Решение № 2-1033/2024 2-1033/2024(2-4546/2023;)~М-3712/2023 2-4546/2023 М-3712/2023 от 4 декабря 2024 г. по делу № 2-1033/2024

Дело №2-1033/2024

УИД 78RS0011-01-2023-006754-17


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Санкт-Петербург 05 декабря 2024 года

Куйбышевский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Плиско Э.А.,

при секретаре Бартоше И.Н.,

с участием прокурора, истца, представителей истца и ответчика,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 в лице законного представителя ФИО3 к Санкт-Петербургскому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Городская станция скорой медицинской помощи» о взыскании компенсации морального вреда, возмещении вреда в связи с потерей кормильца,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 в лице законного представителя ФИО3 обратилась в суд с исковым заявлением к Санкт-Петербургскому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Городская станция скорой медицинской помощи» (далее по тексту СПб ГБУЗ «ГССМП») о взыскании компенсации морального вреда. <данные изъяты>

В ходе рассмотрения дела судом, с учетом положений Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 7-ФЗ "О некоммерческих организациях", ч.5 ст.123.22 Гражданского кодекса, разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1, в порядке ч.3 ст.40 Гражданского процессуального кодекса РФ к участию в деле в качестве соответчиков также были привлечены собственник и распорядитель денежных средств СПб ГБУЗ «ГССМП» - Комитет имущественных отношений Санкт-Петербурга (далее по тексту КИО) и Комитет по здравоохранению.

Также судом в порядке ст.43 Гражданского процессуального кодекса РФ в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, привлечены Комитет Финансов Санкт-Петербурга, ФИО4, ФИО5

ФИО3 и ее представитель в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме.

Представитель ответчика СПб ГБУЗ «ГССМП» в судебное заседание явился, просил в удовлетворении иска отказать.

Представители ответчиков Комитета по здравоохранению, КИО, третьи лица в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, в связи с чем суд счел возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Прокурором в судебном заседании дано заключение об отсутствии оснований к удовлетворению заявленных истцом требований в полном объеме.

Суд, выслушав явившихся лиц, показания эксперта ФИО10, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в совокупности, приходит к выводу о том, что исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно ст.151 Гражданского кодекса РФ, моральный вред, причиненный гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, подлежит денежной компенсации на основании решения суда с учетом степени вины нарушителя, физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как разъяснено Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, переживания в связи с утратой родственников, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем в соответствии с положениями ст.1068 ГК РФ, согласно которым юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно ст.1088, ст.1089 Гражданского кодекса РФ, в случае смерти потерпевшего (кормильца) право на возмещение вреда имеют, в том числе нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания. Лицам, имеющим право на возмещение вреда в связи со смертью кормильца, вред возмещается в размере той доли заработка (дохода) умершего, определенного по правилам статьи 1086 настоящего Кодекса, которую они получали или имели право получать на свое содержание при его жизни.

Медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (ст.19, ч.ч.2,3 ст.98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности медицинской организации за причиненный при оказании медицинской помощи вред являются установление факта причинения вреда, противоправности поведения причинителя вреда (нарушение порядка оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, клинических рекомендаций действиями (бездействием) медицинской организации (его работников), наличия причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, а также вины причинителя вреда - медицинского учреждения или его работников.

Согласно разъяснениям, содержащимся в указанном Постановлении Пленума, разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, установлению подлежит, в частности, следующие обстоятельства: были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в нравственных страданиях в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

С учетом предмета иска, на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода. На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Бремя доказывания в ходе рассмотрения дела сторонам разъяснено.

Как следует из материалов дела, истец ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ год рождения, приходится дочерью ФИО1.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

В ходе рассмотрения дела по ходатайству ответчика судом назначено производство судебной медицинской экспертизы по вопросам о качестве оказанной медицинской помощи и наличии причинно-следственной связи дефектов оказания помощи с наступившими последствиями в виде смерти пациента.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Суд не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность заключения судебной экспертизы, проведенной в рамках гражданского дела, поскольку экспертиза проведена комиссией компетентных экспертов, имеющих значительный стаж работы в соответствующей области экспертизы, рассматриваемая экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 года №73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" на основании определения суда о поручении проведения экспертизы, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Экспертное заключение отвечает требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержит подробное описание и анализ представленной документации, ответы на поставленные вопросы с их обоснованием, на основе исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, в заключении указаны данные о квалификации экспертов, не поставленной под сомнение. Заключение экспертов мотивированно, данных о заинтересованности экспертов в исходе дела не имеется, основания не доверять выводам экспертов у суда отсутствуют. Неясность, неполнота заключения экспертизы не установлены. В этой связи, суд не усмотрел оснований к назначению повторной судебной экспертизы.

С учетом того, что заключение получено в установленном законом порядке, отвечает принципам относимости, допустимости и достоверности, суд принимает данное доказательство в основу решения.

В ходе рассмотрения дела был допрошен эксперт ФИО10, проводивший судебную экспертизу, который заключение поддержал, настаивал на верности выводов и ответов на поставленные судом вопросы. <данные изъяты>

В соответствии с п.14 Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю "анестезиология и реаниматология", утвержденного Приказом Минздрава России от 15.11.2012 № 919н, скорая, в том числе скорая специализированная, медицинская помощь по профилю "анестезиология и реаниматология" оказывается фельдшерскими выездными бригадами скорой медицинской помощи, врачебными выездными бригадами скорой медицинской помощи, специализированными выездными бригадами скорой медицинской помощи анестезиологии-реанимации в соответствии с приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 20 июня 2013 г. N 388н "Об утверждении Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи" и включает в том числе проведение первичной сердечно-легочной реанимации, анестезии и медицинскую эвакуацию пациента в медицинскую организацию, оказывающую медицинскую помощь по профилю "анестезиология и реаниматология", с поддержанием основных жизненно важных функций.

В соответствии с п.14 Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи, утвержденного приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 20 июня 2013 г. N 388н, при оказании скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи в случае необходимости осуществляется медицинская эвакуация.

Согласно п.5 Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «анестезиология и реаниматология», утвержденного Приказом Минздрава России от 15.11.2012 № 919н, медицинская помощь по профилю "анестезиология и реаниматология" оказывается на основе стандартов медицинской помощи и с учетом клинических рекомендаций (протоколов лечения).

Согласно пп.11 п.1.1 клинических рекомендаций (протокола) по оказанию скорой медицинской помощи при внезапной сердечной смерти, действовавших на момент оказания ФИО1 скорой медицинской помощи, госпитализация показана после возможной стабилизации состояния пациента, то есть, восстановления витальных функций.

Согласно п.12 клинических рекомендаций (протокола) по оказанию скорой медицинской помощи при внезапной сердечной смерти, прекратить реанимационные мероприятия можно только в тех случаях, когда при использовании всех доступных методов отсутствуют признаки их эффективности в течение 30 мин. Следует иметь в виду, что начинать отсчет времени необходимо с того момента, когда СЛР перестала быть эффективной, т.е. через 30 минут полного отсутствия любой электрической активности сердца, полного отсутствия сознания и спонтанного дыхания.

В соответствии с 3 Правил прекращения реанимационных мероприятий, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 20.09.2012 N 950, реанимационные мероприятия прекращаются при признании их абсолютно бесперспективными, в том числе, при неэффективности реанимационных мероприятий, направленных на восстановление жизненно важных функций, в течение 30 минут.

Согласно п.2.3 Клинических рекомендаций (протокол) по оказанию скорой медицинской помощи при тромбоэмболии легочной артерии, тромболитическая терапия (тромболизис) проводится только на госпитальном этапе оказания медицинской помощи.

Таким образом, карты вызовов скорой медицинской помощи, фиксирующие предпринятые действия в рамках оказания скорой медицинской помощи ФИО1, объяснения третьих лиц, установленное <данные изъяты>

<данные изъяты>

Вместе с тем, совокупность представленных доказательств, включая заключение судебной экспертизы, свидетельствует о том, что медицинские работники специализированной бригады, с учетом оказания скорой медицинской помощи на выезде, не должны были проводить тромболитическую терапию; при нахождении пациента в состоянии клинической смерти - не должны были его госпитализировать до стабилизации состояния, которая не произошла; по истечении 30 минут оказания реанимационного пособия, с учетом его неэффективности, - должны были прекратить реанимационные мероприятия. Неустановление причин наступления клинической смерти пациента при прибытии скорой медицинской помощи не является дефектом оказания помощи, на результаты оказания медицинской помощи не повлияло, с учетом оказания реанимационного пособия в полном объеме и в строгом соответствии с действовавшими стандартами и клиническими рекомендациями.

Таким образом, смерть ФИО1 не состоит в какой-либо причинной связи с действиями работников скорой медицинской помощи.

С учетом предмета иска, для привлечения к ответственности в виде возложения обязанности возместить вред юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага (в настоящем случае - право на родственные и семейные связи), при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины. Установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Совокупность представленных доказательств, свидетельствует об отсутствии дефектов оказания медицинской помощи, а также отсутствии причинно-следственной связи между действиями работников скорой медицинской помощи и наступившими последствиями в виде смерти пациента.

При таких обстоятельствах, основания к возложению ответственности за причинение вреда, с учетом положений ст.1068 Гражданского кодекса РФ, на СПб ГБУЗ «ГССМП», отсутствуют, ввиду чего в удовлетворении исковых требований должно быть отказано.

На основании изложенного и руководствуясь ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 в лице законного представителя ФИО3 отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья

Решение к окончательной форме изготовлено 26.12.2024.