 2019 года по 01 сентября 2020 года.

Как установлено в судебном заседании, профзаболевание у истца является хроническим, а не временным, что свидетельствует о длительности и тяжести переносимых им страданий и подтверждается выписным эпикризом из историй болезни № № клиники ФНЦГ им. Ф.Ф. Эрисмана.

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что истец претерпевает наряду с физическими страданиями и нравственные страдания в виде страха, волнения за дальнейшее состояние здоровья, качество ее жизни снизилось, она вынуждена постоянно проходить лечение, наблюдение, обследование, как амбулаторно, так и стационарно, что доставляет ей неудобства и дискомфорт. Вынуждена переживать в ожидании результатов очередных освидетельствований, связанных с профзаболеванием.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечение безопасности труда и условий, отвечающих требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

В силу ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагаются на работодателя. В случае, если работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, федеральными законами и иными правовыми актами (ст. 22 ТК РФ).

К числу наиболее значимых человеческих ценностей относится здоровье, поэтому его защита должна быть приоритетной (ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного здоровью, относится к числу общепризнанных основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на охрану здоровья, прямо закрепленного в Конституции Российской Федерации.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о применении в рассматриваемом случае положений ст. 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», ст. 151, 1101 ГК РФ и возложении на работодателя обязанности денежной компенсации морального вреда, причиненного работнику вследствие причинения вреда его здоровью в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

Ввиду отсутствия в Трудовом кодексе Российской Федерации норм, регламентирующих иные основания возмещения работнику морального вреда, помимо неправомерных действий или бездействия работодателя, к отношениям по возмещению работнику морального вреда применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие обязательства вследствие причинения вреда.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 ГК РФ (ст. 1099 ГК РФ).

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

В п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

При определении подлежащего взысканию в пользу ФИО3 размера компенсации морального вреда суд исходит из наличия профессионального заболевания у истца, степени утраты профессиональной трудоспособности – 30 %, продолжительности периода, отработанного в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных факторов в АО «Стойленский ГОК», превышающих гигиенические нормы, возраста истца, невозможность полного устранения последствий воздействия неблагоприятных факторов на здоровье истца, хронический характер профзаболевания, необходимость лечения в связи с имеющимися заболеваниями.

Неустановление истцу группы инвалидности свидетельствует о незначительности нарушений функций ее организма и отсутствии ограничений основных категорий жизнедеятельности, что также учитывается судом при определении размера компенсации морального вреда, поскольку прямо влияет на характер и степень ее нравственных страданий.

Учитывая требования разумности и справедливости, степень нравственных и физических страданий заявителя суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в сумме 160000 руб.

Ссылки ответчика на коллективный договор по вопросу возмещения морального вреда, суд находит необоснованными, так как истец с данным договором ознакомлен не был. Компенсация морального вреда относится к оценочным и субъективным понятиям, в связи с чем, не может быть ограничена какими-либо условиями и рамками. Кроме того, доказательств того, что заболевание истца излечимо, или доказательств достаточности денежных средств, предоставляемых истцу по коллективному договору в размере 60000 руб., ответчиком не представлено.

В силу ст.98 ГПК РФ взысканию с ответчика в пользу истца подлежат судебные расходы в размере 1070 руб.

Государственная пошлина, подлежащая взысканию с ответчика в силу ст.103 ГПК РФ, рассчитанная в соответствии с правилами ст. 333.19 Налогового кодекса РФ составляет 300 руб. (нематериальные требования о компенсации морального вреда).

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ,

решил:

иск ФИО3 к акционерному обществу «Стойленский горно-обогатительный комбинат» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с акционерного общества «Стойленский горно-обогатительный комбинат» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 160000 руб., судебные расходы в размере 1070 руб.

Взыскать с акционерного общества «Стойленский горно-обогатительный комбинат» в бюджет Старооскольского городского округа Белгородской области государственную пошлину в размере 300 руб.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Старооскольский городской суд Белгородской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья подпись А.М. Уварова

Решение принято в окончательной форме 24 июля 2020 года.

Решение