Апелляционное определение № 33А-610/2026 от 24 февраля 2026 г.

Дело № 33а-610/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Курган 25 февраля 2026 г.

Судебная коллегия по административным делам Курганского областного суда в составе:

председательствующего Пшеничникова Д.В.,

судей Бузаева С.В., Менщиковой М.В.,

при ведении протокола помощником судьи Осинцевой Ю.О.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на решение Курганского городского суда Курганской области от 21 октября 2025 г. по административному делу № 2а-9102/2025 по административному исковому заявлению ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Курганской области», Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Курганской области, Федеральной службе исполнения наказаний о присуждении компенсации за нарушение условий содержания.

Заслушав доклад судьи Бузаева С.В., объяснения административного истца ФИО1, представителя административного ответчика Федерального казенного учреждения «Следственный изолятор № 1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Курганской области» ФИО2, представителя административных ответчиков Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Курганской области и Федеральной службы исполнения наказаний ФИО3, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с административным иском к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 1 Управления Федеральной службы исполнения наказания по Курганской области (далее – ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Курганской области) о присуждении компенсации за нарушение условий содержания административного истца в следственном изоляторе в период с 22 февраля 2018 г. по 7 июня 2018 г. в размере 155000 руб.

В обоснование административного иска указано, что в обозначенный период в отсутствии мотивированного постановления начальника следственного изолятора, прокуратуры либо суда ФИО1 содержался в условиях одиночного содержания в камере № 26 ФКУ СИЗО № 1 УФСИН России по Курганской области, что негативно отразилось на его психическом и физическом состоянии. Кроме того, при перемещении за пределами камеры в отношении административного истца применялись специальные средства – наручники в положении руки за спиной, туловище наклонено вперед на 90 градусов, что причиняло боль, так как у ФИО1 имеется хроническое заболевание позвоночника.

Судом к участию в административном деле в качестве административных соответчиков привлечены Управление Федеральной службы исполнения наказаний по Курганской области (далее – УФСИН России по Курганской области, Федеральная служба исполнения наказаний (далее – ФСИН России).

Судом постановлено решение об отказе в удовлетворении административного иска. С ФИО1 в доход бюджета муниципального образования город Курган взыскана государственная пошлина в размере 3000 руб.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить и принять по делу новое решение, которым заявленные требования удовлетворить.

Указывает на то, что судом оставлено без внимания, что по прибытию в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Курганской области психологом было вынесено заключение о психологической совместимости содержания административного истца в общих камерах, несмотря на это он находился в следственном изоляторе в условиях одиночного содержания.

Отмечает, что до 22 февраля 2018 г. к нему не применяли специальные средства и он не стоял на каких-либо учетах, в связи с чем, постановка его на профилактический учет с последующем применением к нему специальных средств (наручников с наклоном вперед на 90 градусов), по мнению ФИО1, являются незаконными, при этом суд не истребовал сведения о нахождении его на профилактическом учете и результаты тестирования, проведенного в июле-августе 2018 года.

Повторяет доводы административного иска о том, что применение специальных средств причинило административному истцу физические страдания, повлекло ухудшение состояния здоровья и вынудило его обратиться за медицинской помощью.

Возражений на апелляционную жалобу не поступило.

В заседании суда апелляционной инстанции административный истец ФИО1, отбывающий наказание в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Ямало-Ненецкому автономному округу и принимавший участие в судебном заседании посредством использования систем видеоконференц-связи, доводы апелляционной жалобы поддержал.

Представитель административного ответчика ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Курганской области ФИО2 против доводов апелляционной жалобы возражала.

Представитель административных ответчиков УФСИН России по Курганской области и ФСИН России ФИО4 полагал, что апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, проверив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Частью 5 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации предусмотрено, что при рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с названным кодексом избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулирует и определяет Федеральный закон от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (статья 4 названного Федерального закона).

Статьей 17 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» предусмотрело, что подозреваемые, обвиняемые, содержащиеся под стражей, имеют право на получение компенсации в денежной форме за нарушение условий содержания под стражей, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации.

В соответствии с положениями статьи 17.1 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ подозреваемый, обвиняемый в случае нарушения предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий их содержания под стражей имеют право обратиться в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, в суд с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение. Компенсация за нарушение условий содержания под стражей присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела приговором Курганского областного суда от 22 февраля 2018 г., вступившим в законную силу 22 мая 2018 г., ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных № УК РФ и окончательно ему назначено наказание в виде пожизненного лишения свободы.

В период с 22 февраля 2018 г. по 7 июня 2018 г. административный истец содержался в камере № 26 ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Курганской области.

Обращаясь в суд с административным иском, ФИО1 указал на нарушения условий его содержания в следственном изоляторе в обозначенный период времени, связанные с содержанием административного истца в условиях одиночного содержания в указанной камере, применении в отношении него специальных средств – наручников, при перемещении за пределами камеры в положении руки за спиной, туловище наклонено вперед на 90 градусов.

