Решение № 2-1813/2017 от 3 июля 2017 г. по делу № 2-1813/2017

Дело № 2- 1813/17 подлинник


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г.Красноярск 04 июля 2017 г.

Железнодорожный районный суд г.Красноярска

в составе председательствующего судьи Хвалько О.П.

при секретаре - Дорониной Ю.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФСИН России о признании незаконными действия администрации исправительного учреждения и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства с вышеуказанными требованиями. В обоснование иска указывал, что во время содержания в ФКУ СИЗО – 5 ГУФСИН России по Красноярскому краю в период с февраля 2012 года по марта 2015 года он содержался в ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю, где на него незаконно была возложена обязанность во время проверок в 8-00 часов и в 20-00 часов выходить из камеры в коридор раздетым по пояс. Полагает, что своими действиями администрация ФКУ СИЗО-5 нарушила его права и свободы, возложив на него обязанность, которая не предусмотрена никакими нормами действующего законодательства РФ. В указанных унизительных условиях он (ФИО1) содержался с 24.02.2012 года по 03.03.2015 года, в короткие промежутки времени отсутствовал в связи с этапированием для проведения следственных действий. В течение указанного периода времени он (ФИО1) испытывал физические и нравственные страдания, испытывал чувства унижения и дискомфорта, так как во время проверок присутствовали лица иного пола, также в силу религиозных убеждений, а также из-за разницы температур в камере и коридоре, наличием сквозняков, вследствие чего ему (ФИО1) был причинен моральный вред, оцениваемый им в размере 100 000 руб.

Определением Советского районного суда г. Красноярска от 10.01.2017 года произведена замена ненадлежащего ответчика Министерства Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства на надлежащего ФСИН России.

Истец в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения был извещен надлежаще, находится в местах лишения свободы по приговору суда. Кроме того, в исковом заявлении ФИО1 просил рассмотреть дело в свое отсутствие.

Ответчик ФСИН России, в судебное заседание своего представителя не направила, об отложении слушания по делу не просила, ранее представителем ФСИН России – ФИО2, также представляющим интересы ГУФСИН России по Красноярскому краю (полномочия в деле) представлены возражения на исковое заявление ФИО1, в котором ответчик просил в иске отказать, так же указал на то, что в ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФСИН России отсутствуют документы подтверждающие наличие нарушений в отношении содержания истца в ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю в 2012-2015 годах. В этой связи считает, что предполагаемые факты нарушений, указываемые истцом в исковом заявлении, не являются подтвержденными и соответственно не могут являться основанием для взыскания компенсации морального вреда. Напротив, справкой ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю от 14.09.2016 № 24/ТО/67/5-321эл., представленной в дело, установлено отсутствие совершения в отношении истца действий, на которые он ссылается в качестве обоснования требований. Кроме этого имеются основания для применения последствий пропуска срока обращения в суд. Пункт 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 устанавливает, что в случае, когда требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд (например, установленные статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора), на такое требование распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда.

В данной формулировке вывод Пленума Верховного Суда РФ не исключает его применение и к личным неимущественным правам. Установлена зависимость от наличия срока на обращения в суд. Истец обратился с требованием о взыскании компенсации морального вреда причиненного предполагаемым незаконным действием ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю. Для обжалования такого предполагаемого действия установлен срок для обращения в суд согласно части 1 статьи 219 КАС РФ - в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Таким образом, указанный срок обращения в суд, на основании пункта 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10, должен быть применен судом при рассмотрении требования о взыскании компенсации морального вреда основанного на предполагаемом незаконном действии ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю.

Кроме этого сам факт обращения в суд с требованием о взыскании компенсации морального вреда по прошествии значительного периода времени после его причинения, свидетельствует об отсутствии морального вреда. Какие-либо доказательства подтверждающие наличие морального вреда, или обстоятельства нарушений в отношении истца в период его нахождения в ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю в 2012-2015 годах году предоставлены не были.

