Апелляционное определение № 33-1737/2026 от 30 марта 2026 г.

Судья Заремба И. Н. (номер) ((номер))

УИД: (номер)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Ханты-Мансийск 31.03.2026

Судебная коллегия по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе:

председательствующего судьи Протасовой М. М.,

судей Воронина С. Н., Мишенькиной К. В.,

при секретаре Проскуряковой К. Н.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Б. к Р. о признании завещания недействительным

по апелляционной жалобе истца на решение Нефтеюганского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 13.11.2025.

Заслушав доклад судьи Протасовой М. М., объяснения представителя истца Т., действующая на основании доверенности от (дата), представителя ответчика Д., действующего на основании ордера от (дата), судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

истец обратилась в суд с иском, в обоснование которого указала, что ФИО, (дата) года рождения, являлась ее тетей и родной сестрой ее матери ФИО1 (дата) ФИО составила завещание на имя истца, в соответствии с которым завещала ей <данные изъяты> доли в праве собственности на квартиру по адресу: (адрес)

(дата) ФИО умерла.

О смерти тети истец узнала (дата) от своей матери ФИО1 в связи со вступлением последней в наследство на <данные изъяты> доли в квартире, расположенной по названному адресу, и принадлежащей ФИО2, умершему (дата), приходившемуся сыном ФИО С учетом того, что ФИО было составлено завещание на нее, она была в недоумении относительного того, кому принадлежит в настоящее время завещанная ФИО квартира. После вступления ФИО1 в наследство на <данные изъяты> доли квартиры из выписки ЕГРН от (дата) истец узнала, что <данные изъяты> доли в этой же квартире принадлежат Р., которого она не знает и который на момент смерти ФИО никем ей не приходился, родственником не являлся.

В (дата) истец обратилась к нотариусу с просьбой прояснить ситуацию по поводу завещания ФИО Нотариус сообщила, что ФИО в (дата) перед смертью составила новое завещание в пользу Р. При этом на момент составления завещания у ФИО имелся родной сын ФИО2, который являлся наследником первой очереди.

В процессе жизни ФИО страдала <данные изъяты>, связанные с отклонением психики, страдала <данные изъяты> и принимала соответствующие лекарства, оформляя в (дата) завещание на имя Р. была не способна понимать значение своих действий в виду наличии заболеваний, связанных с нарушением психики, а также сопутствующих заболеваний, повлиявших на указанное решение.

На основании изложенного, просила признать недействительным завещание, составленное ФИО, (дата) года рождения, и удостоверенное (адрес) нотариального округа ФИО4 в (дата).

Решением суда в удовлетворении иска отказано.

С таким решением истец не согласилась, в апелляционной жалобе просит решение отменить с вынесением по делу нового решения об удовлетворении иска. В обоснование жалобы приводит доводы иска, указывает, что заболевания ФИО свидетельствуют, что она не могла осознавать своих действий, ссылается, что решение вынесено в отсутствие сторон и их представителей, не согласна с выводом суда о пропуске срока исковой давности, так как о смерти ФИО она не знала и на похоронах не присутствовала.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца доводы апелляционной жалобы поддержала.

Представитель ответчика против удовлетворения апелляционной жалобы возражал, указал, что ФИО проживала с Р., после ее смерти похоронами ФИО занимался он.

Лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте судебного заседания судом апелляционной инстанции извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда, об уважительности причин неявки до начала судебного заседания не сообщили.

С учетом изложенного, и поскольку участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лица, участвующего в деле, но каждому гарантируется право на рассмотрение дела в разумные сроки судебная коллегия, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений на нее в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу п. п. 1 и 4 ст. 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания. Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

Из разъяснений, данных в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», следует, что сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 ГК РФ) и специальными правилами раздела V ГК РФ.

Как предусмотрено п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Из материалов дела следует и никем не оспаривается, что истец является племянницей ФИО, (дата) г. р. Мать истца ФИО1 и ФИО являлись родными сестрами.

ФИО при жизни принадлежали <данные изъяты> доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: (адрес). Другим участником долевой собственности на квартиру являлся ее сын ФИО2, которому принадлежала <данные изъяты> доля в праве собственности на квартиру.