Разрешая заявленные требования и отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции принял во внимание требования законодательства об отдельном содержании от других заключенных подозреваемых и обвиняемых в совершении убийства, о размещении подозреваемых и обвиняемых в камерах с учетом их личности и психологической совместимости, факт постановки ФИО1 на профилактические учеты, как склонного к совершению побега, суицида и членовредительства, в связи с чем, не усмотрел нарушений, связанных с размещением административного истца одного в указанной камере и применением в отношении него специальных средств (наручников), отметив, что ФИО1 не представлено доказательств применения в отношении него сотрудниками следственного изолятора приема в виде наклона вперед на 90 градусов при передвижении за пределами камеры.

Судебная коллегия считает возможным согласиться с приведенными доводами.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе, право на личную безопасность и охрану здоровья, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки, создание условий для осуществления трудовой деятельности, сохранения социально полезных связей и последующей адаптации к жизни в обществе.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 47 отмечено, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий. О наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе. В то же время могут приниматься во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц (например, незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений, в частности для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности).

Согласно статье 32 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемые и обвиняемые содержатся в общих или одиночных камерах в соответствии с требованиями раздельного размещения, предусмотренными статьей 33 настоящего Федерального закона, которая предусматривает, что размещение подозреваемых и обвиняемых в камерах производится с учетом их личности и психологической совместимости; отдельно от других подозреваемых и обвиняемых должны содержаться, в частности, подозреваемые и обвиняемые в совершении убийства.

В соответствии с пунктом 18 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Минюста России от 14 октября 2005 г. № 189 и действовавших в период содержания административного истца в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Курганской области, размещение по камерам осуществляется в соответствии с требованиями статьи 33 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ на основании плана покамерного размещения подозреваемых, обвиняемых и осужденных, утвержденного начальником СИЗО либо лицом, его замещающим.

Материалами дела подтверждено, что в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Курганской области одиночные камеры отсутствуют.

Камера № 26 была размещена на внутреннем посту № 3 (с 2025 года – внутренний пост № 2) и являлась камерой специального блока. Ее площадь составляет 16,2 кв.м, что позволяет разместить в ней не менее двух человек.

Как следует из пояснений представителя административных ответчиков в заседании суда первой инстанции ФИО1, осужденный за убийство, содержался в указанной камере один, поскольку во время содержания его в следственном изоляторе в последнем не имелось лиц, подозреваемых, обвиняемых или осужденных за совершение такого же преступления, психологически совместимых с административным истцом (т. 2 л.д. 66, 98).

В свою очередь, закон не исключает возможность одиночного содержания подозреваемых, обвиняемых или осужденных в камере следственного изолятора при отсутствии возможности помещения в эту камеру иных лиц с учетом личности последних.

При этом за период содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Курганской области каких-либо предложений, заявлений, жалоб и иных обращений по поводу содержания в камере № 26 от ФИО1 в администрацию следственного изолятора не поступало, за психологической помощью административный истец не обращался.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно не усмотрел нарушений, связанных с одиночным размещением административного истца в камере № 26 ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Курганской области, в связи с чем, подлежат отклонению доводы апелляционной жалобы о том, что у ФИО1 имеется психологическая совместимость содержания его в общих камерах, однако он содержался в следственном изоляторе в условиях одиночного содержания.

Согласно статье 43 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» применение физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия сотрудниками учреждений и органов уголовно-исполнительной системы допускается только в порядке, на основании и в случаях, которые предусмотрены Законом Российской Федерации от 21 июля 1993 г. № 5473-1 «Об учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации» (предыдущее наименование Закона – «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы»).

На основании статьи 30 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 г. № 5473-1 сотрудник уголовно-исполнительной системы имеет право лично или в составе подразделения (группы) применять специальные средства при конвоировании, охране или сопровождении осужденных и лиц, заключенных под стражу, если они своим поведением дают основание полагать, что намерены совершить побег либо причинить вред окружающим или себе (пункт 8 абзаца 1), включая такие специальные средства как наручники и иные средства ограничения подвижности (пункт 3 абзаца 2).

В соответствии с пунктом 24 Инструкции по профилактике правонарушений среди лиц, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы, утвержденной приказом Минюста России от 20 мая 2013 г. № 72 и действовавшей в период содержания административного истца в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Курганской области, на профилактический учет берутся подозреваемые, обвиняемые и осужденные, в том числе склонные к совершению побега, склонные к совершению суицида и членовредительству, склонные к нападению на представителей администрации и иных сотрудников правоохранительных органов.

Как разъяснено в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» при оценке законности применения физической силы, специальных средств и мер психического, физического воздействия судам следует учитывать, что если такое принуждение осуществлялось в законных целях, без превышения допустимых пределов и, соответственно, являлось соразмерной (пропорциональной) мерой, то и в том случае, когда применение указанных мер нарушило право на личную неприкосновенность, в частности причинило боль, оно не может рассматриваться как запрещенный вид обращения.

Исходя из этого, судам следует учитывать режим мест принудительного содержания, основания, условия, цели и последствия применения указанных выше мер, соразмерность, прекращение применения непосредственно после устранения угрозы причинения вреда правопорядку, документирование, а в случае необходимости своевременность проведения соответствующего медицинского обследования либо лечения.

ФИО1 с 22 февраля 2018 г. состоял на профилактическом учете как склонный к совершению побега, суицида и членовредительства, нападению на представителей администрации и иных сотрудников правоохранительных органов согласно рапорту инспектора отдела режима ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Курганской области от 22 февраля 2018 г. с резолюцией начальника следственного изолятора о постановке административного истца на профилактический учет (т. 1 л.д. 134).

Учитывая, что ФИО1 состоял на профилактическом учете по указанным основаниям, в отношении него правомерно применялись специальные средства – наручники при перемещении за пределами камеры, что зафиксировано в рапортах сотрудников следственного изолятора (т. 1 л.д. 135-250, т. 2 л.д. 1-53).

Доводы апелляционной жалобы о незаконности постановки ФИО1 на профилактический учет и о том, что суд первой инстанции не истребовал сведения о нахождении административного истца на профилактическом учете и результаты тестирования, проведенного в июле-августе 2018 года, судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку законность постановки на профилактический учет ФИО1 предметом настоящего спора не является, а обозначенный период тестирования не относится к спорному периоду содержания его в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Курганской области.

Согласно амбулаторной медицинской карте ФИО1 22 марта 2018 г. он обращался к терапевту с жалобами на периодические боли в пояснично-крестцовом отделе позвоночника, усиливающиеся при движении; установлен диагноз: пояснично-крестцовый остеохондроз в стадии умеренного обострения; назначено лечение: нимесулид в таблетках (т. 2 л.д. 121-122).

Вместе с тем, как обоснованно отметил суд первой инстанции, обращение к терапевту с жалобами на боли в пояснице само по себе не свидетельствует, что данные боли были связаны с применением к административному истцу специальных средств (наручников). Кроме того, их правомерное применение, пусть даже и сопряженное с причинением боли ФИО1, не может рассматриваться как запрещенный вид обращения. В связи с этим, доводы апеллянта о том, что применение специальных средств причинило физические страдания, повлекло ухудшение состояния здоровья и вынудило его обратиться за медицинской помощью, не могут быть приняты во внимание.

Доказательств применения в отношении административного истца сотрудниками следственного изолятора приема в виде наклона вперед на 90 градусов при передвижении за пределами камеры не имеется, в связи с чем, соответствующие доводы об этом нельзя признать обоснованными.

Доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к несогласию административного истца с решением суда и не содержат фактов, которые не проверены и не учтены при рассмотрении дела. Они не имеют юридического значения, не влияют на обоснованность и законность судебного решения, не опровергают выводов суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судебной коллегией несостоятельными, основанными на неправильном толковании норм права, и не могут служить основанием для отмены решения суда.

Вместе с тем, судебная коллегия находит подлежащим отмене обжалуемое решение суда в части взыскания с ФИО1 государственной пошлины.

Так, обращаясь в суд с административным иском, ФИО1 заявил ходатайство об освобождении его от уплаты государственной пошлины за подачу иска (т. 1 л.д. 6).

Определением судьи Курганского городского суда от 26 августа 2025 г. административному истцу предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины до вынесения решения суда (т. 1 л.д. 122).

В силу пункта 2 статьи 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации суд общей юрисдикции, исходя из имущественного положения плательщика, вправе освободить его от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым указанными судами или мировыми судьями, либо уменьшить ее размер, а также отсрочить (рассрочить) ее уплату в порядке, предусмотренном статьей 333.41 настоящего Кодекса.

Данное ходатайство должно быть подано в письменной форме, на что обращено внимание в ответе на вопрос 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2, 3 (2024), утвержденного его Президиумом 27 ноября 2024 г.

Таким образом, отсрочка уплаты государственной пошлины производится судом только по письменному ходатайству заявителя, однако с таким заявлением ФИО1 не обращался, этот вопрос перед судом не ставил.

В данном случае отсрочка уплаты государственной пошлины предоставлена по инициативе суда, без соответствующего волеизъявления заявителя. Фактически суд самостоятельно распорядился процессуальными правами административного истца.

Таким образом, с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 июня 2020 г. № 5 «О применении судами норм Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции» определение судьи Курганского городского суда от 26 августа 2025 г. в части предоставления ФИО1 отсрочки уплаты государственной пошлины до вынесения решения суда подлежит отмене.

В связи с этим, оснований для взыскания государственной пошлины с ФИО1 у суда первой инстанции не имелось.

Руководствуясь статьями 309-311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

определение судьи Курганского городского суда от 26 августа 2025 г. в части предоставления ФИО1 отсрочки уплаты государственной пошлины до вынесения решения суда, решение Курганского городского суда Курганской области от 21 октября 2025 г. в части взыскания с ФИО1 государственной пошлины в доход бюджета муниципального образования город Курган в размере 3000 руб. отменить.

В остальной части решение Курганского городского суда Курганской области от 21 октября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Судебные акты могут быть обжалованы в кассационном порядке в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы через Курганский городской суд Курганской области.

В полном объеме апелляционное определение изготовлено <...>

Председательствующий

Судьи