Апелляционное определение № 22-1967/2026 от 29 марта 2026 г.

Председательствующий Колясникова Е.В. Дело № 22-1967/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

(мотивированное апелляционное определение изготовлено

30 марта 2026 года)

г. Екатеринбург 27 марта 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда

в составе: председательствующего Калинина А.В.,

судей: Никифорова А.Н., Гусевой Ю.В.,

с участием: прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области ФИО1,

осужденного ФИО2, его защитника – адвоката Ласкина В.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Костюшиной А.М.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению заместителя прокурора Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга Зариповой К.Ф., апелляционной жалобе осужденного ФИО2 на приговор Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 14 января 2026 года, которым

ФИО2,

родившийся <дата> в <адрес>, ранее не судимый,

признан виновным и осужден за совершение преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев.

В соответствии со статьей 73 Уголовного кодекса Российской Федерации назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года 6 месяцев, с возложением обязанностей: в период испытательного срока не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, являться в этот орган для регистрации в дни, установленные уголовно-исполнительной инспекцией.

Мера пресечения ФИО2 в виде запрета определенных действий отменена.

Снят арест, наложенный на денежные средства, изъятые у ФИО2, в размере 493000 рублей, 70 евро.

Приговором разрешены судьба вещественных доказательств и вопрос о распределении процессуальных издержек.

Заслушав доклад судьи Никифорова А.Н., выступления сторон, судебная коллегия

установила:

по приговору суда ФИО2 признан виновным в мошенничестве, то есть хищении чужого имущества путем обмана, совершенном организованной группой, в крупном размере, с причинением значительного ущерба гражданину.

Преступление совершено ФИО2 приобстоятельствах, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО2 вину в совершении преступления не признал.

В апелляционном представлении заместитель прокурора Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга Зарипова К.Ф., не оспаривая вывод суда о виновности ФИО2 в совершении преступления, выражает несогласие с приговором суда, в связи с чрезмерной мягкостью назначенного наказания. Полагает, что судом необоснованно признано в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, добровольная выдача денежных средств.

Считает, что суд существенно нарушил уголовный закон, применив при назначении наказания ФИО2 положения статьи 73 Уголовного кодекса Российской Федерации. Так, судом не принято во внимание, что ФИО2 из корыстных побуждений совершил умышленное тяжкое преступление, представляющее повышенную общественную опасность, в составе организованной группы, действующей в целях обмана пожилых граждан, являясь активным ее участником. Кроме того, судом не учтено, что ФИО2 вину по предъявленному обвинению не признал, мер к заглаживанию причиненного преступлением вреда не принял, денежные средства у него изъяты в связи с его задержанием. Автор апелляционного представления просит приговор изменить: исключить из числа смягчающих обстоятельств, предусмотренных пунктом «и» части 1 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, добровольную выдачу денежных средств, похищенных у потерпевшего; исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на применение положений статьи 73 Уголовного кодекса Российской Федерации, отбывание наказания ФИО2, в соответствии с пунктом «б» части 1 статьи 58 Уголовного кодекса Российской Федерации, определить в исправительной колонии общего режима; меру пресечения в виде запрета определенных действий отменить, взять ФИО2 под стражу в зале суда; срок отбывания наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу; в соответствии с пунктом «б» части 3.1 статьи 72 Уголовного кодекса Российской Федерации зачесть ФИО2 в срок лишения свободы время его задержания в порядке статей 91, 92 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, а также время его содержания под стражей с 2 августа 2025 года по 23 сентября 2025 года из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, в остальной части приговор суда просит оставить без изменения.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 просит приговор отменить как незаконный и необоснованный, вынести в отношении него оправдательный приговор. Отмечает, что материальное положение потерпевшего при определении значительности ущерба не выяснялось судом, в материалах дела отсутствуют запросы в ЕГРН, ГИБДД, банки в отношении потерпевшего и его супруги. Полагает, что материалами дела не доказано его вступление в преступный сговор. Указывает, что не имел умысла на совершение преступления, был введен в заблуждение неустановленными лицами, на предварительном следствии оговорил себя, дав признательные показания. Полагает, что протокол его допроса от 31 июля 2025 года является недопустимым доказательством и подлежит исключению из числа доказательств, поскольку в нем содержится большое количество дословных совпадений с ранее данными объяснениями. Отмечает, что в последующем им даны правдивые показания о вмененных ему обстоятельствах, однако они не были проанализированы и учтены при вынесении решения. Считает, что при отсутствии по данному уголовному делу совокупности доказательств, подтверждающих его виновность в совершении преступления, признание обвиняемым своей вины не может быть положено в основу приговора.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционной жалобы, заслушав выступления сторон, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Выводы суда о доказанности вины ФИО2 в совершении вышеуказанного преступления, за которое он осужден, подтверждаются достаточной совокупностью доказательств, собранных в ходе предварительного следствия, исследованных в судебном заседании с участием сторон, являющихся достоверными и допустимыми, которые суд первой инстанции надлежащим образом проверил, дал им оценку, подробно изложив их в приговоре.

