Решение № 2-324/2019 2-324/2019~М-209/2019 М-209/2019 от 12 июня 2019 г. по делу № 2-324/2019

УИД 66RS0015-01-2019-000274-81

Дело № 2-324/2019

Мотивированное
решение составлено 12.06.2019 г.

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

07 июня 2019 года г. Асбест

Асбестовский городской суд Свердловской области в составе судьи Емашовой Е.А., с участием помощника прокурора города Асбеста Задориной А.С., при секретарях судебного заседания Лешневе П.Б., Жигаловой С.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству внутренних дел Российской Федерации, Межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации «Асбестовский», Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда,

У с т а н о в и л :

Истец ФИО1 обратился в Асбестовский городской суд с исковым заявлением к Министерству внутренних дел Российской Федерации, Межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации «Асбестовский», Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, указав, что в период с июля 2015 года по май 2016 года находился в ИВС МО МВД «Асбестовский». За время содержания существенно нарушались его права и свободы. Условия содержания не соответствовали требования закона. Истец был лишен возможности пользоваться ежедневной прогулкой и дышать свежим воздухом, пользоваться дневным светом в камере из-за отсутствия в камере окон; мыться в душе не реже одного раза в неделю; смотреть телевизор; пользоваться магазином и услугами психолога; читать газеты; не выдавались гигиенические средства, такие как: мыло, стиральный порошок, туалетная бумага. Также истец указал, что содержался в ИВС МО МВД «Асбестовский» более чем 10 суток в течение месяца.

Истец считает, что в результате ненадлежащих условий содержания ему был причинен моральный вред, в виде физических и нравственных страданий, которые необходимо компенсировать в размере 30 000,00 руб.

Также истец дополнил свои исковые требования, указав, что в камерах было полное отсутствие свежего воздуха, камеры не проветривались, вследствие чего воздух в камерах очень спертый, вентиляция, которой оборудованы камеры, закупорена пылью и работала лишь на вытяжку. Единственным источником для доступа в камеру воздуха являлись цели, которые имелись в дверях камеры. Истец указывает, что медицинская помощь в ИВС не предоставлялась, вербальные и письменные обращения об оказании медицинской помощи игнорировались, в связи с чем истец был вынужден заниматься самолечением.

Как указывает истец в дополнении к исковому заявлению, средства личной гигиены не выдавались, в связи, с чем было крайне затруднено должным образом соблюдать личную гигиену. Отсутствие окон порождало сырость, неприятный запах потных тел, а отсутствие дезинфекции - тараканов, клопов, крыс, мошек, мух и бельевых вшей. В данных условиях приходилось принимать пищу в камере, где царит антисанитария. Санузел был неисправен, частично протекала и разливалась по полу вода, в связи, с чем угол, где был установлен санузел, был полностью покрыт грибком. В связи с отсутствием библиотеки в ИВС г.Асбеста, где можно было получить книги уголовно-правового содержания, истец не мог должным образом защитить себя на стадии следствия и в суде. Из-за таких ощутимых трудностей истец все время своего пребывания в ИВС чувствовал себя беспомощным, беззащитным, не обладающим юридическим образованием, словно загнанным в клетку зверем, что доставляло ему моральные и нравственные страдания.

Отсутствовал также в камерах естественный свет, искусственное освещение было недостаточно, что доставляло истцу существенные неудобства и осложнения, при имеющимся зрении <данные изъяты>

Также в дополнениях к исковому заявлению истец указывает, что его содержание в ИВС г. Асбеста более 10 суток в течение месяца, наводило на него страх, что он будет подвергнут пыткам и истязаниям со стороны сотрудников полиции, чтобы добиться от него признаний по уголовному делу. Его постоянно тревожила мысль, из-за чего, должностные лица нарушают закон, удерживая его в ИВС более допустимых сроков содержание, и из-за наплыва мрачных мыслей обращался с просьбой о помощи психолога. Однако, все его просьбы и обращения сотрудниками ИВС игнорировались. В связи, с чем истца охватывал еще больший панический страх от состояния беспомощности и кошмарных суицидальных мыслей, что он будет содержаться в таких нечеловеческих условиях до конца своих дней. От данных психических переживаний истец испытывал весьма ощутимые моральные и физические страдания.