Согласно статье 34 Федерального закона от 15.07.1995 № ЮЗ-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" подозреваемые и обвиняемые находятся в местах содержания под стражей под охраной и надзором и передвигаются по территориям этих мест под конвоем либо в сопровождении сотрудников мест содержания под стражей. В целях осуществления надзора может использоваться аудио и видеотехника.

Подозреваемые и обвиняемые подвергаются личному обыску, дактилоскопированию и фотографированию. Помещения, в которых они размещаются, подвергаются обыску, а их вещи, передачи и посылки досмотру.

Приказом Минюста РФ от 14.10.2005 № 189 "Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно исполнительной системы" утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, которые регламентируют внутренний распорядок работы следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы. Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно исполнительной системы (далее Правила) устанавливают порядок проведения личного обыска и досмотра вещей подозреваемого или обвиняемого и права этих лиц на свободу и личную неприкосновенность, на владение имуществом не нарушают.

Согласно пунктам 23, 24 Правил личному обыску и досмотру личных вещей подвергаются подозреваемые и обвиняемые, поступившие в СИЗО. Личный обыск подозреваемых и обвиняемых и досмотр вещей производятся с целью обнаружения и изъятия у них предметов, веществ и продуктов питания, запрещенных к хранению и использованию либо не принадлежащих данному лицу.

Пунктами 26, 27 Правил предусматривают, что личный обыск может быть полным и неполным. Полному обыску подвергаются подозреваемые и обвиняемые при поступлении в СИЗО, перед отправкой за его пределы, при водворении в карцер, а также при наличии оснований полагать, что эти лица имеют предметы или вещества, запрещенные обращению и использованию. Полный обыск сопровождается тщательным осмотром тела обыскиваемого, его одежды, обуви, а также протезов. При этом подозреваемым и обвиняемым предлагается полностью раздеться.

Неполный обыск производится при выводе подозреваемых и обвиняемых в пределах СИЗО (в медицинскую часть, на прогулку, к фотодактилоскописту, следователю, дознавателю, до и после свидания с защитниками, родственниками и иными лицами, при переводе в другую камеру и т.д.).

При неполном обыске просматривается и прощупывается одежда и обувь обыскиваемого без его раздевания.

Согласно пункту 25.3 Инструкции «Об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы», утвержденной приказом Министерства юстиции РФ от 03.11 2005 года № 204-дсп, при проведении количественной проверки подозреваемых, обвиняемых и осужденных, проводимой путем вывода последних (утром и вечером) из камеры в коридор, врачом (фельдшером) осуществляется осмотр указанных лиц с целью выявления заболевших лиц и направления их на обследование.

Представитель третьего лица Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Красноярскому краю – ФИО3 в судебном заседании исковые требования ФИО1, не признал, просил в иске отказать, подержал доводы, изложенные в отзыве на исковое заявление, где указано на то, что в соответствии с п. 2 ст. 1064 ГК РФ ответственность за причинение вреда наступает за виновное причинение вреда, если законом не предусмотрено возмещение вреда при отсутствии вины причинителя. Порядок компенсации морального вреда регулируется статьями 151, 1099 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда». В соответствии со статьей 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Следовательно, компенсация морального вреда не является самостоятельным гражданско-правовым требованием, оно неразрывно связано с фактом нарушения, в первую очередь, личных неимущественных прав гражданина. Отсюда можно прийти к выводу, что для того чтобы претендовать на компенсацию морального вреда, гражданин должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав. Основными критериями, учитываемые судом при определении размера компенсации морального вреда, являются: степень вины нарушителя, степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, характер физических и нравственных страданий, который должен оцениваться с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. Считает, что ввиду того, что истцом не доказан факт причинения морального вреда, не установлена причинно-следственная связь между нарушениями правил внутреннего распорядка исправительного учреждения и неблагоприятными последствиями для истца, в чем заключаются эти последствия, также не представлено доказательств, подтверждающие причинения вреда здоровью, организму, трудоспособности истцу в результате указанных действий со стороны администрации исправительного учреждения, просила суд отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Представитель третьего лица ФКУ СИЗО -5 ГУФСИН России по Красноярскому краю – ФИО4 в судебное заседание не явилась, просила рассмотреть дело в ее отсутствие. Представила в суд письменные возражения на иск, согласно которым возражала против удовлетворения иска, полгала, что требования ФИО1 должны рассматриваться судом в порядке, установленном КАС РФ, просила в иске отказать ссылаясь на следующие обстоятельства: истцом оспариваются действия должностных лиц уголовно-исполнительной системы имевшие место в 2012 - 2015 годах, однако в суд с данным иском ФИО1 обратился лишь в 2016 года с нарушением срока, установленного ранее действовавшей ст. 256 ГПК РФ, а ныне ст. 219 КАС РФ, при этом доказательств в подтверждение уважительности причин пропуска установленного срока для обращения в суд истцом не представлено. Поскольку истцом пропущен трехмесячный срок обращения в суд с указанным заявлением, а требования истца о взыскании компенсации морального вреда являются производными от основного требования, по которому пропущен срок обращения, считает, что требования истца о присуждении ему компенсации морального вреда так же не подлежат удовлетворению.

