Решение № 2-1801/2025 2-1801/2025~М-1318/2025 М-1318/2025 от 5 октября 2025 г. по делу № 2-1801/2025

Дело № 2-1801/2025 64RS0004-01-2025-002097-94


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

03.10.2025 года город Балаково

Балаковский районный суд Саратовской области в составе судьи Комарова И.Е.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Жебревой Н.Б.,

прокурора Косолапова Н.В.,

с участием:

истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

третьего лица ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к государственному автономному учреждению здравоохранения Саратовской области «Балаковская стоматологическая поликлиника» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в суд и просит взыскать с государственного автономного учреждения здравоохранения Саратовской области «Балаковская стоматологическая поликлиника» компенсацию морального вреда в размере 700 000 рублей.

В обоснование исковых требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ истец почувствовала зубную боль, но поскольку впереди были выходные дни, в больницу смогла попасть только в понедельник. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась в ГАУЗ СО «Балаковская СП», в регистратуре ей дали направление к стоматологу-хирургу.

Истец указывает, что во время осмотра, когда стоматолог-хирург ФИО5 стал набирать в шприц обезболивающий препарат, истец уточнила у него, можно ли ей делать этот укол и для чего, но ничего не поясняя и не предупреждая, врач удалил истцу зуб (37), перед этим даже не направив истца на рентгеновский снимок.

Истец указывает, что за ночь лицо и шея истца увеличились в несколько раз, было нестерпимо больно, зубная боль распространилась на весь подбородок, поднялась температура. К этому всему наблюдалось нарушение конфигурации лица и его асимметричность за счет отека, расположенные рядом подчелюстная и подбородочная области также имели воспалительную припухлость, было увеличено слюноотделение, затрудненное движение языка и нижней челюсти из-за болевого синдрома, язык из-за отека не помещался в полости рта, добавился дискомфорт при общении и невозможность нормально принимать пищу. Находясь в полуобморочном состоянии, утром, ДД.ММ.ГГГГ, истец снова обратилась в ГАУЗ СО «Балаковская СП», и уже другой врач, осмотрев истца, сказал, что необходимо незамедлительное медицинское вмешательство и направил истца в ГУЗ Саратовской области «Балаковская городская клиническая больница», где из приемного отделения истца сразу госпитализировали с диагнозом «Флегмона дна полости рта, Флегмона шеи», в экстренном порядке произвели операцию по вскрытию и дренированию флегмоны. ДД.ММ.ГГГГ, после проведенного КТ, истцу сделали повторную операцию и произвели вскрытие и дренирование флегмоны шеи. Больше суток истец находилась без сознания, было трудно дышать самостоятельно, находилась под аппаратом ИВЛ.

Истец указывает, что в ГУЗ Саратовской области «Балаковская городская клиническая больница» провела с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в общей сложности 24 дня.

Истец считает, что стоматолог-хирург ГАУЗ СО «Балаковская СП» ФИО5 совершил врачебную ошибку, удалив ей зуб. Медицинская карта также не содержит сведений о причинах удаления зуба и назначенном лечении. Удаление последствий ошибки врача ГАУЗ СО «Балаковская СП» ФИО5 продолжалось с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ год. За это время истец приняла несколько курсов антибиотиков и обезболивающих препаратов, что негативно отразилось на моей пищеварительной системе и на ее самочувствии.

Истец считает, что таким образом был нанесен вред ее здоровью. Врачебная ошибка, допущенная стоматологом-хирургом ГАУЗ СО «Балаковская СП» ФИО5 причинила ей длительные физические страдания, боль в ротовой полости, невозможность нормально питаться, связно мыслить, говорить тоже не могла, расстройство пищеварительной системы из-за длительного приема антибиотиков, дискомфорт при общении, лишила здорового зуба, а также способствовала материальным расходам, а именно был оформлен больничный лист, и в это время истец не получала полноценную заработную плату. После выписки из больницы, еще продолжала принимать лекарственные препараты. К тому же после проведенных операций, у истца остались шрамы, что, как для женщины вызывает дискомфорт и стеснение.

Истец оценила размер компенсации морального вреда в 700 000 рублей.

Истец в судебном заседании поддержала исковые требования.

Ответчик с иском не согласился, утверждает, что медицинская помощь ФИО1 была оказана в полном соответствии с клиническим рекомендациями, соблюдениям порядка и стандартов лечения. Увеличение отека мягких тканей лица, которое было расценено пациентом как ухудшение состояния здоровья именно после удаления зуба 3.7, является лишь следствием затяжного воспалительного процесса в организме, и не связано с удалением зуба как такового.

Ответчик считает, что именно зуб 3.7 являлся первичным очагом инфекционного процесса у пациента и, следовательно, должен был быть удален. Удаление причинного зуба 3.7 врачом не привело к выздоровлению пациента и купированию воспаления, поскольку пациент несвоевременно обратился за медицинской помощью, вследствие чего воспалительный процесс вышел за пределы тканей, окружающих зуб.

Ответчик указывает, что на следующий день после удаления зуба 3.7 (ДД.ММ.ГГГГ) пациент вновь обратился в ГАУЗ СО «Балаковская СП» с жалобами на отек мягких тканей подчелюстной области. Врачом-стоматологом-хирургом ФИО6, осмотревшим пациента, было выписано направление в стационар ГУЗ СО «Балаковская городская клиническая больница», т.к. воспалительный процесс распространился на близлежащие ткани челюстно-лицевой области, что требовало медицинского вмешательства уже в условиях стационара.

Ответчик считает, что если бы врач ДД.ММ.ГГГГ не произвел удаление зуба 3.7, являвшегося источником инфекции, то развитие гнойно-воспалительного процесса сопровождалось бы более тяжелыми формами осложнений, поскольку гнойно-воспалительные процессы в челюстно-лицевой области могут быстро переходить с одного участка челюсти на другой и далее распространяться по клетчаточным пространствам в связи с хорошим кровоснабжением, развитой лимфатической системой, обеспечивающими быстрый перенос бактерий и продуктов воспаления на другие участки организма человека.

Ответчик настаивает на том, что утверждение пациента о том, что действия врача по удалению зуба 3.7 являются врачебной ошибкой не соответствует действительности, причинно-следственная связь между действиями врача и нравственными страданиями истца отсутствует.

Представитель ответчика в судебном заседании поддержал приведенную правовую позицию стороны.

Привлеченная к участию в деле в качестве третьего лица заместитель главного врача по медицинской части ГАУЗ СО «Балаковская СП» ФИО4 считает исковые требований не подлежащими удовлетворению.

Иные лица, участвующие в деле, на заседание суда не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, ходатайств об отложении рассмотрения дела в суд не представили, сведений о причинах неявки не сообщили.

В соответствии со статьёй 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Суд, выслушав стороны, изучив предоставленные доказательства, находит исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям:

В соответствии с частью 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации, статьями 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом (п. 1 ст. 150 ГК РФ).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

Моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 ГК РФ).

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ).

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда; отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда (пункты 14-16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

Согласно разъяснениям п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

Медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №- ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации»).

Согласно позиции, изложенной в п. 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли; организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась в ГАУЗ СО «Балаковская СП» с жалобой на острую зубную боль в области нижней челюсти слева и была направлен регистратором поликлиники к врачу-стоматологу-хирургу Г.Ю. ФИО5, который удалил истцу 3.7. зуб (семерка слева снизу).

Медицинская помощь ФИО1 оказывалась бесплатно, в рамках ОМС.

В медицинской карте стоматологического больного, заполненную на бумажном носителе имеется согласие истца на медицинское вмешательство и о разъяснении целей, методов и последствий оказания медицинской помощи (л.д.21-27).

В медицинской карте, ведущейся в системе МИС указаны диагноз, установленный истцу, план лечения, проведенное лечение, рекомендации (л.д.53-55).

ДД.ММ.ГГГГ в 10-37 ФИО1 обратилась в ГАУЗ СО «Балаковская СП» с жалобами на отек мягких тканей подчелюстной области. Врачом-стоматологом-хирургом ФИО6, осмотревшим истца, было выписано направление в стационар ГУЗ СО «Балаковская городская клиническая больница».

ФИО1 находилась на лечении ГУЗ СО «Балаковская городская клиническая больница» с ДД.ММ.ГГГГг. по ДД.ММ.ГГГГг. в Отделении гнойной хирургии и Отделении анестезиологии и реанимации № с диагнозом «№

Истец не имеет претензий к медицинским услугам, оказанным ГУЗ СО «Балаковская городская клиническая больница».

Для проверки доводов истца по делу была проведена судебная медицинская экспертиза, заключением которой сделаны выводы, что медицинская помощь, оказанная ФИО1 ГАУЗ СО «Балаковская СП», соответствует клиническим рекомендациям, утвержденным Постановлением № Совета Ассоциации общественных объединений «Стоматологическая Ассоциация России» от ДД.ММ.ГГГГ «Периодонтиты зубов у взрослых пациентов». Отсутствие рентгенологического обследования ФИО1 03.02.2025г. на стоматологическом приеме принципиально не могло повлиять на тактику лечения, а именно - было необходимо удалить зуб 3.7. Вред здоровью ФИО1 причинен не был. Диагноз «Флегмона дна полости рта и шеи», установленный ФИО1 врачами ГУЗ Саратовской области «Балаковская городская клиническая больница» не является следствием действий медицинских работников ГАУЗ СО «Балаковская СП»; причинами развития этого гнойно-воспалительного заболевания являются - длительное существование хронического очага инфекции в полости рта, высокая агрессивность стоматогенной микрофлоры, позднее обращение пациента за медицинской помощью и самолечение, наличие сопутствующей патологии (сахарного диабета II типа с множественными осложнениями, сердечно-сосудистой патологии).

У суда отсутствуют основания ставить под сомнение выводы эксперта, изложенные в заключении, поскольку экспертиза проведена с соблюдением установленного процессуального порядка лицом, обладающим специальными познаниями для разрешения поставленных перед ним вопросов. Экспертом были изучены все имеющиеся материалы, объем которых оказался достаточным для дачи заключения; избраны надлежащие методы. Эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ.

Факт отсутствия рентгенологического обследования ФИО1 03.02.2025г. не оспаривается сторонами и получил соответствующую оценку в заключении эксперта.

Таким образом, судом установлено, что ФИО1 ответчиком диагноз был поставлен правильно, метод лечения выбран верно, дефектов оказания медицинской помощи в выборе тактики лечения и соблюдения стандартов не выявлено, вред здоровью не причинен.

Доводы истца о несоответствии сведений, внесенных в медицинскую карту ФИО1, заполненную в бумажном виде и в системе МИС судом отклоняются, поскольку приоритет имеют сведения, внесенные в систему МИС.

Таким образом, суд приходит к выводу, что истцом не предоставлено доказательств наличия недостатков в оказанных ответчиком медицинских услугах и причинении вреда здоровью, что влечет отказ в иске.

Сам факт отсутствия рентгенологического обследования ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, который никак не повлиял на план лечения и согласие истца на оказание медицинских услуг, не влияет на сделанные выводы суда.

При назначении судебной экспертизы ГАУЗ СО «Балаковская СП» платежным поручением от ДД.ММ.ГГГГ были внесены денежные средства на депозитный счет УСД Саратовской области в размере 48750 рублей.

Согласно ходатайству экспертного учреждения стоимость судебной экспертизы составила 37500 рублей.

Соответственно, УСД по Саратовской области следует обязать перечислить экспертному учреждению 37500 рублей в счет оплаты судебной экспертизы и возвратить ГАУЗ СО «Балаковская СП» 11250 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к государственному автономному учреждению здравоохранения Саратовской области «Балаковская стоматологическая поликлиника» о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Обязать Управление Судебного департамента по Саратовской области произвести перечисление денежных средств в размере 37500 рублей из внесенных ГАУЗ СО «Балаковская СП» платежным поручением от ДД.ММ.ГГГГ 48750 рублей на счет ГУЗ «БСМЭ МЗ СО», ИНН №, в счет оплаты проведенной судебной экспертизы.

Обязать Управление Судебного департамента по Саратовской области возвратить ГАУЗ СО «Балаковская СП», ИНН №, 11250 рублей из внесенных ГАУЗ СО «Балаковская СП» платежным поручением от ДД.ММ.ГГГГ 48750 рублей.

В течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме на решение может быть подана апелляционная жалоба в Саратовский областной суд через Балаковский районный суд Саратовской области.

Судья И.Е. Комаров

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья И.Е. Комаров