Апелляционное постановление № 22-3032/2025 от 1 июля 2025 г. по делу № 1-94/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Уфа 02 июля 2025 года

Верховный суд Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Дашкина А.А.

при секретаре Муллахметове И.И.,

с участием прокурора Зайнуллина А.М., осуждённого ФИО1 и адвоката Исянаманова Р.И. в защиту его интересов,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе с дополнением адвоката Исянаманова Р.И. на приговор Октябрьского городского суда Республики Башкортостан от 14 мая 2025 года, которым

ФИО1, дата года рождения, несудимый,

осуждён по части 3 статьи 327 УК РФ к 6 месяцам ограничения свободы с установлением ограничений в виде запретов выезда за предела территории муниципального образования городского округа адрес и изменения места жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждённым наказания в виде ограничения свободы.

Приговором решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Дашкина А.А. о содержании итогового решения по делу, а также существе апелляционной жалобы с дополнением, выступление адвоката Исянаманова Р.И. и осуждённого ФИО1 о прекращении уголовного дела за отсутствием в деянии состава преступления ввиду его малозначительности, мнение прокурора Зайнуллина А.М. о законности приговора, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в совершении приобретения, хранения в целях использования и использовании заведомо поддельного иного официального документа, представляющего права.

Преступление ФИО1 совершено дата в адрес при установленных судом и изложенных в приговоре обстоятельствах.

В судебном заседании ФИО1 вину не признал, дело рассмотрено в общем порядке судебного разбирательства.

В апелляционной жалобе с дополнением (далее – жалобе) адвокат Исянаманов в интересах осуждённого просит состоявшийся обвинительный приговор как незаконный и необоснованный отменить, а уголовное дело в отношении ФИО1 прекратить на основании пункта 2 части 1 статьи 24 УПК РФ за отсутствием в его деянии состава преступления ввиду его малозначительности. Ссылаясь на определение Конституционного Суда Россий-ской Федерации от 16 июля 2013 года №1162-0, на постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17 декабря 2020 года № 43 «О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 324 - 327.1 УК РФ» и на положения статьи 14 УК РФ, автор жалобы считает ошибочным вывод суда, что приобретенное осуждённым заключение является официальным документом, дающим право выполнения поручаемой работы, предупреждения профессиональных заболеваний», поскольку подтверждает отсутствие противопоказаний к работе и дает ФИО1 право выполнять трудовые функции в ООО «...», так как это право возникает у работника не на основании медицинских документов, а на основании трудового договора. Показания допрошенного в качестве представителя ООО «...» не содержат указания на то, что заключение наделило ФИО1 правом выполнять трудовые функции, а ссылок на какие-либо нормы закона или локальные нормативные акты, из которых бы следовало, что в отсутствие у осуждённого заключения он лишается права на выполнение трудовых функций, в приговоре также не приведено. Квалифицировав действия ФИО1 по части 3 статьи 327 УК РФ, суд не учел, что осуждённый до совершения инкриминированного ему деяния регулярно проходил периодические медицинские осмотры, по результатам которых каких-либо противопоказаний у него не выявлялось, как их не выявлено и по результатам последующего медицинского осмотра, пройденного осуждённым в дата года после установления работодателем факта предъявления поддельного заключения. При этом трудовой договор с осуждённым по инициативе работодателя не расторгнут, он до нас-тоящего времени продолжает работать в ООО «...», от работы не отстранялся, а за совершенное деяние был привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора. Указанное, в совокупности с иными фактическими обстоятельствами и данными о личности осужденного (ранее не судим, положительно характеризуется и т.д.), по мнению адвоката, свидетельствует о том, что деяние ФИО1 не причинило существенного вреда охраняемым законом интересам общества и государства. Защитник обращает внимание, что дознавателем ФИО1 возможность ознакомления с материалами уголовного дела без ограничения во времени не предоставлена и права, предусмотренные частью 5 статьи 217 УПК РФ, не разъяснены, данный протокол составлен формально и должным образом не отражает ход и результаты процессуального действия. Подпись адвоката в протоколе удостоверяет лишь факт отказа ФИО1 от подписания протокола, а не факт отсутствия у него каких-либо замечаний к нему, в нарушение требований части 2 статьи 167 УПК РФ возможность для объяснения причин отказа от подписания протокола дознавателем осуждённому не предоставлена. При таких обстоятельствах, считает защитник, суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о возврате дела прокурору в порядке пункта 5 части 1 статьи 237 УПК РФ. Судом первой инстанции, считает автор жалобы, проигнорированы доводы стороны защиты о нарушении органом дознания процедуры возбуждения уголовного дела. Так, соответствующего постановления прокурора, которое в силу положений пункта 4 части 1 статьи 140 УПК РФ может служить поводом для возбуждения уголовного дела, в материалах уголовного дела не имеется, повод для возбуждения настоящего уголовного дела надлежащим образом не определен, а возбуждение уголовного дела в отсутствие какого-либо из перечисленных в части 1 статьи 140 УПК РФ поводов является незаконным. В основу приговора, обращает внимание защитник, судом первой ин-станции положены недопустимые доказательства, в частности - показания ФИО1, данные им дата в качестве свидетеля по другому уголовному делу, а также заключения эксперта № №... и №... от дата и от дата соответственно. Названный допрос произведен спустя 10 дней с момента возбуждения в отношении осуждённого уголовного дела, в ходе указанного допроса у ФИО1 выяснялись обстоятельства полностью идентичные подлежащим доказыванию по возбужденному в отношении него уголовному делу. Таким образом, утверждает автор жалобы, фактически ФИО1 уже являлся уголовно-пресле-дуемым лицом против которого осуществлялась обвинительная деятельность, однако участие адвоката в ходе следственного действия не обеспечено, сам ФИО1 от помощи защитника не отказывался. В соответствии с указанными экспертными заключениями оттиски печати и штампа в пре-дъявленном Жексенаевым работодателю медицинском документе нане-сены не печатью и не штампом соответствующего медицинского учреждения. Вместе с тем, отмечает автор жалобы, допрошенная в судебном заседании свидетель Т.. показала, что в ее распоряжении имеются два отличающихся друг от друга экземпляра печати и также два отличающихся друг от друга экземпляра штампа, которые ею наносятся на заключения медицинских осмотров. При этом согласно протоколу получения образцов для сравнительного исследования у названного свидетеля получены образцы оттисков только одной печати и только одного штампа, из текста самих экспертных заключений также не следует, что эксперту представлены образцы оттисков двух экземпляров печати и двух экземпляров штампа. Адвокат отмечает, что им в судебном заседании заявлялось ходатайство о производстве повторной судебной экспертизы ввиду обусловленных названными обстоятельствами недостаточных ясности и полноты заключений эксперта №... и №..., а также сомнений в их обоснованности, однако судом первой инстанции в удовлетворении этого ходатайства отказано с формальной ссылкой на то, что заключение содержит все необходимые реквизиты, экспертом дан ответ на поставленный перед ним вопрос, при ознакомлении с данным заключением ни от ФИО1, ни от его защитника каких-либо замечаний не поступало, а из показаний свидетеля Т. следует, что ею предоставлялись оттиски обоих комплектов печати и штампа учреждения. Опровергая довод осуждённого об отсутствии умысла на приобретение, хранение и использование поддельного документа, суд указал, что ранее ФИО1 периодически проходил медицинские осмотры, в связи с чем знает о необходимости осмотра врачами-специалистами и сдачи определенных анализов. Этот вывод суда первой инстанции, по мнению защитника, является необоснованным, поскольку ФИО1, не являясь медицинским работником, не обязан знать порядок выдачи медицинских заключений. При этом тот факт, что осуждённый ранее проходил медицинские осмотры сам по себе не может являться доказательством того, что поддельность предъявленного Жексенаевым работодателю медицинского заключения охватывалась его умыслом, в особенности с учетом его показаний о том, что ранее, когда он проходил медицинские осмотры, специалисты его фактически не осматривали. Автор жалобы также утверждает, что при судебном разбирательстве не принято мер по обеспечению состязательности и равноправия сторон, при рассмотрении дела судом первой инстанции председательствующий по делу судья фактически выступал на стороне обвинения, что выразилось в необоснованных отводах имеющих прямое отношение к делу вопросов защитника свидетелям М., П., Т., а также в некорректных замечаниях в адрес ФИО1 и вопросах к нему. Эти обстоятельства, полагает адвокат, свидетельствуют о заинтересованности председательствующего в исходе уголовного дела и постановлении по нему именно обвинительного приговора.

В письменном возражении государственный обвинитель Агапитов Д.Г. утверждает, что изложенная в апелляционной жалобе позиция основана на собственной интерпретации защитником исследованных доказательств в отрыве от установленных статьями 87, 88 УПК РФ правил их оценки. Пред-усмотренных статьей 38915 УПК РФ нарушений по делу не допущено, выводы суда о доказанности вины осуждённого в совершении предусмотренного частью 3 статьи 327 УПК РФ преступления соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и подтверждаются совокупностью относимых и допустимых доказательств, среди которых недопустимых не имеется. Принцип состязательности при рассмотрении дела соблюден, права участников процесса по исследованию имеющихся доказательств не нарушены, стороне защиты и осуждённому предоставлялась возможность заявлять ходатайства и реализовывать иные права, предусмотренные УПК РФ. Автор возражения считает, что органом дознания объективно установлено, а судом должным образом мотивировано решение о признании заключения предварительного (периодического) медицинского осмотра от дата на имя ФИО1 официальным документом, предоставляющим права. Осуждённый на момент совершения преступления являлся водителем автомобиля автоколонны №... ... ООО «...» в адрес, поэтому заключение предварительного (периодического) медицинского осмотра является официальным документом, так как предоставляет ФИО1 право работать на работах, связанных с движением транспорта. В этой связи государственный обвинитель не усматривает оснований для применения положений статьи 14 УК РФ и предлагает апелляционную жалобу защитника оставить без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражения государственного обвинителя, выслушав участников судебного заседания, апелляционный суд приходит к выводу о наличии фактических и правовых оснований для отмены состоявшегося обвинительного приговора, поскольку требованиям статьи 297 УПК РФ он отвечает не в полной мере.

В силу требований статьи 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, и признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Существенное нарушение уголовно-процессуального закона и неправильное применение уголовного закона согласно положениям пунктов 2 и 3 статьи 38915 УПК РФ являются основаниями отмены судебного решения в апелляционном порядке, такие нарушения судебной инстанцией при рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО1 допущены.

Из материалов дела усматривается, что уголовное дело было возбуждено по части 3 статьи 327 УК РФ при наличии достаточных, по убеждению органа дознания, данных, указывающих на наличие в действиях ФИО1 признаков данного преступления.

Дознание по делу было проведено в рамках установленной законом процедуры, с соблюдением прав всех участников уголовного судопроизводства и формированием доказательственной базы.

Фактических и правовых оснований для применения статьи 237 УПК РФ не имеется, передача дела на стадию судопроизводства и в дальнейшем - сама процедура судебного разбирательства отвечает требованиям закона.

Рассмотрение дела судом имело место в соответствии с положениями глав 36 - 39 УПК РФ, определяющих общие условия судебного разбирательства, процедуру рассмотрения уголовного дела с соблюдением правил о подсудности.

Как установлено судом и изложено в приговоре в период до дата в неустановленное время и месте ФИО1, действуя умышленно, заведомо зная о поддельности медицинского заключения, с целью его использования, приобрёл у неустановленного лица, заведомо поддельное заключение предварительного (периодического) медицинского осмотра (обследования) от дата «Поликлиника №... ГБУЗ РБ Городская больница №... адрес» на своё имя, являющееся официальным документом, подтверждающим пригодность для выполнения работ и дающим право выполнения поручаемой работы, предупреждения профессиональных заболеваний, и стал хранить при себе, а дата, действуя умышленно и зная о противоправности своих действий, ФИО1 предъявил ранее приобретённое им поддельное заключение предварительного (периодического) медицинского осмотра (обследования) по месту работы - в филиал ООО «...» адрес, расположенный в адрес.