Истец считает, что за каждый день содержания в ИВС МО МВД России «Асбестовский» в ненадлежащих условиях, не превышающих общее количество суток в течение месяца, следует взыскать в его пользу 1200,00 руб.; за каждый день содержания в ИВС МО МВД России «Асбестовский» в ненадлежащих условиях, с превышением общего количества суток в течение месяца, следует взыскать в его пользу 2500,00 руб. Поскольку истец содержался в ИВС МО МВД России «Асбестовский» в общем 61 сутки, а с нарушением сроков содержания 11 суток, просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 110 700,00 рублей.

Истец ФИО1, находится в местах изоляции от общества в ФКУ ИК 19 ГУФСИН России по Свердловской области, ранее участвовал в судебных заседаниях посредством видеоконференц-связи, однако после перерыва объявленного 18.04.2019 года в день рассмотрения дела в суде 07.06.2019 года организовать проведение судебного заседания с использованием видеоконференц-связи не удалось.

В судебном заседании представитель ответчика – МО МВД России «Асбестовский» ФИО2 возражал против удовлетворения иска, поддержал доводы письменного возражения, полагает, что истцом не доказаны факты его ненадлежащего содержания в ИВС, так зона превратности обеспечена перегородкой, также в камерах имеются неполно размерные окна, и это связано с конструкцией здания и нахождением ИВС в подвале здания МО МВД «Асбестовский», в камерах имеются лампы дневного света, проводится санитарная обработка помещений ИВС, вентиляция обеспечивается вытяжной вентиляцией, в камерах имеются спальные места, столы, скамейки, раковины; также полагает, что причинно-следственная связь между ухудшением состояния здоровья истца и действиями ответчиков истцом не доказана. С доводом о том, что истцу не предоставлялись ежедневные прогулки согласен, так же дополнительно пояснил, что МО МВД России «Асбестовский» предпринимаются и предпринимались ранее действия для того, чтобы муниципалитет рассмотрел вопрос о выделе земельного участка для строительства нового здания ИВС, так как существующее помещение ИВС находится в подвальном помещении здания МО МВД «Асбестовский», почти в центре города, в непосредственной близости к жилым домам, что не позволяет организовать прогулочный двор.

Иные участники процесса в суд не явились, предоставили мнения по иску, извещены надлежащим образом, что в силу ст. 167 ГПК РФ не препятствует рассмотрению дела при установленной явке.

Представителем ответчика Министерства внутренних дел Российской Федерации направлены возражения на исковое заявление и ходатайство о рассмотрении дела без участия представителя, просит в удовлетворении иска отказать, так как считает требования не законными и не обоснованными.

Представитель ответчика - Министерства финансов Российской Федерации также представил возражение на исковое заявление, полагает требования истца необоснованными, не соответствующими нормам права и не подлежащими удовлетворению, просил рассмотреть дело без участия представителя.

Прокурор в своем заключении указал, что требования истца в части компенсации морального вреда в виду отсутствия прогулочного дворика в ИВС МО МВД «Асбестовский» и как следствие отсутствие прогулок, а также, в виду содержания истца свыше 10 суток в месяц в некоторые периоды 2015 года, подлежит удовлетворению, но в меньшем размере, чем заявлено истцом, так же полагает, что истцом не доказан факт ухудшения состояния его здоровья именно от действий (бездействий) ответчиков.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией РФ.

Согласно ч. 1 ст. 46 Конституции РФ, каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Исходя из этого, а также из положений ч. 4 ст. 15, ч. 1 ст. 17, ст. 18 Конституции РФ права и свободы человека согласно общепризнанным принципам и нормам международного права, а также международным договорам Российской Федерации являются непосредственно действующими в пределах юрисдикции Российской Федерации.

Согласно ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека к «бесчеловечному обращению» относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические и нравственные страдания.

В соответствием с п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ», суды должны учитывать необходимость соблюдения прав лиц, содержащихся под стражей, предусмотренных статьями 3, 5, 6 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

В соответствии со ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии со ст. 1069 ГК РФ, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта РФ или казны муниципального образования.

В таком же порядке возмещается и моральный вред – физические либо нравственные страдания.

В силу ч. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регламентируются Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее - Закон № 103-ФЗ).

Статьей 7 Закона № 103-ФЗ установлено, что местами содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых являются: следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации; следственные изоляторы органов федеральной службы безопасности; изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел; изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых Пограничных войск Российской Федерации.

Согласно ст. 9 Закона № 103-ФЗ изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел и Пограничных войск Российской Федерации предназначены для содержания под стражей задержанных по подозрению в совершении преступлений. В изоляторах временного содержания в случаях, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, могут временно содержаться подозреваемые и обвиняемые, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу.

В соответствии со ст. 15 Закона № 103-ФЗ в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Истец ФИО1 в 2018 году содержался в ИВС МО МВД РФ «Асбестовский в следующие периоды: с *Дата* по *Дата*, с *Дата* по *Дата*, с *Дата* по *Дата*, с *Дата* по *Дата*, с *Дата* по *Дата*, с *Дата* по *Дата*, с *Дата* по *Дата*, с *Дата* по *Дата*, с *Дата* по *Дата*, с *Дата* по *Дата*, с *Дата* по *Дата*, с *Дата* по *Дата*, с *Дата* по *Дата*, с *Дата* по *Дата*, с *Дата* по *Дата*, с *Дата* по *Дата*, с *Дата* по *Дата*, всего 84 суток, что подтверждается представленной в материалы дела камерной карточкой, не оспаривается ни истцом, ни ответчиком.

Права подозреваемых и обвиняемых и их обеспечение во время содержания под стражей регулируются главой II Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ (в редакции Федеральных законов от 21.07.1998 № 117-ФЗ, от 09.03.2001 № 25-ФЗ (ст. 17- ст. 31).

Так, согласно ст. 17 Закона № 103-ФЗ, подозреваемые и обвиняемые имеют право: получать бесплатное питание, материально - бытовое и медико - санитарное обеспечение, в том числе в период участия их в следственных действиях и судебных заседаниях (п.9); пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа (п.11).

Кроме этого, подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в следственных изоляторах, могут переводиться в изоляторы временного содержания в случаях, когда это необходимо для выполнения следственных действий, судебного рассмотрения дел за пределами населенных пунктов, где находятся следственные изоляторы, из которых ежедневная доставка их невозможна, на время выполнения указанных действий и судебного процесса, но не более чем на десять суток в течение месяца (ст. 13 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ)

Статья 23 указанного Федерального закона устанавливает, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности, все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности вентиляционным оборудованием. По заявлению подозреваемых и обвиняемых радиовещание в камере может быть приостановлено либо установлен график прослушивания радиопередач.

Приказом Министерства внутренних дел России № 950 от 22.11.2005 г. утверждены Правила, внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел (далее - Правила).

В соответствии с п.45 правил, камеры ИВС оборудуются, в том числе: индивидуальными нарами или кроватями; столом и скамейками по лимиту мест в камере; санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности; краном с водопроводной водой; светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа; приточной и/или вытяжной вентиляцией.

Подозреваемые и обвиняемые пользуются ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа (п.130 Правил).

Представителем МО МВД России «Асбестовский» подтверждено, что ИВС располагается в подвальном помещении здания полиции, 1968 года постройки, в камерах имеются неполно размерные окна, и это связано с конструкцией здания и нахождением ИВС в подвале здания МО МВД «Асбестовский», часть окон камер ИВС закрыты листами железа во избежание попыток побега, однако имеется искусственное освещение (над входной дверью камеры имеются лампы дневного света), проводится санитарная обработка помещений ИВС, вентиляция обеспечивается вытяжной вентиляцией, в камерах имеются спальные места, столы, скамейки, раковины, туалет огорожен ширмой-перегородкой высотой не менее 1 метра. При этом представителем ответчика не оспаривается, что прогулочный дворик отсутствовал, отсутствует в настоящее время, прогулки не осуществляются, решением Асбестовского городского суда от 09.06.2018 года на МО МВД России «Асбестовский» возложена обязанность оборудовать изолятор временного содержания прогулочным двором в соответствии с Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД России № 950 от 22.11.2005 г. в срок до 01.07.2019 года.

ФИО1 заявляя свои требования о взыскании компенсации морального вреда, указал суду, что в камерах, где он содержался, отсутствовала надлежащая вентиляция, так как не поступал «свежий воздух», освещение было недостаточное, не были соблюдены условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарной безопасности, в помещениях сырость, неприятный запах, также указывал, что в период его содержания, отсутствовали библиотека, средства массовой информации, услуги психолога, не предоставлялись средства личной гигиены, а так же не осуществлялись прогулки и не всегда по его требованию, предоставлялась возможность посещения душа, тем более, что он находился в ИВС свыше установленных 10 суток в месяц.

В материалы дела Прокуратурой г. Асбеста Свердловской области представлены материалы надзорных производств *Номер* по обращениям ФИО1 В ходе прокурорских проверок условий содержания в ИВС МО МВД России «Асбестовский» были выявлены нарушения ст. 13 ФЗ №103-ФЗ от *Дата* «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», в частности, ФИО1 содержался в ИВС МО МВД России «Асбестовский» в июле 2015 – 14 дней, в августе 2016 г. – 14 дней, в октябре 2015 г. -13 дней. Данные обстоятельства подтверждаются ответами прокуратуры г. Асбеста от *Дата* *Номер*, от *Дата* *Номер* соответственно, а также было выявлено нарушение в части не предоставления прогулок, с жалобами на иные нарушения ФИО1 не обращался.

Также установлено, что решением Асбестовского городского суда от 09.06.2018 года по иску прокурора города Асбеста в защиту интересов неопределенного круга лиц к межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации «Асбестовский» о возложении обязанности устранить нарушения законодательства, оборудовав изолятор временного содержания межмуниципального отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации «Асбестовский» прогулочным двором, вступившим в законную силу 17.07.2018 г., на межмуниципальный отдел Министерства внутренних дел Российской Федерации «Асбестовский» возложена обязанность оборудовать изолятор временного содержания межмуниципального отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации «Асбестовский» прогулочным двором в соответствии с Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД России №950 от 22.11.2005 г. в срок до 01.07.2019 года.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, из представленных истцом и ответчиком доказательств следует, что своим правом пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа, истец не мог, в виду отсутствия прогулочного дворика. Указанный факт ответчиком не оспаривался, как и факты содержания истца в ИВС МО МВД России «Асбестовский» за период с июля 2015 г. по октябрь 2016 г., более чем на десять суток в течение месяца.

Как следует из п.47 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД России №950 от 22.11.2005 г. не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут.

В судебном заседании установлено и подтверждается материалами дела, а также не оспаривается представителем ответчика, что истцу не предоставляли возможность помывки в душе не реже одного раза в неделю, в связи с чем, суд приходит к выводу, что такие действия должностных лиц повлекли нарушение неимущественных прав истца.

Однако доводы иска о том, что система смыва санузла и вентиляции не обеспечивала санитарно-гигиенические требования к состоянию воздуха в камерах, а также факт недостаточности освещения, и отсутствие средств массовой информации, надлежащими доказательствами не подтверждены.

Требования к медико-санитарному обеспечению в местах содержания под стражей установлены в ст. 24 Закона № 103-ФЗ, в соответствии с которой на администрацию указанных мест возложена обязанность выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых. Оказание медицинской помощи и обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия в местах содержания под стражей организуются в соответствии с законодательством в сфере охраны здоровья.

Порядок оказания медицинской, в том числе психиатрической, помощи подозреваемым и обвиняемым, а также порядок их содержания в медицинских организациях и привлечения к их обслуживанию медицинских работников этих организаций определяются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения, федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, федеральным органом исполнительной власти в области обеспечения безопасности и федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел.

Медицинская помощь лицам, содержащимся в ИВС оказывается в соответствии с Приказом Минюста России от 28.12.2017 № 285 «Об утверждении Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы».

В силу пунктов 8-11 указанного выше приказа, лицам, заключенным под стражу, или осужденным первичная медико-санитарная помощь в амбулаторных условиях оказывается в медицинской части (здравпункте) или в процедурных кабинетах медицинской части, расположенных в режимных корпусах СИЗО и тюрем, в штрафном изоляторе (далее - ШИЗО), дисциплинарном изоляторе (далее - ДИЗО), в помещении, функционирующем в режиме СИЗО (далее - ПФРСИ), в помещении камерного типа (далее - ПКТ), едином помещении камерного типа (далее - ЕПКТ), в запираемых помещениях строгих условий отбывания наказания (далее - медицинские кабинеты), при их наличии, в соответствии с режимом работы медицинской части (здравпункта).

Вызов в учреждение УИС медицинского работника или бригады скорой медицинской помощи, организация медицинской эвакуации лиц, заключенных под стражу, или осужденных в часы, когда режимом работы медицинской части (здравпункта) не предусмотрено нахождение в ней медицинских работников, осуществляются дежурным помощником начальника учреждения УИС.

В случае невозможности оказания медицинской помощи в одном из структурных подразделений медицинской организации УИС лица, заключенные под стражу, или осужденные направляются в иные структурные подразделения медицинской организации УИС или медицинские организации, где такая медицинская помощь может быть оказана.

Осмотр медицинским работником медицинской организации УИС (далее - медицинский работник) лиц, заключенных под стражу, и выполнение назначений врача (фельдшера) производятся: в рабочие дни ежедневно - во время покамерных обходов или в медицинской части (медицинском кабинете); в выходные дни и праздничные дни - в медицинской части (медицинском кабинете) при обращении указанных категорий лиц за медицинской помощью к любому сотруднику дежурной смены учреждения УИС или при наличии назначений врача (фельдшера).

Лекарственные препараты лицам, заключенным под стражу, или осужденным на руки не выдаются. Прием лекарственных препаратов осуществляется в присутствии медицинского работника.

В соответствии с пунктами 23-24, 28 Приказа Минюста России от 28.12.2017 № 285, лица, заключенные под стражу, или осужденные, прибывшие в СИЗО, в том числе следующие транзитом (далее - лица, доставленные в СИЗО), при поступлении осматриваются медицинским работником с целью выявления лиц, представляющих эпидемическую опасность для окружающих или нуждающихся в медицинской помощи, с обязательным проведением телесного осмотра, термометрии, антропометрии.

Данные об осмотренных лицах и наличии выявленных у них заболеваний (повреждений) фиксируются в журнале регистрации осмотров медицинским работником лиц, доставленных в СИЗО. Лица, доставленные в СИЗО из изолятора временного содержания органов внутренних дел, нуждающиеся по заключению медицинского работника в медицинской помощи в экстренной или неотложной форме, в том числе в стационарных условиях, при отсутствии возможности оказания такой помощи в филиале медицинской организации УИС в СИЗО не принимаются. При наличии медицинских показаний медицинский работник принимает меры для оказания медицинской помощи до прибытия бригады скорой медицинской помощи. При обращении лица, заключенного под стражу, или осужденного за медицинской помощью к медицинскому работнику во время покамерного обхода, к сотруднику дежурной смены СИЗО указанные должностные лица обязаны принять меры для организации оказания ему медицинской помощи. Медицинская помощь в экстренной форме медицинскими работниками медицинской организации УИС оказывается безотлагательно, в том числе при необходимости, ими вызывается бригада скорой медицинской помощи.

Судом установлено, что медицинская помощь истцу оказывалась, ежедневные обращения за медицинской помощью зафиксированы в журналах покамерного опроса лиц, содержавшихся в ИВС, а также в журналах медицинских осмотров лиц содержащихся в ИВС; истцу оказывалась медицинская помощь, предоставлялись необходимые медикаменты, фактов не принятия истца в СИЗО из ИВС либо в ИВС из СИЗО в связи с тем, что он нуждался по заключению медицинского работника в медицинской помощи в экстренной или неотложной форме, в том числе в стационарных условиях, при отсутствии возможности оказания такой помощи в филиале медицинской организации УИС, не имеется. Таким образом, довод истца о недостаточности оказания медицинской помощи истцу в период его содержания в ИВС МО МВД России «Асбестовский», надлежащими доказательствами не подтверждены.

В соответствии со статьей 23 Федерального закона РФ N 103-ФЗ от 05.07.1995 года, подозреваемым и обвиняемым по их просьбе бесплатно, в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств, выдаются индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин).

При этом ведение журнала выдачи предметов первой необходимости указанным Федеральным законом, Приказом МВД России N 950 от 22.11.2005 года не предусмотрено. Истцом не представлено никаких доказательство того, что он обращался к сотрудникам ИВС с просьбой выдать индивидуальные средства личной гигиены и они ему не были выданы.

Истец в иске указывал об унижающем человеческое достоинство обращении, вызывающем у него чувство тревоги и неполноценности, а также повлекшем ухудшение состояния здоровья и депрессивное состояние. Однако, ФИО1 не предоставлено медицинских справок, которые подтверждали бы ухудшение его здоровья в результате содержания его в ненадлежащих условиях за период нахождения в ИВС МО МВД России «Асбестовский» в период с июля 2015 года по май 2016 года.

Санитарные условия ИВС МО МВД России «Асбестовский» соответствуют стандартам гигиены, санитарная обработка проводится регулярно, что также подтверждается журналом, копия которого имеется в материалах дела.

Вместе с тем, установленные судом нарушения свидетельствуют о возможности компенсации истцу морального вреда, поскольку содержание его в ненадлежащих условиях нарушило его права, гарантированные законом, и причинило ему страдания и переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы. При этом судом не учитывается и не принимается во внимание довод истца о том, что у него ухудшилось состояние здоровья из-за неправомерных действий ответчика, поскольку причинно-следственная связь между действиями ответчиков и наступившими последствиями истцом не доказана.

В связи с тем, что условия содержания истца в ИВС МО МВД России «Асбестовский» в указанные выше периоды не в полной мере соответствовали требованиям Федерального закона № 103 – ФЗ, Правилам, учитывая, что лицо, содержащееся в изоляторе в условиях, не соответствующих установленным нормам, в любом случае испытывает нравственные страдания, факт причинения истцу морального вреда предполагается.

Доводы ответчиков о том, что истцом не было представлено доказательств в подтверждение нравственных страданий в результате отсутствия прогулочного дворика, причинения ему действиями (бездействием) должностных лиц физических и нравственных страданий, объема перенесенных истцом физических и нравственных страданий, подлежат отклонению.

Вина органов власти в данном случае установлена и заключается в отсутствии обеспечения надлежащих условий содержания граждан под стражей, что предусматривает возможность возмещения причиненного морального вреда.

В Постановлении от 10 января 2012 года (дело "ФИО3 и другие против Российской Федерации) Европейский Суд по правам человека указал, что установление несоответствия условий содержания под стражей с требованиями статьи 3 Конвенции на основе критериев, перечисленных в § 143-158 настоящего Постановления, имеет фактический характер и создает прочную правовую презумпцию о том, что такие условия причиняют моральный вред потерпевшему. Национальный закон о компенсации должен отражать существование этой презумпции, а не присуждать, как это происходит сейчас, компенсацию в зависимости от способности заявителя доказать вину конкретных должностных лиц или органов и незаконность их действий (§ 229).

В соответствии со ст.151 Гражданского кодекса РФ в случае причинения гражданину морального вреда действиями, нарушающими его личные неимущественные права, в том числе, и унижающими достоинство, суд может возложить на нарушителей обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Из пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда » под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.). Моральный вред, в частности, может заключаться временным ограничением или лишением каких-либо прав.

Согласно п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 №. 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных норм международного права и международных договоров РФ» унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом требований режима содержания.

Как разъяснено в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимание обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Разумность компенсации морального вреда является оценочной категорией, четкие критерии ее определения применительно к тем или иным видам дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом конкретных обстоятельств дела.

В соответствии со ст.195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Учитывая период содержания ФИО1 в ненадлежащих условиях, степень перенесенных им нравственных страданий, объем и характер нарушенного права, а также требования разумности и справедливости, суд считает возможным определить размер денежной компенсации морального вреда в сумме 7 000 рублей.

В силу ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от ее имени выступает финансовый орган.

Как устанавливает п.3 ст.125 ГК РФ, в случаях и в порядке, предусмотренных федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации, нормативными актами субъектов Российской Федерации и муниципальных образований, по их специальному поручению от их имени могут выступать государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане.

В соответствии с п.п.1 п.3 ст.158 Бюджетного кодекса РФ главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности.

Суд, руководствуясь положениями п. 3 ст. 125, 1069, 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации, ч. 1 п.3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ, подп. 63 п. 12 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 21.12.2016 N 699, приходит к выводу о том, что при установленных обстоятельствах взыскание компенсации морального вреда должно быть произведено с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации, а в исковых требованиях к МО МВД России «Асбестовский» и Министерству финансов Российской Федерации следует отказать.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 7 000 (семь тысяч) рублей.

В удовлетворении исковых требований к Межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации «Асбестовский» и Министерству финансов Российской Федерации отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Свердловский областной суд через Асбестовский городской суд в течение одного месяца с даты изготовления мотивированного решения.

Судья

Асбестовского городского суда Е.А. Емашова