Постановление № 5-1/2018 5-244/2017 от 11 июля 2018 г. по делу № 5-1/2018

Дело № 5-1/2018 12 июля 2018 года


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Судья Сестрорецкого районного суда Санкт-Петербурга Богданова Н.Л.,

с участием защитника Алексеева Г.П., представителя потерпевшей ФИО1,

рассмотрев дело об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.24 КРФоАП, в отношении

ФИО2, <данные изъяты>; неработающей; ранее привлекавшейся к административной ответственности за совершение однородных административных правонарушений (16.01.2017, 17.04.2017, 11.05.2017, 16.05.2017, 29.05.2017, 09.06.2017),

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 совершила нарушение Правил дорожного движения, повлекшее причинение вреда здоровью средней тяжести потерпевшего, при следующих обстоятельствах.

31.07.2017 в 11 часов 35 минут ФИО2, управляя автомобилем «Мерседес» г.р.з. №, в пос. Репино на пересечении ул. Привокзальная и Большой пр. не выполнила требования п.п. 1.3, 1.5, 9.10 ПДД РФ и дорожной разметки 1.1 Приложения № 2 к ПДД РФ, а именно: на участке ограниченной видимости выбрала недостаточно безопасный боковой интервал, пересекла линию дорожной разметки 1.1, разделяющую транспортные потоки противоположных направлений, выехала на полосу, предназначенную для встречного движения, где произошло столкновение с автомобилем «Ауди» г.р.з. № под управлением С.М. В результате ДТП С.М. причинен вред здоровью средней тяжести.

ФИО2 в судебное заседание 12.07.2018 не явилась, извещена надлежащим образом, об отложении рассмотрения дела не ходатайствовала. Суд признает явку лица, привлекаемого к административной ответственности, необязательной, а представленные материалы достаточными для рассмотрения дела в ее отсутствие.

ФИО2 в судебном заседании 27.10.2017 вину в совершении инкриминируемого правонарушения не признала, показала, что 31.07.2017 около 11 часов 35 минут управляла автомобилем «Мерседес GLK 220» г.р.з. №. Двигалась со стороны пос. Репино в направлении пос. Ленинское по виадуку в своей полосе. Вместе с ней в машине находилась Р. Встречные полосы движения были разделены временной красной сплошной разметкой, с обеих сторон дороги – ограждения. Проезжая часть была узкой из-за ремонтных работ. На повороте навстречу ей со стороны пос. Ленинское в направлении Зеленогорского шоссе выехал автомобиль «Ауди А1» г.р.з. №, и произвел столкновение с ее автомобилем. Считает, что ДТП произошло по вине водителя «Ауди» С.М., которая не соблюла боковую дистанцию и требования дорожной разметки. Также указала на то, что согласилась со схемой ДТП под давлением со стороны З., которого вызвала на место ДТП С.М., и у которого при себе имелось в кобуре оружие.

Защитник Алексеев Г.П. просил дело об административном правонарушении в отношении ФИО2 прекратить в связи с отсутствием в ее действиях состава административного правонарушения, указывая, что собранных по делу доказательств недостаточно для признания ее вины, учитывая, что выводы двух проведенных по делу судебных экспертиз полностью противоречат друг другу: одной (заключение эксперта № 19-7/18 от 07.03.2018) установлено, что действия ФИО2 соответствовали требованиям ПДД РФ, а второй (заключение эксперта № 21253 от 21.06.2018) – не соответствовали требованиям Правил дорожного движения РФ, что стало причиной ДТП. Просил признать заключение эксперта № 21253 от 21.06.2018 недопустимым доказательством, поскольку определение суда, на основании которого было составлено данное заключение, вынесено без учета мнения стороны защиты о виде экспертного учреждения, о кандидатуре эксперта, о вопросах поставленных перед экспертом, также было отказано в заявлении и приобщении письменного ходатайства о назначении экспертизы. Кроме того, считает выводы эксперта неверными, основанными на недопустимом доказательстве, таком как схема ДТП, в которой не указаны величина обочины проезжей части, следовые трассологические признаки, уклон дороги, также не обозначено растекание жидкости. Полагал, что на основании данных, указанных в схеме эксперт не мог установить место соприкосновения транспортных средств.

Потерпевшая С.М. в судебном заседании показала, что 31.07.2017 она управляла автомобилем «Ауди А1» г.р.з. №, двигалась из пос. Ленинское в сторону Санкт-Петербурга по виадуку через железнодорожные пути по своей полосе движения со скоростью около 25 км/ч (на данном участке дороги было установлено ограничение 20 км/ч), так как проводились ремонтные работы дороги, полосы движения были узкие, одна полоса была разделена на две временной дорожной сплошной разметкой. С правой стороны дорога огорожена железным ограждением, и она старалась двигаться ближе к нему. В момент максимального ограничения видимости, на повороте на 360 градусов, она увидела автомобиль «Мерседес», двигающийся во встречном направлении на большой скорости, и выехавший на 1/3 корпусом на ее полосу движения. Она применила маневр торможения, но произошло столкновение транспортных средств. Так как разворот был очень резкий, она поздно увидела автомобиль «Мерседес», за 1-3 секунды до столкновения. Удар при столкновении пришелся в левое переднее колесо ее автомобиля, также были повреждены капот, дверь со стороны водителя. От удара машина сдвинулась в сторону ограждения, в связи с чем повреждена задняя часть автомобиля, заднее правое колесо. У автомобиля «Мерседес» повреждена левая передняя часть, капот, левое переднее колесо. Подушки безопасности сработали у обеих машин. В автомобиле «Мерседес» находились водитель ФИО2 и Р. Считает, что в ДТП виновен водитель автомобиля «Мерседес», так как ее полоса движения была шире, но она выехала на встречную полосу движения. Она (С.М.) ехала очень близко к дорожному ограждению, места для маневра вправо у нее не было, возможности избежать столкновения она не имела. Полагает, что следы осыпи от корпусов автомобилей, положение транспортных средств на дороге, которые зафиксированы на фотографиях, свидетельствуют о несоблюдении ФИО2 требований дорожной разметки и бокового интервала. После столкновения она (С.М.) потеряла сознание, когда очнулась, попробовала выйти, но дверь со стороны водителя была заблокирована. Она позвонила знакомому З., который в скором времени приехал на место происшествия. Была вызвана скорая медицинская помощь и ГИБДД. Приехавшая на место ДТП машина скорой помощи отвезла ее больницу. Схему ДТП составляли без ее участия, но через 3-5 дней ее с ней ознакомили. Со схемой ДТП она согласна. В результате столкновения она получила травмы: перелом кубовидной кости левой стопы с расхождением отломков, гематому туловища, ушибы. В настоящее время испытывает ноющие боли в ноге, в поликлинике по месту жительства ей проводят лечебные процедуры.

