Апелляционное определение № 33-3372/2025 33-91/2026 от 25 января 2026 г.

судья Григорьева Е.Н.

№ 33-91/2026 УИД 51RS0002-01-2025-001665-75мотивированное
апелляционное определение изготовлено 26.01.2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Мурманск

21 января 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда в составе:

председательствующего

Захарова А.В.

судей

ФИО1

ФИО2

при секретаре

ФИО3

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1581/2025 по исковому заявлению ФИО4 к Банк ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора недействительным, применении последствий недействительности сделки

по апелляционной жалобе ФИО4 на решение Первомайского районного суда г.Мурманска от 29 августа 2025 г.

Заслушав доклад судьи Захарова А.В., объяснения истца ФИО4 и ее представителя ФИО5, поддержавших доводы апелляционной жалобы, возражения представителя Банк ВТБ (ПАО) ФИО6 относительно доводов жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда

установила:

ФИО4 обратилась с иском в суд к Банк ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора недействительным, применении последствий недействительности сделки.

В обосновании требований указано, что между ФИО4 и Банком ВТБ (ПАО) заключен договор банковского счета, в рамках которого истцу в финансовой организации открыт счет *

27 июня 2024 г. в 23:53:51 по московскому времени неустановленным лицом, находясь в неустановленном месте, неустановленным способом осуществлен вход в систему дистанционного банковского обслуживания Финансовой организации (далее - Система ДБО) с использованием идентификационных данных Заявителя с устройства ***

27 июня 2024 г. в 23:59 на основании распоряжения, поданного неустановленным лицом от имени заявителя посредством Системы ДБО, финансовой организацией со счета * перечислены денежные средства в размере 15 788,33 руб. на банковский счет третьего лица.

28 июня 2024 г. в 00:11:46 между неустановленным лицом от имени заявителя и финансовой организацией с использованием простой электронной подписи заключен договор потребительского кредита *, в соответствии с условиями которого ФИО4 предоставлен лимит кредитования в сумме 100 000 руб.

В целях предоставления кредита по кредитному договору и его обслуживания заявителю открыт банковский счет * и выпущена банковская кредитная карта *

28 июня 2024 г. в 00:24:22 на основании распоряжения, поданного неустановленным лицом от имени заявителя посредством Системы ДБО, финансовой организацией со * перечислены денежные средства в размер 50 748,99 руб. в пользу третьего лица.

28 июня 2024 г. в 00:27:47 на основании распоряжения, поданного неустановленным лицом от имени заявителя посредством Системы ДБО, финансовой организацией со * перечислены денежные средства в размер 48 493,66 руб. в пользу третьего лица.

28 июня 2024 г. в 12:52 банковская кредитная карта * заблокирована по факту обращения ФИО4 в контакт-центр.

ФИО4 не имела намерений на перевод денежных средств третьему лицу со счета *, а также не имела намерений на заключение оспариваемого кредитного договора и на перевод денежных средств третьему лицу со счета *, открытого в рамках Кредитного договора.

По факту совершенных неустановленным лицом действий, истец обратилась в отдел полиции № 3 по г. Мурманску.

На основании ее заявления, возбуждено уголовное дело *, в отношении неустановленного лица, по признакам преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

Постановлением старшего следователя отдела по расследованию преступлений на территории Первомайского административного округа г.Мурманска СУ УМВД России по г. Мурманску от 29 июня 2024 г., ФИО4 признана потерпевшей по уголовному делу *.

Соблюдая порядок досудебного урегулирования спора, 18 сентября 2024 г. посредством АО «Почта России» ФИО4 направила в финансовую организацию претензию, содержащую требования о признаний кредитного договора незаключенным, об исключении сведений о кредитном договоре из бюро кредитных историй, а также о возврате денежных средств в размере 115 030,98 руб., перечисленных со счетов неустановленным лицом, что подтверждается отчетом об отслеживании отправления с почтовым идентификатором *.

Из ответа на претензию следует, что операции совершены в личном кабинете заявителя в Системе ДБО после успешного входа по логину и паролю, основания для отказа в проведении данных операций у финансовой организации отсутствовали.