Заключение под стражу в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством является мерой пресечения в отношении подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления, за которое по закону может быть назначено наказание в виде лишения свободы. Избрание такой меры пресечения как заключение под стражу влечет соответствующее и неизбежное ограничение прав и свобод гражданина и человека (лишения, которые неизбежны при содержании под стражей). Данные ограничения обусловлены необходимостью осуществления защиты нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц. Поскольку ограничения прав и свобод прав гражданина и человека, осуществляется в рамках процедуры строго регламентированной нормами федерального законодательства, то требования лица, в отношении которого применены указанные ограничения (лишения), о применении компенсационных мер, в том числе и выплатах, не подлежат удовлетворению. ФИО1 содержался в СИЗО-5 в период с 24.02.2012 по 04.02.2015 года, убыл 04.02.2015 года для отбывания срока наказания в ФКУ КТБ-1 г. Красноярска.

Порядок содержания под стражей регламентируется ФЗ от 15.07.1995 №103-Ф3 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», а так же приказом Минюста России от 14.10.2011 № 189 «Об утверждении Правил распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы». Статьей 24 ФЗ № 103-ФЗ от 15.07.1995 предусмотрено право подозреваемых и обвиняемых на охрану здоровья и своевременную медицинскую помощь. Министерством здравоохранения и социального развития Российской федерации № 640 и Министерством юстиции российской федерации № 190 Приказ от 17 октября 2005 года «О порядке организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу».

Основными задачами медицинской службы являются: организация оказания медицинской помощи подозреваемым, обвиняемым и осужденным, содержащимся в следственных изоляторах и исправительных учреждениях ФСИН России (далее - Учреждения); осуществление контроля за состоянием здоровья лиц, содержащихся в Учреждениях; организация медицинской помощи подозреваемым, обвиняемым и осужденным включает комплекс профилактических, лечебно-диагностических мероприятий, направленных на обеспечение их прав на охрану здоровья.

Для оказания медицинской помощи подозреваемым, обвиняемым и осужденным в Учреждении организуется медицинская часть, основными задачами которой являются: оказание неотложной медицинской помощи; оказание амбулаторной и стационарной медицинской помощи; организация и проведение медицинских осмотров, диспансеризации; организация и проведение комплекса санитарно-гигиенических и противоэпидемических мероприятий; гигиеническое обучение и пропаганда здорового образа жизни.

В следственных изоляторах, тюрьмах подозреваемые, обвиняемые и осужденные обращаются за медицинской помощью к медицинскому работнику во время ежедневного обхода их камер, а в случае острого заболевания - к любому сотруднику. Сотрудник, к которому обратился подозреваемый, обвиняемый или осужденный, обязан принять меры для организации оказания ему медицинской помощи.