(дата) нотариусом (адрес) нотариального округа ФИО3 удостоверено завещание ФИО, которым <данные изъяты> доли в праве собственности на указанную квартиру ФИО завещала истцу Б.

(дата) нотариусом (адрес) нотариального округа ФИО4 удостоверено новое завещание, которым все имущество, какое на момент смерти ФИО окажется ей принадлежащим, в чем бы таковое ни заключалось и где бы оно ни находилось, она завещала Р.

(дата) ФИО умерла.

(дата) Р. обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства по завещанию.

(дата) Р. выданы свидетельства о праве на наследство по завещанию, состоящее из: <данные изъяты> долей в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: (адрес); права требования выплаты денежных средств со всеми процентами и способами восстановлении и обеспечения сохранности ценности денежных сбережений, учитываемых на счетах (номер), хранящихся в <данные изъяты>, с причитающимися процентами и компенсациями.

Выводы суда о том, что ответчик Р. ранее являлся супругом ФИО, а затем ее сожителем, проживавшим с ней совместно в течение ряда лет, никем не опровергаются.

Оспаривая в настоящем деле завещание ФИО, истец настаивает, что последняя при его совершении не была способна осознавать характер своих действий и руководить ими.

Исходя из таких доводов истца и в соответствии со ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судом по настоящему делу определением от (дата) назначена комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено БУ (адрес)».

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов (номер) от (дата) в связи с отсутствием подробного описание состояния подэкспертной в юридически значимый период, категорично ответить на экспертные вопросы не представляется возможным. С большей долей вероятности, в момент оформления и составления завещания (дата) убедительных объективных сведений о наличии признаков какого-либо психического расстройства не выявлялось. На это указывают свидетельские показания: «бодрая всегда...была в здравом уме и нами командовала, что кому делать...ругала сына за то, что он не работал…указывала, что купить и как готовить... сказала, что обросла и нужно подстричься...сама себе колола инсулин, у нее был график», «ФИО не курила, не пила...была в хорошем настроении», «она в своем уме была»; сведения от участкового уполномоченного полицейского «ощущения, что у ФИО психическое расстройство не было»; сведения от врача-психиатра, о том, что ФИО под наблюдением не состояла и за специализированной медицинской помощью не обращалась, а так же отсутствие медицинской документации, подтверждающей изменение психики в юридически значимый период. На основании вышеизложенного, комиссия экспертов пришла к выводу о том, что ФИО на момент составления и оформления завещания (дата), с наибольшей степенью вероятности могла понимать значение своих действий и руководить ими. Также комиссия экспертов указала, что описание индивидуально-психологических особенностей личности ФИО при проведении экспертизы не представляется возможным, так как для этого необходимо ее личное присутствие и проведение с ней экспериментально-психологического исследования, в т. ч. клинической беседы, выполнение тестов и опросников, либо их результаты, подробная психологическая информация (напр. заключения психологов) в материалах дела. Ообъективных данных за какие-либо расстройства психического самочувствия и психологического состояния на момент подписания завещания (дата) не отмечалось. Учитывая особенности познавательной сферы ФИО, состояние в момент совершения сделки, ФИО имела адекватное представление о существе сделки. Данные, свидетельствующие о декомпенсации соматического состояния в день подписания завещания, в предоставленных материалах отсутствуют.

Разрешая поданный иск, суд первой инстанции руководствовался вышеприведенными нормами права, принял во внимание заключение судебной экспертизы, дав ему оценку в совокупности с иными представленными в материалы дела доказательствами в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем, пришел к выводу об его отклонении.

Выводы суда в решении мотивированы, полностью соответствуют обстоятельствам дела, судебной коллегией признаны правильными.

Доводы апелляционной жалобы, в которой истец настаивает на неспособности завещателя при составлении завещания понимать значение своих действий и руководить ими, подлежат отклонению судебной коллегией.

В настоящем деле заключение судебной экспертизы судом оценено в совокупности с иными имеющимся в деле доказательствами как того требует ст. ст. 67, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, среди которых каких-либо сведений, позволяющих прийти к обратному выводу не содержится.