Представитель потерпевшей ФИО1 полагала вину ФИО2 установленной, собранные по делу доказательства, отвечающими требованиям допустимости и относимости, в том числе схему ДТП, на которой указана осыпь грязи, что является одним из трассологических признаков, заключение эксперта № 21253 от 21.06.2018, при составлении которого были исследованы все доказательства, собранные по делу, а также истребованы дополнительные сведения.

Свидетель З., предупрежденный об административной ответственности по ст. 17.9 КРФоАП, показал, что является знакомым потерпевшей. 31.07.2017 в первой половине дня ему позвонила С.М. и сказала, что попала в ДТП и попросила подъехать. Когда он приехал на место происшествия, увидел, что С.М. получила травму, не позволяющую покинуть автомобиль. Также увидел автомобили участников ДТП: автомобиль «Мерседес» стоял под углом почти 90 градусов, столкнувшись с машиной С.М. – «Ауди». Оружия при нем не было, то, что ФИО2 приняла за кобуру, было кошельком, прикрепленным к поясу, в котором он носит личные вещи. С ФИО2 он обмолвился несколькими фразами: по поводу здоровья потерпевшей, а также об эвакуации транспортных средств. Он не был агрессивным, грубых высказываний не допускал, не угрожал. Позже он и дочь ФИО2 – Р. занимались эвакуацией автомобилей.

Свидетель Р., предупрежденная об административной ответственности по ст. 17.9 КРФоАП, пояснила суду, что приходится ФИО2 дочерью. 31.07.2017 она находилась в качестве пассажира на переднем сидении в автомобиле «Мерседес», под управлением ФИО2, также в автомобиле находилась собака. Двигались из г. Сестрорецка в сторону пос. Ленинское. Въехали на виадук с резким поворотом на 180 градусов, где проводились ремонтные работы, одна полоса дороги была разделена на две. Их автомобиль двигался по своей полосе движения со скоростью 20-25 км/ч. Из-за резкого поворота, автомобиль «Ауди», двигающийся во встречном направлении, она увидела примерно за 1 секунду до столкновения. С ее ракурса, ей показалось, что автомобиль С.М. двигался прямо на них. Все произошло очень быстро: они ехали, на повороте ФИО2 отпустила педаль газа, потом произошло столкновение. Удар пришелся в переднее левое колесо их автомобиля, у автомобиля «Ауди» так же в переднее левое колесо. После столкновения она вышла из автомобиля, подошла к потерпевшей, которая была заблокирована в машине, поинтересовалась ее самочувствием. В связи с тем, что дорога была узкая, их автомобили заблокировали проезжую часть. Через 10 минут за ней приехал друг, и, так как собака, находившаяся в автомобиле, была беременная, она (Р.) уехала с места ДТП. Примерно через 3 часа вернулась для помощи в эвакуации автомобиля, поскольку ФИО2 повезли на медицинское освидетельствование. Эвакуацией она занималась вместе с ФИО3 Она видела у него на поясе кобуру, но оружия не видела. Ей никто не угрожал.

Инспектор ИАЗ ОГИБДД ОМВД России по Курортному району С., предупрежденный об административной ответственности по ст. 17.9 КРФоАП, в судебном заседании пояснил, что 31.07.2017 ему поступило сообщение о ДТП, в котором имеется пострадавшая. Из полученной информации следовало, что потерпевшей причинен тяжкий вред здоровью, в связи с чем он выехал на место происшествия. Пояснил, что в таких случаях дознаватели всегда выезжают на место ДТП с целью оказания помощи инспекторам ДПС в сборе доказательств, в частности, объясняют, на что обратить внимание при фиксации дорожно-транспортного происшествия. Он приехал на место, примерно, через 1-1,5 ч. после ДТП. На месте происшествия была ФИО2, инспекторы ДПС, дорожные рабочие. Потерпевшей не было, так как ее увезли в медицинское учреждение. Сотрудники ГИБДД оформляли материал ДТП, в котором зафиксировали все следы и предметы, относящиеся к дорожно-транспортному происшествию, в том числе осыпь под автомобилем «Ауди». Осыпь под автомобилем «Мерседес» он не видел. ФИО2 на месте происшествия вела себя спокойно, адекватно. Схема ДТП составлялась с ее слов. ФИО2 указала, что она выехала на встречную полосу движения, показала место столкновения транспортных средств, направление движения автомобилей участников ДТП. Мокрые потеки на асфальте со стороны автомобиля «Мерседес», зафиксированные на представленных ему для обозрения фотографиях, он не видел, поскольку находился со стороны автомобиля «Ауди», и не заходил за автомобиль «Мерседес», так как транспортные средства участников ДТП перегородили проезжую часть. Поступило сообщение, что у потерпевшей тяжкий вред здоровью отсутствует, и он уехал с места ДТП. Также указал, что на представленных ему фотографиях имеются осколки частей бампера. Пояснил, что фототаблица в количестве 4 фотографий составляется для занесения в базу АИУС ГИБДД, предназначенную для учета и хранения данных об авариях на дорогах, носит информационный характер и не является доказательством по делу, доказательством является схема ДТП. В фототаблице отражается направление движения транспортных средств, а также крестиком условное место столкновения автомобилей. Кроме того, сообщил, что при проведении административного расследования были получены доказательства, позволявшие сделать вывод, что именно действия ФИО2 явились причиной ДТП, в связи с чем им составлен протокол об административном правонарушении по ч. 2 ст. 12.24 КРФоАП в отношении ФИО2 и материалы дела переданы в суд. В рамках административного расследования от ФИО2 никаких возражений относительно ее вины и ходатайств не поступало. При составлении протокола об административном правонарушении ей были разъяснены возможные последствия за совершение данного правонарушения.