21 января 2025 г. ФИО4 обратилась к финансовому уполномоченному, решением которого в удовлетворении ее требований отказано.

Уточнив требования, просила суд признать кредитный договор * от 28 июня 2024 г. заключенный между Банк ВТБ (ПАО) и ФИО4 недействительным и применить последствия недействительности сделки: обязать Банк ВТБ (ПАО) направить в Бюро кредитных историй информацию об аннулировании записей по кредитному договору.

Судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены ЦБ РФ в лице отделения по Мурманской области Северо-Западного главного управления ЦБ РФ и АО «Свой Банк».

Определением суда от 14 июля 2025 г. производство по делу в части требований ФИО4 к Банк ВТБ (ПАО) о взыскании денежных средств в размере 15 788,33 руб. прекращено в связи с отказом от иска.

Судом принято решение об отказе в удовлетворении оставшихся исковых требований ФИО4 (о признании кредитного договора недействительным).

В апелляционной жалобе ФИО4 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований.

В обоснование жалобы указывает, что не имела намерений на заключение кредитного договора и перевод денежных средств на счет третьего лица.

Полагает, что суд первой инстанции не принял во внимание, что все операции совершались в ночное время, вместе с тем, банк не приостановил их. Основным доводом, на основании которого суд пришел к выводу об отказе в признании договора недействительным это наличие смс сообщений, направленных на номер телефона истца, при этом при обнаружении оформленного кредита ФИО4 обратилась в полицию, где зафиксировано отсутствие сообщений на телефоне истца.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились представители третьих лиц ЦБ РФ и Свой-Банк, извещенные о времени и месте судебного заседания в установленном законом порядке, неявка который не препятствует рассмотрению дела.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со ст. 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Согласно ст. 820 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитный договор должен быть заключен в письменной форме; несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора; такой договор считается ничтожным.

Согласно с п. 1 ст. 158 Гражданского кодекса Российской Федерации сделки совершаются устно или в письменной форме.

В силу абз. 1 п. 1 ст. 161 Гражданского кодекса Российской Федерации сделки юридических лиц между собой и с гражданами должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения.

В абз. 2 п. 1 ст. 160 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что двусторонние договоры могут совершаться способами, установленными пунктами 2 и 3 статьи 434 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пункт 2 статьи 434 Гражданского кодекса Российской Федерации указывает, что договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена письмами, телеграммами, телексами, телефаксами и иными документами, в том числе электронными документами, передаваемыми по каналам связи, позволяющими достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору. Электронным документом, передаваемым по каналам связи, признается информация, подготовленная, отправленная, полученная или хранимая с помощью электронных, магнитных, оптических либо аналогичных средств, включая обмен информацией в электронной форме и электронную почту.

Письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 438 данного Кодекса (п. 3 ст. 434 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 3 ст. 438 Гражданского кодекса Российской Федерации совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.

На основании п. 2 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной. Договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта (п. 1 ст. 433 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как установлено судом первой инстанции следует из материалов дела, у ФИО4 в Банк ВТБ (ПАО) имеется договор банковского счета *

Как следует из протокола операции цифрового подписания (работы в системе ВТБ Онлайн) 27 июня 2024 г. в 23:53:511 осуществлен вход в систему дистанционного банковскою обслуживания Финансовой организации (далее - Система ДБО) с использованием идентификационных данных заявителя с устройства ***, что подтверждается системным журналом активности в Системе ДБО за период с 27 июня 2024 г. по 28 июня 2024 г.

27 июня 2024 г. в 23:59 на основании распоряжения, поданного от имени ФИО4 посредством Системы ДБО с использованием устройства, банком со счета * перечислены денежные средства в размере 15 788,33 руб. на банковский счет третьего лица, что подтверждается системным журналом, выпиской по счета * за период с 1 января 2024 г. по 14 января 2025 г., а также квитанцией по операции.

27 июня 2024 г. в 23:59:54 финансовой организацией на устройство направлено push- уведомление следующего содержания: «Списание *****.**р Карта***** VTB Баланс*** **р».