В обоснование вывода о виновности осужденного в совершении преступления суд верно положил показания потерпевшего СМЮ, который пояснил обстоятельства его взаимодействия с лицами, уголовное дело в отношении которых выделено в отдельное производство, в результате чего он, находясь под влиянием обмана со стороны данных лиц, передал осужденному денежные средства в размере 496 792 рубля 50 копеек.

Также суд дал правильную оценку и положил в основу обвинительного приговора показания свидетеля АТМ, являющейся дочерью потерпевшего, сфотографировавшей момент передачи им денежных средств осужденному, сообщившей ставшие ей известными со слов потерпевшего обстоятельства совершения преступления.

Судом правильно оценены и мотивированно отклонены показания осужденного ФИО2, данные им в судебном заседании, в части его пояснений об отсутствии умысла на совершение преступления и факта вступления в организованную группу. При этом судом правильно положены в основу приговора показания осужденного, данные им в ходе предварительного следствия, в части, не противоречащей иным доказательствам, подтверждающим его вину в совершении преступления, из которых следует, что он не оспаривает фактические обстоятельства совершенного им преступления, изложил обстоятельства его взаимодействия с неустановленными лицами (соучастниками), получения денежных средств от потерпевшего.

Доводы апелляционной жалобы о фактическом не проведении допроса ФИО2 в качестве подозреваемого 31 июля 2025 года отклоняются судебной коллегией, поскольку из протокола допроса ФИО2 в качестве подозреваемого следует, что 31 июля 2025 года он допрошен следователем в присутствии защитника – адвоката Черных Т.В. (т. 1 л.д. 113-118). С содержанием данного протокола, внесенным с его слов, ФИО2 согласился, о чем свидетельствует соответствующая рукописная отметка и его подпись в протоколе, каких-либо замечаний, дополнений к показаниям ни ФИО2, ни его защитником не указано.

Помимо изложенного, вина ФИО2 в совершении преступления подтверждается также письменными доказательствами, исследованными судом первой инстанции, содержание которых приведено в приговоре, в частности: рапортом сотрудника полиции, заявлением потерпевшего о совершении преступления; протоколом осмотра места происшествия – места жительства потерпевшего, в ходе которого изъят и осмотрен, среди прочего, «инкассаторский лист», переданный тому осужденным и соучастниками с целью реализации совместного преступного умысла и обмана потерпевшего, подтверждающий показания последнего; протоколом осмотра расходного кассового ордера, подтверждающего снятие потерпевшим наличных денежных средств со своего банковского счета в размере 496 792 рубля 50 копеек с целью их дальнейшей передачи осужденному; протоколом осмотра скриншотов двух фотоснимков, на которых зафиксирована передача потерпевшим осужденному указанных денежных средств во дворе <адрес> в <адрес>; протоколом осмотра изъятых у ФИО2 денежных средств в размере 493 000 рублей, 70 евро; протоколом осмотра переписки в мессенджере «Telegram», обнаруженной в сотовом телефоне ФИО2, подтверждающей его вступление в организованную группу и получение инструкций, указаний с целью совершения преступлений.