Инспектор ДПС ОВ ДПС ОГИБДД ОМВД России по Курортному району Санкт-Петербурга Б., допрошенный в судебном заседании, предупрежденный об административной ответственности по ст. 17.9 КРФоАП, показал, что он оформлял схему ДТП, произошедшего 31.07.2017 в пос. Репино на виадуке с участием автомобилей «Мерседес» и «Ауди». Прибыв на место происшествия, увидел, что транспортные средства перекрыли проезжую часть. На месте ДТП был водитель автомобиля «Мерседес» и мужчина в возрасте. Схему ДТП он составлял в отсутствие потерпевшей, со слов ФИО2, которая указала место ДТП на полосе встречного для нее движения и направление движения транспортных средств. Он произвел необходимые измерения, и все данные зафиксировал в схеме ДТП, в том числе желтым цветом отметил осыпь грязи рядом с автомобилем «Ауди», оранжевым крестиком – место столкновения. При составлении схемы осуществил привязку места ДТП к пос. Репино пересечение ул. Привокзальная и Большой проспект. После обозрения фотографий пояснил, что в схеме отражено все, что имело место на момент ее составления, если бы на дорожном покрытии были потеки, они были бы отражены в схеме. Во время оформления ДТП он не видел, чтобы находившийся там мужчина подходил к ФИО2 и проявлял действия агрессивного характера. Также не помнит, была ли у мужчины на поясе кобура. ФИО2 о каких-либо угрозах в ее адрес ему не сообщала. Если бы что-то подобное было, они бы данные действия пресекли и вызвали сотрудников полиции.

Инспектор ДПС ОВ ДПС ОГИБДД ОМВД России по Курортному району Санкт-Петербурга В., предупрежденный об административной ответственности по ст. 17.9 КРФоАП, показал суду, что 31.07.2017 он вместе с ИДПС Б. выехал на место ДТП в пос. Репино. На месте уже была машина скорой медицинской помощи, которая увезла потерпевшую в больницу. Также там находился второй участник ДТП (ФИО2) и пожилой мужчина, который приехал к потерпевшей, наверное, для того, чтобы забрать ее автомобиль. Позже приехали инспекторы дорнадзора и дознаватели. На участке дороги, на котором произошло столкновение транспортных средств, проводились дорожные работы, одна полоса была разделена на две временной разметкой. Автомобили «Мерседес» и «Ауди» были расположены поперек дороги, перегородив проезжую часть. При оформлении ДТП было принято решение о привязке места ДТП к пересечению ул. Привокзальная и Большой проспект в пос. Репино. Он составлял протокол осмотра места совершения административного правонарушения. При оформлении материала ими были зафиксированы все следы (в том числе осыпь), имевшие место на момент составления схемы и протокола осмотра. При составлении протокола осмотра он опирался на данные указанные в схеме ДТП. Место ДТП было на полосе движения автомобиля «Ауди». Место ДТП, направление движения транспортных средств обычно указываются участниками происшествия и, скорее всего, эта информация была занесена в схему со слов ФИО2 Пояснил, что фототаблица составляется не инспектором, оформлявшим ДТП, а сотрудником, который заносит в базу данных сведения о ДТП. В фототаблице отражаются приблизительные сведения. На вопрос, почему не отражены в схеме и протоколе осмотра следы вытекания жидкости, имеющиеся на фотографиях, ответить не смог, указав, что все следы, имевшие место на момент оформления ДТП, были зафиксированы.

Суд, выслушав участников производства по делу об административном правонарушении, исследовав материалы дела, оценивая добытые по административному делу доказательства в их совокупности, приходит к следующим выводам.

Частью 2 ст. 12.24 КРФоАП предусмотрена административная ответственность за нарушение водителем Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшего.

Обязательным элементом объективной стороны правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КРФоАП, является прямая причинная связь между совершенным деянием и наступившими общественно опасными последствиями (то есть причинение вреда здоровью потерпевшего должно быть вызвано именно нарушением водителем Правил дорожного движения).

Согласно протоколу об административном правонарушении, ФИО2 вменяется нарушение п.п. 1.3, 1.5, 9.10 ПДД РФ и дорожной разметки 1.1 Приложения № 2 к ПДД РФ.

В соответствии с п. 1.3 Правил дорожного движения РФ, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090, участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

На основании п. 1.5 ПДД РФ участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Согласно 9.10 Правил дорожного движения водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения.

Горизонтальная дорожная разметка 1.1, согласно Приложению № 2 к ПДД РФ разделяет транспортные потоки противоположных направлений и обозначает границы полос движения в опасных местах на дорогах; обозначает границы проезжей части, на которые въезд запрещен; обозначает границы стояночных мест транспортных средств.

