Решение № 2-284/2019 2-284/2019(2-6466/2018;)~М-6803/2018 2-6466/2018 М-6803/2018 от 3 февраля 2019 г. по делу № 2-284/2019

Дело № 2-284/2019


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

04 февраля 2019 года г. Белгород

Октябрьский районный суд г. Белгорода в составе:

председательствующего судьи – Сторчак О.А.

при секретаре – Лисицкой О.А.

с участием истца П.В.Н.

представителя Министерства Финансов РФ – ФИО1

следователя по особо важным делам первого отдела СУ СК России по Белгородской области, выступающего также представителем СУ СК РФ по Белгородской области, ФИО2

представителя прокуратуры Белгородской области Черниковой А.Ю.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению П.В.Н. о взыскании с казны Российской Федерации компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности в сумме 500000 руб.

УСТАНОВИЛ:

Дело инициировано П.В.Н. который обратился в суд с иском о взыскании с казны РФ компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности в размере 500000 руб.

В обоснование требований указал, что 19.09.2016 в отношении него было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п. а ч. 3 ст. 174.1 УК РФ по факту совершения сделки с имуществом ФИО3 – квартирой, по адресу: <адрес> заведомо приобретенным преступным путем, в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению имуществом.

25.04.2018 спустя 9 месяцев после поступления дела в суд, приговором Белгородского районного суда он был признан невиновным в совершении преступления, предусмотренного п.а, ч.3 ст. 174.1 УК РФ. По предъявленному обвинению был оправдан, в связи с отсутствием состава преступления, признано право на реабилитацию.

Со ссылками на положения ст. 53 Конституции РФ, ст. 151, 1070, ГК РФ. в обоснование заявленной суммы компенсации морального вреда указал, что в ходе производства по уголовному делу он был признан обвиняемым, в отношении него избиралась мера пресечения в виде заключения под стражу, а с момента передачи дела в суд, ему грозило наказание в виде лишения свободы сроком до 5 лет со штрафом в размере от 500000 руб. или в размере заработной платы или иного дохода осуждённого за период до трех лет или без такового, с ограничением свободы на срок до двух лет. Из за необоснованного обвинения, он должен был неукоснительно являться к следователю, для производства многочисленных следственных действий, в судебные заседания, знакомиться с внушительным количеством процессуальных документов и доказательствами по делу, приходилось осваивать и юридические навыки, что для него, как не имеющего юридического образования, довольно сложно. Он прибегал к помощи профессионального защитника, что требовало дополнительных расходов Близкие и друзья знали о привлечении его к уголовной ответственности, из за чего он чувствовал недоверие с их стороны. Ему было стыдно и неловко доставать и показывать очередную повестку для вызова к следователю или в суд, стыдно находиться к наручниках. он был вынужден выполнять работу во внерабочее время поскольку не успевал выполнять, порученное в отведенное для работы время в связи с уголовным преследованием. После предъявления обвинения, продления с его учетом меры пресечения, а также до постановления самого приговора он долгое время находился в нервозном состоянии, поскольку переживал, что не может доказать свою правоту, а также возможного размера наказания.

В судебном заседании П.В.Н. поддержал заявленные требования в полном объеме, просил их удовлетворить по основаниям, изложенным в иске, дополнительные доказательства суду не представил.

Представитель Министерства финансов РФ ФИО1 возражала против удовлетворения требований в заявленном объеме, представила суду письменную позицию.

Следователь по особо важным делам первого отдела СУ СК России по Белгородской области ФИО2, выступающий также в качестве представителя СУ СК РФ по Белгородской области возражал против удовлетворения заявленных требований, указал, что уголовное дело № возбуждено 19.09.2016 в отношении М.А.С. П.В.Н. М.Т.Ю. уголовное дело № возбуждено 25.04.2016 по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ. Затем уголовные дела соединены в одном производстве с уголовным делом № (по факту убийства ФИО3). Доказательств того, что П.В.Н. причинены нравственные и физические страдания, в исковом заявлении не приведены, в чем конкретно выразился моральный вред характер и степень нравственных страданий причиненных истцу, истец не приводит. Жалоб на условия содержания в ФКУ СИЗО -3 УФСИН России по Белгородской области, состояние здоровья от П.В.Н. не поступало. Органом предварительного следствия П.В.Н. предъявлялось обвинение по ч.4 ст. 159 УК РФ в связи с хищением группой лиц по предварительному сговору имущества ФИО3 – квартиры потерпевшей, а также по п. а, ч.3 ст. 174.1 УК РФ, а также в связи с совершением сделки с имуществом ФИО3- квартирой, заведомо приобретенным преступным путем, в целях придания правомерного вида владению, пользованию, распоряжению указанным имуществом. П.В.Н. осужден по ч. 4 ст. 159 УК РФ, суд счел квалификацию действий П.В.Н. по п. «а» ч. 3 ст. 174.1 УК РФ излишней, в связи с чем, при таких условиях, оснований для удовлетворения требований не имеется.

Представитель прокуратуры Белгородской области Черникова А.Ю. в судебном заседании указала, что размер заявленного ко взысканию морального вреда истцом не обоснован, является завышенным.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным доказательствам, выслушав стороны, исследовав материалы уголовного дела, суд приходит к следующему.

В ст. 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии со ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения.

В соответствии с п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (ст.ст. 133-139, 397 и 399).

Таким образом, право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования по реабилитирующим основаниям). При этом установлено, что иски за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (статья 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу абзаца третьего статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Согласно статьи 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Также из разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, содержащихся в абз. 3 п. 2 Постановления от 29.11.2011 N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", что применительно к судебным стадиям уголовного судопроизводства к лицам, имеющим право на реабилитацию, соответственно относятся: подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения и (или) по иным реабилитирующим основаниям; осужденный - в случаях полной или частичной отмены обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части 1 статьи 27 УПК РФ.

В силу положений пункта 21 Постановления при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования

В ходе разбирательства судом установлено, что 16.02.2016 по факту убийства ФИО3 возбуждено уголовное дело №.

25.04.2016 по факту хищения имущества ФИО3 возбуждено уголовное дело №, они объединены.

19.09.2016 в отношении П.В.Н. возбуждено уголовное дело по п. «а», ч.3 ст. 174 УК РФ №, уголовные дела соединены в одном производстве, соединенному уголовному делу присвоен №

Приговором Белгородского районного суда Белгородской области от 25.04.2018 П.В.Н. признан виновным в совершении преступления предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года с отбыванием в исправительной колонии общего режима

По предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 174.1 УК РФ П.В.Н. оправдан, за ним признано право на реабилитацию. Приговор в части оправдания П.В.Н.. не изменялся, вступил в силу 30.07.2018 после апелляционного обжалования.

Оценивая доводы истца о причинении ему морального вреда уголовным преследованием по п. а ч. 3 ст. 174.1 УК РФ суд принимает во внимание, что П.В.Н. оправдан лишь в части предъявленного ему органами следствия обвинения, так, он осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ – мошенничество, то есть приобретение права на чужое имущество путем обмана, совершенного группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение. Указанным приговором суда ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. В срок отбывания наказания зачтено время задержания в порядке ст. 91 УПК РФ и содержания под стражей с 18.05.2016 по 16.05.2017, а также с 25.04.2018 до вступления приговора в законную силу из расчета 1 день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Первично органами следствия было возбуждено уголовное дело по ч. 4 ст. 159 УК РФ, в рамках которого П.В.Н. объявлен в розыск (30.04.2016).

П.В.Н. задержан в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ (18.05.2016). Белгородским районным судом Белгородской области 20.05.2016 в отношении П.В.Н. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца, то есть до 18.07.2016 включительно (срок содержания неоднократно продлялся судом 12.07.2016, 12.10.2016, 13.12.2016,13.02.2017, 11.04.2017), при этом избрание указанной меры пресечения и продление срока заключения под стражей обусловлено, в первую очередь, совершением преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, как более тяжкого. Кроме того, задержание П.В.Н. в порядке ст. 91 УПК РФ также состоялось по причине того, что место нахождения его не было известно органам следствия, и, он был объявлен в розыск.

Впоследствии, до постановки судом приговора мера пресечения в виде заключения под стражу была изменена, 14.07.2017 П.В.Н. избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Суд также учитывает, что при изменении меры пресечения на более мягкую, объем предъявленного П.В.Н. обвинения не уменьшился.

Суд также учитывает, что преступление, предусмотренное п. а, ч. 3 ст. 174.1 УК РФ относится к категории средней тяжести, тогда как преступление по ч. 4 ст. 159 УК РФ к категории тяжких.

27.12.2016 П.В.Н. предъявлено обвинение по п. а, ч. 3 ст. 174.1 УК РФ.

Уголовное преследование П.В.Н. по п. а, ч. 3 ст. 174.1 УК РФ длилось с 19.09.2016 по 25.04.2018, то есть свыше 1 года 7 мес.

С участием П.В.Н. проводились допросы, очные ставки, ознакомление с производством экспертиз.

Суд учитывает, что уголовное преследование П.В.Н. по п. а, ч. 3 ст. 174.1 УК РФ и по ч. 4 ст. 159 УК РФ осуществлялось органами следствия одновременно.

Суд учитывает состояние здоровья истца, который сведений о наличии у него каких либо хронических заболеваний или обострения заболеваний или их возникновении в результате уголовного преследования по п. а, ч. 3 ст. 174.1 УК РФ суду не представил.

С учетом подтверждения в ходе судебного разбирательства факта незаконного уголовного преследования истца по п. а, ч. 3 ст. 174.1 УК РФ, принимая во внимание, что обязанность по возмещению вреда, причиненного лицу незаконным уголовным преследованием, возложена на государство, имеются основания для взыскания в пользу ФИО4 компенсации морального вреда.

Исходя из содержания статей 133 - 139, 397 и 399 УПК РФ, право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований.

При определении размера компенсации морального вреда суд исходит из требований разумности и справедливости, исходит из характера причиненных истцу нравственных и физических страданий, принимает во внимание индивидуальные особенности истца, длительность уголовного преследования по п. а, ч. 3 ст. 174.1 УК РФ 1 год 7 месяцев, тяжесть преступления, в совершении которого истец обвинялся.

Ссылки истца на распространение информации о его уголовном преследовании среди близких родственников, создание препятствий в осуществлении трудовой деятельности, доказательствами в ходе судебного разбирательства не подтверждены.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Конституционного суда Российской Федерации от 18 января 2011 года N 47-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина К. на нарушение его конституционных прав статьей 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации", ни статья 133 УПК РФ, ни указанные нормы Гражданского кодекса Российской Федерации не связывают принятие решения о возмещении материального вреда и компенсации морального вреда только с наличием вынесенного в отношении гражданина оправдательного приговора или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям, а также решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2005 года N 242-О).

При определении суммы компенсации морального вреда суд руководствуется принципами справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина, исходит из материалов дела, учитывает личность истца, его моральные качества, качества личности и психоэмоциональные особенности, состояние его здоровья, а также то обстоятельство, что истец оправдан лишь в части предъявленного ему обвинения по п. а, ч. 3 ст. 174.1 УК РФ, по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ он осужден к лишению свободы.

При этом как следует из приговора суда, вмененные П.В.Н. действия (последующая реализация квартиры), явились способом распределения наживы от преступления по ч.4 ст. 159 УК РФ, в связи с чем, суд пришел к выводу об отсутствии состава преступления, предусмотренного п. а ч.3 ст. 174.1 УК РФ..

С учетом изложенных обстоятельств, суд полагает доказанным факт причинения истцу уголовным преследованием морального вреда и нравственных страданий.

Суд полагает, что заявленный истцом размер компенсации в сумме 500000 руб. является завышенным, с учетом совокупности изложенных обстоятельств, размер компенсации вреда суд определяет в сумме 5000 руб.

Относительно требований о взыскании судебных расходов, связанных с оплатой услуг представителя, суд оснований для удовлетворения требований не находит, поскольку какие либо доказательства несения расходов суду не представлены, в судебном разбирательстве представитель истца участия не принимал.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования П.В.Н. о взыскании с казны Российской Федерации компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием в размере 500000руб. удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства Финансов РФ за счет средств казны Российской Федерации в пользу П.В.Н. компенсацию морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием в сумме 5000 руб.

В остальной части заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Белгородский областной суд путем подачи жалобы через Октябрьский районный суд г. Белгорода в течение месяца со дня его принятия решения в окончательной форме.

Судья подпись О.А. Сторчак

Решение суда в окончательной форме изготовлено 01.02.2019