Апелляционное определение № 22-108/2026 22-2750/2025 от 28 января 2026 г.

судья Бутримович Т.А. дело № 22-108/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Тюмень 29 января 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Тюменского областного суда в составе: председательствующего Шипецовой И.А., судей Казанцевой Н.Н., Братцева А.В.,

с участием:

прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры Тюменской области Каримовой Г.К.,

осужденного (посредством видеоконференцсвязи) ФИО1,

защитника – адвоката Пескина В.В.,

представителя потерпевшего – адвоката Аглиулина Р.Ф.,

при секретаре судебного заседания Чистяковой Г.Н.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы адвоката Пескина В.В. и осужденного ФИО1 на приговор Тобольского городского суда Тюменской области от 20 октября 2025 года, которым:

ФИО1, <.......>

осужден по ч.4 ст.111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на девять лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговором разрешены вопросы о мере пресечения осужденному, сроке исчисления наказания, зачете времени содержания под стражей, под домашним арестом, времени запрета определенных действий, судьбе вещественных доказательств, и удовлетворены исковые требования потерпевших.

Заслушав доклад судьи Братцева А.В., мнение осужденного ФИО1, адвоката Пескина В.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, прокурора Каримовой Г.К., об оставлении приговора без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 признан виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего К.

Преступление совершено <.......> в период времени с 04 часов 00 минут до 05 часов 40 минут в помещении торгового дома «<.......>», расположенного по <.......>, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

ФИО1 в судебном заседании вину в предъявленном обвинении не признал и суду показал, что он оборонялся.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1, выражая несогласие с приговором указывает, что ранее потерпевшего К. не знал и в неприязненных отношениях не состоял. На площадке не было никакой физической борьбы, никакой драки, с К. вообще не соприкасался, единственный физический контакт у него был с Б., которого оттолкнул от себя и попал рукой ему в лицо. Увидев, что потерпевший выходит на него с ножом и выказывает угрозы расправой при этом видно, что он не шутит и настроен серьезно, он, опасаясь за свою жизнь просто побежал на улицу, но потом вспомнив, что находится в летних туфлях, обернулся и в этот момент К. первым нанес ему удар ножом, попав в правую руку. Куда попал его удар ножом, который он выхватил из кармана джинс он не видел.

Суд отнесся к его показаниям и показаниям его знакомых А. и В. критически, что означает, что он и они говорили неправду, при этом с А., который привез его домой они больше не виделись. С В. встретились в отделении полиции, когда его доставили туда. Какие показания давать следователю они не договаривались и не собирались.

Нож находился в кармане его куртки куда положил В., то есть орудие преступления он не скрывал, избавиться от него не собирался.

Обращает внимание на то, что его показания в какой последовательности они выбегали из здания, где, в какой момент К. нанес ему удар ножом, какой момент он ему в ответ нанес удар ножом, в последствии подтвердилось при просмотре виде с камер наружного наблюдения.

Суд указал, что факт нанесения ножевого ранения руки ему К. не подтверждается, однако сам себе он не мог нанести ранение, то, что рука у него ранена видно на видео.

На показания свидетеля Б., который неоднократно их менял, полагаться нельзя. Откуда появились на его одежде следы крови потерпевшего он не знает, тем более что со слов очевидцев рана потерпевшего не кровоточила.

Предполагает, что его одежда не была упакована надлежащим образом, вещи потерпевшего были постираны, при этом кровь потерпевшего была обнаружена на водолазке, которая ему не принадлежала.

Указывает, что был бы действительно виновен, то согласен нести наказание, но в данном случае, вынужден был защищать свою жизнь.

На основании изложенного просит оправдать его.

В апелляционной жалобе адвокат Пескин В.В., выражая несогласие с приговором, указывает что, при постановлении которого судом нарушены требования положений ст.302, пп.3, 4 ч.1 ст.305 и п.2 ст.307 УПК РФ, в связи с чем просит приговор отменить, а уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение, подзащитного из-под стражи освободить.

В обосновании указывает, что суд при наличии противоречивых показаний эксперта Т., имеющих существенное значение для дела, не указал в приговоре, по каким основаниям он принял показания Т. и отверг другие - показания Краковца, при этом причин изменения позиции эксперта Т., судом не выяснялась.

Краковец никогда не утверждал, что нанес удар ножом К. в подмышечную часть, он изначально давал показания, что нанес удар не целясь, куда именно не заметил, при этом в присутствии эксперта Т. продемонстрировал каким образом он раскрыл нож, что полностью совпадает с характеристикой раны.

Кроме того, суд никак не отреагировал на факт подмены заключения экспертизы, выявленный защитником при рассмотрении ходатайства о продлении срока домашнего ареста, в материалах которого находятся копии аналогичного заключения эксперта, которое было выполнено Т., который и допустил подмену заключения.

Далее указывает, что судом положены показания свидетеля Б., которые, как и показания эксперта Т. суд признал правдивыми, которые опровергаются исследованной видеозаписью, при этом в ходе следствия и в суде Б. выдвигал различные версии поведения и действий Краковца, при этом никаких ножей он не видел и в какой момент могло быть причинено ножевое ранение потерпевшему он не знает.

Выводы суда, что Краковец причинил ножевое ранение в область брюшной полости К. именно на лестничной площадке второго этажа ТД «Колос», защитник считает явно надуманными, поскольку сделаны вопреки обстоятельств, установленным судом и исследованными доказательствами и являются предположениями.

Органом следствия и стороной обвинения не было обоснованно, каким образом капля крови потерпевшего образовалась под батареей под окном, если не потерпевший, ни Краковец в той стороне не находились, на самой батарее следов похожих на кровь не обнаружено. При этом согласно заключению эксперта Т. при повреждении внутреннего магистрального сосуда аорты, кровь остается в брюшной полости и будет выделяться, когда скопится большое количество крови и может выйти в небольшом количестве в виде капель при изъятии ножа. Свидетели Б. и Г. поясняли, что рана у потерпевшего в виде прокола не кровоточила.

Далее адвокат указывает, что на странице 17 приговора, судом сделан вывод о не подтверждении факта причинения раны Краковцу потерпевшим К., с которым защита не соглашается по следующим основаниям. На момент доставления в отдел полиции Краковец уже имел рану на правом предплечье. Краковец изначально давал показания, что рана на правой кисти ему была причинена К. в момент, когда они выбежали на улицу. Согласно заключению эксперта <.......> от <.......> у Краковца обнаружена колото-резанная рана на правом предплечье. Свидетель А. в суде показал, что видел, как К. достал нож длиной около 9 см. Просил его убрать нож, обратил внимание охранника, что у них люди с ножами ходят. А. закрыл собой Краковца и не дал К. двигаться к Краковцу. Когда Краковец спустился по лестнице, то К. и Б. побежали за ним. Когда Краковец сел в его машину, то рука у него была в крови и сказал, что К. ударил его ножом. А. перебинтовал ему руку. Сестра Краковца в суде поясняла, что когда Г.А. вернулся домой то рука у него была перебинтована. Свидетель В. в суде пояснил, что он видел, как К. достал предмет, похожий на нож. При просмотре видеозаписи видно, что подсудимый на улице закатывает рукав, чтобы не замарать кровью, по поведению и жестам видно, что он испытывает болевые ощущения от полученной раны. Согласно протоколу осмотра места происшествия от <.......> на передней дверной ручке автомобиля А. обнаружены пятна буро-красного цвета, с которых изъят смыв. Согласно заключению эксперта <.......> от <.......> на смыве, изъятом в автомобиле, найдены следы крови Краковца. Согласно заключению эксперта <.......> от <.......> в пятне на джинсах Краковца обнаружены следы его крови.

Приведенные доказательства полностью согласуются между собой и свидетельствуют о наличии ножа у К. и раны у Краковца.

Вместе с тем суд в приговоре не обосновал неуказание протокола осмотра места происшествия автомобиля А. и заключения эксперта об обнаружении следов крови Краковца, которые были предъявлены стороной обвинения, а указал что не ссылается на протокол осмотра автомобиля, как на доказательство, а в отношении заключения эксперта по изъятому смыву вообще не высказался.

В качестве основания для исключения из доказательств ножа с резным рисунком изъятом в ходе осмотра у <.......> суд сослался на заключение эксперта <.......> об отсутствии крови на клинке ножа, а также на видеозапись, которая не охватывает территорию около крыльца, где произошел контакт между Краковцом и К., межу тем нож был изъят в том же месте, где обнаружены пятна, похожие на кровь в месте падения К. на асфальт.

Далее адвокат указывает на искажение судом содержания протокола осмотра видеозаписей, дает подробный анализ содержания и делает вывод об умышленном искажении судом содержания протокола осмотра.

Далее защитник указывает на допущенное судьей нарушение положений ст.ст.88, 298 УПК РФ, когда судья высказал свою позицию по вопросам, подлежащим разрешению в порядке ст.299 УПК РФ, когда дал в ходе судебного следствия свою оценку доказательствам при разрешении ходатайства стороны защиты о признании недопустимым доказательством протокол осмотра места происшествия от <.......>, а также заключения генетической экспертизы до постановления итогового решения по делу.

Далее обращает внимание на то, что в ходе осмотра места проживания обвиняемого при изъятии складного ножа, джинс и кофты не присутствовали понятые, фотофиксация отсутствовала в результате сбоя цифрового фотоаппарата, при этом со слов сестры Краковца, пакеты куда были помещены изъятые вещи при ней не зашивались и не опечатывались. Однако приговор указывает обратное. На что обращалось внимание суда.

Такая же ситуация происходила и при изъятии вещей потерпевшего в приемном отделении. При этом сожительница потерпевшего указывала, что все вещи одетые на К. они купили 30 декабря, были все новые и стирке не подвергались. При этом К. был в одном джемпере черного цвета, а не в двух. Но в ходе судебного следствия достоверно установлено, что все вещи подвергались стирке с порошком. В связи с чем, считает вывод суда, что об образовании крови К. на водолазке в момент нахождения вещей на лавке, является ничем иным как предположением.

Далее адвокат обращает внимание, на то, что показания осужденного о характере действий потерпевшего и его собственных действий подтверждаются пятью секундами видеозаписи крыльца ТД «Колос».

Судом нарушен уголовный закон, поскольку к Краковцу не применены положения о необходимой обороне.

Считает, что по делу достоверно установлено, что К., находясь в состоянии опьянения держа в руках нож со словами «Тебе конец, завалю», направился в сторону Краковца, догнав которого на улице нанес ему удар в область живота, но по случайности попал в кисть правой руки, которая была согнута в локте, ограничена в движении, из-за перелома при ДТП.

Общественно - опасное посягательство К. было сопряжено с насилием опасным для жизни обороняющегося, при котором закон предоставляет обороняющемуся право на причинение посягающему лицу любого вреда, что соответствует п.10 постановления Пленума ВС РФ «О необходимой обороне».

В возражениях старший помощник Тобольского межрайонного прокурора Исаева А.В., приводя доводы в подтверждения законности, обоснованности и справедливости приговора, просит апелляционные жалобы осужденного и адвоката оставить без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений, выслушав мнение сторон, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Из положений п.п.1, 3 ст.389.15, п.2 ст.389.18 УПК РФ, следует, что основанием отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке является также неправильное применение уголовного закона, которое заключается, в том числе, и в применение не той статьи или не тех пункта и (или) части статьи Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, которые подлежали применению.

В соответствии с положениями п.9 ч.1 ст.389.20, п.1 ч.1 ст.389.26 УПК РФ в результате рассмотрения уголовного дела в апелляционном порядке суд вправе принять решение об изменении приговора и смягчить осужденному назначенное наказание либо применить в отношении осужденного уголовный закон о менее тяжком преступлении.

Как следует из материалов дела, сторона защиты в судебном заседании не оспаривала факт умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшие по неосторожности смерть К. осужденным ФИО1, однако утверждала, что эти действия он совершил, защищаясь от противоправных действий погибшего К., превысив пределы необходимой обороны.

Описывая преступные действия ФИО1 суд признал установленным, что <.......> в период времени с 04 часов 00 минут до 05 часов 40 минут в помещении торгового дома «Колос», расположенного по адресу: <.......>, между ФИО1 с одной стороны и К. с другой стороны произошел конфликт, в ходе которого ФИО1 действуя умышленно, из личных неприязненных отношений к К. не осознавая, что от его преступных действий может наступить смерть потерпевшего и, не желая этого, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть, что причинение тяжкого вреда здоровью К. может вызвать опасное для жизни состояние и привести к смерти потерпевшего, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, осознавая преступный характер своих действий и наступление опасных последствий в виде тяжкого вреда здоровью К., и желая наступления этих последствий, вооружившись имеющимся при себе предметом, используемым в качестве оружия - ножом, нанес указанным ножом один удар в область брюшной полости К. Своими действиями ФИО1 причинил К. колото-резанное ранение передней брюшной стенки справа, проникающее в брюшинную полость с ранением стенки толстой кишки, ранением брюшного отдела аорты и нижней полой вены, которое причинило тяжкий вред здоровью, которые по признаку опасности для жизни квалифицируются как повлекшие тяжкий вред здоровью и имеют прямую причинную связь с наступлением смерти.

Указанные действия ФИО1 квалифицированы судом по ч.4 ст.111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть К.

При этом доводы осужденного ФИО1, который не отрицал факт нанесения удара ножом, но утверждал, что действовал в целях защиты от нападения потерпевшего, были признаны судом несостоятельными, поскольку факт причинения ФИО1, колото-резаной раны на правом предплечье, которая причинила легкий вред его здоровью, потерпевшим К., не нашел своего подтверждения.

К такому выводу суд пришел исходя из того, что в судебном заседании не нашло своего подтверждение наличие у потерпевшего К. в руках ножа, либо иного предмета, представляющего угрозу жизни и здоровью подсудимого ФИО1

В обоснование вывода о виновности ФИО1 в причинении смерти по неосторожности К., суд в числе доказательств сослался на показания потерпевшей П., свидетелей С., Б., А., Г., Д., В., Р., Л., М., экспертов Т., Н., О., данные на предварительном следствии и показания в судебном заседании, признав именно их достоверными, поскольку, по мнению суда, они согласуются с иными доказательствами, исследованными в судебном заседании и приведенными в приговоре.

Вместе с тем, правильно установив фактические обстоятельства содеянного, суд дал неверную правовую оценку его действиям ФИО1, квалифицировав его действия по ч.4 ст.111 УК РФ.

Согласно ч.1 ст.37 УК РФ, каждый имеет право на защиту своих или других лиц прав и законных интересов, охраняемых законом интересов общества и государства от общественно опасного посягательства.

В соответствии с ч.2 ст.37 УК РФ защита от посягательства, не сопряженного с непосредственной угрозой применения насилия, опасного для жизни обороняющегося, является правомерной, если при этом не было допущено превышение пределов необходимой обороны.

Согласно п.11 постановления Пленума ВС РФ от 27.09.2012 №19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», умышленное причинение тяжкого вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны, повлекшее по неосторожности смерть посягавшего лица, надлежит квалифицировать только по части 1 статьи 114 УК РФ.

Материалами дела установлено, что поведение ФИО1 в данной обстановке было обусловлено активными действиями потерпевшего К., выразившиеся в высказываниях о намерении немедленно причинить обороняющемуся смерть или вред здоровью, со стороны которого общественно-опасное посягательство добровольно не прекращалось и могло быть пресечено лишь путем причинения ему вреда. Однако посягательство со стороны К. с учетом складывающейся обстановки не было сопряжено с насилием, опасным для жизни или здоровью обороняющегося ФИО1, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

В связи с этим нанесение осужденным ФИО1 удара ножом в область брюшной полости К. в качестве средства защиты является явно несоразмерным характеру и опасности посягательства со стороны потерпевшего, что исключает признание его защиты правомерной, свидетельствует о допущенном осужденным превышении пределов необходимой обороны.

С учетом изложенного действия ФИО1 следует переквалифицировать с ч.4 ст.111 УК РФ на ч.1 ст.114 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершенное при превышении пределов необходимой обороны.

Переквалифицируя действия ФИО1, судебная коллегия учитывает положения ст.252 УПК РФ и констатирует, что общий объем обстоятельств совершения ФИО1 преступления, предусмотренного ч.1 ст.114 УК РФ, не выходит за пределы прежнего обвинения, тем самым положение осужденного не ухудшается, назначаемое наказание не будет превышать назначенного приговором суда.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона при сборе доказательств по делу, а также при рассмотрении уголовного дела в суде, которые бы лишили либо ограничили права осужденного, в том числе - на защиту, не установлено.

При назначении наказания в соответствии с требованиями ст.ст.6, 60, 62 УК РФ, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, все известные данные о личности виновного, наличие приведенных в приговоре смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Несмотря на вносимые судом апелляционной инстанции изменения, с учетом фактических обстоятельств преступления и личности виновного, судебная коллегия не находит оснований для применения положений ст.ст.64, 73 УК РФ и полагает необходимым с учетом влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи - назначить ему наказание в виде ограничения свободы на срок 11 месяцев, с установлением осужденному ФИО1 на основании ст.53 УК РФ определенных ограничений и возложении обязанности.

Каких-либо иных обстоятельств, способных повлиять на вид или размер наказания, судебная коллегия не находит.

Все доводы апелляционных жалоб осужденного и адвоката не влекут отмены приговора, поскольку не влияют на существо принятого судебного решения, в связи с чем апелляционные жалобы осужденного и адвоката подлежат частичному удовлетворению.

Вместе с тем, в соответствии с ч.2 ст.15 УК РФ преступление, предусмотренное ч.1 ст.114 УК РФ отнесено к категории небольшой тяжести.

Согласно п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ, лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истекло два года.

В соответствии с ч.2 ст.78 УК РФ сроки давности исчисляются со дня совершения преступления и до момента вступления приговора суда в законную силу.

Как следует из материалов дела совершенное ФИО1 преступление было окончено 1 января 2023 года, срок давности в данном случае начинает течь 2 января 2023 года, последний день срока давности 1 января 2025 года.

Согласно ч.8 ст.302 УПК РФ при установлении факта истечения срока давности в ходе судебного разбирательства суд постановляет по делу обвинительный приговор с освобождением осужденного от назначенного ему наказания. По смыслу закона такое решение принимается и в том случае, когда срок давности истекает после постановления приговора, но до его вступления в законную силу.

Поскольку на дату рассмотрения уголовного дела судом апелляционной инстанции истек 2- летний срок, это влечет за собой освобождение ФИО1 от назначенного по ч.1 ст.114 УК РФ наказания, на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ ввиду истечения срока давности привлечения к уголовной ответственности.

Обстоятельств, которые бы повлекли за собой приостановление течения сроков давности, не установлено.

Кроме того, судебная коллегия считает необходимым внести изменения в вопрос о возмещении потерпевшим размера морального вреда.

В силу требований ч.4 ст.42 УПК РФ по иску потерпевшего о возмещении в денежном выражении причиненного морального вреда размер возмещения определяется судом.

Исходя из степени причиненных нравственных страданий, требований разумности и справедливости, принимая во внимание материальное положение осужденного, заявленные потерпевшими П. и З. исковые требования о возмещении причиненного морального вреда, по мнению судебной коллегии, подлежат уменьшению.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Тобольского городского суда Тюменской области от 20 октября 2025 года в отношении ФИО1 изменить, переквалифицировать его действия с ч.4 ст.111 УК РФ на ч.1 ст.114 УК РФ, по которой назначить ФИО1 наказание в виде ограничения свободы на срок 11 месяцев.

На основании ст.53 УК РФ установить осужденному ФИО1 следующие ограничения, без согласия специализированного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы:

- не изменять место жительства или пребывания, не выезжать за пределы территории муниципального образования г. Тобольск Тюменской области;

- не уходить из места постоянного проживания (пребывания) с 22.00 часов до 06 часов, не посещать места массовых мероприятий, места досуга (кафе, рестораны), в которых разрешена продажа и потребление алкогольной продукции.

Возложить на ФИО1 обязанность в период отбытия назначенного наказания в виде ограничения свободы являться на регистрацию в специализированный государственный орган, один раз в месяц.

На основании п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ ФИО1 от отбывания назначенного наказания освободить в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

ФИО1 из-под стражи освободить, меру пресечения в виде заключения под стражу отменить.

Снизить размер компенсации морального вреда, причиненного преступлением потерпевшим П. и З. до 250 000 рублей каждой.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного и адвоката удовлетворить частично.

В порядке главы 47.1 УПК РФ настоящее апелляционное определение может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции, в течение 6 месяцев со дня его вступления в законную силу, с подачей жалобы, представления через суд первой инстанции, с соблюдением требований статьи 401.4 УПК.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении, кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции для рассмотрения её в порядке, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае передачи кассационной жалобы, представления для рассмотрения, стороны участвующие в деле вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи: