Апелляционное определение № 33-470/2026 от 18 марта 2026 г.

Дело № 2-388/2025 (33-470/2026) судья Минина С.В.

УИД 69RS0034-01-2025-000607-36


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

19 марта 2026 года город Тверь

Судебная коллегия по гражданским делам Тверского областного суда в составе председательствующего судьи Цветкова В.В.,

судей Голубевой О.Ю., Коровиной Е.В.

при секретаре судебного заседания Сундатовой О.В.

по докладу судьи Голубевой О.Ю.

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Удомельского городского суда Тверской области от 27 ноября 2025 года, которым постановлено:

«Исковые требования ФИО2 к ФИО1 о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>, ИНН № в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>а <адрес>, ИНН №, компенсацию морального вреда в размере 10000 (десять) тысяч рублей, судебные расходы в сумме 3308 (три тысячи триста восемь) рублей 44 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2 к ФИО1 о компенсации морального вреда в большем размере отказать».

Судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3 о компенсации морального вреда.

В основании иска указала, что она вместе со своей семьей постоянно проживает по адресу: <адрес>. Семья ФИО4 проживает в соседней квартире №.

19 декабря 2024 года она обратилась в МО МВД России «Удомельский» с заявлением о привлечении ФИО1 к административной ответственности.

12 февраля 2025 года администрацией Удомельского муниципального округа в отношении ФИО1 составлен протокол об административном правонарушении.

18 марта 2025 года постановлением мирового судьи судебного участка № 61 Тверской области ФИО1 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного статьей 54.1 Закона Тверской области «Об административных правонарушениях», ей назначено наказание в виде предупреждения.

Из постановления следует, что ФИО1 в период с 23 часов 33 минут 19 декабря 2024 года совершала действия, сопровождающие шумом, нарушающие тишину и препятствующие отдыху граждан в период с 23 часов до 07 часов, а именно громко слушала музыку, разговаривала, чем мешала отдыху ФИО2

В результате противоправных действий ответчика истец и ее семья не спали всю ночь, истец нервничала, принимала лекарства.

6 апреля 2025 года ответчик вновь совершила действия, сопровождаемые шумом и криками, в связи с чем она снова была вынуждена вызвать сотрудников полиции. Данные обстоятельства подтверждаются определением об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 9 июня 2025 года и решением Удомельского городского суда от 9 июля 2025 года.

На основании изложенного истец просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 30000 рублей, полагая, что при определении размера компенсации необходимо учесть, что ФИО1 20 декабря 2024 года сообщила в МО МВД России «Удомельский» сведения, не соответствующие действительности, - что у нее (истца) дома кричал ребенок. По данному факту 13 февраля 2025 года было вынесено определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении.

Определениями суда от 29 сентября и 24 октября 2025 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца привлечен ФИО5, на стороне ответчика - ФИО6, ФИО7

Определением суда от 24 ноября 2025 года к участию в деле в порядке части 3 статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации привлечен прокурор.

Истец ФИО3 и ее представитель ФИО8, третье лицо ФИО5 в судебном заседании исковые требования поддержали.

Ответчик ФИО1 и ее представитель ФИО9, третье лицо ФИО7 иск не признали.

Прокурор Абрамова А.А. в заключении полагала возможным удовлетворить исковое требование с учетом требований разумности и справедливости.

Судом постановлено приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит отменить решение суда и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска.

Податель жалобы полагает, что суд при разрешении дела необоснованно принял во внимание обращение истца, по которому не было принято процессуального решения, а обращение в полицию не свидетельствует о вине ответчика.

По мнению апеллянта, суд не установил причинно-следственную связь между нарушением тишины и нравственными страданиями истца, так как наличие конфликтных отношений с ФИО3 ставит под сомнение объективность ее утверждений о переживаниях, вызванных именно нарушением тишины.

Взысканная сумма компенсация морального вреда явно несоразмерна последствиям нарушения, за которое она была привлечена к административной ответственности однократно.

В дополнительных письменных объяснениях ответчик повторяет доводы, изложенные в апелляционной жалобе, настаивая на том, что была привлечена к ответственности только по факту нарушения тишины 19 декабря 2024 года. Однако 6 апреля 2025 года никаких нарушений допущено не было; слова ФИО3 о том, что после полуночи была драка между ФИО6 и ФИО10, не соответствуют действительности.

Обращает внимание суда на то, что длительное время пыталась помириться с истцом, однако истец не хочет этого делать.

Третьи лица ФИО6 и ФИО7 представили отзывы на апелляционную жалобу, в которых поддержали позицию ответчика.

В возражениях на апелляционную жалобу истец ФИО3 критикует доводы апеллянта, полагая, что оснований для отмены решения суда нет.

Лица, участвующие в деле, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в суд апелляционной инстанции не явились.

С учетом положений статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия признала возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся в лиц.

Согласно части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях относительно нее.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений относительно нее, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения состоявшегося по делу судебного акта.

Судом первой инстанции установлено, что истец ФИО3 постоянно проживает в квартире по адресу: <адрес>. В данной квартире проживают она, ее супруг ФИО5 и двое несовершеннолетних детей ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО12, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Ответчик ФИО1 является собственником жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, проживает по данному адресу со своим супругом ФИО6 и тремя несовершеннолетними детьми. Семья ФИО1 является многодетной.

ФИО3 и ФИО1 являются соседями, проживают на одной площадке многоквартирного дома по вышеназванному адресу.

Как следует из искового заявления и объяснений истца в судебном заседании, на протяжении 2024 года и по настоящее время ответчик в вечернее время часто собирает друзей, они веселятся, включают громко музыку, создают шум, в связи с чем ФИО3 обратилась в МО МВД России «Удомельский» с заявлением о привлечении ФИО1 к административной ответственности.

Постановлением мирового судьи судебного участка № 61 Тверской области от 18 марта 2025 года ФИО1 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного статьей 54.1 Закона Тверской области от 14 июля 2003 года № 46-30 «Об административных правонарушениях», и ей назначено административное наказание в виде предупреждения.

При рассмотрении дела об административном правонарушении установлено, что ФИО1 по адресу: <адрес>, 19 декабря 2024 года в период с 23 часов 33 минут совершила действия, сопровождаемые шумом, нарушающие тишину и препятствующие отдыху граждан в период с 23 часов до 07 часов, а именно громко слушала музыку, разговаривала, чем мешала отдыху ФИО3

Постановление мирового судьи от 18 марта 2025 года не обжаловано и вступило в законную силу 19 апреля 2025 года.

Кроме того, 6 апреля 2025 года ФИО3 обратилась с заявлением в МО МВД России «Удомельский» о проведении проверки по факту нарушения тишины соседями из квартиры № (с 00:00 часов шум, крики).

Определением должностного лица администрации Удомельского муниципального округа от 9 июня 2025 года в возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренного статьей 54.1 Закона Тверской области от 14 июля 2003 года №46-ФЗ «Об административных правонарушениях», в отношении ФИО1, ФИО6 отказано на основании пункта 1 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ - за отсутствием события административного правонарушения.

Не согласившись с указанным определением, ФИО3 подала жалобу в суд.

Решением Удомельского городского суда Тверской области от 9 июля 2025 года определение должностного лица администрации Удомельского муниципального округа от 9 июня 2025 года об отказе в возбуждении дела об административном правонарушений в отношении ФИО1, ФИО6 отменено, производство по делу прекращено за истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

Отменяя определение, суд указал, что должностным лицом при производстве по делу не опрашивались иные лица (соседи, должностное лицо полиции, выезжавшее на место правонарушения, - УУП МО МВД России «Удомельский» ФИО13), а также ФИО10, ФИО14 (непосредственные участники событий). Иным образом факт наличия (отсутствия) события правонарушения не устанавливался. Учитывая, что в ходе проверки и принятия решения по делу об административном правонарушении допущены существенные нарушения процессуальных требований КоАП РФ, которые не позволили всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело, установить все подлежащие выяснению по делу об административном правонарушении обстоятельства.

Подтверждая факт причинения морального вреда противоправными действиями ответчика, истец представила справку ФБУЗ ЦМСЧ № 141 ФМБА России, согласно которой 19 мая 2025 года она посещала указанное медицинское учреждение по профилю психиатрии.

В анамнезе со слов ФИО3 указано, что в течение двух лет конфликты с соседями, оскорбляют ее, клевещут на нее, терроризируют, муж от ситуации отгораживается, не хочет связываться, длятся суды. Жалобы на нарушение сна, беспокойство, тревожность. Диагноз: неврозоподобное состояние ситуационно обусловленное. Врачом-психиатром произведены лекарственные назначения.

Удовлетворяя исковое требование частично, суд первой инстанции проанализировал положения статей 12, 150, 151, 1064, 1099, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данные в постановлении от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», и во взаимосвязи с представленными по делу доказательствами пришел к выводу о том, что противоправными действиями ФИО1 нарушено личное неимущественное право истца на отдых в ночное время, в результате чего последней причинены нравственные и физические страдания.

Судебная коллегия соглашается с такими выводами, ибо они соответствуют установленным обстоятельствам дела при правильном применении норм материального права.

Доводы апелляционной жалобы ответчика об отсутствии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда отклоняются судебной коллегией как основанные на неверном толковании норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

Так, в Конституции Российской Федерации закреплены основные права и свободы человека и гражданина в Российской Федерации.

Одним из таких конституционных прав является право на жилище, о котором говорится в статье 40 Конституции Российской Федерации.

Конституция Российской Федерации предусматривает, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (часть 3 статьи 17).

Таким образом, обязанность использовать жилое помещение с учетом соблюдения прав и законных интересов проживающих в нем граждан, а также соседей основана на Конституции Российской Федерации, запрещающей осуществление субъективных прав в ущерб правам и свободам других лиц.

В соответствии с частью 4 статьи 17 Жилищного кодекса Российской Федерации пользование жилым помещением осуществляется с учетом соблюдения прав и законных интересов проживающих в этом жилом помещении граждан, соседей, требований пожарной безопасности, санитарно-гигиенических, экологических и иных требований законодательства, а также в соответствии с правилами пользования жилыми помещениями, утвержденными уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Права и обязанности собственника жилого помещения определены в статье 30 Жилищного кодекса Российской Федерации, согласно частям 3 и 4 которой собственник жилого помещения несет бремя содержания данного помещения и обязан поддерживать его в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

Приведенные выше нормы свидетельствуют о том, что использование гражданином жилого помещения не должно нарушать прав и законных интересов других граждан, в частности соседей, в том числе право на тишину и покой.

Нарушение нематериального права на отдых, обусловленное претерпеваемыми нравственными страданиями, в соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации является основанием для удовлетворения иска о взыскании компенсации морального вреда.

Согласно указанной статье закона, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При установленных по настоящему делу фактических обстоятельствах вывод суда первой инстанции о нарушении ответчиком прав истца является правильным, поскольку указанное поведение ответчика делает невозможным полноценный отдых истца как соседки, нарушает тем самым охраняемые статьями 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации права истца.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайну, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.

В статье 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что основания и размер компенсации причиненного гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1 постановления от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и другие) либо нарушающими имущественные права гражданина.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

По мнению судебной коллегии, обжалуемое решение в полной мере соответствует приведенным нормам, регулирующим отношения по компенсации морального вреда и вопросы определения размера такой компенсации, и разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению.

Доводы апелляционной жалобы о том, что размер взысканной судом компенсации морального вреда является завышенным, подлежат отклонению.

При определении размера компенсации морального вреда судом первой инстанции были учтены фактические обстоятельства дела, степень вины причинителя вреда, характер физических и нравственных страданий истца. Вопреки суждениям ответчика, суд принял во внимание требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Ссылка апеллянта на однократность привлечения к административной ответственности на правильность принятого по существу решения не влияет, ибо установленное судом неоднократное (19 декабря 2024 года и 6 апреля 2025 года) нарушение нематериальных прав истца на отдых и спокойный сон в ночное время предполагает нарушение охраняемых статьей 150 Гражданского кодекса Российской Федерации прав истца и позволяет применить такой способ правовой защиты как компенсация морального вреда на основании статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом установление судом данных фактов возможно и при отсутствии привлечения ответчика к административной ответственности за совершение действий, нарушающих тишину и покой, путем оценки по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации иных доказательств, представленных в материалы дела. Такими доказательствами являлись объяснения сторон спора по обстоятельствам 6 апреля 2025 года, материалы дела об административном правонарушении по указанному событию.

Наличие длительных конфликтных отношений между сторонами, на которые обращает внимание апеллянт, само по себе основанием к отказу в компенсации морального вреда не является, и о том, что истец не испытывает страданий от нарушения ответчиком жизненно важной потребности человека в отдыхе и спокойном сне в ночное время, не свидетельствует.

В целом доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были проверены или учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта, и, по сути, направлены на переоценку установленных по делу обстоятельств.

Между тем по смыслу положений статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации несогласие с решением суда первой инстанции либо другая точка зрения стороны на то, как могло быть рассмотрено дело, сами по себе не являются основанием для отмены или изменения судебного решения.

Безусловных оснований к отмене решения, предусмотренных статьей 330 Гражданского кодекса Российской Федерации, судебной коллегией не установлено.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Удомельского городского суда Тверской области от 27 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение составлено 2 апреля 2026 года.

Председательствующий В.В. Цветков

Судьи О.Ю. Голубева

Е.В. Коровина