Как усматривается из материалов дела, 31.07.2017 в 11 часов 35 минут ФИО2, управляя автомобилем «Мерседес» г.р.з. №, в пос. Репино на пересечении ул. Привокзальная и Большой пр., на участке ограниченной видимости выбрала недостаточно безопасный боковой интервал, пересекла линию дорожной разметки 1.1, разделяющую транспортные потоки противоположных направлений, выехала на полосу, предназначенную для встречного движения, где произошло столкновение с автомобилем «Ауди» г.р.з. № под управлением С.М. В результате ДТП С.М. причинен вред здоровью средней тяжести. Таким образом, не выполнение требований ФИО2 п.п. 1.3, 1.5, 9.10 ПДД РФ и дорожной разметки 1.1 Приложения № 2 к ПДД РФ явилось причиной ДТП, в результате которого потерпевшей С.М. причинен вред здоровью средней тяжести.

Указанные обстоятельства объективно подтверждаются собранными по делу доказательствами:

-протоколом 78 АО 000497 от 12.09.2017, в котором указано событие административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КРФоАП, вмененного ФИО2;

-протоколом 78 7 046 0018180 осмотра места совершения административного правонарушения от 31.07.2018, составленным в соответствии с требованиями ст. 28.1.1 КРФоАП уполномоченным должностным лицом, в присутствии двух понятых, в котором указаны все существенные для данного дела обстоятельства. В ходе осмотра составлена схема места ДТП и фототаблица, которые приобщены к материалам дела. С протоколом осмотра места происшествия и схемой ДТП ФИО2 и понятые были ознакомлены, замечаний не имели;

-схемой места ДТП, составленной в присутствии водителя ФИО2 и двух понятых, из которой следует, что столкновение транспортных средств «Мерседес» г.р.з. №, под управлением ФИО2, и «Ауди» г.р.з. № под управлением С.М., произошло на полосе движения автомобиля «Ауди» г.р.з. №. На данном участке автодорога имеет по одной полосе движения в каждом направлении, имеется временная горизонтальная дорожная разметка 1.1, разделяющая транспортные потоки противоположных направлений и обозначающая границы полос движения в опасных местах на дорогах и границы проезжей части, на которые въезд запрещен. В схеме также зафиксированы направление движения транспортных средств, ширина проезжей части, силовое ограждение, дорожные знаки, положение транспортных средств после ДТП, следы осыпи грязи. Правильность схемы подтвердили двое понятых, участник ДТП ФИО2 ее не оспаривала;

-справками о ДТП и по ДТП, которыми установлены дата, время, место и участники ДТП, в качестве пострадавшей указана С.М.;

-письменным объяснением потерпевшей С.М. от 03.08.2017, согласно которому 31.07.2017 около 12 час. 30 мин. она управляла автомобилем «Ауди» г.р.з. №, следовала по виадуку пос. Репино, проходящему над железной дорогой, из пос. Ленинское в сторону Зеленогорского шоссе со скоростью 25 км/ч в своей полосе движения, узкой из-за ремонтных работ. Транспортные потоки разделяла временная сплошная разметка. Автомобиль «Мерседес» черного цвета, движущийся во встречном направлении, увидела за несколько секунд до аварии, когда он на скорости около 60 км/ч пересек линию временной разметки приблизительно на 1/3 корпуса, выехав на ее полосу движения. Так как дорога была ограниченна ограждением, а она ехала почти вплотную к нему, у нее не было места для маневра, чтобы избежать столкновения. Автомобиль «Мерседес» осуществил столкновение с ее автомобилей на ее полосе движения, приблизительно в том же месте, где машины остановились. С места ДТП на машине скорой медицинской помощи она была доставлена в Городскую больницу № 40, где была оказана медицинская помощь (наложен гипс на место перелома на ноге), выявлены многочисленные повреждения мягких тканей по всему телу. Указала, что со схемой ДТП ознакомлена, с местом столкновения транспортных средств согласна;

-письменным объяснением ФИО2 от 31.07.2017, из которого усматривается, что 31.07.2017 в 11 час. 35 мин. она управляла автомобилем «Мерседес» г.р.з. №, следовала по виадуку от пос. Репино в сторону пос. Ленинское со скоростью 50 км/ч в левой полосе движения, вместе с ней в автомобиле находился пассажир Р., по ходу движения были установлены дорожные знаки, на дорожном покрытии нанесена временная горизонтальная разметка 1.1, проводились дорожные работы. Второго участника ДТП увидела за 40 секунд до столкновения. Выразила согласие со схемой ДТП;

-письменным объяснением свидетеля Р. от 01.08.2017, из которого усматривается, что 31.07.2017 она находилась в качестве пассажира на переднем сидении в автомобиле «Мерседес» г.р.з. №, под управлением ФИО2, двигались от г. Сестрорецка в сторону пос. Ленинское. На верхней точке виадука в пос. Репино на повороте произошло столкновение транспортного средства с автомобилем «Ауди» красного цвета, движущимся во встречном направлении. Кто из водителей выехал на полосу встречного движения, сказать не может;

