Решение № 2-725/2018 2-725/2018~М-684/2018 М-684/2018 от 2 октября 2018 г. по делу № 2-725/2018

№ 2-725(1)/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

03 октября 2018 г. г. Пугачев

Пугачевский районный суд Саратовской области в составе

председательствующего судьи Болишенковой Е.П.,

при секретаре Козловой Е.А.,

с участием истца ФИО1,

его представителя ФИО2,

ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 об устранении нарушений права пользования домовладением и взыскании морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3, ФИО4 об устранении нарушений права пользования домовладением. Иск обоснован тем, что ФИО1 является собственником жилого дома по адресу: <Адрес>. По соседству расположено домовладение <Номер> по <Адрес>, принадлежащее ФИО3, на территории которого выстроены баня и шлакобетонный сарай.

20.07.2011 Пугачевский районный суд Саратовской области по иску ФИО1 вынес определение об утверждении мирового соглашения между ФИО1 с одной стороны и ФИО3, ФИО4 с другой стороны, по условиям которого С-ны обязались до 01.08.2011 переоборудовать крышу и стены сарая с установкой водоотлива. Основанием для обращения с исковыми требованиями стало отсутствие водоотведения талых и дождевых вод на крыше сарая, принадлежащего ФИО3 и ФИО4, приводящее к затоплению земельного участка истца, создавая угрозу разрушения жилого дома в результате воздействия влаги на его стены и фундамент. Однако мировое соглашение ответчики до настоящего времени не исполнили.

По сообщению администрации Пугачевского муниципального района для отвода дождевых и талых вод на кровле зданий рекомендуется устанавливать водопропускные желоба.

Считает, что изложенные обстоятельства являются нарушением его прав и законных интересов собственника домовладения, для восстановления которых ответчику необходимо установить на кровле бани, жилого дома и шлакобетонного сарая водоотливы.

Указал, что поскольку нарушение его права сохраняется после заключения мирового соглашения, то он вынужден обратиться в суд с требованием об устранении нарушений права пользования жилым домовладением. Кроме того длительное неисполнение условий мирового соглашения повлекло для истца нравственные страдания.

На основании изложенного просил обязать ответчиков установить на кровле жилого дома, бани и шлакобетонного сарая, расположенных по адресу: <Адрес>, водоотливы для отвода талых и дождевых вод и взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в размере 75000 руб.

В ходе подготовки дела к судебному разбирательству и рассмотрения дела истец ФИО1 и его представитель уточнили исковые требования: исключили из числа ответчиков ФИО4 и добавили требование «устранить попадание дождевых и снеговых вод с сооружений, стоящих на межевой границе, на территорию, принадлежащую истцу, в соответствии с действующими строительными нормами и правилами».

Судом предлагалось истцу и его представителю конкретизировать уточненные требования, а также разъяснялось право заявить ходатайство о назначении судебной экспертизы для определения способов устранения нарушения права истца. Однако истец и его представитель указанным правом не воспользовались, о назначении экспертизы не ходатайствовали, уточненные требования не конкретизировали.

В судебном заседании истец ФИО1 уточненный иск продержал в отношении ответчика ФИО3, пояснил, что требований и претензий к ФИО4 не имеет. Указал, что талые и дождевые воды с крыш бани и сарая ответчика заливают его двор, разрушают дом, однако пропускать ФИО3 в свой двор для установки водоотливов он не согласен, так как это его частная собственность. Пояснил, что вода с крыши дома ответчика не попадает к нему во двор, сливается в огород и поливает его, каких-либо препятствий не создает. Подтвердил, что в 2011 году он заключил с ФИО3 и ФИО4 мировое соглашение о переоборудовании крыши и установлении водоотливов в отношении того же сарая, который он просит оборудовать водоотводом в предъявленном иске. Указал, что водоотливы по данному мировому соглашению не установлены, а исполнительный лист для выполнения условий мирового соглашения он не брал, так как боялся сожителя ФИО3 Пояснил, что факт причинения морального вреда на сумму 75000 руб. обосновывает своей болезнью, вызванной затоплением двора водой, увольнением дочери, которая ухаживала за ним. Считает, что наклон крыш строений ФИО3 должен быть в строну ее домовладения.

Представитель истца ФИО2 уточненный иск поддержал, пояснил, что вода с крыш соседних строений не должна поступать во двор ФИО1, а фактически она льется под дом истца, разрушает его. Указал, что уточненные требования касаются только бани и сарая, но не дома ответчика. Пояснил, что оборудование крыш построек ФИО3 водоотводами возможно сделать не заходя во двор ФИО1, поскольку так делают во всем мире. Считает, что требования должны быть удовлетворены и в отношении сарая, по которому заключено мировое соглашение, так как истек срок исковой давности три года.

Ответчик ФИО3 иск не признала, из ее устных и письменных пояснений (л.д. 31) следует, что в 2011 году она с ФИО1 заключила мировое соглашение, по условиям которого переоборудовала крышу и стены сарая, хотела установить водоотлив, но ФИО1 сказал, что этого делать не нужно. С 2012 года она является единоличным собственником домовладения <Номер> по <Адрес>. В 2017 году по просьбе ФИО1 она переделала крышу сарая, сделав ее ниже со стороны ФИО3 Кроме того ФИО3 пыталась установить водоотлив, но ФИО1 отказался, а в дальнейшем отказался пропустить во двор строителей, чтобы установить водоотлив. Возможности сделать водоотливы, не заходя во двор ФИО1, она не видит.

Полагает, что истец не представил доказательств, обосновывающих требование о взыскании компенсации морального вреда в размере 75000 руб.

Суд, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, представителя истца, показания свидетеля, исследовав письменные доказательства по делу, пришел к следующему.

Согласно ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких

нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В судебном заседании установлено, что истец ФИО1 является собственником жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <Адрес> (л.д. 30, 7-13), а ответчик ФИО3 – собственником смежных жилого дома с хозяйственными строениями и сооружениями и земельного участка, расположенных по адресу: <Адрес> (л.д. 27, 32-35).

Судом установлено и не оспаривалось сторонами, что жилой дом, баня и сарай ответчика ФИО3 размещены на границе (меже) с соседним домовладением ФИО1

Определением Пугачевского районного суда Саратовской области от 20.07.2011 утверждено мировое соглашение, заключенное ФИО1 и ФИО3, ФИО4, по которому: ФИО1 отказывается от иска к ФИО3, ФИО4 о сносе сарая; ФИО3 и ФИО4 обязуются в срок до 1 августа 2011 года переоборудовать крышу и стены сарая таким образом, что высота стены сарая со стороны домовладения <Адрес> составит 1,75 м, высота противоположной стены со стороны домовладения <Адрес> составит 2,40 м, скат крыши оборудуется в сторону домовладения № 328 с установкой водоотлива на территорию домовладения <Адрес>; ФИО3 и ФИО4 в срок до 1 августа 2011 года возмещают ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в сумме 200 руб. и на оказание юридических услуг в сумме 1800 руб. Производство по делу прекращено.

Из текста рассматриваемого в настоящее время искового заявления ФИО1 видно, что в предъявленном иске им ставится вопрос об установке водоотвода на том же сарае, который был предметом мирового соглашения, утвержденного судом 20.07.2011. Данное обстоятельство подтвердили в судебном заседании истец ФИО1 и ответчик ФИО3

Согласно абз. 3 ст. 220 ГПК РФ суд прекращает производство по делу в случае, если имеется вступившее в законную силу и принятое по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям решение суда или определение суда о прекращении производства по делу в связи с принятием отказа истца от иска или утверждением мирового соглашения сторон.

С учетом изложенного определением от 27.09.2018 производство по гражданскому делу по иску ФИО1 к ФИО3 об устранении нарушений права пользования домовладением прекращено в части требования о возложении на ФИО3 обязанности установить на кровле шлакобетонного сарая, расположенного по адресу: <Адрес>, водоотливы для отвода талых и дождевых вод, поскольку в данном случае имеется тождественность спора (между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям – нарушение прав собственника домовладения).

Высказанные в дальнейшем представителем истца ФИО2 доводы о том, что иск в отношении оборудования сарая водоотливом должен быть рассмотрен, поскольку истек срок исковой давности, являются несостоятельными.

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

К положениям абз. 3 ст. 220 ГПК РФ срок исковой давности никакого отношения не имеет, и на обязанность суда прекратить производство по делу в случае, если имеется вступившее в законную силу и принятое по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям решение суда или определение суда о прекращении производства по делу в связи с принятием отказа истца от иска или утверждением мирового соглашения сторон не влияет.

Кроме того согласно п. 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение, и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

В этой связи необходимо указать, что при рассмотрении спора об устранении препятствий в пользовании имуществом собственника или законного владельца подлежит доказыванию факт наличия у истца прав на имущество, а также факт нарушения его прав действиями ответчика. Основанием иска служат обстоятельства, основывающие право истца на пользование и распоряжение имуществом и подтверждающие создание ответчиком препятствий в осуществлении правомочий законного владельца. Нарушение должно затрагивать право на имущество не косвенно, а непосредственно. Способы защиты по заявленному требованию должны быть разумными и соразмерными, что вытекает также по смыслу ст. 10 ГК РФ.

Суд пришел к выводу, что истец и его представитель не представили в обоснование заявленных требований, доказательств, подтверждающих нарушение прав истца действиями ответчика. В судебном заседании не добыты доказательства, подтверждающие, что наличие спорных строений на смежной границе, каким-либо образом нарушают права истца.

Так истцом не представлено суду каких-либо доказательств в подтверждение того, что дождевые и талые воды с крыш строений ФИО3 заливают его двор, разрушают дом, или каким-либо иным способом нарушают права ФИО1

Признания данных фактов ответчиком ФИО3 совершено не было.

Судом было разъяснено истцу и его представителю о необходимости предоставления вышеуказанных доказательств, предоставлялся срок, разъяснялось право ходатайствовать о назначении и проведении по делу строительно-технической экспертизы для подтверждения факта нарушения ответчиком прав истца. Однако обязанность по предоставлению соответствующих доказательств истец не выполнил, от проведения экспертизы отказался, ходатайство о назначении экспертизы не заявил. Более того в судебном заседании ФИО1 пояснил, что вода с крыши дома ответчика сходит к нему в огород, поливает его, водоотливы на доме ставить не нужно, данное требование адвокат написал зря.

В силу п. 1 ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Согласно п. 1 и п. 2 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В соответствии с ч. 1 ст. 30 ЖК РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим Кодексом.

На основании ч. 4 ст. 17 ЖК РФ пользование жилым помещением осуществляется с учетом соблюдения прав и законных интересов проживающих в этом жилом помещении граждан, соседей, требований пожарной безопасности, санитарно-гигиенических, экологических и иных требований законодательства, а также в соответствии с правилами пользования жилыми помещениями, утвержденными уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Исходя из изложенного, устранение последствий нарушения прав должно быть соразмерно самому нарушению и не может нарушать права иных лиц.

Из объяснений ответчика ФИО3, отказного материала МО МВД РФ «Пугачевский» Саратовской области № 8179/1640, показаний свидетеля ФИО5, в судебном заседании установлено, что ФИО3 пыталась установить на крыше своих строений, граничащих с домовладением ответчика, водоотливы, однако ФИО1 впустить ФИО3 со специалистом к себе во двор для установки водоотливов отказался.

Из письменных объяснений ФИО1 от 19.09.2018, имеющихся в указанном отказном материале, следует, что соседка из <Адрес> просила разрешения с его двора произвести ремонтные работы, на что он ответил отказом, пояснив, что это его двор, и если он не захочет, то она в его двор не зайдет, а если ей что-то не нравится, то она может обратиться в суд.

Свидетель ФИО5 показал суду, что является УУП МО МВД России «Пугачевский» Саратовской области, 19-20 сентября 2018 года в полицию обратилась ФИО3, пояснившая, что ФИО1 подал в суд иск, чтобы она со стороны своих надворных построек сделала водоотлив, и она готова исполнить данное требование, но ФИО1 не позволил пройти к себе во двор, а иным способом установить водоотлив невозможно. ФИО1 в ходе проверки пояснил, что пропускать ФИО3 не желает, так как это его собственность, и он вправе сам распоряжаться, кого пропускать.

В судебном заседании истец ФИО1 подтвердил тот факт, что он отказывается впускать ФИО3 к себе во двор для установки водоотливов, при этом представитель истца ФИО2 пояснил, что водоотливы возможно установить и не заходя во двор истца, с крыши построек ответчика.

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Между тем, доказательства, подтверждающие возможность установки водоотливов на крышах построек ответчика, не заходя во двор истца, учитывая тот факт, что постройки расположены на меже домовладений, суду не представлены. При уточнении исковых требований истцом заявлено о возложении на ФИО3 обязанности устранить попадание вод с сооружений, стоящих на межевой границе на территории, принадлежащей истцу, в соответствии с действующими строительными нормами и правилами. Однако в ходе рассмотрения дела суду не представлены доказательства каких либо иных возможных вариантов защиты предполагаемого нарушения права, соразмерных самому нарушению.

Ходатайство о назначении экспертизы для установления вышеуказанных обстоятельств, истец и его представитель, несмотря на разъяснения суда о возможности проведения таковой, не заявили, пояснив, что от экспертизы отказываются.

При таких обстоятельствах действия истца, произвольно, без каких-либо убедительных причин создающего препятствия ответчику для выполнения заявленных самим истцом исковых требований по установке водоотливов, в силу ст. 10 ГК РФ являются дополнительным основанием для отказа в удовлетворении заявленного иска.

Высказанные в ходе судебного заседания доводы истца и его представителя о необходимости переоборудования крыш строений истца в сторону домовладения истца также не обоснованы какими-либо доказательствами.

Таким образом истцом не доказано, что его права были существенно нарушены действиями истца и не могут быть восстановлены иным правовым способом, помимо того, какой предлагался ФИО3 в добровольном порядке. ФИО1 и его представитель не обосновали необходимость и соразмерность защиты своего права на устранение препятствий в пользовании земельным участком заявленным ими способом.

Представленные истцом сообщения администрации Пугачевского

муниципального района Саратовской области на его обращения не свидетельствуют об обоснованности исковых требований ФИО1

Так в сообщении от 24.11.2017 № 692 (л.д. 15) сообщаются требования Свода Правил СП 42.13330.2011 «СНиП 2.07.01-89*. Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений» о том, что в районах усадебной застройки расстояние от окон жилых помещений (комнат, кухонь и веранд) до стен дома и хозяйственных построек (сарая, гаража, юани), расположенных на соседних земельных участках должно быть не менее 6 м. Расстояние от границы участка должно быть до стены жилого дома не менее 3 м, до хозяйственных построек, не менее 1 м. А также сообщаются требования Правил землепользования и застройки о максимальной высоте ограждений между соседними земельными участками. Указано, что для отвода дождевых и талых вод на кровле зданий рекомендуется устанавливать снегозадерживающие устройства, а также водопропускные желоба.

В этой связи необходимо отметить, что при отсутствии данных о нарушении права собственности истца, нарушение строительных норм само по себе не должно являться основанием для удовлетворения заявленных требований.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", несоблюдение, в том числе, незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца.

Кроме того, в силу ст. 17 (ч. 3), ст. 19 (ч. 1 и 2), ст. 55 (ч. 1 и 3) Конституции РФ и исходя из общеправового принципа справедливости защита вещных прав, должна осуществляться на основе соразмерности и пропорциональности, с тем, чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота.

Однако, как указано ранее, бесспорных доказательств в подтверждение факта нарушения права истца и возможности его устранения заявленным истцом способом, а также соразмерности указанного способа нарушению права, истец суду не представил.

Сообщение администрации Пугачевского муниципального района Саратовской области от 21.04.2018 № 201 о том, что по письму ФИО1 проведен осмотр его придомовой территории, составлен акт и домовладельцу <Адрес> направлено письмо с информацией по беспрепятственному пропуску сточных талых вод, не отвечает требованиям относимости доказательств, поскольку требование о беспрепятственном пропуске сточных талых вод с придомовой территории в рамках рассматриваемого дела не заявлялось.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований об устранении нарушения права.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно п. 1, 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда", учитывая, что вопросы компенсации морального вреда регулируются рядом законодательных актов, введенных в действие в разные сроки, суду в целях обеспечения правильного и своевременного разрешения возникшего спора необходимо по каждому делу выяснять характер взаимоотношений сторон и какими правовыми нормами они регулируются, допускает ли законодательство возможность компенсации морального вреда по данному виду правоотношений и, если такая ответственность установлена, когда вступил в силу законодательный акт, предусматривающий условия и порядок компенсации вреда в этих случаях, а также когда были совершены действия, повлекшие причинение морального вреда.

Суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

ФИО1 не представил суду доказательств в подтверждение того, что действиями ответчика ему причинены какие-либо физические и нравственные страдания, нарушены его нематериальные блага, подлежащие восстановлению путем их компенсации в денежном выражении.

Прямое указание закона о наличии в данном случае у ФИО3 обязанности возместить истцу моральный вред, отсутствует.

При таких обстоятельствах иск ФИО1 является необоснованным и удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении иска ФИО1 к ФИО3 об устранении нарушений права пользования домовладением и взыскании морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в

окончательной форме в апелляционном порядке в Саратовский областной суд через Пугачевский районный суд Саратовской области.

Решение в окончательной форме принято 08.10.2018.

Судья