Решение № 2-2863/2018 2-83/2019 от 24 мая 2019 г. по делу № 2-2863/2018

№ 2-83/2019

№

Решение

Именем Российской Федерации

г.Оренбург 24 мая 2019 года

Промышленный районный суд г.Оренбурга в составе

председательствующего судьи Батищевой Н.И.,

при секретаре Фирсовой А.Н.,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба и взыскании судебных расходов.

Установил.

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о возмещении материального ущерба и взыскании судебных расходов указывая, что 08 января 2018 года в 17 часов 45 минут по <адрес> произошло ДТП с участием автомобиля <данные изъяты>, под управлением ФИО2, и автомобиля <данные изъяты> по его (истца) управлением.

ДТП произошло в результате нарушения ответчиком ФИО2 правил дорожного движения (п. 8.1, 8.4, 8.5 ПДД), что подтверждается справкой о ДТП.

В соответствии с экспертным заключением от 24 августа 2018 года, составленным ИП Р., водитель автомобиля <данные изъяты>, ФИО2 последовательно нарушил пункты ПДД 8.1, 8.4, 8.5, что явилось причиной возникновения ДТП.

Вследствие ДТП его (ФИО1) автомобилю были причинены механические повреждения.

Автогражданская ответственность ФИО2 на момент ДТП не была застрахована, его (истца) ответственность застрахована по полису ОСАГО в СК АО «Южуралжасо».

Согласно экспертному заключению №, стоимость восстановительного ремонта его (ФИО1) автомобиля с учетом износа составляет 72598,92 рублей, без учета износа – 90555,39 рублей.

<данные изъяты>

Просит, с учетом уточнения, взыскать с ответчика стоимость восстановительного ремонта автомобиля в размере 90555,39 рублей, стоимость оценки по восстановительному ремонту – 4500 рублей, стоимость экспертизы по определению причины ДТП – 8000 рублей, стоимость услуг представителя – 10000 рублей, стоимость услуг по ксерокопированию – 360 рублей, расходы по оплате госпошлины – 2378 рублей.

В судебное заседание стороны не явились, извещены в установленном законом порядке, истец посредством телефонограммы, ответчик получил судебную повестку по почте.

Суд, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, рассмотрел гражданское дело в отсутствие неявившихся сторон, извещенных в установленном законом порядке.

Ранее в судебном заседании ответчик ФИО2 возражал против удовлетворения исковых требований. Полагает, что его вина в ДТП не доказана.

Он (Ф-ных) обжаловал постановление ИДПС ОБ ДПС ГИБДД МУ МВД России «Оренбургское» от 08 января 2018 года, которым была установлена его (ответчика) вина в ДТП.

Решением Дзержинского районного суда г. Оренбурга его жалоба удовлетворена, постановление ГИБДД от 08 января 2018 года отменено, производство по делу об административном правонарушении прекращено в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление.

С представленным истцом заключением ИП Р. он (ответчик) не согласен, поскольку обстоятельства ДТП, в том числе, нарушение правил дорожного движения, были предметом исследования Дзержинского районного суда г. Оренбурга. Заключение экспертизы не содержит ответа на предмет хронологии ДТП и не является доказательством вины ответчика. Эксперт Р. не указывает о нарушении водителем ФИО3 п. 9.10, 10.1, 10.2 ПДД.

По обстоятельствам ДТП ФИО2 пояснил, что 08 января 2018 года двигался на автомобиле <данные изъяты> по <адрес>.

Остановился на остановке для маршрутных средств, для того, чтобы взять пассажира. После того, как пассажир сел в салон автомобиля, включил левый поворотник, посмотрел в боковые зеркала и зеркало заднего вида.

Поскольку помехи не было, начал движение (из кармана остановочного пути) по крайне правой стороне проезжей части улицы со скоростью 10-15 км/ч. Выключил левый поворотный сигнал, а через 10-15 метров после остановки маршрутных средств занял среднее положение на своей полосе движения, включил левый поворотник для поворота налево на прилегающую территорию.

Остановился, вывернул колеса налево, пропустил два встречных автомобиля, и в это время почувствовал удар в левый задний бампер его (ответчика) автомобиля от попутно движущегося автомобиля истца, который, по его мнению, двигался со скоростью 80-90 км/ч.

В результате столкновения его (ответчика) автомобиль вынесло на прилегающую территорию с левой стороны по ходу движения, возле стеллы заправки <данные изъяты>

На место ДТП приехал экипаж ДПС., инспектор признавал истца ФИО1 виновным в связи с несоблюдением дистанции. Начал оформление документов, составил схему. В это время истец позвонил кому-то по телефону и на место ДТП прибыл другой экипаж ДПС, который начал оформление документов сначала. Первый экипаж уехал.

На схеме, составленной вторым экипажем ДПС, был зафиксирован тормозной путь автомобиля ФИО1 Он (ФИО2) не был согласен с определением места ДТП (столкновения) считает, что оно было смещено. Полагает, что с повернутыми влево колесами его (ответчика) автомобиль не могло «протащить» вперед, а затем – налево.

Представитель ответчика ФИО4, принимавшая участие ранее в судебном заседании, возражала против удовлетворения исковых требований.

Ссылается на видеозапись с соседнего магазина, на которой видно, что в момент ДТП автомобиль ответчика находился в статическом состоянии либо только начинал движение.

При оформлении ДТП инспектор не указал длину тормозного пути, при составлении схемы масштаб не использовался.

Фактическое место столкновения автомобилей сторон располагается на 4 метра дальше (вперед), указанного места ДТП на схеме, что подтверждается осыпью стекла и элементов автомобиля, а также зарисовкой на схеме, где имеется изгиб тормозного пути.

Представитель приобщила к материалам дела масштабную схему, которую она (ФИО4) составила на основании данных замеров, указанных в схеме места совершения ДТП, составленной сотрудником ДПС.

В соответствии с масштабной схемой начало тормозного пути находится на расстоянии 50 см. до места столкновения, что соответствует примерно расстоянию от передних колес автомобиля истца до переднего бампера, следовательно, автомобиль истца ФИО1 перед столкновением не тормозил.

Показания самого истца, допрошенного на месте ДТП, и схема места совершения ДТП противоречат друг другу.

Исследовав материалы гражданского дела и оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему выводу.

Пунктом 1 статьи 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункта 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствие вины причинителя вреда.

На основании ч. 1,2 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

В судебном заседании установлено, подтверждается материалами дела и не оспаривается сторонами, что 08 января 2018 года в 17 часов 45 минут в районе дома <адрес> произошло ДТП с участием автомобиля <данные изъяты> под управлением ФИО2, и автомобиля <данные изъяты> под управлением ФИО1

Виновным в ДТП на основании постановления инспектора ИДМЗр АБДМ МУ МВД России «Оренбургское» по делу об административном правонарушении от 08 января 2018 года признан ФИО2, который нарушил п. 8.1, 8.4, 8.5 ПДД РФ, так как при начале движения, при перестроении и повороте налево вне перекрестка не уступил дорогу автомобилю, движущемуся попутно без изменения направления движения, допустил с ним столкновение.

Решением Дзержинского районного суда г. Оренбурга от 19 марта 2018 года указанное постановление инспектора ИДМЗр АБДМ МУ МВД России «Оренбургское», вынесенное в отношении ФИО2, отменено.

Производство по делу об административном правонарушении прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление.

Судом установлено, что выводы инспектора ДПС ГИБДД о нарушении водителем ФИО2 одновременно всех требований п.п. 8.1, 8.4, 8.5 ПДД РФ материалами дела достоверно не подтверждены. Имеющие значение для дела обстоятельства того, какой маневр выполнял водитель ФИО2, не установлены вследствие чего, не представляется возможным определить, какими правилами дорожного движения должны были руководствоваться водители в данной дорожной ситуации. Указанное решение вступило в законную силу.

Согласно заключению эксперта ИП Р. от 24 августа 2018 года, представленному истцом, водитель автомобиля <данные изъяты>, ФИО2 последовательно нарушил пункты 8.1, 8.4, 8.5 ПДД РФ, согласно которым:

- перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Сигналу левого поворота (разворота) соответствует вытянутая в сторону левая рука либо правая, вытянутая в сторону и согнутая в локте под прямым углом вверх. Сигналу правого поворота соответствует вытянутая в сторону правая рука либо левая, вытянутая в сторону и согнутая в локте под прямым углом вверх. Сигнал торможения подается поднятой вверх левой или правой рукой.

- При перестроении водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения. При одновременном перестроении транспортных средств, движущихся попутно, водитель должен уступить дорогу транспортному средству, находящемуся справа.

- Перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение.

Эксперт сделал вывод, что нарушения правил дорожного движения ФИО2 явилось причинно-следственной связью возникновения ДТП.

Ответчик и его представитель оспаривали указанное заключение ИП Р.

Суд по ходатайству ответчика и его представителя назначил судебную автотехническую экспертизу по обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия, производство которой поручил эксперту К.

Перед экспертом были поставлены следующие вопросы:

1.- Определить механизм и место столкновения транспортных средств при дорожно-транспортном происшествия, произошедшем 08 января 2018 года, с участием транспортных средств: автомобиля № под управлением водителя ФИО1 и автомобиля <данные изъяты> под управлением водителя ФИО2:

- с технической точки зрения могли ли произойти события, описанные в объяснениях водителей, данных на месте ДТП 08 января 2018 года, и отраженных в схеме ДТП, с учетом расположения транспортных средств относительно друг друга и края проезжей части дороги?

2. - Определить скорость движения автомобиля <данные изъяты> до применения водителем торможения;

3.- Определить на каком расстоянии находился автомобиль <данные изъяты> в момент объективной возможности водителя ФИО1 обнаружить возникновение для него опасности (начала совершения маневров водителем автомобиля <данные изъяты>):

- с учетом скорости <данные изъяты> определенной экспертом,

- с учетом скорости в 55- 60 км./ч?

4. - С учетом ответов на предыдущие вопросы определить имел ли техническую возможность водитель автомобиля <данные изъяты>, избежать столкновение с автомобилем <данные изъяты>) путем применения экстренного торможения при скорости <данные изъяты>, определенной экспертом,

- с учетом скорости в 55- 60 км./ч?

5 - С какой минимально-допустимой дистанцией должен был двигаться автомобиль <данные изъяты> (до начавшего движение автомобиля <данные изъяты>)?

6.- Какими пунктами правил дорожного движения должны были руководствоваться оба водителя в данной дорожно-транспортной ситуации?

На основании проведенного экспертного исследования экспертом ИП К. в заключении № от 22 апреля 2019 года были сделаны следующие выводы:

- При сопоставлении повреждений, зон перекрытия и графического моделирования механизма толкновения автомобиля <данные изъяты> и автомобиля <данные изъяты>, установлено место столкновения, которое не противоречит месту, зафиксированному на схеме, составленной сотрудниками ГИБДД.

Также определено взаимное расположение ТС тносительно друг друга и элементов проезжей части в момент столкновения и установлен угол столкновения, равный 16 градусам (см. схему №1, приложение 1).

- В сложившейся дорожно-транспортной ситуации, водитель автомобиля <данные изъяты>, начиная движение с остановочного кармана остановки "10 микрорайон", выезжая на крайнюю правую полосу, создал помеху для водителя автомобиля <данные изъяты>, который двигался по правой полосе в прямом направлении, в результате чего водитель автомобиля <данные изъяты> во избежание возникновения опасной ситуации и возможного толкновения, перестроился в левую полосу по ходу своего движения.

Далее водитель автомобиля <данные изъяты>, с правой полосы частично перестроился в левую полосу, не заняв соответствующее крайне левое положение для совершения им маневра левого поворота, создав при этом помеху водителю автомобиля <данные изъяты>, в результате чего, водитель автомобиля <данные изъяты>, принял необходимые меры для предотвращения столкновения, путем применения экстренного торможения, но из-за наличия укатанного снега на поверхности проезжей части и низкого сцепления колес, избежать столкновения не удалось.

Следовательно, в сложившейся дорожно-транспортной ситуации, столкновение произошло в момент перестроения с правой полосы на левую полосу водителем автомобиля <данные изъяты>, который двигался по диагонали, от остановочного кармана с правой стороны проезжей части <адрес> по ходу движения исследуемых ТС.

На основании имеющихся исходных данных и отсутствия видеозаписи от первоисточника, фиксирующее движение автомобиля <данные изъяты>, перед столкновением и в момент столкновения, на участке дороги произошедшего ДТП, определить скорость движения автомобиля <данные изъяты> до применения водителем торможения, не представляется возможным (НПВ).

Ориентировочно на расстоянии 32,2 метра от места столкновения, находился автомобиль <данные изъяты>, в момент объективной возможности водителя ФИО5 обнаружить возникновение для него опасности, в момент начала выезда автомобиля <данные изъяты>, на левую полосу (см. схему №2, приложение 2).

Остановочный путь автомобиля <данные изъяты>, при скорости движения 55-60 км/ч, составил 75,7-88,4 метров, а удаленность от места столкновения в момент возникновения опасности для движения автомобиля <данные изъяты>, составляла 32,2 метра, 75,7-88,4 > 32,2.

Следовательно, проведенный расчет показывает, что водитель автомобиля <данные изъяты>, в сложившейся дорожно-транспортной ситуации не имел технической возможности избежать столкновения.

- В сложившейся дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля <данные изъяты> должен был руководствоваться пунктами 1.3. 1.5. 8.1. 8.4. и 8.5 правил дорожного движения РФ. При движении по дорогам общего пользования, водитель обязан знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил дорожного движения и не создавать опасности участникам движения. Перед началом движения водитель не должен создавать помехи другим ТС, а в случае перестроения водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения, при этом для совершения маневра левого поворота или разворота, водитель должен занять соответствующее крайнее положение, предназначенное для движения в необходимом ему направлении. В данном случае водитель автомобиля <данные изъяты>, отступил от пунктов правил 1.3. 1.5. 8.1. 8.4. и 8.5 дорожного движения РФ.

- Водитель автомобиля <данные изъяты>, должен был руководствоваться пунктом 10.1. правил дорожного движения РФ. Двигаться со скоростью, которая обеспечивала бы постоянный контроль за движением с учетом дорожных и метеорологических условий и видимости. В случае же возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, необходимо принять возможные меры к снижению скорости и при необходимости прибегнуть к полной остановке транспортного средства.

В данном случае водитель автомобиля <данные изъяты>, действовал согласно правил дорожного движения РФ и не отступил от пункта 10.1правил.

Стороны с данным судебным заключением знакомились, возражений не представили.

Суд принимает указанное заключение эксперта К., поскольку эксперт имеет образование соответствующего профиля, право производства автотехнических экспертиз, в том числе по специальности «Исследование обстоятельств ДТП», прошел переподготовку по программе «Независимая техническая экспертиза транспортных средств», состоит в реестре экспертов-техников, осуществляющих независимую техническую экспертизу.

Заключение эксперта является полным, последовательным, с указанием оснований, по которым эксперт пришел к изложенному выводу. При проведении экспертного исследования были использованы цифровые фотографии поврежденных автомобилей и с места ДТП, административный материал по факту ДТП.

Каких-либо обстоятельств, вызывающих сомнение в правильности и обоснованности заключения эксперта К. судом не установлено.

Эксперт был предупрежден об ответственности за заведомо ложное заключение по ст.307 УК РФ, в связи с чем, оснований не доверять заключению эксперта у суда не имеется.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о виновности ответчика ФИО2 в произошедшем 08 января 2018 года дорожно-транспортном происшествии с участием автомобилей <данные изъяты> под управлением ФИО1, и <данные изъяты>, под управлением ответчика.

Как следует из материалов дела, на момент ДТП гражданская ответственность ФИО2 не была застрахована.

В результате дорожно-транспортного происшествия автомобилю <данные изъяты>, принадлежащему ФИО1, причинены механические повреждения.

Согласно представленному истцом экспертному заключению от 08 января 2018 года №, составленному ИП Л., стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты>, с учетом износа составляет 72598,92 рублей, без учета износа – 90555,39 рублей.

Суд принимает данное заключение, поскольку оно составлено экспертом, имеющим высшее техническое образование по специальности «Автомобили и автомобильное хозяйство», прошедшему профессиональную переподготовку по программе «Автотехническая и дорожно-транспортная экспертиза», являющегося членом НП «Палата судебных экспертов», имеющему стаж экспертной работы с ноября 2007 года.

Ответчик не представил суду доказательств иной стоимости восстановительного ремонта автомобиля, принадлежащего истцу.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что исковые требования в части взыскания причиненного в результате ДТП ущерба в размере 90555,39 рублей подлежат удовлетворению.

Расходы за составление заключения специалиста о стоимости восстановительного ремонта и определении причины ДТП в размере 4500 рублей и 8000 рублей соответственно, подтвержденные квитанцией от 14 сентября 2015 года и платежным поручением № от 03 апреля 2018 года, относятся к убыткам истца и подлежат возмещению с ответчика.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворённых судом исковых требований.

Судебные расходы истца по оплате госпошлины в размере 2 378 рублей, за ксерокопирование и распечатку документов в размере 360 рублей, также подлежат взысканию с ответчика, поскольку подтверждены документально.

В силу ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Учитывая категорию дела, проведенную представителем истца ФИО6 работу по составлению искового заявления и дополнения к нему, предъявления иска, требований разумности и справедливости, суд полагает разумным пределом оплату услуг представителя в размере 2 000 рублей.

Расходы по оплате услуг представителя подтверждены договором на оказание юридических услуг от 18 сентября 2018 года.

Экспертом К., проводившим судебную экспертизу, заявлено ходатайство о возмещении расходов на ее проведение в размере 35000 рублей.

Поскольку в основу решения положено заключение указанной экспертизы, проведенной экспертом К., а исковые требования о возмещении ущерба удовлетворены, суд считает необходимым взыскать с ответчика ФИО2 в пользу ИП К. расходы на проведение судебной экспертизы в размере 35 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ суд

Решил.

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба и взыскании судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1:

90555,39 рублей – стоимость восстановительного ремонта автомобиля,

4500 рублей - за составление заключения специалиста о стоимости восстановительного ремонта;

8000 рублей – за составление заключения специалиста об определении причины ДТП;

2 378 рублей – расходы по оплате госпошлины,

360 рублей - за ксерокопирование и распечатку документов;

2 000 рублей – расходы по оплате услуг представителя.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с ФИО2 в пользу ИП ФИО7 расходы за проведение судебной экспертизы в размере 35000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Промышленный районный суд г. Оренбурга в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Мотивированное решение суда изготовлено 29 мая 2019 года.

Судья Н.И. Батищева