Решение № 2-2088/2020 2-2088/2020~М-1351/2020 М-1351/2020 от 23 ноября 2020 г. по делу № 2-2088/2020

Мотивированное
решение изготовлено 01.12.2020.

УИД 66RS0002-02-2020-001347-39

Дело № 2-2088/2020

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

24 ноября 2020 года г. Екатеринбург

Железнодорожный районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Цициковской Е.А.,

при секретаре Коростелевой В.Д.,

с участием истца ФИО1,

представителей истца ФИО2, ФИО3,

представителя ответчика ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО5 о признании договора купли-продажи от 12.12.2018 недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО5 о признании договора купли-продажи от 12.12.2018 недействительным.

В обоснование заявленных требований истец указал, что по просьбе ФИО5 заключил с ним договор купли-продажи принадлежавшей ему на праве собственности квартиры, расположенной по адресу: ***. Цель оформления указанной сделки состояла в получении ФИО5 налогового вычета по факту приобретения жилья. После получения указанного вычета, ФИО5 обязался вернуть квартиру в собственность истца. В ходе камеральной проверки МИФНС России № 24 по Свердловской области принято решение о возврате 13% от стоимости приобретенного жилья, в размере 205081 руб., исходя из годового заработка за прошедший год, и 50000 руб. в счет будущих деклараций. Таким образом, денежные средства ФИО5 в счет оплаты квартиры не передавались, фактически права владения и пользования осуществлялись истцом, с 30.04.2019 был заключен договор аренды жилья на срок менее 11 месяцев с ООО «Химмаш-Энерго», где истец указал себя собственником квартиры, поскольку считал, что в скором времени переоформит право собственности обратно. В связи с указанным, просит признать договор купли-продажи жилого помещения от 12.12.2018 недействительным в силу его ничтожности в соответствии со ст. 170 ГК РФ.

Истец, представители истца, действующие на основании доверенности, в судебном заседании поддержали исковые требования в полном объеме, представив письменные дополнительные пояснения.

Представитель ответчика ФИО4, действующий на основании доверенности, в судебном заседании требования не признал по доводам, изложенным в отзывах на исковое заявление.

Третье лицо МИФНС России № 24 по Свердловской области в судебное заседание не вилось, направило письменный отзыв, а также ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя.

Третье лицо АО «Тинькофф Банк» в судебное заседание представителя не направило, представило письменные возражение против удовлетворения искового заявления, а также ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

Третье лицо ФИО6 в судебное заседание не явилась, направила письменные возражения против удовлетворения исковых требований, а также ходатайство о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Руководствуясь положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд полагает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав объяснения сторон, допросив в судебном заседании свидетеля, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

Пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Приведенная норма возлагает обязанность доказывания неразумности и недобросовестности действий участника гражданских правоотношений на лицо, заявившее требования.

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Характеристиками мнимой сделки являются отсутствие намерений сторон создать соответствующие сделке правовые последствия, совершение сделки для вида (что не исключает совершение сторонами некоторых фактических действий, создающих видимость исполнения, в том числе, составление необходимых документов), создание у лиц, не участвующих в сделке, представления о сделке как действительной.

При этом, осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 86 постановления Пленума N 25).

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения, ее исполнение оформляется документально лишь для вида.

Установление того факта, что подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении соответствующей сделки, является достаточным для ее квалификации как ничтожной.

Обязанность доказать мнимость сделки лежит на лице, заявившем иск о мнимости сделки (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 1 ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что ФИО1 на основании договора долевого участия в строительстве многоквартирного дома от 15.04.2016, являлся собственником квартиры по адресу: ***л.д. 64-75 том 1). 12.12.2018 между ФИО1 и ФИО5 заключен договор купли-продажи указанной квартиры. 14.12.2018 зарегистрирован переход права собственности на квартиру к ответчику ФИО5 (л.д. 43-44 том 1). Сторонами составлен акт приема-передачи указанной квартиры (л.д. 45 том 1), а также расписка в получении денежных средств в сумме 4000000 руб. в счет оплаты (л.д. 46 том 1).