Порядок проведения количественной проверки утвержден приказом Министерства Юстиции РФ № 204 -дсп от 03.11.2005 г. «Об утверждении Инструкции об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы». Пунктом 25.3. данного приказа количественная проверка производится в следующем порядке: подсчет производится путем вывода (утром и вечером) обвиняемых и осужденных из камеры в коридор, с последующим их построением в коридоре режимного корпуса в одну или две шеренги. При выводе и подсчете присутствуют также младшие инспектора-дежурные резервной группы, старшие инструкторы (инструкторы) кинологической группы, дежурный оперуполномоченный, врач (фельдшер) и другие сотрудники. Врачом (фельдшером) осуществляется осмотр подозреваемых, обвиняемых и осужденных с целью выявления заболевших лиц и направления их на обследование. Данные мероприятия проводятся в целях обеспечения права подозреваемых, обвиняемых и осужденных на охрану здоровья и своевременную медицинскую помощь, предусмотренных ст.24 Федерального закона № ЮЗ-ФЗ от 15.07.1995 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений». А также в соответствии со справкой старшего инспектора отдела режима лейтенанта внутренней службы ФИО5, ФИО1 за период содержания в ФКУ СИЗО-5 ежедневному досмотру не подвергался. Таким образом, утверждения истца о нарушении его прав и свобод в период содержания под стражей в ФКУ СИЗО-5 не состоятельны.

Камеры, в которых содержатся подозреваемые и обвиняемые размещены в отдельно стоящем здании капитального строительства (Режимный корпус), данное здание подключено ко всей инфраструктуре в полном объеме, как камеры, в которых непосредственно содержатся подозреваемые и обвиняемые, так и помещения общего пользования то есть коридоры. В каждой камере и коридоре Режимного корпуса имеется освещение от городских электросетей, водоснабжение и водоотведение (оборудованы санитарные узлы, раковины с подключением к городской сети водоснабжения и канализации), гладкоствольные регистры отопления которые подключены к внутренней системе отопления. Внутренняя система отопления подключена к городской системе отопления, теплоноситель горячая вода. Обогрев помещений осуществляется согласно срокам отопительного сезона, устанавливаемого постановлением Администрации города Канска. Во всех помещениях режимного корпуса поддерживается температура воздуха в пределах допустимой нормы от 22-25°С, установленной «Гигиеническими требованиями к микроклимату производственных помещений. СанПиН 2.2. 4.548—96».

Истцом не представлены доказательства, подтверждающие причинно- следственную связь между действиями (бездействиями) администрации СИЗО-5 и страданиями истца, не представлены доказательства морального вреда, не представлено доказательств причинения нравственных страданий и не представлено обоснований заявленной к компенсации суммы в размере 100 000 руб.

В соответствии с положениями ч. 3 ст. 17 Конституции РФ злоупотребление правом не допускается. Согласно ч. 1 ст. 35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Кроме того, по смыслу ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе.

Лицо, определив свои права, реализует их по своему усмотрению. Распоряжение своими правами является одним из основополагающих принципов судопроизводства. Поэтому не явка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации права на непосредственное участие в судебном разбирательстве иных процессуальных правах.

Учитывая, что судом приняты необходимые меры к извещению ответчик и третьих лиц о времени и месте рассмотрения спора, суд счел возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие истца, представителей ответчика ФСИН России, ГУФСИН России по Красноярскому краю и ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю.

Суд, выслушав представителя Министерства Финансов Российской Федерации, исследовав материалы дела, приходит к выводу об отказе ФИО1 в удовлетворении исковых требований в силу следующего.

Согласно ст. 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, ст. 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда, в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно ст. 1069 ГК РФ гражданин вправе требовать возмещения вреда, причиненного ему в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Как установлено в судебном заседании, ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО – 5 ГУФСИН России по Красноярскому краю в период с 24.02.2012 года по 04.02.2015 года. Убыл 04.02.2015 года в ФКУ КТБ – 1 г. Красноярска, что подтверждается справкой начальника майора внутренней службы ФКУ СИЗО – 5 ГУФСИН России по Красноярскому краю ФИО6.