Судом первой инстанции проанализированы и иные письменные, вещественные доказательства, исследованные в судебном заседании, содержание которых подробно приведено в приговоре.

Все доказательства, приведенные в приговоре, суд обоснованно признал допустимыми, поскольку они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, и достаточными для постановления приговора. Оснований для переоценки доказательств, указанных судом в обоснование вывода о виновности осужденного в совершении преступления, судебная коллегия не усматривает.

Оснований для признания каких-либо доказательств недопустимыми не имеется, поскольку доказательства, на которые суд первой инстанции сослался в обоснование виновности ФИО2 в совершении преступления, добыты в ходе предварительного следствия, при осуществлении процессуальной деятельности в рамках возбужденного уголовного дела надлежащими лицами. В процессе сбора и закрепления доказательств соблюдены все необходимые требования уголовно-процессуального закона.

Оснований для истребования новых доказательств не имеется.

Обстоятельства, имеющие правовое значение, установлены судом правильно, они подтверждены вышеуказанными показаниями потерпевшего, свидетеля, осужденного, не отрицающего фактических обстоятельств совершения инкриминированного ему преступления, а также исследованными письменными и вещественными доказательствами, содержание которых подробно изложено в приговоре.

Доводы апелляционной жалобы осужденного направлены на переоценку обстоятельств, которым суд первой инстанции в обжалуемом приговоре дал надлежащую оценку.

Уголовное дело рассмотрено законным составом суда, в соответствии с принципом состязательности стороны поставлены в равные условия, все ходатайства участников процесса рассмотрены судом с принятием по ним законных, обоснованных и надлежащим образом мотивированных решений.

Судом первой инстанции правильно установлено, что ФИО2, руководствуясь корыстным мотивом, добровольно вошел в состав организованной группы, пройдя для этого предложенную со стороны соучастников процедуру верификации, был ознакомлен соучастниками с методами деятельности организованной группы и правилами действий участников группы в ходе совершения планируемых преступлений, согласившись участвовать в совершении преступлений, связанных с мошенничеством в отношении неограниченного круга лиц, выполняя отведенную ему роль курьера.

Осужденный был осведомлен о целях и задачах данной организованной группы, осознавал характер и последствия, как своих преступных действий, так и совместных преступных действий организованной группы в целом, выполнял отведенную ему роль в ходе совершения преступления.

В соответствии с частью 3 статьи 35 Уголовного кодекса Российской Федерации преступление признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений. Организованная группа характеризуется устойчивостью, наличием в ее составе организатора (руководителя) и заранее разработанного плана совместной преступной деятельности, распределением функций между членами группы при подготовке к совершению преступления и осуществлении преступного умысла.

Признаки, характеризующие организованную группу, предусмотренные частью 3 статьи 35 Уголовного кодекса Российской Федерации, такие как устойчивость, сплоченность, высокая степень организованности, наличие в ее составе организатора (руководителя), заранее разработанного плана совместной преступной деятельности, распределение функций, ролей между членами группы, осуществление преступного умысла, постоянство форм и методов преступной деятельности, наличие единой методики определения объектов и единой схемы совершения противоправных деяний, соблюдение мер конспирации и безопасности, длительность существования группы, нашли свое подтверждение совокупностью исследованных судом доказательств.

Из показаний осужденного, потерпевшего, свидетеля, а также из исследованных письменных доказательств объективно установлено, что осужденный и соучастники действовали совместно, согласованно, заранее распределив роли в совершении преступления, их действия были направлены на достижение общего результата – совершения мошенничества, то есть хищения денежных средств потерпевшего, путем обмана последнего.

Из материалов уголовного дела, показаний осужденного следует, что он нашел объявление о трудоустройстве, размещенное в сети «Интернет», доступное широкому кругу пользователей, однако вхождение в состав данной организованной группы было возможно лишь после выполнения предусмотренных соучастниками требований о верификации личности вступающего в нее лица, предоставления последним своих персональных данных. ФИО2 прошел необходимый инструктаж участника организованной группы, ознакомился с алгоритмом своих действий, своей ролью в планируемых преступлениях, а также размером своего дохода по результатам их совершения. В ходе подготовки и совершения преступления осужденный взаимодействовал с участниками организованной группы, получал от них информацию об адресе получения денежных средств, о способе перевода похищенных денежных средств.

Взаимодействие участников организованной группы отличалось высокой степенью конспирации, исключая личные встречи.

Исходя из показаний осужденного, его переписок с соучастниками, обнаруженных в сотовом телефоне осужденного, следует, что организованная группа, в которую входил ФИО2, имела четкие иерархию и субординацию, в нее входило несколько соучастников, роли между которыми были заранее распределены для осуществления совместной преступной деятельности. Эти же обстоятельства подтверждаются и показаниями потерпевшего, который пояснял, среди прочего, что беседу по телефону с ним вели и мужчина, и женщина, которые были осведомлены о его личности, месте работы и других его личных данных.

Приходя к выводу о доказанности квалифицирующего признака совершения ФИО2 преступления в составе организованной группы, суд первой инстанции правильно принял во внимание сплоченность и устойчивость членов данной группы, системность совершаемых ими действий, единую цель их объединения (совершение хищений чужого имущества путем обмана), взаимосвязи, установленные между ними, распределение ролей и согласование действий, направленных на достижение общего преступного результата, применение принципов централизации, координации одними участниками группы действий других, распределение похищенного имущества, принятие мер конспирации в виде использования множества разных телефонных номеров, аккаунтов в мессенджере, реквизитов счетов разных лиц, сообщение вымышленных данных о личностях соучастников, звонивших потерпевшей.

При совершении преступлений организованной группой все участники такой группы несут ответственность за преступления, в которых они принимали участие, независимо от характера действий, выполняемых ими по разработанному плану.

Квалифицирующий признак совершения преступления с причинением потерпевшему значительного ущерба, а также признак его совершения в крупном размере нашли свое подтверждение, о чем в приговоре приведены соответствующие правильные выводы.

Вопреки доводам апелляционной жалобы квалифицирующий признак совершения преступления с причинением потерпевшему значительного ущерба установлен судом из показаний потерпевшего, сообщившего, что он является пенсионером, имея ежемесячный доход в виде пенсии в размере 42000 рублей. Кроме того, в своих показаниях потерпевший также указал на размер его ежемесячных расходов, а также на то, что преступными действиями осужденного и неустановленных лиц (соучастников) ему причинен значительный ущерб.

При указанных обстоятельствах действия осужденного ФИО2 верно квалифицированы судом по части 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину, в крупном размере, организованной группой.

Оснований для иной квалификации действий осужденного не имеется.

Каких-либо неустранимых сомнений в виновности ФИО2 в совершении преступления, подлежащих толкованию в его пользу в соответствии с частью 3 статьи 14 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется, как и оснований для его оправдания.

Назначая наказание ФИО2, суд первой инстанции правильно руководствовался требованиями статей 6, 43, 60 Уголовного кодекса Российской Федерации, учел характер и степень общественной опасности преступлений, смягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Обсуждая данные о личности ФИО2, суд обоснованно учел, что он имеет место регистрации, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, имеет удовлетворительное состояние здоровья, проживает с матерью и малолетней сестрой, обучается в колледже, работает, положительно характеризуется, осуществляет уход за бабушкой и дедушкой, оказывает им физическую помощь.

В качестве обстоятельства, смягчающего наказание, суд верно учел на основании пункта «и» части 1 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации активное способствование осужденного раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в даче им объяснений, признательных показаний, сообщении ключа доступа к телефону, содержавшего переписку с соучастниками.

Кроме того, суд указал, что активное способствование осужденного раскрытию и расследованию преступления выразилось, среди прочего, в добровольной выдаче денежных средств, похищенных у потерпевшего.

Вместе с тем, как правильно указано в апелляционном представлении, изъятие у ФИО2 денежных средств, похищенных им совместно с соучастниками у потерпевшего, произведено сразу после задержания осужденного 31 июля 2025 года в ходе выемки, в связи с чем оснований полагать, что ФИО2 совершил какие-либо активные действия с целью обнаружения и выдачи указанных денежных средств сотрудникам полиции, не имеется.

Таким образом, указание в приговоре на учет добровольной выдачи похищенных у потерпевшего денежных средств, в качестве признака активного способствования раскрытию и расследованию преступления, подлежит исключению.

Суд первой инстанции правильно учел в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2, на основании части 2 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации его молодой возраст, совершение преступления впервые, частичное признание вины, раскаяние в содеянном, принесение извинений потерпевшему, принятых последним, его мнение о смягчении наказания, оказание помощи членам семьи и пожилым родственникам, состояние здоровья ФИО2 и близких ему лиц, положительные характеристики, наличие грамот по месту обучения, осуществление трудовой, волонтерской и благотворительной деятельности.

Отягчающих наказание обстоятельств судом первой инстанции обоснованно не установлено.

Суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для изменения категории преступления в соответствии с частью 6 статьи 15 Уголовного кодекса Российской Федерации, приняв во внимание фактические обстоятельства совершенного осужденным преступления.

Кроме того, судом первой инстанции верно не усмотрено оснований для применения положения статьи 64 Уголовного кодекса Российской Федерации при назначении наказания, поскольку из материалов дела не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью осужденного в его совершении, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления.

Также обоснованно судом первой инстанции при назначении наказания не применены положения статьи 96 Уголовного кодекса Российской Федерации, поскольку не имеется исключительных обстоятельств, позволяющих, с учетом характера совершенного преступления и личности осужденного, его поведения, в том числе, в судебном заседании, которое адекватно окружающей обстановке, применить в отношении ФИО2, достигшего к моменту совершения преступления возраста 18 лет и не достигшего возраста 20 лет, положения названной статьи Уголовного кодекса Российской Федерации.

Вывод суда о том, что цели наказания могут быть достигнуты лишь назначением ФИО2 наказания в виде лишения свободы без назначения дополнительных видов наказаний, предусмотренных санкцией части 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, является верным.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда о наличии оснований для назначения ФИО2 условного осуждения на основании статьи 73 Уголовного кодекса Российской Федерации. Данный вывод надлежащим образом мотивирован судом в обжалуемом приговоре, при принятии данного решения суд правильно руководствовался как данными о личности осужденного, так и характером, степенью общественной опасности, тяжестью совершенного им преступления, положениями статей 6, 43, 60 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем, определяя размер назначенного наказания в виде лишения свободы, при наличии смягчающего наказания обстоятельства в виде активного способствования раскрытию и расследованию преступления, предусмотренного пунктом «и» части 1 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, и отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, суд ошибочно не применил положения части 1 статьи 62 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В связи с этим судебная коллегия полагает необходимым применить положения части 1 статьи 62 Уголовного кодекса Российской Федерации при назначении ФИО2 наказания в виде лишения свободы.

В своей совокупности вносимые изменения не могут влиять на смягчение или усиление назначенного осужденному наказания.

С учетом положений статей 131, 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд первой инстанции обоснованно взыскал процессуальные издержки, связанные с оплатой труда защитника в ходе предварительного следствия, с осужденного.

Судьба вещественных доказательств по уголовному делу разрешена верно.

Иных нарушений закона, влекущих отмену или изменение приговора, в том числе нарушений права на защиту осужденного и принципов уголовного судопроизводства, не имеется.

Руководствуясь статьями 389.13, 389.20, 389.28 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

приговор Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 14 января 2026 года в отношении ФИО2 изменить:

-учесть при определении размера наказания в виде лишения свободы часть 1 статьи 62 Уголовного кодекса Российской Федерации;

-исключить из приговора указание на учет добровольной выдачи похищенных у потерпевшего денежных средств, в качестве признака активного способствования раскрытию и расследованию преступления.

В остальной части приговор Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 14 января 2026 года оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного ФИО2 – без удовлетворения, апелляционное представление заместителя прокурора Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга Зариповой К.Ф. удовлетворить частично.

Настоящее апелляционное определение вступает в силу со дня его провозглашения и может быть обжаловано в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке главы 47.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу.

Участники процесса вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи