Решение № 2А-1862/2021 от 6 июня 2021 г. по делу № 2А-2163/2019~М-1952/2019

Дело № 2а-1862/2021 (24RS0040-01-2019-002386-66)


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 июня 2021 года город Норильск Красноярского края

Норильский городской суд Красноярского края в составе председательствующего судьи Захаровой Н.В., при секретаре судебного заседания Симковой Ю.С.

с участием посредством видеоконференц-связи административного истца ФИО1, представителя административного ответчика ОМВД России по г.Норильску ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Отделу МВД России по г.Норильску, Министерству внутренних дел России, Министерству финансов России о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с административным иском к ОМВД России по г.Норильску о признании действий незаконными, в обоснование указав, что в период его содержания в Следственном изоляторе г.Норильска он был лишен возможности воспользоваться прогулкой и радиоточкой, что является нарушением его прав и положений ст.45 и ст.130 Приказа МВД РФ от 22.11.2005 №. Просил признать действия административного ответчика незаконными. В ходе рассмотрения дела по существу административным истцом дополнены требования, просил в связи с допущенными нарушениями взыскать с Министерства финансов Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей, поскольку у него с 2014 года ВИЧ-инфекция, он принимает лечение, свежий воздух ему жизненно необходим; полагает указанный размер компенсации соответствует степени вины ответчика, длительности незаконных действий ответчика, требованиям разумности и справедливости.

В судебном заседании административный истец ФИО1 исковые требования поддержал по изложенным в иске основаниям, дополнительно указав, что нарушения допущены административным ответчиком ОМВД России по г.Норильску, в связи с чем то, обстоятельство, что в СИЗО-4 в указанные дни он мог слушать радио, к рассматриваемому делу отношения не имеет. Кроме того, пояснил, что он не мог слушать радио в СИЗО-4 в дни этапирования, поскольку уезжал из СИЗО в 7 утра, а возвращался в камеру после 9 часов. Также полагает, что не имеет отношения к рассматриваемому делу, что он ранее привлекался к уголовной и административной ответственности. Отказался пояснять относительно характера причиненных нравственных страданий, поскольку настоящий спор ему требуется, чтобы обратиться в Европейский суд по правам человека.

Представитель административного ответчика ОМВД России по г.Норильску ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, просила в удовлетворении данных требований отказать по основаниям, изложенным в возражениях и дополнении к ним, согласно которым право подозреваемых и обвиняемых пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа не является безусловной исключительной обязанностью ИВС, учитывая кратковременное содержание ФИО1 в ИВС менее суток. ФИО1 доставлялся в ИВС для участия в судебных заседаниях и производства следственных действий. Согласно п. 134 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов если подозреваемый или обвиняемый участвовал в судебном заседании, следственных действиях или по иной причине в установленное время не смог воспользоваться ежедневной прогулкой, по его письменному заявлению ему предоставляется одна дополнительная прогулка установленной продолжительностью. Административный истец не мог не знать о Правилах внутреннего распорядка СИЗО. Таких заявлений от ФИО1 не поступало, следовательно, он намеренно не воспользовался своим правом на предоставление ему прогулки в указанные им дни, хотя имел такую возможность, что свидетельствует о том, что он не испытывал эмоциональных переживаний либо физических и моральных страданий в связи с отсутствием прогулки. Истец не доказал сам факт причинения ему морального вреда и не обосновал размер денежной компенсации. Также ФИО1 имел возможность ежедневно прослушивать радио в СИЗО-4, кроме того, ИВС выписывались периодические печатные издания, из которых ФИО1 мог узнать о происходящих в стране событиях. Кроме того, административный истец неоднократно привлекался к уголовной и административной ответственности. Неудобства, которые он претерпел в условиях ИВС в указанные им дни, связаны с привлечением его к уголовной ответственности за совершение тяжкого преступления.

Представители МВД России, ГУМВД России по Красноярскому краю, Министерство финансов РФ в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания уведомлены надлежащим образом, о рассмотрении дела в их отсутствие суд не просили.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст.4 Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации.

Подозреваемые и обвиняемые вправе пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа (п.11 ч.1 данного Закона), также предусмотрено обеспечение всех камер средствами радиовещания (п.4 ст.23 Закона №103-ФЗ).

Аналогичные нормы содержатся в Правилах внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных приказом МВД России от 22 ноября 2005 года N 950, (пункт 45 об оборудовании камер ИВС радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; пункты 130 и 132 о ежедневной прогулке на территории прогулочных дворов).

