Решение № 2А-270/2017 2А-270/2017 ~ М-335/2017 М-335/2017 от 24 сентября 2017 г. по делу № 2А-270/2017

РЕШЕНИЕ №2а-270/2017

именем Российской Федерации

25 сентября 2017 года город Чита

Читинский гарнизонный военный суд в составе председательствующего Силищева Д.Н., при секретаре Гладких Ю.И., с участием прокурора – помощника военного прокурора гарнизона Дровяная <данные изъяты> юстиции Дамдинжапова Б.А., представителя командира войсковой части № и председателя аттестационной комиссии войсковой части № – ФИО1, представителя командира войсковой части №2 – ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда административное дело по административному исковому заявлению бывшего военнослужащего войсковой части №2 <данные изъяты> запаса ФИО3, об оспаривании действий командующего войсками Восточного военного округа, командиров войсковых частей № и №2, аттестационных комиссий войсковых частей № и №2 связанных с привлечением к дисциплинарной ответственности, не присвоением очередного звания, проведением аттестаций, увольнением с военной службы и исключением из списков личного состава воинской части, а также компенсации морального вреда,

установил:

ФИО3 обратился в суд с административным исковым заявлением, в котором указал, что проходил военную службу в войсковой части №2 в должности <данные изъяты>, в воинском звании «<данные изъяты>». В декабре 2016 года и 2 марта 2017 года он был рассмотрен на заседаниях аттестационных комиссий войсковых частей №2 и № соответственно, при этом с решением от декабря 2016 года он не ознакомлен, а по результатам последней было принято решение о досрочном увольнении его с военной службы в связи с невыполнением условий контракта. По представлению командира войсковой части № приказом командующего войсками Восточного военного округа от 10 мая 2017 года №, ФИО3 уволен военной службы в связи с невыполнением условий контракта. Приказом командира войсковой части № от 26 июня 2017 года №№-к ФИО3 исключен из списков личного состава воинской части, а приказом командира войсковой части № от 10 августа 2017 года №№ в приказ №№-к внесены изменения и дата исключения перенесена на 14 августа 2017 года. Кроме того, командирами войсковых частей №2 и № ФИО3 привлечен к дисциплинарной ответственности и на него 28 июня 2016 года, 13 января, 6 и 9 февраля, 6 и 14 апреля, 7 июня 2017 года наложены взыскания. Также командир войсковой части №2 своевременно не оформил представление к присвоению ФИО3 очередного воинского звания.

Полагая действия командующего войсками Восточного военного округа, командиров войсковых частей №2 и №, а также аттестационных комиссий указанных воинский частей незаконными, ФИО3 просил суд признать их таковыми и отменить решения аттестационных комиссий войсковых частей №2 и №, представление к увольнению и изданные в связи с этим приказы об увольнении заявителя с военной службы и исключении из списков личного состава воинской части, восстановив его на военной службе, а также отменить наложенные на него 28 июня 2016 года, 13 января, 6 и 9 февраля, 6 и 14 апреля, 7 июня 2017 года взыскания, и обязать командира войсковой части №2 оформить и направить документы на присвоение ФИО3 очередного воинского звания. Кроме того, заявитель просил возместить в качестве компенсации морального вреда 270 000 рублей.

В судебном заседании административный истец и его представитель поддержали заявленные требования и подтвердив доводы изложенные в заявлении и дополнении к нему, просили их удовлетворить в полном объёме. При этом ФИО3 пояснил, что 2 марта 2017 года состоялось заседание аттестационной комиссии, на котором он присутствовал, однако заключение до него доведено не было, также пояснил, что на момент исключения из списков личного состава воинской части он был обеспечен всеми положенными видами довольствия.

Представитель командира войсковой части № и председателя аттестационной комиссии войсковой части № – ФИО1, представитель командира войсковой части №2 – ФИО2, заявленные требования не признали и просили в их удовлетворении отказать в полном объёме.

Командующий войсками Восточного военного округа, командиры войсковых частей №2 и №, привлеченные в качестве административных соответчиков председатели аттестационных комиссий указанных воинский частей, их представители, а также представители заинтересованных лиц – Федерального казённого учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Забайкальскому краю» и Федерального казённого учреждения «Единый расчётный центр Министерства обороны Российской Федерации», надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания в суд не явились.

При этом в представленных в суд возражениях представитель Командующего войсками Восточного военного округа М просила в удовлетворении административного искового заявления отказать в полном объеме, рассмотрев дело в ее отсутствие.

В представленном заявлении представитель ФКУ «УФО МО РФ по Забайкальскому краю» К ходатайствовала о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Поскольку указанные выше лица о причинах неявки суду не сообщили и не ходатайствовали о рассмотрении дела исключительно с их участием, то суд, в соответствии с частью 6 статьи 226 КАС РФ полагал возможным провести судебное разбирательство в их отсутствие.

Участвующий в рассмотрении дела прокурор Дамдинжапов Б.А. полагал необходимым в удовлетворении заявления ФИО3 отказать в полном объеме.

Заслушав представителей командиров войсковых частей №2 и №, а также аттестационной комиссии войсковой части №, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Рассматривая требование ФИО3 о признании незаконным и отмене приказа командира войсковой части №2 от 28 июня 2016 года №№ в части касающейся наложения на административного истца дисциплинарного взыскания в виде предупреждения о неполном служебном соответствии, суд исходит из следующего.

Согласно ч.ч. 1 и 8 ст. 219 КАС РФ административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда лицу стало известно о нарушении его прав, свобод и законных интересов, при этом пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска.

В соответствии с ч.ч. 5 и 8 КАС РФ причины пропуска срока обращения в суд выясняются в судебном заседании, а пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд, является основанием для отказа в удовлетворении административного иска.

Как пояснил в судебном заседании административный истец, ему о наложенном взыскании стало известно в июле 2016 года, после чего в сентябре того же года приказ был доведен ему под роспись командованием части.

Таким образом, поскольку с июля 2016 года ФИО3 стало известно о существовании приказа о наложении на него взыскания в виде предупреждения о неполном служебном соответствии, суд приходит к выводу, что срок его обращения за судебной защитой по заявленному требованию в части признания незаконным приказа командира войсковой части №2 от 28 июня 2016 года №№ следует исчислять с 1 августа по 31 октября 2016 года.

Как видно из указанной в заявлении даты подачи его через организацию почтовой связи в Читинский гарнизонный военный суд, подтверждающейся сведениями штемпеля на конверте, административный истец обратился в суд за защитой своих прав только 28 августа 2017 года, то есть, по истечении установленного законом трёхмесячного срока на обращение в суд с административным исковым заявлением.

При этом каких-либо уважительных причин пропуска процессуального срока в заявлении не приведено, в связи с чем суд, не усматривая оснований для восстановления указанного срока, отказывает в удовлетворении административного искового заявления ФИО3 в данной части в связи с пропуском им процессуального срока обращения в суд.

Что касается требования ФИО3 о признании незаконными действий командира войсковой части №2, связанных с не оформлением представления на присвоение ФИО3 очередного воинского звания и не направлением его в вышестоящую воинскую часть для издания соответствующего приказа, суд исходит из следующего.

Как пояснил в ходе судебного заседания ФИО3, в сентябре 2016 года при доведении до него вышеуказанного приказа командира войсковой части №2 от 28 июня 2016 года №№, также от командования ему стало известно, что в связи с наложением данного взыскания, командир не оформил и не направил в вышестоящую воинскую часть представление на присвоение ФИО3 очередного воинского звания.

Таким образом, срок обращения за судебной защитой по заявленному требованию в части признания незаконными действий командира войсковой части №2, связанных с не оформлением представления на присвоение ФИО3 очередного воинского звания и не направлением его в вышестоящую воинскую часть для издания соответствующего приказа, следует исчислять с 1 октября по 31 декабря 2016 года.

Поскольку, как указано выше, ФИО3 обратился в суд за защитой своих прав только 28 августа 2017 года, через организацию почтовой связи, что подтверждается сведениями штемпеля на конверте, то есть по истечении установленного законом трёхмесячного срока на обращение в суд с заявлением, каких-либо уважительных причин пропуска процессуального срока в его заявлении не приведено, как не приведено таковых и в судебном заседании, в удовлетворении этого требования суд, не усматривая оснований для восстановления указанного срока, также отказывает в связи с пропуском процессуального срока обращения в суд.

Рассматривая же требования административного истца о признании незаконным решения аттестационной комиссии войсковой части №2 по результатам аттестации, проведенной в декабре 2016 года, суд исходит из следующего.

Как пояснил в ходе судебного заседания допрошенный в качестве свидетеля секретарь аттестационной комиссии Л., в декабре 2016 года ФИО3 лично присутствовал на заседании аттестационной комиссии, однако какого-либо решения по результатам проведенной аттестации в отношении ФИО3 принято не было. Вместе с тем, поскольку какого либо решения аттестационной комиссией принято не было, а административным истцом оспариваются действия аттестационной комиссии войсковой части №2 по проведению в отношении него аттестации в декабре 2016 года, и учитывая, что более точную дату ни административный истец, ни Л указать не смогли, срок на обжалование указанных действий аттестационной комиссии войсковой части №2 следует исчислять с 1 января по 31 марта 2017 года.

Поскольку, ФИО3 обратился в суд за защитой своих прав только 28 августа 2017 года, то есть по истечении установленного законом трёхмесячного срока на обращение в суд с заявлением, каких-либо уважительных причин пропуска процессуального срока в его заявлении не приведено, как не приведено таковых и в судебном заседании, в удовлетворении этого требования суд, не усматривая оснований для восстановления указанного срока, также отказывает в связи с пропуском процессуального срока обращения в суд.

Рассматривая требования о признании незаконными приказов связанных с привлечением ФИО3 к дисциплинарной ответственности, командира войсковой части №2 от 13 января 2017 года №12, от 6 февраля 2017 года №№, командира войсковой части № от 9 февраля 2017 года №№, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из листа ознакомления, ФИО3 7 и 14 февраля 2017 года был ознакомлен со служебной карточкой, что подтвердил в судебном заседании и сам административный истец.

Таким образом, срок обращения за судебной защитой по заявленным требованиям в части признания незаконными приказов командира войсковой части №2, связанных с привлечением ФИО3 к дисциплинарной ответственности, от 13 января 2017 года №12, от 6 февраля 2017 года №№, следует исчислять с 8 февраля по 10 мая 2017 года, а в части признания незаконным приказа командира войсковой части № от 9 февраля 2017 года №№ – с 15 февраля по 15 мая 2017 года.

Поскольку ФИО3 обратился в суд за защитой своих прав только 28 августа 2017 года, то есть по истечении установленного законом трёхмесячного срока на обращение в суд с заявлением, каких-либо уважительных причин пропуска процессуального срока в его заявлении не приведено, как не приведено таковых и в судебном заседании, в удовлетворении этого требования суд, не усматривая оснований для восстановления указанного срока, также отказывает в связи с пропуском процессуального срока обращения в суд.

Что касается требования административного истца о признании незаконным заключения аттестационной комиссии войсковой части № от 2 марта 2017 года, суд исходит из следующего.

Как пояснил в ходе судебного заседания секретарь аттестационной комиссии З, 2 марта 2017 года ФИО3 лично присутствовал на заседании аттестационной комиссии.

Как следует из аттестационного листа, ФИО3 был с ним ознакомлен 10 марта 2017 года, о чем свидетельствует его подпись.

Таким образом, срок его обращения за судебной защитой по заявленному требованию в части признания незаконным заключения аттестационной комиссии войсковой части № от 2 марта 2017 года следует исчислять с 11 марта по 13 июня 2017 года.

Поскольку ФИО3 обратился в суд за защитой своих прав только 28 августа 2017 года, то есть по истечении установленного законом трёхмесячного срока на обращение в суд с заявлением, каких-либо уважительных причин пропуска процессуального срока в его заявлении не приведено, как не приведено таковых и в судебном заседании, в удовлетворении этого требования суд, не усматривая оснований для восстановления указанного срока, также отказывает в связи с пропуском процессуального срока обращения в суд.

Что касается требований ФИО3 об оспаривании действий командира войсковой части №, связанных с представлением его к увольнению, и командующего войсками Восточного военного округа, связанных с увольнением ФИО3 с военной службы, суд исходит из следующего.

Как усматривается из копии представления, составленного командиром войсковой части №2 2 марта 2017 года, ФИО3 представляется к досрочному увольнению с военной службы в запас, в связи с невыполнением военнослужащим условий контракта, командир войсковой части № ходатайствовал о досрочном увольнении ФИО3 с военной службы по тем же основаниям.

Как следует из приказа командующего войсками Восточного военного округа от 10 мая 2017 года №, ФИО3 досрочно уволен с военной службы в запас в связи с невыполнением условий контракта, при этом в качестве основания для издания приказа указано представление командира войсковой части № от 2 марта 2017 года.

Как пояснил в ходе судебного заседания начальник отделения кадров войсковой части № З, допрошенный в качестве свидетеля, 25 мая 2017 года он лично доводил до ФИО3 поступивший в войсковую часть приказ командующего войсками Восточного военного округа от 10 мая 2017 года № в части досрочного увольнения его с военной службы, при этом ФИО3 отказался поставить подпись об ознакомлении, о чем был составлен соответствующий акт.

Из копии акта от 25 мая 2017 года, утвержденного врио командира войсковой части №, следует, что 25 мая 2017 года <данные изъяты> ФИО3 в кабинете № штаба войсковой части № была доведена выписка из приказа командующего войсками Восточного военного округа № от 10 мая 2017 года об увольнении его с военной службы в связи с невыполнением условий контракта. При этом ФИО3 ставить подпись об ознакомлении отказался.

В связи с этим, изложенный в административном исковом заявлении довод ФИО3 о том, что с данным приказом он был ознакомлен 26 мая 2017 года, является несостоятельным, поскольку опровергается актом войсковой части № от 25 мая 2017 года, а также показаниями свидетеля З

На основании вышеизложенного суд делает вывод, что и о представлении на увольнение административному истцу стало известно не позднее ознакомления с приказом командующего войсками Восточного военного округа об увольнении ФИО3 с военной службы – 25 мая 2017 года, поскольку именно представление командира войсковой части № от 2 марта 2017 года указано в приказе как основание для увольнения.

Таким образом, срок его обращения за судебной защитой по требованиям в части признания незаконными действий командира войсковой части №, связанных с представлением его к увольнению, и командующего войсками Восточного военного округа, связанных с увольнением ФИО3 с военной службы следует исчислять с 26 мая по 25 августа 2017 года.

Поскольку ФИО3 обратился в суд за защитой своих прав только 28 августа 2017 года, то есть по истечении установленного законом трёхмесячного срока на обращение в суд с заявлением, каких-либо уважительных причин пропуска процессуального срока в его заявлении не приведено, как не приведено таковых и в судебном заседании, в удовлетворении этого требования суд, не усматривая оснований для восстановления указанного срока, также отказывает в связи с пропуском процессуального срока обращения в суд.

Рассматривая требования о признании незаконным приказов командира войсковой части №, связанных с привлечением ФИО3 к дисциплинарной ответственности, от 6 апреля 2017 года №№ и от 14 апреля 2017 года №№, суд приходит к следующим выводам.

Как пояснил в ходе рассмотрения дела ФИО3, в конце апреля 2017 года, на точную дату он указать не смог, он узнал об указанных взысканиях, имел возможность их обжаловать, чего им сделано не было.

Таким образом, срок обращения за судебной защитой по заявленным требованиям в части признания незаконными приказов командира войсковой части №, связанных с привлечением ФИО3 к дисциплинарной ответственности, от 6 апреля 2017 года №№ и от 14 апреля 2017 года №№, следует исчислять с 1 мая по 31 июля 2017 года.

Поскольку ФИО3 обратился в суд за защитой своих прав только 28 августа 2017 года, то есть по истечении установленного законом трёхмесячного срока на обращение в суд с заявлением, каких-либо уважительных причин пропуска процессуального срока в его заявлении не приведено, как не приведено таковых и в судебном заседании, в удовлетворении этого требования суд, не усматривая оснований для восстановления указанного срока, также отказывает в связи с пропуском процессуального срока обращения в суд.

Рассматривая же требования административного истца в части признания незаконными приказа командира войсковой части №2 о привлечении его к дисциплинарной ответственности в виде выговора 7 июня 2017 года, суд исходит из следующего.

Так, согласно части 1 статьи 1 Федерального закона от 27 мая 1998 №76-ФЗ «О статусе военнослужащих» следует, что статус военнослужащих есть совокупность прав, свобод, гарантированных государством, а также обязанностей и ответственности военнослужащих, установленных настоящим Федеральным законом, федеральными конституционными законами, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Из пункта 1 статьи 28.2 этого же Федерального закона следует, что военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности за дисциплинарный проступок, то есть за противоправное, виновное действие (бездействие), выражающееся в нарушении воинской дисциплины, которое в соответствии с законодательством Российской Федерации не влечет за собой уголовной или административной ответственности.

Согласно пунктам 16 и 19 главы 1 части 1 Устава внутренней службы Вооруженных Сил РФ военнослужащий обязан строго соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы Российской Федерации, требования общевоинских уставов, обязан уважать честь и достоинство других военнослужащих, соблюдать правила воинской вежливости, поведения, выполнения воинского приветствия.

Как следует из пункта 81 главы 4 Дисциплинарного Устава Вооруженных Сил РФ принятию командиром (начальником) решения о применении к подчиненному военнослужащему дисциплинарного взыскания предшествует разбирательство.

Разбирательство проводится в целях установления виновных лиц, выявления причин и условий, способствовавших совершению дисциплинарного проступка, как правило, непосредственным командиром (начальником) военнослужащего, совершившего дисциплинарный проступок, или другим лицом, назначенным одним из прямых командиров (начальников), без оформления письменных материалов, за исключением случаев, когда командир (начальник) потребовал представить материалы разбирательства в письменном виде. При этом военнослужащий, назначенный для проведения разбирательства, должен иметь воинское звание и воинскую должность не ниже воинского звания и воинской должности военнослужащего, совершившего дисциплинарный проступок.

Согласно пункту 67 той же главы Устава младшим и старшим офицерам могут применяться следующие виды дисциплинарных взысканий: выговор, строгий выговор, предупреждение о неполном служебном соответствии, снижение в воинской должности, досрочное увольнение с военной службы в связи с невыполнением условий контракта.

В соответствии с пунктом 63 указанной главы Устава командир полка имеет право объявлять выговор и строгий выговор, предупреждать о неполном служебном соответствии.

Согласно приказу командира войсковой части №2 от 7 июня 2017 года №№ <данные изъяты> ФИО3 за нарушение Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, выразившееся в нарушении законодательства о государственной службе, был привлечён к дисциплинарной ответственности в виде выговора.

Наличие указанного дисциплинарного проступка подтверждается записью в служебной карточке ФИО3

Кроме того, как установлено в судебном заседании, основанием для издания приказа о привлечении ФИО3 к дисциплинарной ответственности послужило представление об устранении нарушений закона, вынесенное заместителем военного прокурора гарнизона Дровяная в адрес командира войсковой части №2 по результатам прокурорской проверки в указанной воинской части.

В результате прокурорской проверки было установлено нарушение ФИО3 законодательства о государственной службе, а именно административным истцом при представлении сведений о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера недостоверно указан размер общего дохода за отчетный период, не указаны имеющийся банковский счет, на который поступает денежное довольствие военнослужащего, а также сведения о жилом помещении, находящемся в его пользовании на основании фактического предоставления. Указанные нарушения действующего законодательства допущены в результате ненадлежащего исполнения обязанностей военнослужащего <данные изъяты> ФИО3, который в нарушение пункта 16 Устава внутренней службы Вооруженных Сил РФ представил недостоверные сведения о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера.

В судебном заседании ФИО3 признал допущенные им нарушения законодательства о государственной службе.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что командир войсковой части №2, действуя в пределах своих полномочий, а кроме того, во исполнение представления заместителя военного прокурора гарнизона Дровяная об устранении нарушений закона, правомерно привлёк административного истца к дисциплинарной ответственности.

Поскольку ненадлежащее исполнение обязанностей военной службы ФИО3 является значительным отступлением от требований законодательства о воинской обязанности и военной службе, суд, не усматривая в действиях командира войсковой части №2 нарушений прав ФИО3, полагает его требования в этой части необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Относительно оспариваемых административным истцом действий командиров войсковых частей №2 и №, связанных с исключением его из списков личного состава части, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 11 статьи 38 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» окончанием военной службы считается дата исключения военнослужащего из списков личного состава воинской части, которая, по общему правилу, совпадает с днём истечения срока военной службы. Военнослужащий должен быть исключён из списков личного состава воинской части в день истечения срока его военной службы, за исключением случаев, перечисленных в данном пункте Закона, а также в иных случаях, установленных Положением.

Аналогичные правовые нормы закреплены также в пунктах 23 и 24 статьи 34 указанного выше Положения, в которых кроме того отмечено, что военная служба оканчивается в день исключения военнослужащего из списков личного состава воинской части в связи, в том числе и с увольнением с военной службы. Военнослужащий, уволенный с военной службы, должен быть исключён из списков личного состава воинской части в день истечения срока его военной службы (уволенный досрочно – не позднее дня истечения срока его военной службы) и не позднее чем через месяц со дня поступления в воинскую часть выписки из приказа об увольнении военнослужащего с военной службы, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 11 статьи 38 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» и указанным Положением.

Анализ приведённого выше законодательства указывает на то, что военнослужащий, уволенный с военной службы, в условиях отсутствия случаев, предусмотренных пунктом 11 статьи 38 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», не позднее чем через месяц со дня поступления в воинскую часть выписки из приказа об увольнении его с военной службы подлежит безусловному исключению из списков личного состава воинской части.

Как видно из выписки из приказа командира войсковой части № от 26 июня 2017 года №№-к, уволенный с военной службы в запас на основании приказа Командующего войсками Восточного военного округа от 10 мая 2017 года № <данные изъяты> ФИО3 с 9 августа этого же года исключен из списков личного состава воинской части и направлен для постановки на воинский учёт в соответствующий отдел военного комиссариата.

Как следует из выписки из приказа командира войсковой части №2 от 9 августа 2017 года №153, ФИО3 на основании рапорта военнослужащего и справки №837 от 9 августа 2017 года, с 9 августа 2017 года освобожден от выполнения служебных обязанностей в связи с болезнью сроком на 3 суток, на основании чего приказом командира войсковой части № от 10 августа 2017 года №№ в вышеуказанный приказ от 26 июня 2017 года №№-к внесены изменения, и дата исключения ФИО3 из списков личного состава воинской части перенесена на 14 августа 2017 года.

При этом основанием для издания приказа об исключении ФИО3 из списков личного состава воинской части явился именно вышеуказанный приказ об увольнении его с военной службы.

Таким образом, учитывая требования и нормы действующего законодательства в совокупности с фактическими обстоятельствами дела, суд приходит к выводу, что оспариваемые ФИО3 приказы командира войсковой части № от 26 июня 2017 года №№-к и от 10 августа 2017 года №№ об исключении его из списков личного состава части, были изданы во исполнение ранее изданного приказа об увольнении его с военной службы.

Что же касается доводов административного истца о не направлении его на стационарное лечение в 321 военный клинический госпиталь Министерства обороны Российской Федерации, как указано в административном исковом заявлении, ФИО3 обратился к командованию войсковой части №2 за направлением на стационарное лечение лишь 22 августа 2017 года, то есть будучи исключенным из списков личного состава воинской части.

Довод заявителя о нарушении его права на медицинскую помощь является несостоятельным, поскольку в соответствии с Федеральным законом от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», объективно у административного истца имелась возможность обратиться за медицинской помощью в соответствующую медицинскую организацию.

Как следует из расчётных листков на имя административного истца за июль и август 2017 года, перечисление денежного довольствия ФИО3 при исключении его из списков личного состава воинской части было произведено в полном объёме 14 августа 2017 года.

Как пояснил в ходе судебного заседания административный истец, всеми положенными видами довольствия на момент исключения из списков личного состава воинской части он был обеспечен в полном объёме.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что препятствий для исключения административного истца из списков личного состава воинской части не имелось, при исключении из списков личного состава части его права нарушены не были, поэтому данное требование удовлетворению также не подлежит.

В соответствии со статьёй 151 ГК РФ компенсации подлежит моральный вред, причиненный действиями, нарушающими личные неимущественные права либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

Поскольку заявление ФИО3 удовлетворению не подлежит, то и в удовлетворении требования заявителя о компенсации морального вреда, причиненного ему действиями должностных лиц, также надлежит отказать.

Разрешая вопрос, связанный с возмещением судебных расходов по делу, суд руководствуется положениями статьи 111 КАС РФ и не усматривает оснований для их возврата административному истцу.

На основании изложенного и, руководствуясь статьями 175-180 и 227 КАС РФ, суд

решил:

В удовлетворении административного искового заявления бывшего военнослужащего войсковой части №2 <данные изъяты> запаса ФИО3 – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Восточно-Сибирский окружной военный суд через Читинский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Председательствующий Д.Н. Силищев