Решение № 2-369/2019 2-369/2019~М333/2019 М333/2019 от 10 июля 2019 г. по делу № 2-369/2019

Дело № 2-369/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 июля 2019 года г. Черняховск

Черняховский городской суд Калининградской области в составе судьи Ефременковой В.В., при секретарях Глушцовой К.В., Болучевской Н.А., с участием прокурора Абрамовой О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 ФИО15 к Министерству обороны Российской Федерации, войсковой части 87832 о взыскании денежной компенсации морального вреда,

Установил:

ФИО2 обратилась в суд с иском к войсковой части 87832 о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного смертью сына в размере 1 000 000 рублей. Требования иска мотивированы тем, что она является матерью погибшего ДД.ММ.ГГГГ военнослужащего по контракту - старшего прапорщика ФИО1, проходившего службу в войсковой части 87832. 20 июля 2016 сын убыл в служебную командировку на УТК «Гвардейский». ДД.ММ.ГГГГ около 13.20 часов сын был обнаружен в лесном массиве на удалении 200 метров от выезда с полигона без признаков жизни. Согласно заключению экспертизы смерть супруга наступила от асфиксии в результате сдавливания шеи петлей при повешении.

На момент гибели сыну было 40 лет, он был для нее опорой и помощником. Его гибель является для нее невосполнимой утратой. К гибели сына привело нарушение должностными лицами войсковой части требований нормативно правовых актов РФ, отсутствие надлежащего контроля за организацией службы в войсках. Должностные лица, чьи действия и бездействие способствовали гибели сына, привлечены к дисциплинарной ответственности, что подтверждает их вину в создании обстановки, способствующей сыну совершить самоубийство. Согласно выписке их приказа командира войсковой части 87832 смерть ее сына связана с исполнением обязанности военной службы. По заключению психолого-психиатрической экспертизы у ее сына отсутствовали предпосылки к совершению суицида.

Принимая во внимание характер, степень и тяжесть нравственных страданий перенесенных и переносимых ею в связи с утратой единственного сына, нарушением семейных связей, целостности семьи, считает, разумным и справедливым взыскание в ее пользу компенсации морального вреда в указанном размере.

В судебном заседании истица исковые требования поддержала по доводам, изложенным в иске.

Ответчик - войсковая часть 87832, будучи извещенной о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание представителя не направила. Ходатайство об отложении рассмотрения иска не заявлено. Дело рассмотрено в отсутствии ответчика.

Определением суда по ходатайству истицы в качестве соответчика по делу привлечено Министерство обороны Российской Федерации, представитель которого извещен о времени и месте рассмотрения спора. В судебное заседание не явился. Представлен отзыв на заявленные требования, из которого следует, что исковые требования не признает по тем основаниям, что обязанность по возмещению вреда жизни или здоровью военнослужащих за счет соответствующей казны возникает в случаях установления вины государственных органов и их должностных лиц в причинении данного вреда. Вина должностных лиц МО РФ в гибели ФИО1 не установлена. Смерть ФИО14 явилась реализацией его умысла, а не результатом незаконных действий (бездействия) должностных лиц войсковой части, где проходил службу последний.

Представитель третьего лица ФКУ «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Калининградской области» ФИО3 пояснила, что считает, что исковые требования удовлетворению не подлежат, так как обеспечение Министерства обороны осуществляется не через счета ФКУ. Кроме того, истице выплачено страховое возмещение, предусмотренное при гибели военнослужащего. По факту смерти сына истицы уголовное дело не возбуждалось. В момент смерти ФИО14 находился в состоянии опьянения. Также указала, что первоначально командиром войсковой части был издан приказ о том, что смерть ФИО7 не связана с прохождением службы. Однако в связи с тем, что при такой формулировке членам семьи ФИО1 не полагались бы страховые выплаты, был издан иной приказ о том, что смерть ФИО1 связана с исполнением обязанностей военной службы.

Выслушав истицу, представителя третьего лица, исследовав материалы дела, и оценивая относимость, допустимость, достоверность каждого представленного доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, заслушав заключение прокурора, согласно которому исковые требования подлежат удовлетворению с учетом принципов разумности и справедливости, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с п. 1 ст. 2 Федерального закона № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» военная служба - особый вид федеральной государственной службы. Согласно ст. 6 Федерального закона № 58-ФЗ «О системе государственной службы Российской Федерации» установлено, что военная служба - вид федеральной государственной службы, представляющий собой профессиональную служебную деятельность граждан на воинских должностях в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках, воинских формированиях и органах, осуществляющих функции по обеспечению обороны и безопасности государства. На основании ст. 2 Федерального закона «О статусе военнослужащих», в соответствии с Уставом внутренней службы Вооруженных Сил РФ и статьей 2 ФЗ РФ «О воинской обязанности и военной службе», к военнослужащим относятся офицеры, прапорщики и мичманы, курсанты военных образовательных учреждений профессионального образования, сержанты и старшины, солдаты и матросы, проходящие военную службу по контракту, сержанты и старшины, солдаты и матросы, проходящие военную службу по призыву, курсанты военных образовательных учреждений профессионального образования до заключения с ними контракта. В силу пункта 1 статьи 16 названного федерального закона охрана здоровья военнослужащих обеспечивается созданием благоприятных условий военной службы, быта и системой мер по ограничению опасных факторов военной службы, проводимой командирами во взаимодействии с органами государственной власти. Забота о сохранении и об укреплении здоровья военнослужащих - обязанность командиров. Согласно п. 2 ст. 27 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» командиры являются единоначальниками и отвечают в мирное и военное время за постоянную боевую и мобилизационную готовность, успешное выполнение боевых задач, боевую подготовку, воспитание, воинскую дисциплину, правопорядок, морально-психологическое состояние подчинённого личного состава и безопасность военной службы, состояние и сохранность вооружения, военной техники и другого военного имущества, материальное, техническое, финансовое, бытовое обеспечение и медицинское обслуживание.

Как установлено судом, ФИО1 с 20 июля 2015 проходил военную службу по контракту в должности техника-радиотелефониста расчета (беспилотных летательных аппаратов) роты (беспилотных летательных аппаратов) и в воинском звании «прапорщик».

В апреле 2016 ФИО1 назначен на воинскую должность командира взвода обеспечения в/части 87832, с последующим присвоением воинского звания «старший прапорщик» (приказ командира 11 АК от ДД.ММ.ГГГГ №).

Согласно приказов командира 11 армейского корпуса (войсковой части 25810) от ДД.ММ.ГГГГ № и командира (46 отдельного разведывательного батальона) войсковой части 87832 № от ДД.ММ.ГГГГ, старший прапорщик ФИО1 с подчиненным личным составом убыл в служебную командировку на УТК «Гвардейский» (полигон), с целью оборудования полевого лагеря. Старшим команды был назначен командир 2 разведывательной роты капитан ФИО8

В период с 22 по 25 июля 2016 личный состав занимался развертыванием пункта хозяйственного довольствия, и места приема пищи личного состава войсковой части 87832.

Утром 25 июля 2016 на полигон прибыл командир войсковой части майор ФИО9 с целью уточнения и постановки задач. В ходе проверки наличия личного состава было обнаружено отсутствие старшего прапорщика ФИО1 Предварительные поиски военнослужащего положительного результата не дали. Позднее, возвращаясь к своему автомобилю, майор ФИО16 заметил старшего прапорщика ФИО14, который шел ему навстречу по дороге и сделал ему замечание за отсутствие на построении и нарушение военной формы одежды (кроссовки), а также указал на неопрятный внешний вид.

25 июля 2016 около 13 часов 20 минут старший прапорщик ФИО1 был обнаружен в лесном массиве на удалении 200 метров от выезда с полигона без признаков жизни, при этом признаков насильственной смерти при осмотре тела не обнаружено, предсмертной записки на месте происшествия не найдено.

В соответствии с заключением № от 29 августа 2016 судебно-медицинской экспертизы смерть ФИО1 наступила от асфиксии в результате сдавления органов шеи петлей при повешении. Каких-либо повреждений, кроме странгуляционной борозды на шее, не обнаружено. При судебно-химическом исследовании крови и мочи из трупа ФИО1 в них обнаружен этиловый спирт: в крови-0,5 промилле, в моче-0,6 промилле, что расценивается как опьянение легкой степени.

В возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ст.110 УК РФ, было отказано на основании п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием события преступления.

В соответствии с приказом командира 11 армейского корпуса Балтийского флота № от 10 августа 2016 старший прапорщик ФИО1 с 26 июля 2016 исключен из списков личного состава Вооруженных Сил РФ в связи со смертью, которая связана с исполнением обязанностей военной службы.

Приказом командира 11 армейского корпуса Балтийского флота № от 10 августа 2016 старший прапорщик ФИО1 с 26 июля 2016 исключен из списков личного состава войсковой части 87832 и указано, что его смерть наступила в период прохождения военной службы и связана с исполнением обязанностей военной службы.

Проведенной проверкой по факту смерти военнослужащего войсковой части 87832 старшего прапорщика ФИО1 было установлено, что причиной самоубийства явился нервно-психический срыв, обусловленный возросшими физическими и психо-эмоциональными нагрузками, отягощенными употреблением алкоголя.

Как следует из заключения заместителя командира 11 армейского корпуса по работе с личным составом от 26 июля 2016 по материалам служебного разбирательства по факту гибели ФИО1, кроме личной недисциплинированности старшего прапорщика ФИО1, указаны причины данного происшествия: отсутствие повседневного контроля за подчиненными со стороны командования 46 орб; недостаточная организация выполнения требований приказа Министра обороны Российской Федерации 2014 года № 533 «О системе работы должностных лиц и органов военного управления по сохранению и укреплению психического здоровья военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации» в части ненадлежащей организации работы по проведению профилактических мероприятий в соединениях и воинских частях корпуса, направленных на предупреждение суицидальных происшествий с военнослужащими со стороны начальника группы психологической работы 11 АК старшего лейтенанта ФИО10; незнание истинного положения дел в подразделениях батальона, деловых и морально-психологических качеств старшего прапорщика ФИО1, отсутствие индивидуальной работы с ним по воинскому воспитанию и совершенствованию профессиональной подготовки со стороны начальника штаба 46 орб майора ФИО11; отсутствие организации и поддержания внутреннего порядка в полевых условиях командиром 2 рр 46 орб капитаном ФИО12

Данные нарушения своих служебных обязанностей вышеуказанными должностными лицами, способствовавших гибели старшего прапорщика ФИО1 подтверждаются и приказом командира войсковой части 25810 № от 26 июля 2016 изданного по результатам проверки по факту суицида военнослужащего войсковой части 87832 старшего прапорщика ФИО1. Указанным приказом ряд должностных лиц были привлечены к дисциплинарной ответственности, а именно за невыполнение требований приказа Министра обороны Российской Федерации №533 «О системе работы должностных лиц и органов военного управления по сохранению и укреплению психического здоровья военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации» в части ненадлежащей организации работы по проведению профилактических мероприятий в соединениях и воинских частях корпуса, направленных на предупреждение суицидальных происшествий с военнослужащими, начальнику группы психологической работы войсковой части 25810 старшему лейтенанту ФИО10 объявлен выговор. За незнание истинного положения дел в подразделениях батальона, деловых и морально-психологических качеств старшего прапорщика ФИО1, отсутствие индивидуальной работы с ним по воинскому воспитанию и совершенствованию профессиональной подготовки, начальнику штаба войсковой части 87832 капитану ФИО11 объявлен строгий выговор. За отсутствие организации и поддержанию внутреннего порядка в полевых условиях командиру 2 разведывательной роты войсковой части 87832 капитану ФИО8 объявлен строгий выговор.

Согласно заключения судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов) от 19 сентября 2016 № посмертной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы на ФИО1, последний при жизни (до призыва на военную службу и во время прохождения военной службы), каким-либо хроническим психическим заболеванием не страдал. ФИО14 в момент принятия решения о самоубийстве, а также непосредственно при совершении суицидального поступка находился во временно болезненном расстройстве психической деятельности, в виде кратковременной депрессивной реакции, с быстрым (часы) возникновением суицидальных мыслей и последующими аутоагрессивными действиями направленных на реализацию задуманного с выбором места и способа совершения суицида. Поскольку данное депрессивное состояние изменяет у человека восприятие окружающей действительности, оно в исследуемой ситуации привело к совершению суицидальных действий ФИО14 и нарушало у него способность отдавать отчет своим действиям и руководить ими в тот период времени. Об этом свидетельствует наличие психогении (увеличение служебной занятости и нагрузки с расширением ранее не свойственных ему видов функциональных обязанностей и отношений длившихся около 3-х месяцев), отмечаемых у него в последние 3 месяца отрицательно окрашенных эмоциональных переживаний («изменился», стал задумчивым и грустным, «очень уставшим», а перед поездкой на полигон «был сильно взволнован, так как не представлял каким образом будет это делать» и нарушением режима сна в ночь с 24 на 25 июля 2016 года). В юридически значимый период времени ФИО14, кроме отмеченной выше кратковременной депрессивной реакции, находился в состоянии простого алкогольного опьянения. Эпизодическое употребление алкоголя ФИО14 в период его пребывания на учебном полигоне (с вечера 22.07.2016 по 25.07.2016) было обусловлено по всей видимостью попыткой снятия эмоционального напряжения на фоне развивающейся кратковременной депрессивной реакции, с последующим облегчением принятия решения о суициде и его исполнением. При жизни ФИО14 были свойственны такие индивидуально-психологические особенности как исполнительность, дисциплинированность, ответственность, отзывчивость, бесконфликтность, сдержанность в проявлении чувств, скрытность, завышенный уровень желаний в сочетании недостаточными возможностями для их удовлетворения (завышенный уровень притязаний и неадекватная личностным возможностям самооценка). Указанные личностные особенности могли оказать существенное влияние на возникновение и развитие диструктивного внутриличностного конфликта с утратой уверенности в своих силах, фиксацией на неудачах, формированием аффективной напряженности, усиливающей трудности, снижающей продуктивность и самоконтроль, формирующей чувство безысходности ситуации, вплоть до потери смысла жизни.

ФИО2 ФИО17 является матерью умершего ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается свидетельством о рождении.

В соответствии с ч.5 ст.18 Федерального закона от 27.05.1998 № 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" возмещение морального вреда и убытков, причиненных военнослужащим государственными органами и органами местного самоуправления, производится в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии со ст. 1084 ГК РФ вред, причинённый жизни или здоровью гражданина при исполнении обязанностей военной службы, службы в полиции и других соответствующих обязанностей возмещается по правилам, предусмотренным главой 59 (статьи 1064-1101) данного кодекса, если законом не предусмотрен более высокий размер ответственности.

Согласно ст. 1064 ГК Российской Федерации вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинён не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причинённый гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счёт соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Из приведённых законоположений следует, что по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Нормы статьи 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации в системной взаимосвязи с нормами статей 1064 и 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации означают, что обязанность по возмещению вреда жизни или здоровью военнослужащих и приравненных к ним лиц в порядке главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации за счёт соответствующей казны возникает в случаях установления вины государственных органов и их должностных лиц в причинении данного вреда.

При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинён не по его вине (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации. Если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинён вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 8 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесённых им страданий.

Компенсация морального вреда, о взыскании которой в связи со смертью сына при прохождении военной службы по контракту заявлено истцом ФИО14, является одним из видов гражданско-правовой ответственности.

Пунктами 81, 144, 152, 317, 322 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации установлено, что командир (начальник) в целях обеспечения безопасности военной службы обязан: в своей служебной деятельности отдавать приоритет сохранению жизни и здоровья подчиненных военнослужащих; руководствуясь положениями главы 7 настоящего Устава, принимать все возможные меры по обеспечению защищенности военнослужащих от воздействия на них опасных факторов военной службы при исполнении ими своих обязанностей, предупреждению их гибели (смерти) и увечий (ранений, травм, контузий), а также осуществлять мероприятия по предотвращению причинения вреда жизни, здоровью, имуществу местного населения и окружающей среде в ходе повседневной деятельности воинской части (подразделения). Безопасность военной службы заключается в поддержании в полку (подразделении) условий военной службы и порядка ее несения, обеспечивающих защищенность личного состава и каждого военнослужащего в отдельности. К общим условиям обеспечения безопасности военной службы, в частности, отнесено поддержание воинской дисциплины, обеспечение удовлетворительного состояния здоровья военнослужащих, соблюдение правил внутреннего распорядка; командир (начальник) в целях обеспечения безопасности военной службы обязан осуществлять мероприятия по предотвращению причинения вреда жизни, здоровью. Контроль за выполнением личным составом требований безопасности военной службы, отнесен к одному из основных мероприятий по предупреждению гибели, увечий, снижению заболеваемости военнослужащих.

Исследованные судом доказательства в совокупности подтверждают факт виновного неисполнения должностными лицами возложенных на них обязанностей, приведших к гибели военнослужащего.

Противоправное бездействие должностных лиц войсковой части № 87832, приведшее к психотравмирующей ситуации, в которой ФИО1 считал смерть единственным выходом из неё, свидетельствует о наличии причинной связи такого противоправного бездействия должностных лиц и наступлением вреда, то есть смертью военнослужащего. Как усматривается из материалов дела, в период предшествующий гибели ФИО1 последний находился в состоянии эмоционального напряжения с тенденцией к нарастанию, что на фоне заострившихся индивидуально-психологических особенностей способствовало принятию суицидального решения и его реализации. В целом поведение ФИО14 определялось механизмами не психологического, а патопсихологического уровня, что и явилось поводом для самоубийства. В связи с чем, надлежащий контроль со стороны должностных лиц войсковой части объективно мог сделать данное происшествие невозможным.

Отсутствие в действиях (бездействии) должностных лиц признаков уголовно наказуемого деяния (доведение до самоубийства) не исключает их гражданско-правовой ответственности при наличии их виновного противоправного поведения (действия или бездействия), выражающегося в нарушении предписаний законов и нормативных актов, регламентирующих порядок несения военной службы (в частности, Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», Устава внутренней службы Вооружённых Сил Российской Федерации), несоблюдении требований должностных инструкций и неисполнении служебных обязанностей.

С учетом того, что должностные лица войсковой части 87832 были привлечены к дисциплинарной ответственности за названное выше противоправное бездействие, суд приходит к выводу об их виновности в создании обстановки, способствующей совершению военнослужащим по контракту ФИО1 при исполнении обязанностей военной службы суицида и соответственно в причинении вследствие этого его матери ФИО2 морального вреда.

Доводы ответчиков об отсутствии оснований для удовлетворения иска, поскольку причастные лица к доведению до самоубийства ФИО14 не установлены, а в возбуждении уголовного дела по ст.110 УК РФ было отказано в связи с отсутствием события преступления, суд находит несостоятельными.

Исходя из принципов разумности и справедливости, характера установленного нарушения конституционного права на жизнь, степени причиненных истцам нравственных страданий, вызванных утратой сына в период прохождения им военной службы, то есть в период, когда государство обязано принять соответствующие меры по защите человека, который находится под его юрисдикцией, в том числе, действия, направленные на то, чтобы удержать человека от совершения суицида, в период, когда ответственные должностные лица должны были знать о сложившейся психотравмирующей ситуации и о наличии угрозы жизни ФИО14 и предпринять должные мер к предотвращению такой угрозы, суд считает необходимым определить размер денежной компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ответчика в размере 150 000 рублей.

В силу положений п.1 ст.125 ГК РФ от имени Российской Федерации и субъектов Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов.

Согласно ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В соответствии со ст. ст.6 Бюджетного кодекса РФ главный распорядитель бюджетных средств (главный распорядитель средств соответствующего бюджета) - орган государственной власти (государственный орган), орган управления государственным внебюджетным фондом, орган местного самоуправления, орган местной администрации, а также наиболее значимое учреждение науки, образования, культуры и здравоохранения, указанное в ведомственной структуре расходов бюджета, имеющие право распределять бюджетные ассигнования и лимиты бюджетных обязательств между подведомственными распорядителями и (или) получателями бюджетных средств.

В силу пп.3 п.1 ст.158 Бюджетного кодекса РФ главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

Положением о Министерстве обороны Российской Федерации, утвержденным Указом Президента РФ от 16.08.2004 № 1082 установлено, что Минобороны России является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики, нормативно-правовому регулированию в области обороны, иные установленные федеральными конституционными законами, федеральными законами, актами Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации функции в этой области, а также уполномоченным федеральным органом исполнительной власти в сфере управления и распоряжения имуществом Вооруженных Сил Российской Федерации и подведомственных Министерству обороны Российской Федерации организаций, министр является главным распорядителем средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание Минобороны России и реализацию возложенных на него полномочий.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для возмещения истице компенсации морального вреда, ответственность по возмещению которого лежит на Российской Федерации в лице Министерстве обороны РФ за счет средств казны Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-197 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 ФИО18 к Министерству обороны Российской Федерации, войсковой части 87832 о взыскании денежной компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства обороны Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО2 ФИО19 денежную компенсацию морального вреда причиненного смертью сына в размере 150 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований и требований к войсковой части 87832 - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Черняховский городской суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Судья В.В. Ефременкова

Мотивированное решение изготовлено 15 июля 2019 года.

Судья В.В. Ефременкова