Решение № 2-1865/2024 2-1865/2024~М-1372/2024 М-1372/2024 от 1 декабря 2024 г. по делу № 2-1865/2024

Дело № 2-1865-2024

УИД: 42RS0005-01-2024-003195-94


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Кемерово 02 декабря 2024 года

Заводский районный суд города Кемерово

в составе председательствующего судьи Александровой Ю.Г.

при секретаре Вакуленко Я.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП.

Свои требования мотивирует тем, что он является собственником транспортного средства <данные изъяты> г\н №.

ДД.ММ.ГГГГ около 13-54 ч. в адрес, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля <данные изъяты>», г\н №, под управлением ФИО2 и автомобилем <данные изъяты>, г\н №, под управлением ФИО3

В результате указанного ДТП транспортным средствам участников причинен материальный ущерб.

Риск гражданской ответственности ФИО2 в предусмотренном законом порядке застрахован не был.

Постановлением инспектора ДПС ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по г. Кемерово № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 привлечена к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1.1 ст. 12.14 КоАП РФ, в связи с тем, что последняя, управляя автомобилем, заблаговременно не заняла соответствующее крайнее положение на проезжей части перед поворотом налево.

Соответствие действий водителя ФИО2 Правилам дорожного движения должностным лицо ГИБДД не устанавливалось.

Указывает, что не привлечение участника ДТП к административной ответственности не исключает право суда дать оценку имеющимся в деле доказательствам о наличии (отсутствии) вины лица в причинении ущерба, определить степень вины участника ДТП.

Из обстоятельств ДТП следует, что ФИО3, управляя транспортным средством <данные изъяты>, г\н №, двигалась в адрес в сторону адрес. Указанная автомобильная дорога с двумя проезжими частями (по одной полой в каждом направлении). ФИО3 заблаговременно перед маневром показала намерение совершить поворот соответствующим световым сигналом. Водитель ФИО2, управляя транспортным средством <данные изъяты>, г\н №, указанное обстоятельство проигнорировал и решил выполнить обгон путем выезда на полосу встречного движения и допустил столкновение с транспортным средством под управлением ФИО3

Указывает, что из видеозаписи события ДТП следует, что ширина полосы движения в месте ДТП предназначена для движения автомобилей в один ряд, транспортное средство <данные изъяты> двигаясь по спорной полосе, осуществлял торможение перед впереди идущими автомобилями. Также указанное обстоятельство зафиксировано на схеме ДТП.

В данном случае, в условиях однополосного движения в каждом из направлений и явной недостаточности ширины проезжей части для движения двух транспортных средств по одной полосе параллельно друг другу, в действиях водителя ФИО3 не может усматриваться нарушение требований п. 8.5 ПДД.

Более того, установлено, что требования п. 8.1 ПДД со стороны ФИО3 было выполнено (перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего).

Столкновение транспортных средств под управлением ФИО3 и ФИО2 фактически произошло на полосе встречного движения, в тот момент, когда ФИО3 закончила маневр (поворот налево), о чем свидетельствуют характерные повреждения транспортного средства.

При этом, обозначение водителем ФИО3 начала маневра поворота (включение соответствующего сигнала) произошло до выезда автомобиля под управлением ФИО2 на полосу встречного движения для начала обгона. Таким образом, водителем ФИО2 нарушены п.п. 11.1, 11.2 ПДД (прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения. Водителю запрещается выполнять обгон в случаях, если транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево).

Водитель ФИО2 двигался с существенным превышением скорости, о чем свидетельствует тормозной путь, зафиксированный сотрудниками ГИБДД).

Транспортное средство <данные изъяты> под управлением ФИО2 двигалось позади <данные изъяты> под управлением ФИО3, ФИО2 проигнорировал световой сигнал автомобиля, идущего впереди, начал выполнять обгон с выездом на полосу встречного движения и совершил столкновение с автомобилем <данные изъяты>, под управлением ФИО3

С учетом изложенного, полагает, что именно действия ответчика ФИО2 находятся в причинно-следственной связи со спорным ДТП.

Для определения стоимости восстановительного ремонта транспортного средства истец обратился к ИП ФИО5, согласно заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ рыночная стоимость ремонта транспортного средства <данные изъяты> г\н №, без учета износа деталей составляет 1125074 руб., рыночная стоимость автомобиля составляет 852000 руб., стоимость годных остатков – 261740, 27 руб.

Учитывая, что стоимость восстановительного ремонта автомобиля превышает стоимость автомобиля, размер ущерба, причиненного имуществу истца составляет 590259, 73 руб., из расчета: 852000 руб. (рыночная стоимость автомобиля) – 261740, 27 руб. (стоимость годных остатков).

Также истцом понесены расходы по оценке стоимости восстановительного ремонта в размере 6500 руб., расходы по оплате государственной пошлины в сумме 9103 руб.

После проведения судебной экспертизы истом уточнены исковые требования, истец указывает, что в соответствии с заключением эксперта №ЭК от ДД.ММ.ГГГГ, стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты> г\н №, на дату ДТП – ДД.ММ.ГГГГ, необходимого для устранения повреждений, образовавшихся в результате ДТП, округленно составляет 1183475 руб., рыночная стоимости транспортного средства составляет 858800 руб., стоимость годных остатков – 243541 руб.

В связи с чем, размер ущерба составляет 615259 руб. (рыночная стоимость автомобиля (858800 руб.) – стоимость годных остатков (243541 руб.).

С учетом уточнения исковых требований просит суд взыскать с ответчика ФИО2 в его пользу ущерб, причиненный в результате ДТП, в размере 615 259 руб., расходы за составление экспертного заключения по оценке стоимости ущерба в сумме 6500,00 руб., расходы за проведение судебной экспертизы в размере 45000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 9 103,00 руб.

Истец ФИО1 судебное заседание не явился, о дне и времени слушания дела извещен надлежащим образом, направил в суд представителей.