Основанием для обращения заявителя в суд послужило то обстоятельство, что при проведении ежедневных утренних и вечерних проверок его выводили из камеры в коридор, раздетым до пояса.

Конституция РФ гарантирует каждому право на свободу и личную неприкосновенность (статья 22).

Права и свободы человека и гражданина согласно ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Согласно ст. 34 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемые и обвиняемые находятся в местах содержания под стражей под охраной и надзором и передвигаются по территориям этих мест под конвоем либо в сопровождении сотрудников мест содержания под стражей. В целях осуществления надзора может использоваться аудио- и видеотехника.

Подозреваемые и обвиняемые подвергаются личному обыску, дактилоскопированию и фотографированию. Помещения, в которых они размещаются, подвергаются обыску, а их вещи, передачи и посылки - досмотру.

В соответствии со ст. 16 указанного Федерального закона от 15.07.1995 года № 103-ФЗ (в ред. от 03.12.2011года) в целях обеспечения режима в местах содержания под стражей федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, федеральным органом исполнительной власти в области обеспечения безопасности, федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики, нормативно-правовому регулированию в области обороны, по согласованию с Генеральным прокурором Российской Федерации утверждаются Правила внутреннего распорядка в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений (далее - Правила внутреннего распорядка).

Пунктами 23-24, 26-28 Приказа Минюста РФ от 14.10.2005 N 189 ( в ред. от 27.12.2010 года) "Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно - исполнительной системы" предусмотрено, что подозреваемые и обвиняемые, поступившие в СИЗО, подвергаются полному личному обыску, дактилоскопированию и фотографированию, а их личные вещи - досмотру.

Личный обыск подозреваемых и обвиняемых и досмотр вещей производятся с целью обнаружения и изъятия у них предметов, веществ и продуктов питания, запрещенных к хранению и использованию либо не принадлежащих данному лицу.

Личный обыск может быть полным и неполным. Полному обыску подвергаются подозреваемые и обвиняемые при поступлении в СИЗО, перед отправкой за его пределы, при водворении в карцер, а также при наличии оснований полагать, что эти лица имеют предметы или вещества, запрещенные к хранению и использованию. В последнем случае обыск проводится по указанию начальника СИЗО либо лица, его замещающего, при их отсутствии - дежурного помощника.

Полный обыск сопровождается тщательным осмотром тела обыскиваемого, его одежды, обуви, а также протезов.

Подозреваемым и обвиняемым предлагается полностью раздеться. Пластырные наклейки, гипсовые и другие повязки проверяются под контролем медицинского работника.

При обнаружении предметов, зашитых в одежде, ткань распарывается. Из обуви извлекаются супинаторы, металлические набойки.

Подозреваемым или обвиняемым оставляются только те предметы, вещи и продукты питания, которые им разрешается иметь при себе и хранить в камере в ассортименте, установленном настоящими Правилами. Личные вещи, оставляемые подозреваемым и обвиняемым, записываются в камерную карточку. Все остальные предметы, вещества и продукты питания принимаются на хранение либо уничтожаются по мотивированному постановлению начальника СИЗО, либо лица, его замещающего, о чем составляется соответствующий акт. Постановление об уничтожении изъятых предметов составляется сотрудниками, проводящими обыск, после чего с ним под роспись знакомится подозреваемый или обвиняемый.

Неполный обыск производится при выводе подозреваемых и обвиняемых в пределах СИЗО (в медицинскую часть, на прогулку, к фотодактилоскописту, следователю, дознавателю, до и после свидания с защитниками, родственниками и иными лицами, при переводе в другую камеру и т.д.). При неполном обыске просматривается и прощупывается одежда и обувь обыскиваемого без его раздевания.

Согласно п.25.3 Инструкции «Об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы», утвержденной приказом Министерства юстиции РФ от 03.11.2005 года № 204-дсп, при проведении количественной проверки подозреваемых, обвиняемых и осужденных, проводимой путем вывода последних (утром и вечером) из камеры в коридор, врачом (фельдшером) осуществляется осмотр указанных лиц с целью выявления заболевших лиц и направления их на обследование.