Совершенные ФИО1 действия судебной инстанцией признаны преступными, доказанными и они квалифицированы по части 3 статьи 327 УК РФ как приобретение, хранение в целях использования и использование заведомо поддельного иного официального документа, представляющего права.

Вместе с тем, согласно части 2 статьи 14 УК РФ не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного УК РФ, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности.

По смыслу уголовного закона при решении вопроса о привлечении лица к уголовной ответственности необходимо иметь в виду, что деяние, формально подпадающее под признаки того или иного преступления, долж-но представлять собой достаточную степень общественной опасности, которая свидетельствует о том, что деяние причинило существенный вред, либо создало угрозу причинения такого вреда личности, обществу или государству.

Согласно сформулированным в пункте 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 43 от 17 декабря 2020 года "О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 324 - 327.1 Уголовного кодекса Российской Федерации" разъяснениям при правовой оценке действий лица, допустившего нарушения, в том числе в сферах обращения официальных и иных документов, судам необходимо исходить из всей совокупности фактических обстоятельств конкретного дела, а также учитывать положения части 2 статьи 14 УК РФ о том, что не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного уголовным законом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 16 июля 2013 года N 1162-О сформулировал правовую позицию согласно которой часть 2 статьи 14 УК РФ позволяет отграничить преступления от иных правонарушений и она направлена на реализацию принципа справедливости, в соответствии с которым наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, что следует из положений части 1 статьи 6 УК РФ, тем самым обеспечивается адекватная оценка степени общественной опасности деяния, зависящая от конкретных обстоятельств содеянного.

Однако вопреки указанным требованиям уголовного закона, несмотря на конкретные обстоятельства данного уголовного дела, вопрос о малозначительности содеянного ФИО1 должной оценки в приговоре не получил, выводы суда в этой части неубедительны, так как неконкретны, носят формальный характер и не основаны на материалах дела.

Так, из дела усматривается, что ФИО1 имеет ...-летний стаж работы в ООО «...», препятствующими ему работать водителем заболеваниями не страдает, состояние здоровья не скрывает, проводимый по его месту работы периодический медицинский осмотр дополнительных прав ФИО1 не предоставляет, от обязанностей не освобождает и имеет целью подтверждение соответствия здоровья работника требованиям профессии, в данном случае - водителя.

При отсутствии официального медицинского заключения право управ-ления грузовым транспортом за ФИО1 сохранено, до настоящего времени он работает на предприятии в прежней должности, ежедневные предрейсовые медосмотры и повторный медицинский осмотр, пройденный дата, подтверждают отсутствие у ФИО1 противопоказаний к работе водителем, последствия совершенных им действий исчерпаны применением к ФИО1 дата мер дисциплинарного воздействия.

Анализ обстоятельств совершенного ФИО1 деяния, подпадающего под формальные признаки предусмотренного частью 3 статьи 327 УК РФ преступления и относящегося к категории преступлений небольшой тяжести, отсутствие в приговоре и материалах дела доказательств того, что это деяние причинило существенный вред охраняемым законом интересам общества и государства, а также вышеприведенные конкретные и бесспорные фактические обстоятельства дела, по мнению суда апелляционной инстанции, не позволяют сделать вывод о том, что действия ФИО1 обладают достаточными признаками общественной опасности, дающими основания как признать их преступлением, так и не применять положения части 2 статьи 14 УК РФ.

Ввиду отмены итогового решения с прекращением уголовного дела за ФИО1, в соответствии с пунктом 3 части 2 статьи 133 УПК РФ, следует признать право на реабилитацию.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 38913, 38920, 38921, 38928 и 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Октябрьского городского суда Республики Башкортостан от дата в отношении ФИО1 отменить, уголовное дело прекратить на основании пункта 2 части 1 статьи 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления ввиду его малозначительности.

Признать за ФИО1 право на реабилитацию в порядке

главы 18 УПК РФ.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в установленном главой 47.1 УПК РФ порядке в 6-ой кассационный суд общей юрисдикции в течение 6 месяцев со дня его провозглашения путем обращения через суд первой инстанции.

В случае обжалования судебного решения в кассационном порядке заинтересованные лица вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Справка: дело № 22-3032/2025; судья Давлетшин М.Р.