Вступившим в законную силу кассационным определением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 10 июня 2020 года отказано в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Отделу МВД России по городу Норильск о признании незаконными действий в части необеспечения прогулочным двориком и радиоточкой в период его содержания в изоляторе временного содержания ОМВД России по г.Норильску в связи с пропуском административным истцом срока обращения в суд без уважительной причины (л.д. 168-174 т.1).

Решение Норильского городского суда Красноярского края от 15 августа 2019 года, апелляционное определение судебной коллегии по административным делам Красноярского краевого суда от 11 декабря 2019 года и кассационное определение Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 10 июня 2020 года в части взыскания компенсации морального вреда с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации отменено Верховным судом Российской Федерации, административное дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции (л.д. 247-253 т.1).

Материалами дела подтверждается (л.д. 15, 26 т.1), и сторонами не отрицается, что в период с 25.08.2017 по 06.02.2018 ФИО1 не мог воспользоваться прогулкой продолжительностью один час в ИВС ОМВД России по г.Норильску в связи с отсутствием прогулочного дворика, а также камеры ИВС, где содержался ФИО1, не были обеспечены средствами радиовещания.

Рассматривая требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в связи с отсутствием прогулочного дворика и точек радиовещания в период его содержания в ИВС ОМВД России по г.Норильску, суд учитывает следующее.

Гражданский кодекс Российской Федерации определяет моральный вред как физические или нравственные страдания гражданина, причиненные действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага, который подлежит возмещению путем возложения судом на нарушителя обязанности денежной компенсации указанного вреда; устанавливает обязанность суда при определении размеров компенсации морального вреда принимать во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства, учитывать характер, степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред, степень вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда, а также исходить из требований разумности и справедливости. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред (статья 151, пункт 2 статьи 1101 названного Кодекса).

Учитывая, что при содержании ФИО1 в ИВС ОМВД России по г.Норильску он был лишен права на ежедневную прогулку и прослушивание радиопередач во время содержания в ИВС, что предполагает создание для содержащегося под стражей лица неудобств, влечет отрицательное воздействие в виде определенных физических и нравственных страданий, суд приходит к выводу об обоснованности требований о взыскании компенсации морального вреда.

Определяя размер денежной компенсации морального вреда ФИО1, суд учитывает следующее.

Истцом заявлены требования о взыскании компенсации морального вреда, причиненного ему во время содержания в ИВС ОМВД России по г.Норильску в период с 25.08.2017 по 06.02.2018 в связи с отсутствием прогулочного дворика и радиовещания.

Как следует из справки ОМВД России по г.Норильску ФИО1 доставлялся и содержался в ИВС ОМВД России по г.Норильску в указанный период 31 день: 25.08.2017 с 20 час.55 мин. до 23 часов 59 минут; 26.08.2017 с 00 час.00 мин. до 14 час.40 мин.; 30.08.2017 с 09 час. 30 мин. до 15 час. 00 мин.; 31.08.2017 с 09 час.40 мин. до 17 час. 30 мин.; 04.09.2017 с 10 час. 40 мин. до 17 час. 10 мин.; 06.09.2017 с 09 час. 50 мин. до 17 час. 45 мин.; 13.09.2017 с 09 час. 40 мин. до 13 час. 50 мин.; 19.10.2017 г. с 09 час. 40 мин. до 17 час. 45 мин.; 26.10.2017 г. с 10 час. 10 мин. до 15 час. 40 мин.; 27.10.2017 г. с 11 час. 00 мин. до 17 час. 30 мин.; 31.10.2017 г. с 09 час. 50 мин. до 17 час. 20 мин.; 02.11.2017 г. с 10 час. 50 мин. до 17. час. 40 мин.; 14.11.2017 г. с 09 час. 45 мин. до 18 час. 00 мин.; 01.12.2017 г. с 09 час. 40 мин. до 18 час. 40 мин.; 07.12.2017 г. с 10 час.00 мин. до 16 час. 30 мин.; 20.12.2017 г. с 10 час. 50 мин. до 14 час. 10 мин.; 21.12.2017 г. с 09 час. 50 мин. до 17 час. 50 мин.; 22.12.2017 г. с 10 час. 10 мин. до 19 час. 15 мин.; 25.12.2017 г. с 10 час. 10 мин. до 13 час.45 мин.; 26.12.2017 г. с 09 час. 40 мин. до 17 час. 30 мин.; 28.12.2017 г. с 09 час. 50 мин. до 14 час. 10 мин.; 09.01.2018 г. с 09 час. 40 мин. до 17 час.20 мин.; 11.01.2018 г. с 09 час. 30 мин. до 18 час.15 мин.; 16.01.2018 г. с 09 час. 45 мин. до 17 час.20 мин.; 18.01.2018 г. с 09 час. 35 мин. до 17 час.50 мин.; 19.01.2018 г. с 09 час. 45 мин. до 17 час.10 мин.; 22.01.2018 г. с 09 час. 45 мин. до 18 час. 45 мин.; 24.01.2018 г. с 09 час. 45 мин. до 18 час. 10 мин.; 26.01.2018 г. с 09 час. 45 мин. до 18 час. 15 мин.; 29.01.2018 г. с 09 час. 40 мин. до 17 час. 05 мин.; 06.02.2018 г. с 12 час. 00 мин. до 18 час. 30 мин. (л.д. 13-14 т.1).

Суд полагает, что доводы истца о том, что 25 августа 2017 года было нарушено его право на прогулку и прослушивание радиопередач опровергаются материалами дела, поскольку, как следует из протокола задержания подозреваемого от 25.08.2017 ФИО1 был только задержан в 20:55 часов 25.08.2017 в кабинете следователя СО по г.Норильску, затем в этот день в кабинете следователя с участием ФИО1 составлялся протокол задержания в 21:00 час, проходил допрос подозреваемого в период с 21:09 до 21:15, проводилась выемка шорт с 21:41 до 21:43. Следовательно, в ИВС ОМВД России по г.Норильску ФИО1 был доставлен 25.08.2021 после 22:00 часов, когда прослушивание радиопередач и прогулка не могли проходить в связи с предоставлением времени для сна по распорядку дня ИВС (л.д. 8-11, 12-14, 15-16, 88 т.2).

Также суд учитывает, что 26.08.2017 ФИО1 для избрания меры пресечения этапировался из ИВС г.Норильска в Норильский городской суд с 10-45 до 14-30 минут; 13.09.2017 – с 12:45 до 13:50 этапировался конвоем в Норильскую межрайонную поликлинику для проведения СМЭ, для продления срока содержания под стражей этапировался в Норильский городской суд 21.12.2017 с 13-05 до 17-50 минут; 18.01.2018 с 13-45 до 17-50 минут; для производства следственных действий выводился из камеры: 30.08.2017 – с 14:30 до 14:55; 31.08.2017 – с 11:05 до 11:35, 06.09.2017 – с 15:00 до 16:45, 13.09.2017 – с 10:45 до 11:00, 14.11.2017 – с 11:05 до 12:40, 01.12.2017 – с 11:25 до 11:50, 07.12.2017 – с 15:05 до 15:40, 22.12.2017 – с 14:45 до 15:45, 25.12.2017 – с 10:25 до 12:00, 28.12.2017 – с 10:50 до 11:45, 09.01.2018 – с 15:00 до 16:35, 11.01.2018 – с 11:00 до 13:00 и с 14:00 до 15:10, 16.01.2018 – с 10:40 до 10:45, 22.01.2018 – с 11:00 до 13:00, 24.01.2018 – с 15:40 до 16:55, 26.01.2018 – с 15:40 до 17:00, 29.01.2018 – с 10:45 до 10:50 (л.д. 69, 70-71 т.2).

Согласно ответу ФКУ СИЗО-4 ГУФСИН России по Красноярскому краю (л.д. 35-3699 т.2) ФИО1 26 августа 2017 года прибыл в СИЗО-4 в 15-00 часов; отсутствовал в СИЗО-4:

30.08.2017 – с 09-10 до 15-30 часов;

31.08.2017 – с 09-40 до 19-10 часов;

04.09.2017 – с 09-10 до 17-17 часов;

06.09.2017 – с 09-30 до 18-30 часов;

13.09.2017 – с 09-25 до 14-16 часов;

19.10.2017 – с 09-22 до 18-25 часов;

26.10.2017 – с 09-40 до 15-50 часов;

27.10.2017 – с 09-26 до 17-49 часов;

31.10.2017 – с 09-30 до 17-43 часов;

02.11.2017 – с 09-26 до 18-05 часов;

14.11.2017 – с 09-20 до 18-40 часов;

01.12.2017 – с 09-30 до 18-45 часов;

07.12.2017 – с 10-00 до 16-50 часов;

20.12.2017 – с 09-25 до 15-05 часов;

21.12.2017 – с 09-32 до 18-15 часов;

22.12.2017 – с 09-53 до 14-00 часов;

25.12.2017 – с 09-53 до 14-00 часов;

26.12.2017 – с 09-27 до 17-44 часов;

28.12.2017 – с 09-10 до 14-40 часов;

09.01.2018 – с 09-15 до 17-50 часов;

11.01.2018 – с 09-10 до 18-31 часов;

16.01.2018 – с 09-30 до 17-50 часов;

18.01.2018 – с 09-22 до 18-05 часов;

19.01.2018 – с 09-10 до 17-35 часов;

22.01.2018 – с 09-33 до 19-02 часов;

24.01.2018 – с 09-35 до 18-35 часов;

26.01.2018 – с 09-34 до 18-30 часов;

29.01.2018 – с 09-05 до 17-25 часов;

06.02.2018 – с 09-10 до 18-45 часов.

Согласно распорядку дня в ФКУ СИЗО-4 ГУФСИН России по Красноярскому краю, куда был направлен после избрания меры пресечения в виде заключения под стражу 26 августа 2017 года, подозреваемым и обвиняемым ежедневно предоставлено время с 20-30 часов до 21-40 часов для просмотра телепередачи и прослушивания радиопередач (л.д. 52 т.2). Следовательно, во все дни содержания в ИВС ОМВД России по г.Норильску у ФИО1 имелась возможность прослушать радиопередачи в СИЗО-4 по возвращении из ИВС.

Кроме того, как следует из пояснений самого истца радиовещание в камерах СИЗО-4 осуществлялось в период с 06-00 до 22-00 (л.д. 102 т.2), следовательно, в вышеуказанные дни этапирования в ИВС ФИО1 мог дополнительно прослушать радиопередачи в утреннее время не менее двух часов (с 06-00 часов до подготовки к этапированию в 09 часов) и в вечернее время после возвращения в СИЗО-4 от часа (при возвращении в СИЗО в 19 часов) до четырех часов (при возвращении в 14 часов).

Относительно отсутствия прогулок в дни этапирования в ИВС суд учитывает, что ФИО1 содержался в ИВС за месяц:

в августе 2017 года – трижды (не считая 25.08.2017, когда он был доставлен в ИВС в позднее время) (26.08.2017, 30.08.2017, 31.08.2017),

в сентябре 2017 года – трижды (04.09.2017, 06.09.2017, 13.06.2017),

в октябре 2017 года – четыре раза (19.10.2017, 26.10.2017, 27.10.2017, 31.10.2017),

в ноябре 2017 года – дважды (02.11.2017 и 14.11.2017),

в декабре 2017 года – восемь раз (01.12.2017, 07.12.2017, 20.12.2017, 21.12.2017, 22.12.2017, 25.12.2017, 26.12.2017, 28.12.2017),

в январе 2018 года – девять раз (09.01.2018, 11.01.2018, 16.01.2018, 18.01.2018, 19.01.2018, 22.01.2018, 24.01.2018, 26.01.2018, 29.01.2018),

в феврале 2018 года – однажды (06.02.2018).

При этом суд принимает во внимание, что ФИО1 был лишен возможности прогулок на свежем воздухе не более двух дней подряд, кроме декабря 2017 года – января 2018 года незначительное число раз в месяц (от одного до четырех).

Также суд учитывает, что ФИО1 содержался в ИВС ОМВД России по г.Норильску, который располагается в районе Крайнего Севера, а погода в ряде из указанных дней декабря 2017 года – января 2018 года опускалась ниже – 45оС, что подтверждается данными сайтов погоды: Meteoinfo.ru, Accuweather.com, world-weather.ru.

Административным ответчиком предоставлена справка врио начальника СИЗО-4, согласно которой в дни этапирования прогулки подозреваемым и обвиняемым не предоставляются в связи с поздним возвращением (л.д. 111 т.2). Вместе с тем, исходя из распорядка дня ФИО1 после этапирования в ИВС при раннем возвращении в СИЗО-4 до 15-00 часов (13.09.2017 и 4 дня из восьми в декабре 2017 года (20.12.2017, 22.12.2017, 25.12.2017, 28.12.2017) могли быть предоставлены часовые прогулки по распорядку дня СИЗО-4, которые проводятся с 13-30 до 17-00 часов, однако, в связи с тем, что ФИО1 обратился в суд спустя значительное время после произошедших событий ответчик лишен возможности доказать либо опровергнуть данные обстоятельства.