Из возражений и пояснений представителя ответчика ФСИН России и письменных возражений представителя третьего лица ФКУ СИЗО -5 ГУФСИН России по Красноярскому краю следует, что ФИО1 за время содержания в ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю ежедневному и полному досмотру не подвергался.

По мнению суда, действия ответчика по проведению количественной проверки подозреваемых, обвиняемых и осужденных, проводимой путем вывода последних (утром и вечером) из камеры в коридор, не могут расцениваться как унижающие человеческое достоинство лиц, содержащихся под стражей, а напротив, направлены на предотвращение либо своевременное выявление заболеваний, составляющих угрозу как для собственно истца, так и иных лиц.

В нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, предусматривающей, что каждая сторона представляет доказательства в обоснование своих требований и возражений, истцом не представлено каких-либо относимых и допустимых доказательств совершения сотрудниками СИЗО действий, направленных на умышленное унижение его достоинства как личности, причинение истцу физических и нравственных страданий, в том числе доказательств его выведения на построение раздетым по пояс, из пояснений представителя ответчика этого не следует.

Напротив, из представленной в материалы дела справки начальника отдела режима майора внутренней службы ФИО7 от 14.09.2016 года следует, что ФИО1 за период содержания в ФКУ СИЗО – 5 ежедневному досмотру не подвергался, поскольку никакими нормативно – правовыми актами ежедневный досмотр спецконтингента не регламентирован.

Кроме того, суд полагает возможным согласиться с доводами стороны ответчика о пропуске истцом срока для обращения в суд за защитой нарушенного права.

Несмотря на то, что в силу абз. 2 ст. 208 Гражданского кодекса РФ на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ исковая давность не распространяется, суд находит, что в данном случае требование истца о компенсации морального вреда вытекает из требований об оспаривании действий (бездействия) должностных лиц уголовно-исполнительной системы, соответственно на него распространяются установленные в законодательстве сроки обжалования.

Аналогичная позиция изложена в п. 7 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 20.12.1994 N 10 (ред. от 06.02.2007) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" в силу которого, в случае, когда требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд, на такое требование распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда.

Согласно ч. 1 ст. 112 ГПК РФ лицам, пропустившим установленный федеральным законом процессуальный срок по причинам, признанным судом уважительными, пропущенный срок может быть восстановлен.

Полагать, что истцу стало известно о несоответствии условий содержания осужденных в ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Красноярскому краю стандартам и нормам, установленным законодательством Российской Федерации и международным правом незадолго до подачи им иска, нет оснований.

Истцом по существу оспариваются действия должностных лиц по ненадлежащему содержанию его в учреждении ФКУ СИЗО-5 г.Канска за период с февраля 2012 года по февраль 2015 года, при этом исковое заявление направлено в суд 02.08.2016 года, т.е. по истечении длительного периода времени с момента, когда, по мнению истца, права последнего нарушались. При этом доказательств в подтверждение уважительности причин пропуска установленного срока для обращения в суд истцом не представлено. Пропуск срока на обращение в суд является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Одной из целей института исковой давности является обеспечение своевременной защиты прав и законных интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов.

При таких обстоятельствах, суд не усматривает законных оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о признании незаконными действий администрации следственного изолятора и компенсации морального вреда, поскольку последним не доказано нарушение его личных неимущественных прав и личных нематериальных благ, причинения ему морального вреда действиями должностных лиц учреждения, а также пропущен срок исковой давности для обращения в суд с настоящим иском.

По правилам ст. 103 ГПК РФ госпошлина относится за счет государства.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ФСИН России о признании незаконными действий администрации ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю по возложении обязанности во время проверок в 8-00 часов и в 20-00 часов выходить из камеры в коридор раздетым по пояс, компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей - отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в Красноярский краевой суд через Железнодорожный районный суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения, а лицом, отбывающим наказание в местах лишения свободы – в течение месяца с момента вручения ему копии решения.

Мотивированное решение изготовлено 11 июля 2017 года.

Судья О.П. Хвалько