-заключением эксперта (экспертиза осв0идетельствуемого) № 228-адм от 23.08.2017, согласно которому у С.М. установлены: закрытый перелом кубовидной кости левой стопы с небольшим отхождением отломков, при наличии гематомы в области плюсневых костей левой стопы гематома туловища («в местах соприкосновения ремня»). Данный комплекс повреждений, в связи с наличием перелома кубовидной кости стопы, влечет за собой длительное расстройство здоровья продолжительностью свыше трех недель (время, необходимое для полного срастания кости и восстановления ее функции, независимо от фактического срока лечения), поэтому квалифицируется как вред здоровью средней тяжести. Повреждения причинены по механизму тупой травмы, что подтверждается самим их характером, и могли быть получены в условиях автомобильной травмы внутри салона транспортного средства при ДТП от 31.07.2017. Диагноз «Закрытая черепно-мозговая травма. Сотрясение головного мозга. Закрытый перелом плюсневых костей левой стопы?» и указание врача скорой помощи на наличие «ушибов мягких тканей левой кисти, носа» объективными медицинскими данными не подтверждены, поэтому экспертной оценке, в том числе определению степени тяжести вреда здоровья, не подлежат. У суда не имеется оснований не доверять выводам экспертизы, в распоряжение которой представлены медицинские документы, оформленные в отношении потерпевшей после ДТП; специализация и стаж работы эксперта соответствует требуемым качествам для выполнения работ по даче заключения; эксперт, проводивший экспертизу, предупрежден об административной ответственности за дачу заведомого ложного заключения. Причинение С.М. вреда здоровью средней тяжести, установленному экспертизой, ФИО2 не оспаривается;

-фотографиями, представленными ФИО4, на которых отражены обстановка на месте ДТП, расположение автомобилей и их повреждения;

-заключением эксперта № 21253 от 21.06.2018 ООО «Северо-Западный Региональный Центр экспертиз» по результатам проведения комплексной судебной трассологической и автотехнической экспертизы, в соответствии с которым в данной дорожно-транспортной ситуации, в момент контакта автомобиля марки Ауди с автомобилем марки Мерседес, угол их взаиморасположения ? был тупым (оценочно, порядка 170?±5?), при этом контакт носил встречный, объемно-проникающий, частично блокированный и эксцентричный характер за счет проникающего движения следообразующей группы поверхностей локальной зоны деформаций автомобиля марки Мерседес, по направлению спереди назад и слева направо, относительно продольной оси автомобиля марки Ауди, эксцентрично относительно центра масс последнего. Угол столкновения (угол, образуемый линиями, определяющими направления движения автомобилей непосредственно перед столкновением) оценочно, был равен углу взаиморасположения, при этом продольная ось автомобиля марки Мерседес могла располагаться под острым углом к условной осевой линии дороги. Таким образом, до ДТП автомобиль марки Ауди следовал по своей полосе движения, автомобиль марки Мерседес следовал по проезжей части таким образом, что левые колеса находились на стороне встречного направления движения. По результатам выполненного расчета, с технической точки зрения, столкновение автомобилей «Мерседес» г.р.з. № и «Ауди» г.р.з. № расположено на половине проезжей части попутного с автомобилем марки «Ауди» г.р.з. № направления движения. В данной дорожно-транспортной ситуации, с момента возникновения опасности для движения, С.М. должна была действовать в соответствии требованиями ч. 2 п. 10.1 ПДД РФ, водитель автомобиля марки «Мерседес» г.р.з. № ФИО2 в соответствии с требованиями пп. 1.3, 1.5, 9.1, 9.11, 9.10, 10.1 ПДД РФ. В данной дорожно-транспортной ситуации, с момента возникновения опасности для движения, действия водителя автомобиля марки «Ауди» г.р.з. № С.М. не противоречили требованиям Правил дорожного движения РФ, действия водителя автомобиля марки «Мерседес» г.р.з. № ФИО2 не соответствовали требованиям пп. 1.3, 1.5, 9.1, 9.11, 9.10, 10.1 ПДД РФ. Водитель автомобиля марки «Ауди» г.р.з. № С.М. не имела возможности предотвратить столкновение с автомобилем марки Мерседес. Водитель автомобиля марки «Мерседес» г.р.з. № ФИО2 имела объективную возможность предотвратить данное ДТП, своевременно выполнив требования пп. 1.3, 1.5, 9.1, 9.11, 9.10, 10.1 ПДД РФ.

Оснований не доверять данному заключению у суда не имеется, поскольку экспертиза проведена в соответствии с требованиями ст. 26.4 КРФоАП, права и обязанности, предусмотренные ст. ст. 25.9, 26.4 КРФоАП, эксперту были разъяснены, эксперт был предупрежден об административной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 17.9 КРФоАП; является не заинтересованным в исходе дела лицом, профессиональная компетенция которого сомнений не вызывает, так как специализация и стаж работы эксперта соответствует требуемым качествам для выполнения работ по даче заключения. В распоряжение эксперта в полном объеме были представлены материалы дела, также запрошены дополнительные сведения (выкопировка из исполнительной документации участка дороги, на котором произошло ДТП). Выводы эксперта научно мотивированы, подробно изложены, содержат ответы на все поставленные перед ним вопросы, оснований сомневаться в достоверности которых и в допустимости заключения не имеется, неясностей и разночтений заключение не содержит, объективных сведений, опровергающих данные выводы, в материалы дела не представлено, также как не выявлено и обстоятельств, порочащих данный документ как доказательство. Каких-либо формальных нарушений в заключении также не содержится.

Заключение эксперта полностью согласуется с иными доказательствами по делу, в совокупности с ними, предоставляет суду объективную возможность установления всех обстоятельств дорожно-транспортного происшествия.

Суд отмечает, что исследованные доказательства последовательны, логичны и устанавливают одни и те же факты, согласующиеся между собой и пояснениями ФИО4, свидетелей, оснований не доверять которым, у суда не имеется.

Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд признает их достоверными, в целом допустимыми и достаточными, событие административного правонарушения и наличие причинной связи между действиями водителя ФИО2, которая обязана была руководствоваться п.п. 1.3, 1.5, 9.10 ПДД РФ и дорожной разметки 1.1 Приложения № 2 к ПДД РФ, и наступившими последствиями в виде причинения средней тяжести вреда здоровью потерпевшей С.М. установленными.

На основании изложенного оснований для прекращения производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО2 суд не усматривает.

Действия ФИО2 суд квалифицирует по ч. 2 ст. 12.24 КРФоАП, как нарушение Правил дорожного движения, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшего.

В соответствии с протоколом об административном правонарушении ФИО2 также вменяется невыполнение пункта 11.4 ПДД РФ, которым установлен запрет на обгон на регулируемых перекрестках, а также на нерегулируемых перекрестках при движении по дороге, не являющейся главной; на пешеходных переходах; на железнодорожных переездах и ближе чем за 100 метров перед ними; на мостах, путепроводах, эстакадах и под ними, а также в тоннелях; в конце подъема, на опасных поворотах и на других участках с ограниченной видимостью.

Вместе с тем, при рассмотрении дела нарушение ФИО2 указанного пункта ПДД РФ своего подтверждения не нашло, в связи с чем, из протокола об административном правонарушении 78 АО 000497 от 12.09.2017 следует исключить ошибочное указание на нарушение ФИО2 пункта 11.4 ПДД РФ.

Учитывая непризнание Полтавской Ю.Ф вины в совершении вменяемого ей административного правонарушения, по ходатайству ее защитников, на основании определения Сестрорецкого районного суда Санкт-Петербурга от 07.12.2017 по делу была проведена судебная автотехническая экспертиза.

Согласно выводам эксперта ООО «Центр независимой экспертизы «Петроградский эксперт», изложенным в заключении № 19-7/18 от 07.03.2018, по представленным исходным данным, в сложившейся дорожной обстановке 31.07.2017 водитель автомобиля Mersedes, г.р.з. № ФИО2 в пути следования при движении по полосе, предназначенной для движения в данном направлении, должна была руководствоваться п.п. 9.10, 10.1, разметкой 1.1 ПДД России; водитель автомобиля Audi, г.р.з. № С.М. в пути следования при движении по полосе, предназначенной для движения в данном направлении, должна была руководствоваться п.п. 9.10, 10.1, разметкой 1.1 ПДД России. По представленным для экспертизы исходным данным, действия водителя автомобиля Mersedes, г.р.з. № ФИО2 с технической точки зрения наиболее вероятно соответствовали требованиям п. 9.10, разметке 1.1 ПДД России. В действиях водителя автомобиля Audi, г.р.з. № С.М. с технической точки зрения, вероятно, усматривается несоответствие требованиям п. 9.10, разметки 1.1 ПДД России. Определить по представленным для экспертизы исходным данным, располагали ли водители автомобилей Mersedes, г.р.з. № ФИО2 и Audi, г.р.з. № С.М. технической возможностью избежать ДТП, не представляется возможным. По представленным для экспертизы исходным данным, версия водителя автомобиля Mersedes, г.р.з. № ФИО2 с технической точки зрения является более состоятельной.

К данному заключению эксперта ООО «Центр независимой экспертизы «Петроградский эксперт» № 19-7/18 от 07.03.2018 суд относится критически, поскольку экспертом при проведении исследования не приняты во внимание устные и письменные объяснения водителей С.М. и ФИО2, в которых они указывали за какое время они увидели автомобили друг друга до столкновения; исходные данные, отображенные на схеме ДТП и указанные в протоколе осмотра места происшествия (осыпь грязи с деталей кузова автомобиля, осколки деталей автомобиля), являющиеся одними из трассологических признаков, на основании которых определяется место столкновения транспортных средств, как следует из исследовательской части (ч. 1.2) заключения; выводы эксперта носят вероятностный характер, и опровергаются заключением эксперта ООО «Северо-Западный Региональный Центр Экспертиз» № 21253 от 21.06.2018, причин не доверять которому не имеется по основаниям, указанным выше.

К заключениям специалистов ООО «ЭПЦ «КУАТТРО» № 88/17-3 от 12.10.2017 и Института безопасности дорожного движения № 4036/18 от 29.06.2018, представленным защитниками ФИО2, суд также относится критически, так как они составлены без исследования материалов административного дела; более того специалисты, подготовившие данные заключения, об административной ответственности по ст. 17.9 КРФоАП предупреждены не были, в связи с чем указанные заключения не соответствуют требованиям ст. 26.2 КРФоАП и не могут быть оценены в совокупности с представленными доказательствами по делу в порядке ст. 26.11 КРФоАП.

Доводы защитника Алексеева Г.П. о том, что экспертное заключение № 21253 от 21.06.2018 является недопустимым доказательством в силу того, что судом при назначении комплексной трассолого-автотехнической экспертизы в ООО «Северо-Западный Региональный Центр Экспертиз» не было учтено мнение стороны защиты о виде экспертного учреждения, о кандидатуре эксперта, о вопросах, поставленных перед экспертом, не могут быть приняты судом во внимание по следующим основаниям.

В судебном заседании 16.04.2018 при обсуждении заявленного потерпевшей и ее представителем ходатайства, в котором были отражены вопросы, подлежащие разрешению экспертами, а также виды экспертных учреждений, защитники ФИО2 Алексеев Г.П. и Тимофеева В.Е. высказали категорическое возражение против назначения по делу комплексной трассолого-автотехнической экспертизы, о чем было представлено письменное ходатайство, приобщенное к материалам дела, в котором просили отказать потерпевшей в проведении экспертизы. При этом иного варианта, кроме отказа в удовлетворении ходатайства не рассматривали, о виде экспертного учреждения, кандидатуре эксперта и о вопросах, которые должны быть разрешены экспертом, до момента оглашения судом определения о назначении комплексной судебной трассолого-автотехнической экспертизы не высказались.

Также следует отметить, что в определении о назначении судебной экспертизы от 16.04.2018 ФИО4 разъяснены права, предусмотренные ч. 1 ст. 25.1, ч. 2 ст. 25.2 и ч. 4 ст. 26.4 КРФоАП, копии определения направлены потерпевшей и лицу, в отношении которого ведется дело об административном правонарушении, также копия определения вручена защитнику Тимофеевой В.Е.