28 июня 2024 г. в 00:11:46 между ФИО4 и Банк ВТБ (ПАО) с использованием простой электронной подписи заключен договор потребительского кредита № КК-7779804804945, в соответствии с условиями которого заявителю предоставлен лимит кредитования в сумме 100 000 руб.

В целях предоставления кредита по кредитному договору и его обслуживания ФИО4 в открыт банковский счет * и выпущена банковская кредитная карта *

28 июня 2024 г. в 00:24:22 на основании распоряжения, поданного от имени ФИО4 посредством Системы ДБО с использованием устройства, со счета * перечислены денежные средства в размере 50 748,99 руб. в пользу третьего лица, что подтверждается системным журналом, а также выпиской по счету за период с 24 июня 2024 г. по 29 января 2025 г.

28 июня 2024 г. в 00:24:27 на устройство истца направлено push- уведомление следующего содержания: «Списание 50 748,99 р. Карта* VTB Баланс 49 251,01р. 00:24».

28 июня 2024 г. в 00:27:47 на основании распоряжения, поданного от имени ФИО4 посредством Системы ДБО с использованием устройства, со счета * перечислены денежные средства в размере 48 493,66 руб. в пользу третьего лица, что подтверждается системным журналом, а также выпиской по счету.

28 июня 2024 г. в 00:27:48 на устройство истца направлено push- уведомление следующего содержания: «Списание 48 493,66р. Карта** VTB Баланс 757,35р 00:27».

28 июня 2024 г. в 12:52 карта заблокирована по факту обращения ФИО4 в контакт-центр финансовой организации.

29 июня 2024 г. истец обратилась в отдел по расследованию преступлений на территории Первомайского административного округа г. Мурманска СУ УМВД России по г. Мурманску по факту хищения с банковских счетов денежных средств на сумму 115 030,98 руб.

По данному факту старшим следователем отдела по расследованию преступлений па территории Первомайского административного округа г. Мурманска СУ УМВД России по г. Мурманску ФИО7 29 июня 2024 г. возбуждено уголовное дело *. ФИО4 признана потерпевшей.

Постановлением от 29 августа 2024 г. предварительное следствие по уголовному делу * приостановлено.

Разрешая сор и отказывая в удовлетворении заявленных ФИО4 требований, суд первой инстанции исходил из того, что оспариваемый кредитный договор заключен с использованием аналога собственноручной подписи истца, что согласно условиям договора о комплексном банковском обслуживании является проставлением собственноручной подписи, сторонами соблюдены все установленные требования и правила для заключения кредитного договора в электронном виде, денежные средства были зачислены на счет истца, в связи с чем оснований для удовлетворения иска о признании кредитного договора недействительным не имеется.

Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции, которые не соответствуют установленным обстоятельствам дела в связи со следующим.

В силу положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации 1. сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с п. 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2025), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 25 апреля 2025 г., кредитный договор, заключенный от имени клиента путем его обмана или в результате иных неправомерных действий третьих лиц с использованием мобильного приложения банка, является ничтожным.

Согласно ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель данных действий свидетельствует о том, что они являются актом волеизъявления соответствующего лица.

Согласно ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями. Заключение договора в результате действий неуполномоченных лиц является неправомерным, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор и являющегося применительно к пункту 2 статьи 168 названного Кодекса третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

Статьей 432 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (пункт 1).

Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной (пункт 2).

В силу пункта 1 статьи 435 этого же кодекса офертой признается адресованное одному или нескольким конкретным лицам предложение, которое достаточно определенно и выражает намерение лица, сделавшего предложение, считать себя заключившим договор с адресатом, которым будет принято предложение. Оферта должна содержать существенные условия договора.

В соответствии со статьей 820 данного кодекса кредитный договор должен быть заключен в письменной форме.

Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

Согласно пункту 1 статьи 160 указанного кодекса сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

Федеральный закон от 06 апреля 2011 года № 63-ФЗ «Об электронной подписи» предусматривает, что простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом (пункт 2 статьи 5).

В соответствии с пунктом 2 статьи 6 указанного Закона информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами или соглашением между участниками электронного взаимодействия.