Как правильно указал суд первой инстанции, согласно ответу Поликлиники (номер) БУ (адрес) от (дата), ФИО на учете в кабинете психиатра не состояла, данный факт подтвержден и пояснениями врача-психиатра в ходе судебного заседания (дата).

Медицинские документы с информацией о том, что ФИО в течение длительного периода жизни страдала <данные изъяты>, переданы в распоряжение экспертов, являлись предметом экспертного исследования, выводы, к которым пришли эксперты, сформулированы с их учетом, что следует из исследовательской части заключения.

Мнение стороны истца о влиянии данного заболевания на то, что ФИО не могла осознавать своих действий, основанием для критической оценки выводов комиссии экспертов не является.

Также правильно суд пришел к выводу о пропуске истцом срока исковой давности по заявленном иску.

В соответствии со ст. 195, п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как правильно указал суд в решении сделка, оспариваемая на основании п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, является оспоримой, а срок исковой давности для применения требований о ее недействительности составляет 1 год со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В настоящем случае о нарушении своих прав на получение наследства истец очевидно должна была узнать со дня его открытия – смерти ФИО, что имело место (дата), так как согласно доводам ее иска о наличии завещания в свою пользу ей было известно, и поскольку с настоящим иском истец обратилась (дата), срок исковой давности ею пропущен.

Доводы апелляционной жалобы о том, что о смерти ФИО она не знала, подлежат критической оценке, поскольку как сама истец указывает в иске, ФИО являлась ее близкой родственницей, проживавшей в одном с истцом населенном пункте, кроме того, все иные родственники истца о смерти ФИО знали.

Доводы истца о том, что она избегала общения с тетей, так как сама болела и опасалась, что тетя сообщит о болезни ее матери, являются надуманными, поскольку доступные способы связи очевидно позволяют общение, не ставя лицо в известность о своем состоянии.

В целом в материалах дела нет никаких медицинских данных о болезни истца в период открытия наследства после смерти ФИО и в последующем.

Судебная коллегия отмечает, что субъективные причины, по которым лицо, имеющее объективную возможность узнать о событии, влекущем юридические последствия, бездействует либо создает такую видимость, обстоятельством, изменяющим начало течения срока исковой давности, не является.

Несогласие истца в апелляционной жалобе с завещанием по мотиву его подписания рукоприкладчиком, основанием для отмены постановленного судом решения явиться не может.

Судебная коллегия обращает внимание, что в поданном исковом заявлении истец на такое основание для признания завещания недействительным не указывала, в последующем исковое заявление в установленном порядке иными обстоятельствами не дополняла.

Вместе с тем, поскольку такие доводы приведены в ходе рассмотрения дела, суд первой инстанции правильно указал на срок судебной защиты при оспаривании завещания как ничтожной сделки, верно указав, что на исчисление срока исковой давности со дня открытия наследства со смертью ФИО (дата) и на пропуск истцом такого срока при обращении в суд (дата).

Доводы апелляционной жалобы о рассмотрении судом дела в отсутствие сторон и их представителей не соответствуют материалам дела, согласно протоколу судебного заседания от (дата), замечания на который никем не принесены, в судебном заседании приняли участие как сама истец вместе с представителем, так и ответчик и его представитель.

При таких обстоятельствах в совокупности судебная коллегия не находит правовых оснований для отмены постановленного судом решения по доводам апелляционной жалобы истца.

В соответствии с ч. 3 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционных жалобе, представлении, суд апелляционной инстанции проверяет, не нарушены ли судом первой инстанции нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с ч. 4 ст. 330 данного Кодекса основаниями для отмены решения суда первой инстанции. Из материалов дела следует, что таких нарушений судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь п. 1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Нефтеюганского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 13.11.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца – без удовлетворения.

Настоящее апелляционное определение вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в кассационном порядке в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения с подачей жалобы через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 02.04.2026.

Председательствующий Протасова М. М.

судьи Воронин С. Н.

Мишенькина К. В.