В подтверждение своих доводов истцом представлены договоры аренды спорного жилого помещения, заключенные им, как собственником с ООО «ХИММАШ-ЭНЕРГО» от 30.04.2019 (л.д. 17-20 том 1), на срок 11 месяцев (до 31.03.2020), с ФИО7 от 24.09.2018 на срок 4 месяца (до 24.01.2019) (л.д. 56-60 том 2), от 24.10.2017 на срок 11 месяцев (до 24.08.2018) (л.д. 61-65).

Как следует из представленных договоров, получателем арендной платы являлась ФИО6 Из пояснения сторон в судебном заседании и письменных, представленных в материалы дела, следует, что ФИО6 является дочерью ответчика и бывшей сожительницей истца. До мая 2020 года истец и третье лицо ФИО6 проживали совместно вели общее хозяйство, в связи с чем, как следует из пояснений ответчика, он предоставил истцу возможность извлекать доход из принадлежащей ответчику квартиры, путем сдачи ее в аренду, для упрощения процедуры заключения договора аренды арендодателем указывался ФИО1, поскольку он и занимался поиском арендатора и заключением договора. После заключения договора купли-продажи от 12.12.2018, такой договор был заключен один раз 30.04.2019.

Из пояснений свидетеля ФИО7 в судебном заседании, а также текста договора аренды от 24.09.2018, следует, что ФИО7 заключил договор аренды только на 4 месяца, то есть до 24.01.2019, оплату производил наличными денежными средствами лично ФИО1, о чем также свидетельствует приложение к договору аренды – акт передачи денежных средств, где стоят подписи сторон, подтверждающие передаче денежных средств в сумме 18000 руб.

Из указанного следует, что заключая договор аренды на непродолжительный срок истец предполагал дальнейшее возможное изменение ее правового статуса, а именно возможную продажу. Поскольку до окончания действия договора аренды оставалось 1,5 месяца, а также в связи с тем, что сторонам сделки было известно (что вытекает из последующих договоров аренды), что жилое помещение предназначено для извлечения прибыли, действие договора аренды, заключенного с ФИО7 продолжалось до срока, указанного в договоре, оснований для его досрочного расторжения не имелось.

Из последующего договора аренды, заключенного с ООО «ХИММАШ-ЭНЕРГО» от 30.04.2019 согласно той же форме приложения, денежные средства в счет оплаты аренды ФИО1 не передавались, поскольку перечислялись на счет ФИО6, дочери ответчика.

С 01.01.2020 договор аренды спорного жилого помещения заключен между арендодателем ФИО5 и ФИО8 на срок 11 месяцев, получателем арендной платы в договоре также указана ФИО6 (л.д. 101-104 том 2).

Из пояснений истца следует, что об указанном договоре аренды ему до судебного заседания известно не было, что также свидетельствует о том, что денежные средства по предыдущему договору аренды он не получал, оплата происходила путем перечисления денежных средств на счет ФИО6

Также истец в своих доводах ссылается на расписки в получении денежных средств, из которых следует, что при регистрации сделки в Росреестре (л.д. 46 том 1) и при подаче документов на получение налогового вычета (л.д. 165 том 1), представлены разные расписки, в которых сумма, переданная от покупателя продавцу, не совпадает.

Расписка носит односторонний характер, в ней имеется только подпись самого истца. Из пояснений ответчика следует, что документы для получения налогового вычета подавались истцом, данное обстоятельство также подтверждается наличием у истца распечатки из личного кабинета налогоплательщика ответчика, выписки по лицевому счету ответчика, справки формы 2-НДФЛ ответчика за 2018 год (л.д. 12, 15, 16 том 1). Пояснить наличие у него указанных документов истец не мог, ссылаясь на получение их от ответчика, однако доказательств этому не представил. Таким образом, указание в расписке разной стоимости спорного жилого помещения полностью изготовлено истцом, основания и причин этого истец также не представил.

Все иные документы – квитанции об оплате жилья и коммунальных услуг, документы, подтверждающие оплату ремонтных работ в спорном жилом помещении, переписка с арендаторами квартиры, оформление лицевого счета и договора на оказание услуг связи на имя истца, свидетельствуют об осуществлении истцом своих обязанностей лица, сдающего жилое помещение в аренду для извлечения прибыли. Так же ответчиком и третьим лицом представлены доказательства частичной оплаты коммунальных услуг. В силу семейных отношений истца, ответчика и третьего лица, в чью пользу заключались договоры аренды, указанные действия истца не свидетельствуют о мнимости сделки купли-продажи.

Доводы истца о наличии у него регистрации по месту жительства в спорном жилом помещении, материалами дела не подтверждаются, согласно копии паспорта истец зарегистрирован по месту жительства по адресу: *** (л.д. 23 том 1), а также в доверенностях на представителей истца (л.д. 155 том 2), оформленных 19.10.2020, указан тот же адрес, иного суду не представлено, ходатайств об истребовании дополнительных доказательств суду не заявлялось.

Кроме того, ответчиком представлены доказательства распоряжения жилым помещением в качестве собственника. С 01.01.2020 ответчик перезаключил договор аренды, указав в качестве арендодателя и собственника себя, кроме того ответчиком 31.01.2020 заключен договор купли-продажи земельного участка на территории дачного поселка «Заповедник», для приобретения земельного участка ответчик заключил кредитный договор с АО «Тинькофф Банк» от 09.02.2020, заключив при этом договор залога (ипотеки) с АО «Тинькофф Банк» от 29.01.2020, предметом залога по которому является квартира, расположенная по адресу: *** (л.д. 114-126 том 1). Залог зарегистрирован в установленном законом порядке.

Истцом в обоснование своих требований представлено заключение по результатам психофизиологического исследования с использованием полиграфа от 26.08.2020 (л.д. 30-34 том 2).

Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации не предусматривает законодательной возможности применения полиграфа в гражданском процессе. Данный вид исследования является результатом опроса с применением полиграфа, регистрирующего психофизиологические реакции на какой-либо вопрос, и такое заключение не может рассматриваться в качестве надлежащего доказательства, применительно к главе 6 Кодекса (доказательства и доказывание).

Ссылку истца в обоснование своих требований на материалы КУСП, в том числе постановления об отказе в возбуждении уголовного дела по неоднократным заявлениям и жалобам истца в органы полиции и прокуратуры, суд полагает несостоятельной, поскольку все пояснения сторон записаны с их слов, детальной проверки органами полиции по делу не проводилось, истцу рекомендовано обратиться в суд с гражданским иском.

Для признания сделки недействительной на основании указанной истцом нормы закона, необходимо установить, что в момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Учитывая, что у ответчика, как стороны по сделке, имелась воля на создание правовых последствий от оспариваемой сделки, что исключает мнимый характер сделки, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска.

В рассматриваемом случае по сделке произведено исполнение: к покупателю перешло право собственности на спорную квартиру, а продавец получил оплату покупной цены, не оспаривая принадлежность своей подписи в расписках. Исполнение по сделке (в т.ч. в части перехода прав собственности на квартиру ответчику) произведено не формально, а в действительности: покупатель распорядился приобретенной квартирой по своему усмотрению.

Изложенное исключает мнимость сделки.

Оценив в совокупности имеющиеся в деле доказательства, в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает необходимым в иске отказать в полном объеме.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к ФИО5 о признании договора купли-продажи от 12.12.2018 недействительным, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, с подачей апелляционной жалобы через Железнодорожный районный суд города Екатеринбурга.

Судья Е.А. Цициковская