Таким образом, проставление электронной подписи в заявке на предоставление кредита и в актах банка, устанавливающих условия кредитования и тарифы, по смыслу приведенных норм расценивается как проставление собственноручной подписи.

Из приведенных норм закона следует, что законодательство Российской Федерации допускает заключение кредитного договора путем использования кодов, паролей или иных средств подтверждения факта формирования электронной подписи.

Вместе с тем, согласно статье 8 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей», потребитель вправе потребовать предоставления необходимой и достоверной информации об изготовителе (исполнителе, продавце), режиме его работы и реализуемых им товарах (работах, услугах) (пункт 1).

Указанная в пункте 1 данной статьи информация в наглядной и доступной форме доводится до сведения потребителей при заключении договоров купли-продажи и договоров о выполнении работ (оказании услуг) способами, принятыми в отдельных сферах обслуживания потребителей, на русском языке, а дополнительно, по усмотрению изготовителя (исполнителя, продавца), на государственных языках субъектов Российской Федерации и родных языках народов Российской Федерации (пункт 2).

Статьей 10 этого же закона предусмотрена обязанность исполнителя своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора.

Обязанность доказать надлежащее выполнение данных требований по общему правилу возлагается на исполнителя (продавца, изготовителя).

Специальные требования к предоставлению потребителю полной, достоверной и понятной информации, а также к выявлению действительного волеизъявления потребителя при заключении договора установлены Федеральным законом от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», в соответствии с которым договор потребительского кредита состоит из общих условий, устанавливаемых кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения и размещаемых в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (части 1, 3, 4 статьи 5), а также из индивидуальных условий, которые согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально, включают в себя сумму кредита; порядок, способы и срок его возврата; процентную ставку; обязанность заемщика заключить иные договоры; услуги, оказываемые кредитором за отдельную плату, и т.д. (части 1 и 9 статьи 5).

Статьей 5 Федерального закона от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ «О потребительском кредите» в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений, подробно указана информация, которая должна быть доведена кредитором до сведения заемщика при заключении договора, включая не только общие, но и индивидуальные условия договора потребительского кредита, при этом последние в соответствии с пунктом 9 этой статьи согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально.

Согласно пункту 14 статьи 7 названного закона документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с указанной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет».

Из приведенных положений закона следует, что заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности, формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с данным федеральным законом.

В пункте 1.3. Правил ДБО Банка ВТБ (ПАО) содержатся термины и определения, в том числе:

Аутентификация - процедура проверки принадлежности Клиенту предъявленного им Идентификатора (проверка подлинности Идентификатора).

Идентификация - процедура распознавания Клиента в информационной системе Банка/Системе ДБО по предъявленному им Идентификатору.

Идентификатор - число, слово, комбинация цифр и/или букв или другая информация, однозначно выделяющая (идентифицирующая) Клиента среди определенного множества Клиентов Банка (паспортные данные Клиента, УНК, Логин, номер Карты Клиента, номер Банковского счета, Счета вклада, Специального счета, Доверенный номер телефона). Выбор Идентификатора зависит от Канала дистанционного доступа/Системы ДБО и указывается в соответствующих Условиях Системы ДБО.

Каналы дистанционного доступа - каналы связи, посредством которых осуществляется дистанционное банковское обслуживание, в том числе для целей предоставления в Банк Распоряжений/Заявлений П/У заключения Кредитного договора/Договора залога, и предоставления Клиентам Партнерских сервисов.

Средство доступа - персональный компьютер, Мобильное или другое устройство, с помощью которого Клиент осуществляет обмен данными с Системой ДБО при передаче Распоряжений/Заявлений П/У, а также при обмене информацией и (или) ЭДП в рамках Партнерского сервиса.

На основании пункта 3.1.1 Правил ДБО доступ клиента в систему ДБО осуществляется при условии его успешной Идентификации, Аутентификации в порядке, установленном Условиями системы ДБО.

Как указано в пункте 3.2.4 Правил ДБО, клиент обязуется не передавать третьим лицам (в том числе, в постоянное или временное пользование) средства получения кодов, не раскрывать третьим лицам информацию о средствах подтверждения, находящихся в его распоряжении, хранить и использовать средства подтверждения, а также средства получения кодов способами, обеспечивающими невозможность их несанкционированного использования, а также немедленно уведомлять Банк обо всех случаях доступа или о предполагаемой возможности доступа третьих лиц к средствам подтверждения/ средствам получения кодов.

Подписание распоряжений в ВТБ-Онлайн производится клиентом при помощи следующих средств подтверждения: SMS/Push-кодов, в случае использования Мобильного приложения, в том числе при помощи Passcode, в случае использования УС при помощи ПИН-кода. (пункт 5.1 Приложения №1 к Правилам ДБО).

Пункт 5.3 Приложения №1 к Правилам ДБО следующим образом описывает услугу по формированию/предоставлению кодов подтверждения с помощью SMS/Push-кода:

5.3.1 Банк предоставляет клиенту SMS/Push-коды, формируемые и направляемые средствами ВТБ-Онлайн по запросу клиента на доверенный номер телефона/ранее зарегистрированное в Банке мобильное устройство клиента. Для аутентификации, подписания распоряжения/заявления П/У или подтверждения других совершаемых действий в ВТБ-Онлайн, в том числе с использованием Мобильного приложения. Клиент сообщает Банку код - SMS/Push-код, содержащийся в SMS/Push-сообщении, правильность которого проверяется Банком.

При условии успешной идентификации и аутентификации клиент в Мобильном приложении может проверить перечень мобильных устройств, зарегистрированных в Банке для направления клиенту Push-кодов, и отключить любое из указанных мобильных устройств от получения Push-кодов.

5.3.2. Получив по своему запросу сообщение с SMS/Push-кодом, клиент обязан сверить данные совершаемой Операции/проводимого действия с информацией, содержащейся в сообщении, и вводить SMS/Push-код только при условии согласия Клиента с проводимой Операцией/действием. Положительный результат проверки SMS/Push-кода Банком означает, что распоряжение/заявление П/У или иное действие клиента в ВТБ-Онлайн подтверждено, а соответствующий электронный документ подписан ПЭП клиента.

5.3.3. Срок действия SMS/Push-кода устанавливается Банком и не может превышать 15 (пятнадцати) минут с момента направления клиентом в Банк запроса на предоставление SMS/Push-кода Банком. По истечении указанного времени для аутентификации или подписания распоряжения/заявления П/У, подтверждения иного действия клиент должен получить новый SMS/Push-код, направив повторный запрос Банку.

5.3.4. В случае изменения номера и/или идентификатора SIM-карты мобильного устройства, на который Банк направляет SMS/Push-коды, клиент должен лично обратиться в офис Банка и оформить соответствующее заявление по форме, установленной Банком.

Банк вправе осуществлять проверку идентификатора SIM-карты мобильного устройства клиента, на который по указанию клиента направляются SMS/Push-коды. Банк может отказать в проведении операции, для подписания которой клиент использует SMS/Push-код, если идентификатор SIM-карты не прошел проверку Банком.

5.3.5. В случае утраты мобильного устройства с доверенным номером телефона, на который Банк направляет SMS/Push-коды, клиент обязан в день утраты мобильного устройства блокировать доступ в ВТБ-Онлайн в соответствии с подпунктом 7.1.3 Правил.

Согласно пункту 3.3.9 Правил ДБО протоколы работы систем ДБО, в которых зафиксирована информация об успешной идентификации, аутентификации клиента, о создании электронного документа, о подписании электронного документа клиентом ПЭП и о передаче их в Банк, а также результаты сравнения хеш-сумм электронных документов, переданных клиентом Банку по технологии «Цифровое подписание», зафиксированных в протоколах работы специального ПО, и хеш-сумм документов, загруженных для сравнения в специальное ПО, являются достаточным доказательством и могут использоваться Банком в качестве свидетельства факта подписания/передачи электронного документа в соответствии с параметрами, содержащимися в протоколах работы системы ДБО, а также целостности (неизменности) электронного документа соответственно.

Как следует из сведений АО «Свой Банк» денежные средства со счетов истца * и * поступили на счет, открытый в АО «Свой Банк» ФИО8- ФИО9 *: 27 июня 2024 г. в 23:59:52 час. в размере 15 555 руб. 28 июня 2024 г. в 00:24:22 час. в размере 49 999 руб. и в 00:27:47 час. в размере 47 777 руб. (за минусом комиссии банка).

Согласно детализации предоставленных услуг ООО «Т2 Мобайл» по абонентскому телефону +* ФИО4, в период с 27 июня 2024 г. 2025 23:01:55 час. до 28 июня 2024 г. 00:57:08 час. получала СМС от банка ВТБ, какой-либо переадресации входящих звонков, СМС подключено не было.

При рассмотрении дела судом первой инстанции ФИО4 также отрицала факт заключения кредитного договора дистанционным путем, последовательно утверждала, что не видела смс-сообщений, она не отвечала на них и не вводила никаких паролей. Нужды в кредитной карте не имела, имеет иной ипотечный кредит в Банке, который исправно погашает. При обращении в полицию она демонстрировала телефон сотрудникам, которые подтвердили отсутствие смс-сообщений от Банка за спорный период. Такие же пояснения даны истцом суду апелляционной инстанции и оснований не доверять им не имеется.

Суд первой инстанции, отказывая иск, исходил из того, что операции были совершены с использованием корректных данных для входа в систему дистанционного обслуживания банка, и оснований полагать, что они совершены неустановленными лицами, не усмотрел.

При этом суд не дал надлежащей оценки следующим обстоятельствам.

Время совершения операций (ночное), нехарактерное для обычной практики. Практически одномоментное списание денежных средств на счет третьего лица – ФИО8-И., проживающим в ..., с которым истец не знакома. При этом, как видно из представленных документов, ФИО10 (предположительно, «дроппер») открыл карту в Свой-Банк, куда поступили денежные средства, 25 июня 2024 г., то есть незадолго до рассматриваемых событий, и значительные денежные операции по данной карте с большим количеством третьих лиц – получателей и плательщиков *). Наличие постановления правоохранительных органов, которое прямо устанавливает факт совершения преступления в отношении истца в тот же временной период и в отношении тех же самых операций. Оперативность действий истца, которая уже 28 июня 2024 г. в 12 часов 52 минуты, после обнаружения несанкционированных операций обратилась в банк, что привело к немедленной блокировке карты, а затем в правоохранительные органы. Данные обстоятельства свидетельствуют о ее добросовестности и отсутствии какого-либо волеизъявления на совершение спорной сделки.

При этом не имеет существенного правового значения неустановление конкретного способа, при помощи которого неустановленным лицам удалось получить доступ к личному кабинету истца, а также что соединения осуществлялись с мобильного устройства ФИО4; на признаки «мошеннического кредита» указывает иная, приведенная выше совокупность фактических обстоятельств заключения спорного договора от имени истца.

В данном случае суду следовало оценить, не проявлял ли банк, как профессиональный участник финансового рынка, небрежность в обеспечении безопасности системы дистанционного обслуживания, позволившую злоумышленник получить доступ к учетной записи клиента.

В соответствии с пунктом 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 г. № 2669-О указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

Таким образом, банк обязан учитывать интересы потребителя и обеспечивать безопасность дистанционного предоставления услуг, что сделано не было.

Из выписки по счету следует, что заключение кредитного договора и перевод денежных средств на счет третьего лица совершены на стыке 27 июня 2024 г. - 28 июня 2024 г. в ночное время.

Указанные обстоятельства с учетом последующего поведения истца - обращения в полицию и банк, также свидетельствуют об отсутствии волеизъявления истца на оформление кредитного договора и договора страхования.

Выводы суда первой инстанции не соответствуют положениям статьи 845 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которых банк, открывший счет, обязан обеспечить сохранность денежных средств, размещенных на банковском счете.

Банк как организация, осуществляющая согласно статье 1 Федерального закона «О банках и банковской деятельности», деятельность, связанную с извлечением прибыли, несет ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение своих обязанностей независимо от своей вины, в том числе за осуществление платежа по распоряжению неуполномоченного лица.

Принцип ответственности банка как субъекта предпринимательской деятельности на началах риска закреплен в пункте 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств, если иное не предусмотрено законом или договором.

Физическое лицо, на имя которого кредитной организацией открыт счет, несет ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства только при наличии своей вины по основаниям, установленным частью 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, если иное не установлено законом или договором, банк несет ответственность за последствия исполнения поручений, выданных неуполномоченными лицами, и в тех случаях, когда с использованием предусмотренных банковскими правилами и договором процедур банк не мог установить факта выдачи распоряжения неуполномоченными лицами.

Обязательства банка в договорных отношениях с истцом связаны с осуществлением банком предпринимательской деятельности, в силу пункта 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации он отвечает за ненадлежащее исполнение обязательств независимо от вины, а потому учитывая, что банком не опровергнуты доводы истца о том, что договоры заключены в результате мошеннических действий третьих лиц и их доступа к конфиденциальной информации истца, суд первой инстанции пришел к ошибочному выводу об отказе в удовлетворении требований истца о признании договора недействительным и применении последствий их недействительности.

Обстоятельства того, что истец была ознакомлена с индивидуальными условиями кредитного договора, давала свое волеизъявление на его заключение, давала согласие на открытие счета в банке и распоряжение на перевод с данного счета кредитных денежных средств на счет третьих лиц, знала о поступающих на ее номер мобильного телефона смс-паролях и кодах, и иной информации от банка, из представленных в материалы дела доказательств не следуют.

В данном случае, действия Банка по одновременному совершению ряда действий, а именно по заключению договора кредита и исполнению распоряжений клиента по перечислению кредитных средств на счет третьих лиц, посредством введения пароля, без предоставления надлежащей информации о предоставляемой услуге и без последующих уведомлений о подтверждении совершения соответствующих сделок и операций, не отвечают критериям добросовестности поведения профессионального участника кредитных правоотношений, обязанного учитывать интересы потребителя и обеспечивать безопасность дистанционного предоставления услуг.

В нарушение части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации Банком не представлено достоверных доказательств тому, каким способом и в какой форме потребитель был ознакомлен с кредитным договором, каким образом в соответствии с Законом о потребительском кредите сторонами согласовывались индивидуальные условия договора, подавалось истцом заявление на предоставление кредита, как потребитель был ознакомлен с условиями кредитного договора и о согласии с ними.

В распоряжение ФИО4 кредитные средства не поступили, воля истца на заключение кредитного договора отсутствовала.

Таким образом, выводы суда первой инстанции о том, что спорный кредитный договор был заключен с согласия и одобрения ФИО4, не соответствует установленным по делу обстоятельствам и основаны на неполном и неправильном исследовании и оценке доказательств, что является основанием для отмены решения суда с принятием нового решения об удовлетворении требований о признании договора потребительского кредита * от 28 июня 2024 г. (кредитная карта), заключенного между Банк ВТБ (ПАО) и ФИО4 недействительным.

Реституция в порядке применения последствий недействительности сделки не применяется, поскольку деньги, полученные по кредитному договору не находятся в распоряжении ФИО4

Поскольку кредитный договор признан недействительным, судебная коллегия приходит к выводу об удовлетворении требований истца об обязании Банка ВТБ (ПАО) направить сведения в Бюро кредитных историй об исключении сведений о данном кредитном договоре и задолженности по нему в соответствии с положениями ст.ст. 7, 8 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. № 218 –ФЗ «О кредитных историях».

На основании изложенного и руководствуясь статьями 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда

определила:

решение Первомайского районного суда г.Мурманска от 29 августа 2025 г. отменить, принять новое решение, которым исковые требования ФИО4 удовлетворить.

Признать договор потребительского кредита * от 28 июня 2024 г. (кредитная карта), заключенный между Банк ВТБ (ПАО) и ФИО4 недействительным.

Обязать Банк ВТБ (ПАО) направить сведения в Бюро кредитных историй об исключении сведений о данном кредитном договоре и задолженности по нему.

Председательствующий

Судьи