Апелляционное постановление № 22-1829/2018 22-29/2019 4/16-247/2018-22-29/2019 от 10 января 2019 г. по делу № 22-1829/2018

Судья Полежаева Т.А. № 4/16-247/2018-22-29/2019


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Великий Новгород 11 января 2019 года

Новгородский областной суд в составе председательствующего судьи Становского А.М.,

при секретаре судебного заседания Росляковой Ю.В.,

с участием:

прокурора уголовно-судебного отдела прокуратуры Новгородской области Петрова А.А.,

осужденного ФИО1, участвующего в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи,

защитника – адвоката Соколовой Л.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на постановление Новгородского районного суда Новгородской области от 13 ноября 2018 года, которым ходатайство осужденного

ФИО1, <...>

о замене неотбытой части наказания в виде лишения свободы более мягким видом наказания – оставлено без удовлетворения,

у с т а н о в и л:

Приговором Солецкого районного суда Новгородской области от 29 марта 2011 года ФИО1, ранее судимый:

1) 11 июля 2003 года Солецким районным судом Новгородской области по ч. 1 ст. 161 УК РФ, ст. 116 УК РФ к 3 годам 1 месяцу лишения свободы; постановлением Псковского районного суда Псковской области от 14 сентября 2004 года освобожден условно-досрочно на неотбытый срок 1 год 5 месяцев 14 дней;

2) 12 мая 2005 года Солецким районным судом Новгородской области по ч. 3 ст. 158 УК РФ с применением ст. 70 УК РФ в отношении приговора от 11 июля 2003 года – к 3 годам лишения свободы; освобожден 8 мая 2008 года по отбытии срока наказания;

3) 18 февраля 2009 года Шимским районным судом Новгородской области по п. «а» ч. 2 ст. 166 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы; постановлением Новгородского районного суда Новгородской области от 23 июля 2010 года освобожден условно-досрочно на неотбытый срок 1 год 25 дней, -

осужден за совершение преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 105 УК РФ, п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, с применением положений ст. 70 УК РФ в отношении приговора от 18 февраля 2009 года – к 11 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Постановлением Кольского районного суда Мурманской области от 19 декабря 2016 года ФИО1 переведен для дальнейшего отбывания наказания в исправительную колонию строгого режима.

Осужденный ФИО1, отбывающий назначенное ему наказание в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Новгородской области (конец срока – 27 мая 2022 года), обратился в Новгородский районный суд с ходатайством о замене неотбытой части наказания в виде лишения свободы более мягким видом наказания.

По результатам рассмотрения ходатайства судом 13 ноября 2018 года вынесено постановление об отказе в его удовлетворении.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 просит данное судебное решение отменить и заменить ему неотбытую часть наказания в виде лишения свободы более мягким видом наказания. В обоснование своей позиции осужденный ссылается на то, что суд при рассмотрении его ходатайства не оценил должным образом положительные характеристики и заработанные за весь период отбывания наказания поощрения, ограничившись исследованием проведенных с ним профилактических бесед, которые мерой взыскания не являются и не могут характеризовать осужденного с отрицательной стороны. Отказывая в удовлетворении ходатайства, суд также сослался на непринятие им мер по возмещению морального вреда потерпевшему. Однако данное обстоятельство, как указывает осужденный ФИО1, обусловлено объективными причинами, а именно отсутствием у него денежных средств и ненаправлением в администрацию исправительного учреждения исполнительного листа.

В возражениях на апелляционную жалобу помощник прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Новгородской области ФИО2 считает доводы жалобы осужденного несостоятельными, а постановление суда – законным, обоснованным и не подлежащим отмене.

Проверив представленные материалы, выслушав выступления осужденного ФИО1 и его защитника, адвоката Соколовой Л.Г., поддержавших апелляционную жалобу, мнение прокурора Петрова А.А., возражавшего против ее удовлетворения, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены либо изменения обжалуемого судебного решения.

В соответствии с ч. 1 ст. 80 УК РФ (в редакции, действовавшей на момент совершения ФИО1 преступлений) лицу, отбывающему лишение свободы, суд с учетом его поведения в период отбывания наказания может заменить оставшуюся не отбытой часть наказания более мягким видом наказания.

Как установлено в судебном заседании, ФИО1, отбывающий лишение свободы за совершение в том числе особо тяжкого преступления, на момент обращения в суд с ходатайством о замене наказания в порядке ст. 80 УК РФ отбыл более двух третей срока назначенного ему наказания, что в соответствии с ч. 2 ст. 80 УК РФ дает ему право ходатайствовать о замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания.

Вместе с тем суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что отбытие осужденным необходимой части наказания, по смыслу уголовного закона, само по себе не является безусловным основанием для принятия судом решения о смягчении наказания. Такое решение возможно только в случае, если суд придет к выводу, что поведение осужденного за период отбывания наказания свидетельствует о том, что цели уголовного наказания, предусмотренные ст. 43 УК РФ, в том числе исправление осужденного, могут быть достигнуты путем применения к нему более мягкого вида наказания, вследствие чего осужденный не нуждается в дальнейшем отбывании лишения свободы. При этом данный вывод суда должен быть основан на всестороннем изучении сведений о поведении осужденного за весь период отбывания наказания с учетом правового понятия исправления, под которым в ст. 9 УИК РФ понимается формирование у осужденного уважительного отношения к человеку, обществу, труду, нормам, правилам и традициям человеческого общежития и стимулирование правопослушного поведения.

Суд первой инстанции полно и всесторонне изучил сведения о личности ФИО1 и о его поведении за весь период отбывания наказания и обоснованно счел их недостаточными для вывода о возможности применения к осужденному положений ст. 80 УК РФ о смягчении наказания, которые носят поощрительный характер.

Из характеристики, представленной администрацией исправительного учреждения, действительно следует, что осужденный ФИО1 в целом характеризуется положительно, поскольку не имеет дисциплинарных взысканий, с 23 мая 2013 года переведен на облегченные условия отбывания наказания, а с 19 декабря 2016 года ему изменен вид исправительного учреждения. По прибытии в исправительную колонию строгого режима осужденный трудоустроен кухонным рабочим, неоднократно поощрялся администрацией исправительного учреждения за добросовестное отношение к труду, дисциплинарных взысканий не имеет, регулярно посещает мероприятия воспитательного характера, выводы делает правильные, принимает активное участие в благоустройстве секции в общежитии, общается с родственниками, частично признал вину и раскаялся в содеянном.

В связи с этим администрация исправительного учреждения полагала целесообразным заменить ФИО1 неотбытую часть наказания более мягким видом наказания, что было известно суду при рассмотрении ходатайства.

В то же время суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что указанные положительные сведения о личности осужденного ФИО1 должны учитываться в совокупности с иными данными о его поведении за весь период отбывания наказания, которые при их тщательном изучении не могут служить свидетельством твердого формирования у ФИО1 уважительного отношения к ценностям, с которыми закон в статье 9 УИК РФ связывает исправление осужденного. При этом соблюдение порядка и условий отбывания наказания, осуществление трудовой деятельности в местах и на работах, определяемых администрацией исправительного учреждения, – в соответствии со статьями 11, 103 УИК РФ являются основными обязанностями осужденного к лишению свободы, выполнение которых само по себе не дает достаточных оснований для смягчения наказания безотносительно к иным обстоятельствам, характеризующим поведение осужденного.

В этом отношении исследованные судом первой инстанции материалы, включая личное дело осужденного ФИО1, указывают на то, что на данный момент для своего исправления осужденный нуждается в дальнейшем отбывании наказания в виде лишения свободы.

Как следует из имевшихся в распоряжении суда документов, поведение осужденного ФИО1 в период отбывания наказания не являлось стабильно положительным и безупречным. Помимо того, что осужденный поощрялся администрациями исправительных учреждений, в которых он отбывал лишение свободы, ФИО1 также регулярно нарушал порядок и условия отбывания наказания, по поводу чего с ним неоднократно проводились профилактические беседы.

Так, в феврале 2012 года ФИО1 допустил нарушение формы одежды, в апреле 2013 года вышел за пределы локального участка, а в мае этого же года – курил в неотведенном месте, пренебрегая правилами пожарной безопасности и одновременно находясь в одежде неустановленной формы. В отношении данных нарушений администрация исправительного учреждения ограничилась проведением с осужденным профилактических бесед, выразив тем самым надежду на его исправление. Кроме того, в мае 2013 года ФИО1, несмотря на допущенные нарушения режима, как положительно характеризующийся осужденный был переведен в облегченные условия отбывания наказания.

Находясь на этих условиях, осужденный не исключил полностью из своего поведения склонность к несоблюдению режима и в марте 2016 года допустил нарушение правил внутреннего распорядка, по поводу чего с ним в очередной раз была проведена беседа профилактического характера. При этом в данном случае администрация исправительного учреждения вновь воздержалась от применения к ФИО1 дисциплинарного взыскания, расценив его как положительно характеризующегося осужденного, на основании чего в декабре 2016 года судом принято решение об изменении ФИО1 вида исправительного учреждения на более мягкий.

Однако и после этого осужденный продолжил нарушать режим и в апреле 2017 года допустил курение в неотведенном месте, тогда как до этого с ним уже проводилась профилактическая беседа за аналогичное нарушение, которая, как следует из приведенных обстоятельств, не возымела должного эффекта.

Таким образом, на протяжении всего периода отбывания наказания осужденный ФИО1, положительно характеризуясь администрацией исправительного учреждения и получая поощрения в различных формах, в том числе в виде изменения режима содержания, тем не менее не сформировал в себе установку на неукоснительное соблюдение порядка и условий отбывания наказания (режима), который в соответствии с ч. 2 ст. 9 УИК РФ является одним из основных средств исправления осужденных.

Судом апелляционной инстанции учитывается, что проводимые с ФИО1 профилактические беседы хоть и не относятся к мерам дисциплинарного взыскания, предусмотренным ст. 115 УИК РФ, вместе с тем свидетельствуют о регулярном отступлении осужденного от режимных требований. При этом характер и количество допущенных ФИО1 нарушений, продолжение их совершения, несмотря как на профилактические беседы, так и на доверие к нему со стороны администраций исправительных колоний в виде мер поощрения, давали суду достаточные основания для вывода о том, что применение к ФИО1 такой меры поощрения, как замена неотбытой части наказания более мягким видом наказания, на данный момент является преждевременным.

Наряду с этим суд первой инстанции в соответствии с положениями ч. 1 ст. 175 УИК РФ обоснованно учел и то обстоятельство, что одним из нормативно закрепленных критериев исправления осужденного могут служить сведения о возмещении им вреда (полностью или частично), причиненного преступлением.

В этом отношении обращает на себя внимание то обстоятельство, что приговором Солецкого районного суда Новгородской области от 29 марта 2011 года с ФИО1 в пользу потерпевшего ФИО3 взыскана компенсация морального вреда в размере 350000 рублей, о чем ФИО1 в течение всего времени отбывания наказания было достоверно известно.

Однако за значительный период отбывания наказания осужденный ФИО1 каких-либо мер для возмещения причиненного преступлением вреда не принял, тогда как был трудоустроен, в связи с чем и поощрялся администрациями исправительных учреждений.

Доводы осужденного о том, что он не имел возможности возмещать гражданский иск, опровергаются его же пояснениями в суде апелляционной инстанции, из которых следует, что после отказа в удовлетворении ходатайства о замене наказания более мягким осужденный подал документы на выплату гражданского иска.

Таким образом, при рассмотрении ходатайства осужденного ФИО1 о замене неотбытой части наказания в виде лишения свободы более мягким видом наказания суд первой инстанции всесторонне и полно учел все обстоятельства, характеризующие поведение осужденного как с положительной, так и с отрицательной стороны, принял во внимание мнение прокурора, и на основании этого пришел к правильным выводам о том, что на данный момент отсутствуют достаточные основания для применения к ФИО1 положений ст. 80 УК РФ, поскольку объективных данных, свидетельствующих о возможности его исправления без дальнейшего отбывания наказания в виде лишения свободы, – не имеется.

Постановление суда об оставлении без удовлетворения ходатайства осужденного ФИО1 соответствует требованиям закона, в нем указаны конкретные фактические обстоятельства, исключающие возможность применения положений ст. 80 УК РФ. Оснований не соглашаться с выводами суда, которые в достаточной степени мотивированы и основаны на сведениях, проверенных в судебном заседании, не имеется.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену постановления, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 389.20 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

Постановление Новгородского районного суда Новгородской области от 13 ноября 2018 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Судья А.М. Становский