Утверждение защитника Алексеева Г.П. о том, что заключение эксперта № 21253 от 21.06.2018 основано на схеме ДТП, которая, по его мнению, является недопустимым доказательством, поскольку не содержит необходимых данных для установления места соприкосновения транспортных средств, суд находит несостоятельным, поскольку схема ДТП является приложением к протоколу об административном правонарушении, составленной сотрудником ГИБДД в рамках выполнения им служебных обязанностей, в соответствии с требованиями закона. Оба документа содержат сведения, имеющие значение для установления фактических обстоятельств по делу, и дополняют друг друга. Тот факт, что в данной схеме не описаны следы качения, юза, скольжения, волочения и иные следовые трассологические признаки, уклон дороги, обочина, растекание жидкости, не свидетельствует о недопустимости данного доказательства. Обочина на участке дороги, где совершено ДТП, отсутствует; элемент дороги, примыкающий непосредственно к проезжей части, по ходу движения автомобиля «Ауди» не является обочиной в том понимании, которое дается в определении этому понятию в п. 1 2. ПДД РФ, поскольку не может быть использован для движения, остановки и стоянки в соответствии с Правилами.

Схема ДТП позволяет определить место и время ее составления, расположение транспортных средств после происшествия, с обозначением необходимых измерений. Кроме того, как следует из показаний сотрудников ГИБДД ОМВД России по Курортному району Санкт-Петербурга С., Б. и В. в схеме ДТП, как и в протоколе осмотра, отражены все следы, имевшие место на момент оформления этих документов, место столкновения указано со слов ФИО2, данный документ составлен с участием ФИО2 и подписан ею без разногласий.

Доводы ФИО2 о том, что она согласилась со схемой ДТП под давлением со стороны З., у которого при себе имелось оружие, не нашли своего подтверждения при рассмотрении дела и опровергаются показаниями допрошенных свидетелей: З., который сообщил, что предмет, который ФИО2 могла принять за кобуру, является кошельком, агрессии или каких-либо грубых выражений по отношению к ней он не проявлял и не высказывал; сотрудников ГИБДД ОМВД России по Курортному району Санкт-Петербурга С., Б. и В., которые показали, что ФИО2 на месте ДТП вела себя спокойно, действий агрессивного характера со стороны З. по отношении к виновнице ДТП они видели, ФИО2 им об этом не сообщала; Р., из показаний которой следует, что оружия у З. не видела, угроз не слышала.

Оценивая показания свидетелей, суд учитывает, что свидетель Р. является близким родственником ФИО2, однако оснований не доверять ее показаниям, а также показаниям незаинтересованных в исходе дела свидетелей З., С., Б., В. у суда не имеется, поскольку их показания согласуются с письменными доказательствами, имеющимися в материалах дела.

Также следует отметить, что порядок составления схемы правонарушения нормами КРФоАП не регламентирован, она составляется инспектором ГИБДД при необходимости указания дополнительных сведений, которые могут иметь значение для рассмотрения дела об административном правонарушении. Схема ДТП является одним из доказательств по делу и оценивается наряду с другими доказательствами в их совокупности и взаимосвязи.

При таких обстоятельствах, оснований как для признания схемы ДТП недопустимым доказательством, как и для признания недопустимым доказательством экспертного заключения № 21253 от 21.06.2018 не имеется, поскольку выводы, в том числе и о месте столкновения транспортных средств, экспертом сделаны не только на основании сведений, отображенных в схеме ДТП, но на основании исследованных и проанализированных доказательств, представленных в материалы дела, позволивших сделать однозначный вывод о механизме столкновения автомобилей, месте столкновения транспортных средств, в том числе на основании протоколов осмотра места ДТП и транспортных средств, справок о ДТП, фотографий, в которых зафиксированы следовая и вещественная обстановка, обстановка на месте ДТП, следы и повреждения у автомобилей, а также с использованием данных, указанных в выкопировке из исполнительной документации участка дороги, представленной по запросу суда. Выводы эксперта обоснованны, мотивированы, в заключении приведены расчеты и оснований не доверять данному заключению при отсутствии иных доказательств, опровергающих выводы указанного заключения, у суда не имеется.

Утверждение защитника Алексеева Г.П. о том, что защите было отказано в заявлении и приобщении письменного ходатайства о назначении экспертизы является надуманным и необоснованным, поскольку такое ходатайство в судебном заседании 16.04.2018 не заявлялось, в письменном виде не представлялось.

Непризнание ФИО2 своей вины суд расценивает, как попытку избежать ответственности за совершенное правонарушение.

Доводы лица, привлекаемого к административной ответственности о том, что С.М. не соблюдала боковую дистанцию и нарушила требования дорожной разметки 1.1, противоречат исследованным по делу доказательствам, показаниям потерпевшей и письменным объяснениям ФИО2, в которых она на это не указывала. Из показаний свидетеля Р. усматривается, что она не видела, на какой полосе движения произошло столкновение транспортных средств. Кроме того, суд, в силу ст.ст. 25.1, 26.1, 29.10 КРФоАП, не вправе делать каких-либо выводов о вине других участников ДТП.

При назначении ФИО2 административного наказания суд учитывает степень тяжести и характер совершенного административного правонарушения, материальное положение и личность лица, привлекаемого к административной ответственности, обстоятельства, смягчающие и отягчающие административную ответственность в соответствии со ст.ст. 4.2, 4.3 КРФоАП.

Санкция ч. 2 ст. 12.24 КРФоАП предусматривает наказание в виде административного штрафа в размере от десяти тысяч до двадцати пяти тысяч рублей или лишение права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

Обстоятельств, смягчающих административную ответственность, судом не установлено.

В качестве обстоятельства, отягчающего административную ответственность, суд учитывает повторное совершение ФИО2 однородного административного правонарушения, о чем свидетельствуют результаты поиска нарушений (т.1, л.д. 59-60).

Несмотря на наличие обстоятельства, отягчающего административную ответственность, и отсутствие смягчающих обстоятельств, суд считает возможным назначить ФИО2 наказание в виде административного штрафа в пределах санкции ч. 2 ст. 12.24 КРФоАП.

При вынесении постановления о назначении административного наказания по делу об административном правонарушении, в соответствии с ч. 4 ст. 24.7 КРФоАП, в постановлении должно быть отражено принятое решение об издержках по делу.

Размер издержек по делу об административном правонарушении определяется на основании приобщенных к делу документов, подтверждающих наличие и размеры отнесенных к издержкам затрат.

В силу ч. 2 ст. 24.7 КРФоАП физические лица освобождены от уплаты издержек по делам об административных правонарушениях, которые относятся на счет средств федерального бюджета.

Труд специалиста, эксперта и переводчика оплачивается в порядке, установленном Правительством Российской Федерации (ч. 2 ст. 25.14 КРФоАП).

В настоящее время действует Положение о возмещении расходов лиц в связи с их явкой по вызову в суд, орган, к должностному лицу, в производстве которых находится дело об административном нарушении, а также об оплате их труда, утвержденное Постановлением Правительства РФ от 04.03.2003 № 140.

В соответствии с п. 8 указанного Положения выплаты экспертам производятся по выполнении ими своих обязанностей на основании постановления судьи, в производстве которых находится дело об административном правонарушении и которые привлекали этих лиц для участия в осуществлении процессуальных действий, за счет средств, предусмотренных на указанные цели судам, осуществляющим производство по делам об административных правонарушениях, в соответствии с нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Судом при рассмотрении настоящего дела 07.12.2017 была назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой было поручено ООО Центр независимой экспертизы «Петроградский эксперт». 31.03.2018 в суд поступило заключение эксперта № 19-7/18 от 07.03.2018, а также счет на оплату экспертизы в размере 25 700 руб. и заявление с обоснованием указанной суммы.

16.04.2018 по делу была назначена судебная комплексная автотехническая и трассологическая экспертиза, проведение которой было поручено ООО «Северо-Западный Региональный Центр экспертиз». 22.06.2018 в суд поступило заключение эксперта № 21253 от 21.06.2018, а также счет на оплату экспертизы в размере 50 000 руб. и заявление с обоснованием указанной суммы, подлежащей к оплате.

Учитывая, что в дело представлены документы, подтверждающие наличие и размеры отнесенных к издержкам затрат, суд считает возможным возместить расходы в указанных суммах за проведенные экспертизы за счет средств федерального бюджета, возложив обязанность оплате на Управление Судебного департамента в г. Санкт-Петербурге.

На основании изложенного, руководствуясь ч. 2 ст. 12.24, ст.ст. 24.7, 25.14, 29.10 КРФоАП, суд

ПОСТАНОВИЛ:

ФИО2 признать виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КРФоАП, и назначить ей административное наказание в виде административного штрафа в размере 20 000 (двадцать тысяч) рублей.

Штраф необходимо оплатить по следующим реквизитам:

Получатель штрафа: УФК по Санкт-Петербургу (УГИБДД ГУ МВД России по г. Санкт – Петербургу и Ленинградской области) ИНН <***>, КПП 781345001, расчетный счет <***>, банк: Северо-Западное ГУ Банка России, БИК 044030001, КБК 18811630020016000140, ОКТМО 40362000.

Административный штраф должен быть уплачен не позднее шестидесяти дней со дня вступления постановления о назначении административного наказания в законную силу. Квитанция об оплате представляется в суд не позднее шестидесяти дней с момента вступления настоящего постановления в законную силу.

Неуплата административного штрафа в срок, предусмотренный настоящим постановлением, влечет административную ответственность в соответствии ч. 1 ст. 20.25 КРФоАП.

При неуплате административного штрафа в срок сумма штрафа на основании ст. 32.2 КРФоАП будет взыскана в принудительном порядке.

Возместить расходы за проведенную судебную автотехническую экспертизу в сумме 25 700 рублей 00 копеек за счет средств федерального бюджета, возложив обязанность по оплате на Управление Судебного департамента в г. Санкт-Петербурге, с перечислением денежных средств на следующие реквизиты:

Получатель: ООО «Петроградский Эксперт», ИНН <***>, КПП 781301001, р/с <***> в Филиале № 7806 Банка ВТБ24 (ПАО), БИК 044030707, назначение платежа: за проведение судебной экспертизы по определению Сестрорецкого районного суда Санкт-Петербурга по делу № 5-1/2018 (5-244/2017) от 07.12.2017 по счету № 19-7/18 от 19 марта 2018 г., без НДС.

Возместить расходы за проведенную судебную комплексную автотехническую и трассологическую экспертизу в сумме 50 000 рублей 00 копеек за счет средств федерального бюджета, возложив обязанность по оплате на Управление Судебного департамента в г. Санкт-Петербурге, с перечислением денежных средств на следующие реквизиты:

Получатель: ООО «Северо-Западный Региональный Центр Экспертиз», ИНН <***>, КПП 783801001, р/с <***> в Филиале Банковского центра Балтика ПАО Банк Зенит, БИК 044030835, назначение платежа: за проведение судебной экспертизы № 21253 от 21.06.2018 по определению Сестрорецкого районного суда Санкт-Петербурга по делу № 5-1/2018 от 16.04.2018 по счету № 59 от 21 июня 2018 г., без НДС.

Постановление может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение 10 суток со дня вручения или получения копии постановления.

Судья Н.Л. Богданова