Представители истца ФИО4, ФИО6, действующие на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании обстоятельства, изложенные в исковом заявлении, поддержали, на удовлетворении уточненных исковых требований настаивали в полном объеме, суду пояснили, что истец ФИО1 является собственником автомобиля, которому был причинен ущерб в результате дорожно-транспортного происшествия. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 двигалась на предлежащем истцу автомобиле по адрес в адрес в сторону адрес. ФИО2 двигался в попутном направлении позади транспортного средства истца. До перекрестка с пересечением адрес ФИО3 необходимо было повернуть налево во дворовую территорию. ФИО3 перед маневром поворота притормозила, показала сигнал поворота, и стала пропускать транспортные средства со встречного направления движения. Когда ФИО3 пропустила автомобили, она стала совершать поворот, выполнила его, оказалась на полосе встречного движения, в это время в автомобиль под управлением ФИО3, въехал автомобиль под управлением ФИО2, который решил совершить маневр обгона. Указывают, что столкновение произошло в тот момент, когда ФИО3 завершила маневр поворота. Полагают, что ДТП произошло по вине ФИО2, который не убедился в безопасности своего маневра обгона, нарушил скоростной режим, не соблюдал безопасную дистанцию. На основании постановления по делу об административном правонарушении к административной ответственности за нарушение Правил дорожного движения привлечена ФИО3, действиям водителя ФИО1 административным органом оценка не давалась. Постановление о привлечении ФИО3 к административной ответственности было обжаловано в суд, судебными инстанциями постановление остановлено без изменения. Однако, исходя из обстоятельств дорожной ситуации, истец полагает, что именно действия ФИО2 состоят в причинно-следственном связи с произошедшим ДТП, и его действия повлекли причинение материального вреда имуществу истца. Согласно заключению судебной автотехнической экспертизы, проведенной по настоящему делу, именно действия водителя ФИО2 находятся в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием. Экспертом также был определен размер ущерба, установлена тотальная гибель транспортного средства, определена рыночная стоимость автомобиля и стоимость годных остатков. В связи с чем, в соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ произведен размер причиненного истцу ущерба (рыночная стоимость автомобиля – стоимость годных остатков). Также истец понесены расходы по досудебной оценке ущерба и расходы по оплате судебной экспертизы, и расходы по оплате государственной пошлины. Кроме того, полагает, что техническое состояние автомобиля ответчика ФИО2 не соответствовало требованиям ГОСТ и Техническому регламенту, что выразилось в использовании грязевой резины на дорожном полотне, которая увеличивает тормозной путь, и использовании усиленных бамперов, которые запрещено устанавливать на гражданские автомобили без соответствующего разрешения. Полагают, что данное оснащение автомобиля ответчика повлияло на увеличение размера ущерба.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела был извещен надлежащим образом, направил в суд представителя. Ранее в предварительном судебном заседании исковые требования не признал, суду пояснил, ДД.ММ.ГГГГ управлял транспортным средством <данные изъяты>», двигаясь по адрес в сторону адрес в адрес. В его направлении движения была одна полоса, впереди него двигался автомобиль под управлением ФИО3 В районе адрес ФИО3 прижалась к правой части проезжей части ближе к обочине, не включив никакие повороты, он расценил ее действия как меры к остановке, и стал объезжать ее, выехав на середину проезжей части, встречных автомобилей не было, на данном участке была разделительная полоса, обгон не запрещен. Он начал опережать автомобиль ФИО3, а она в этот момент выехала под его автомобиль, в результате чего произошло столкновение. Полагает, что ФИО3 не заняла крайнее левое положение для маневра поворота. Перед столкновением он принял экстренное торможение, нажал на звуковой сигнал. Не возражал против назначения по делу судебной экспертизы.

Представитель ответчика ФИО7, действующая на основании ордера от ДД.ММ.ГГГГ №, в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, суду пояснила, что доказательства, свидетельствующие о виновности ФИО2 в дорожно-транспортном происшествии, отсутствуют. Согласно судебного заключения, полученного по настоящему делу, эксперт пришел к выводу, что поскольку водитель автомобиля <данные изъяты>, г\н №, перед совершением маневра поворота налево заблаговременно не знал соответствующее крайнее левое положение (начал маневр от правого края проезжей части), при этом при выполнении маневра создал опасность для движения водителю автомобиля <данные изъяты>, то его действия не соответствовали требованиям п.п. 8.1, 8.5 Правил дорожного движения. Полагает, что именно действия водителя <данные изъяты>, состоят в причинно-следственной связью с ДТП.

Третье лицо ФИО3, представитель третьего лица СПАО «Ингосстрах» в предварительное судебное заседание не явились, о дате и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Выслушав представителя истца, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В развитие закрепленного ст. 2 Конституции РФ фундаментального принципа конституционного строя Российской Федерации ч. 1 ст. 17 устанавливает, что в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. При этом осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, Гражданский кодекс Российской Федерации среди основных начал гражданского законодательства предусматривает обеспечение восстановления нарушенных прав (статья 1) с использованием для этого широкого круга различных способов защиты (статья 12), которые направлены, в том числе на поддержание стабильности гражданско-правовых отношений; при этом выбор способа защиты, реализуемый субъектом права, предопределяется теми правовыми нормами, которые регулируют конкретные правоотношения.

Статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривает, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В рамках императивных требований ст.ст. 12, 56 ГПК РФ, гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Положения статьи 56 ГПК Российской Федерации, наделяющие суд полномочиями определять, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносить обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть вторая), статьи 57 ГПК Российской Федерации, регламентирующие порядок представления и истребования доказательств, а также предоставляющие суду полномочие оказывать содействие сторонам и другим лицам, участвующим в деле, в собирании и истребовании доказательств в случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно (часть первая), а также статьи 60 данного Кодекса, закрепляющие императивное правило оценки судом допустимости доказательств в гражданском процессе, во взаимосвязи с другими предписаниями этого же Кодекса, в том числе содержащимися в его статье 2, части первой статьи 195 и части третьей статьи 196, обязывающими суд в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан принять законное и обоснованное решение по заявленным истцом требованиям, сами по себе какой-либо неопределенности не содержат, направлены на полное и всестороннее изучение обстоятельств конкретного дела, на реализацию принципа состязательности и равноправия сторон при осуществлении правосудия, выступают процессуальной гарантией правильного рассмотрения и разрешения подведомственных судам общей юрисдикции дел и тем самым обеспечивают действие конституционного права на судебную защиту.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Пунктом 2 статьи 1064 ГПК РФ предусмотрено, что лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 12 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Пунктами 8.1, 8.2, 8.5, 10.1 Правил дорожного движения предусмотрено:

-перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения (п.8.1);

- подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения. Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности (п.8.2);

- перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение (п.8.5);

- водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средств (п.10.1).

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 13-54 ч. по адресу: адрес, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием <данные изъяты> г\н №, под управлением ФИО2 и автомобилем <данные изъяты>, г\н №, под управлением ФИО3

Собственником транспортного средства <данные изъяты>, г\н №, является истец ФИО1, что подтверждается копиями свидетельства о регистрации транспортного средства и паспорта транспортного средства (л.д. 12,13).

Автомобиль <данные изъяты> г\н №, принадлежит ответчику ФИО2, гражданская ответственность которого на момент дорожно-транспортного происшествия не была застрахована (л.д. 68, 87).

В результате указанного дорожно-транспортного происшествия автомобилям причинены механические повреждения.

Согласно представленному истцом экспертному заключению № от ДД.ММ.ГГГГ рыночная стоимость ремонта транспортного средства <данные изъяты>, г\н №, без учета износа деталей составляет 1125074 руб., рыночная стоимость автомобиля составляет 852000 руб., стоимость годных остатков – 261740, 27 руб. (л.д. 17-53).

Постановлением инспектора ДПС ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по г. Кемерово № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1.1 ст. 12.14 КоАП РФ, ей назначено наказание в виде административного штрафа, в связи с тем, что она ДД.ММ.ГГГГ в 13-54 ч. по адресу: адрес, управляя автомобилем <данные изъяты>», г\н №, в нарушении положений п. 8.5 Правил дорожного движения заблаговременно не заняла соответствующее крайнее положение на проезжей части перед поворотом налево (л.д. 85).

Решением Центрального районного суда г. Кемерово от ДД.ММ.ГГГГ постановление инспектора ДПС ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по г. Кемерово № от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения (л.д. 91-93).

Из пояснений представителей истца следует, что постановление инспектора ГИБДД от ДД.ММ.ГГГГ о привлечении ФИО3 к административной ответственности в настоящее время вступило в законную силу.

По ходатайству стороны истца в связи с оспариванием вины в произошедшем дорожно-транспортном происшествии, по делу назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой поручено экспертам ООО «Экспертная компания «Экскалибур» (л.д. 137-139).

Согласно полученного заключения эксперта ООО «ЭК «Экскалибур» № от ДД.ММ.ГГГГ, эксперт, проанализировав представленные материалы по факту ДТП, в том числе, объяснения водителей, схему места совершения административного правонарушения, видеозапись ДТП, установил, что перед происшествием автомобиль <данные изъяты> двигался в попутном направлении вслед за автомобилем <данные изъяты> В месте происшествия проезжая часть дороги адрес имеет сухое асфальтированное покрытие и предназначена для движения в двух направлениях. На проезжей части имеется горизонтальная дорожная разметка, раздающая транспортные потоки встречных направлений.

По ходу движения участников происшествия (в сторону адрес) установлен дорожный знак 3.24 «Ограничение максимальной скорости 40 км\ч. Эксперт отмечает, что условий (наличие других дорожных знаков, перекрестков и т.д.), отменяющих ограничение скоростного режима транспортных средств до места столкновения автомобилей не имеется. То есть, максимально разрешенная скорость движения автомобилей <данные изъяты> и <данные изъяты> с момента проезда установки знака 3.24 до места столкновения составляет не более 40 км.\ч.

Непосредственно перед столкновением наблюдается смещение автомобиля <данные изъяты> к правой границе проезжей части и включении у него стоп-сигналов, при этом определить включен бил или включен указатель поворота не представляется возможным. При смещении автомобиля <данные изъяты>» водитель автомобиля <данные изъяты> приступает к маневру его объезда слева. Далее наблюдается смещение автомобиля <данные изъяты> влево и последующее столкновение транспортных средств.

В данной дорожной ситуации водитель автомобиля <данные изъяты> при совершении маневра поворота должен был руководствоваться требованиями п.п. 8.1, 8.2, 8.5 Правил дорожного движения.

В данной дорожной ситуации водитель автомобиля <данные изъяты> при выборе скорости движения своего транспортного средства должен был руководствоваться требованиями п.п. 10.1 (абзац 1) и 1.3 в части требований дорожного знака 3.24, а при возникновении опасности в виде маневра автомобиля <данные изъяты>, должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 Правил дорожного движения.

Сравнивая удаление автомобиля <данные изъяты> от места столкновения в момент реагирования водителя на опасность (28 м) с его остановочным путем при движении с максимальной допустимой скоростью движения транспортных средств на данном участке дороги (20.4 м), эксперт пришел к выводу, что водитель автомобиля <данные изъяты> при движении к максимальной допустимой скоростью движения 40 км.\ч. располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем <данные изъяты> путем торможения с остановкой своего транспортного средства до места столкновения.

Решать вопрос о наличии (отсутствии) технической возможности предотвращения водителем автомобиля «Ауди А6» столкновения путем торможения не имеет экспертного смысла, так как в данном случае предотвращение данного происшествия зависело не от технической возможности, а от соблюдения водителем автомобиля «Ауди А6» требований п.п. 8.1, 8.2, 8.5 Правил дорожного движения.

На основании проведенного исследования, эксперт приходит к выводу, что в условиях данного происшествия действия водителя автомобиля <данные изъяты>, не соответствующие требованиям п.п. 10.1 (абзац 1) и 1.3. в части требований дорожного знака 3.24 Правил дорожного движения РФ с технической точки зрения находятся в причинной связи с дорожно-транспортным происшествием, произошедшем ДД.ММ.ГГГГ.

Стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты>, г\н №, на дату ДТП – ДД.ММ.ГГГГ, необходимого для устранения повреждений, образовавшихся в результате ДТП, округленно составляет с учетом износа 317291 руб., без учета износа 1183475 руб., стоимость транспортного средства – 858800 руб., стоимость годных остатков 243541 руб. (л.д. 148-196).