Относительно доводов административного ответчика о том, что административный истец не мог не знать Правила внутреннего следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденными Приказом Минюста России от 14.10.2005 №, согласно п.134 которых подозреваемые и обвиняемые пользуются ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа, в случае если подозреваемый или обвиняемый участвовал в судебном заседании, следственных действиях или по иной причине в установленное время не смог воспользоваться ежедневной прогулкой, по его письменному заявлению ему предоставляется одна дополнительная прогулка установленной продолжительности, суд отмечает, что доказательств того, что ФИО1 в период с 25.08.2017 по 06.02.2018 было известно данное положение в материалы дела не представлено. Однако, также суд учитывает, что в случае написании жалоб и заявлений в различные государственные органы по поводу нарушения его прав ИВС г.Норильска, данные требования закона ему в обязательном порядке были бы разъяснены.

Во время нахождения в ИВС ОМВД России по г.Норильска ФИО1 прокуратурой г.Норильска неоднократно проверялись условия содержания подозреваемых и обвиняемых (л.д. 72 т.2). При этом на момент проверки (14.11.2017 в 15-10, 28.12.2017 в 13-50, 09.01.2018 в 13-00, 16.01.2018 в 12-05, 18.01.2018 в 11-05, 22.01.2018 в 17-00, 24.01.2018 в 12-20, 29.01.2018 в 14-10, 06.02.2018 в 17-30) ФИО1 находился в камерах ИВС, но жалоб от него на условия содержания не поступило.

Административный истец не обращался за психологической помощью в СИЗО-4 в связи с переживаниями по поводу непредоставления ему 30 часов прогулок в течение 5 месяцев и невозможности прослушивания радиопередач при нахождении в ИВС г.Норильска.

Также суд учитывает состояние здоровья административного истца, который является ... выявлена у него во время отбывания наказания 25.10.2014, при этом после освобождения из мест лишения свободы мер по лечению имеющегося заболевания не предпринял – согласно сведениям КГБУЗ «Норильская городская больница» ФИО1 на «...» учете не состоял (л.д. 19 т.2). Помимо этого, судом учитываются индивидуальные особенности административного истца, который неоднократно судим за совершение умышленных преступлений, в течение почти 15 лет с момента достижения совершеннолетия (15.11.2002) по 25.08.2017 год он пробыл на свободе чуть менее 3,5 лет (15.11.2002 – 02.02.2003, 15.03.2007 – 28.04.2007, 08.01.2012 – 22.10.2014, 19.05.2017 – 25.08.2017) (л.д. 65-68 т.2). Данные обстоятельства, никоим образом не умаляя права ФИО1 на надлежащие условия содержания в ИВС г.Норильска, по мнению суда в том числе характеризуют его отношение к собственному здоровью и отношение к ограничению личных прав и свобод.

Таким образом, оценивая представленные суду доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в административном деле доказательств, учитывая практику Европейского Суда по правам человека, размеры взысканных данным судом компенсаций в случаях многочисленных нарушений прав осужденных на надлежащие условия содержания (размер жизненного пространства, санитарно-гигиенические условия, качество и количество питания и т.д.) при отбывании наказания в круглосуточном непрерывном режиме в течение нескольких лет, с учетом обстоятельств настоящего дела – лишения административного истца 30 часов прогулок за 5 месяцев 12 дней, что составляет 18% от общего количества прогулок за указанный период, наличия возможности прослушивания радиопередач в СИЗО-4 в течение нескольких часов в каждый из дней, когда он был доставлен в ИВС, где отсутствуют радиоточки, принимая во внимание индивидуальные особенности ФИО1, суд полагает, что в пользу административного истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 7000 рублей, что будет соответствовать принципу разумности и справедливости.

Принимая во внимание положения ст. 125, 1069, 1071 ГК РФ, пп. 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации, ст. 9 Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ и пп. 100 п. 11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 21 декабря 2016 года №699, суд приходит к выводу о том, что взыскание морального вреда, причиненного в результате незаконных действий территориального органа внутренних дел, следует производить с Российской Федерации в лице МВД России как главного распорядителя бюджетных средств за счет казны Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 175-180 КАС РФ, суд

р е ш и л:

Административный иск ФИО1 к Министерству внутренних дел РФ о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 7000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований к Министерству финансов РФ, а также в удовлетворении требований к Отделу Министерства внутренних дел России по городу Норильск, Министерству финансов Российской Федерации отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по административным делам Красноярского краевого суда через Норильский городской суд Красноярского края в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий Н.В. Захарова

Решение принято в окончательной форме 18 июня 2021 года.