Допрошенный в судебном заседании эксперт ООО «ЭК «Экскалибр» Неб А.В. пояснил, что проводил автотехническую экспертизу по настоящему делу на основании определения суда, подтвердил выводы, содержащиеся в экспертном заключении № от ДД.ММ.ГГГГ. При изучении материалов дела, административного материала по факту ДТП, видеозаписи ДТП, он пришел к выводу о том, что действий обоих водителей транспортных средств <данные изъяты> и <данные изъяты> не соответствовали Правилам дорожного движения, а именно, действия водителя <данные изъяты> не соответствовали требованиям п.п. 10.1, 1.3 в части дорожного знака 3.24 ПДД РФ, водитель данного автомобиля нарушил скоростной режим, установленным дорожным знаком на пути его следования. Действия водителя «<данные изъяты>» - требованиям п.п. 8.1, 8.2, 8.5 ПДД, данный водитель при выполнении маневра налево не занял крайнее левое положение на проезжей части. Установить, был ли включен указатель поворота у автомобиля «<данные изъяты>», не представилось возможным. При проведении исследования, произведя расчеты, он (эксперт) пришёл к выводу о том, то если бы водитель <данные изъяты>» двигался со скоростью 40 км.\ч., ему хватило бы времени остановиться при возникновении и обнаружении опасности. При скорости в 40 км.\ч. – для остановки автомобиля необходимо расстояние в 20 метров, а при скорости 58 км.\ч., которая была у водителя <данные изъяты> - для остановки необходимо 28 м. При производстве экспертизы установлено, что автомобиль <данные изъяты> оснащен усиленным железным бампером, данное оснащение на причины ДТП не влияет, влияет только на размер ущерба, от такого бампера будут более сильные и глубокие повреждения.

Из представленного по запросу суда копии административного материала следует, что согласно объяснениям водителя ФИО3, данных должностному лицу, ДД.ММ.ГГГГ, управляя автомобилем <данные изъяты> по адрес в сторону адрес, перед домом по адрес, на Т-образном перекрестке стала поворачивать налево во двор, поворотник налево был включен, пропустила встречный транспорт, и начала совершать манёвр, когда уже почти завершила маневр, почувствовала удар с левой стороны (л.д. 89).

Из объяснений ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ, данных инспектору ГИБДД, следует, что в указанный день он двигался на автомобиле <данные изъяты>» от адрес в сторону адрес по первому ряду со скоростью 50 км.\ч. за автомобилем <данные изъяты> В районе адрес автомобиль <данные изъяты> стал прижиматься к обочине и останавливаться, не указывая сигналами поворота свои действия. Он (ФИО2) решил объехать данный автомобиль, но когда начал выполнять маневр, автомобиль <данные изъяты> от право обочины начал резко поворачивать налево. Он (ФИО2) принял вправо и экстренно затормозил совместно с подачей звукового сигнала, однако столкновения избежать не удалось (л.д. 88).

Согласно приложения к процессуальному документу, у автомобиля <данные изъяты> повреждены передний бампер, правое крыло, передняя рамка, у автомобиля <данные изъяты> - полностью две левые двери, стойка кузова левая средняя, потолочная обшивка, крыша, боковое левое зеркало (л.д. 87).

Из схемы дорожно-транспортного происшествия, подписанной обоими водителями, инспектором ГИБДД, следует, что столкновение транспортных средств произошло н полосе движения, по которой двигались автомобили, около разделительной полосы потоков направления движений, при этом имеются следы торможения от автомобиля <данные изъяты>, которые до места столкновения составляют 10,5 м., и начинаются ближе к середине проезжих частей и переходят на полосу встречного движения, что свидетельствует о том, что перед столкновением водитель <данные изъяты> принял меры к торможению и направил автомобиль в правую сторону по ходу своего движения (л.д. 90).

Из представленной в материалы дела видеозаписи дорожно-транспортного происшествия усматривается, что автомобиль с видеорегистратором движется за автомобилем <данные изъяты>, впереди которого движется автомобиль <данные изъяты> Автомобили движутся в светлое время суток, дорожное покрытие сухое, по дороге с двухстороннем движением, по одной полосе в каждом направлении. Движущийся впереди всех автомобиль <данные изъяты> изменяет направление своего движения начинает прижиматься к правой обочине, после чего сразу же совершает резкий поворот налево. Автомобиль <данные изъяты> после изменения направления движения автомобиля <данные изъяты> к правой обочине, принимает немного влево с целью объезда автомобиля <данные изъяты> Столкновение автомобилей происходит в тот момент, когда автомобиль <данные изъяты> находился посередине проезжих частей, будучи развернутым перпендикулярно проезжей части, по которой двигался, а автомобиль <данные изъяты> находился уже на встречной полосе движения (л.д. 131а).

Из представленной видеозаписи не усматривается, что перед совершением маневра поворота налево водитель автомобиля <данные изъяты> занял на проезжей части соответствующее крайнее левое положение, убедился в безопасности своего маневра.

В соответствии с представленными по запросу суда СПАО «Ингосстрах» материалами выплатного дела, произведена выплата страхового возмещения ФИО2 в размере 101062,79 рублей, исходя из вины водителя ФИО3 в дорожно-транспортном происшествии. рублей (л.д. 65) на основании акта.

Решения по делу об административном правонарушении не имеют преюдициального значения при разрешении настоящего спора в силу ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, при этом при рассмотрении спора в порядке гражданского судопроизводства о возмещении вреда в результате деликта суд должен исследовать все обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, независимо от привлечения или не привлечения кого-либо из водителей к административной ответственности, установить, привели ли действия ответчика к повреждению имущества истца, установить наличие причинной связи между действиями водителей и столкновением автомобилей.

Разрешая настоящий спор, проанализировав представленные доказательства, объяснения водителей, ответчика ФИО2, административный материал, видеозапись дорожно-транспортного происшествия, заключение эксперта, показания эксперта, суд приходит к выводу о том, что ответчик ФИО2 не является лицом, виновным в дорожно-транспортном происшествии и наступивших последствиях в виде повреждений транспортного средства <данные изъяты>

В нарушении требований п.п. 8.1, 8.2, 8.5 Правил дорожного движения водитель ФИО3 при выполнении маневра поворота направо заблаговременно не заняла соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, не убедилась в безопасности совершения своего маневра (отсутствии встречных и обгоняющих транспортных средств), чем создала опасность для движения другому участнику движения – водителю автомобиля <данные изъяты>, выполнявшему разрешенный маневр (объезд транспортного средства) и двигавшемуся по разрешенной траектории движения, который, в свою очередь, не мог и не должен был предвидеть, что водитель автомобиля <данные изъяты> совершит маневр поворота налево с нарушением Правил дорожного движения, не убедившись в его безопасности.

В связи с чем, суд приходит к выводу, что именно действия водителя ФИО3 послужили причиной спорного дорожно-транспортного происшествия, а не превышение скоростного режима водителем ФИО2

При этом, в рассматриваемой дорожной ситуации решение вопроса о наличии у водителя ФИО2 технической возможности (к выводу о наличии которой пришел эксперт в экспертном заключении) избежать дорожно-транспортное происшествие, угроза возникновения которого была создана действиями другого участника дорожного движения ФИО3, не имеет правового значения. ФИО2, как водитель транспортного средства выполнявший разрешенный маневр и двигавшийся по разрешенной траектории движения, имел приоритет на первоочередное движение по отношению к намеченному направлению движения второго участника происшествия (смещение к правой обочине дороги), и не должен был исходить из возможного грубого нарушения Правил дорожного движения другим участником.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии оснований для возложения обязанности по возмещению ущерба, причинного истцу, на ответчика ФИО2, поскольку такой ущерб причинен по вине действий водителя ФИО3

Доводы стороны истца о том, что автомобиль ответчика ФИО2. по своему техническому оснащению не соответствовал требованиям ГОСТ и Технического регламента, основанием для удовлетворения исковых требований не являются, поскольку указанные обстоятельства на причины дорожно-транспортного происшествия не влияют, что также подтверждено показания допрошенного в судебном заседании эксперта.

У учетом изложенного, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований истца.

В связи с отказом в исковых требованиях истца о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП, исковые требования о взыскании расходов на проведение досудебной и судебной экспертизе, расходов по оплате государственной пошлины также удовлетворению не подлежат.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований истцу ФИО1 в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП, оставить без удовлетворения в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Заводский районный суд г. Кемерово в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение суда составлено 16.12.2024.

Председательствующий Ю.Г. Александрова

Копия верна:

Судья: