Решение № 2-243/2025 2-243/2025~М-222/2025 М-222/2025 от 1 июля 2025 г. по делу № 2-243/2025

Дело № 2-243 / 2025 год

73RS0006-01-2025-000354-45


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

26 июня 2025 года г. Барыш Ульяновской области

Барышский городской суд Ульяновской области

в составе председательствующего судьи Челбаевой Е.С.,

при секретаре Чебаковой Н.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 Валерьевны к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ульяновской области о возложении обязанности назначить страховую пенсию по старости,

УСТАНОВИЛ

ФИО1 обратилась в суд с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ульяновской области (далее ОСФР, Отделение), в котором указала, что является матерью восьми детей, которых воспитала до достижения ими возраста 8 лет. В связи с этим она имеет право на назначении досрочной страховой пенсии по достижении возраста 50 лет при наличии страхового стажа не менее 15 лет. Имея необходимый стаж, она неоднократно обращалась к ответчику с заявлением о назначении пенсии, представляя все сведения о трудовой деятельности и о детях. Каждый раз в назначении пенсии ответчик ей отказывал. Просит суд возложить на ОСФР обязанность назначить ей страховую пенсию по старости.

В судебном заседании истица ФИО1 заявленное требование и приведенные в исковом заявлении доводы поддержала. Дополнила, что не оспаривает тот факт, что ответчиком учтены все периоды её трудовой деятельности. При этом по информации о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица, полученной ею через сервис «Госуслуги» её стаж, учитываемый для целей назначения пенсии, составляет 15 лет 23 дня, что является достаточным для назначения пенсии.

Представитель ответчика, Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ульяновской области, в судебное заседание не явился. Представлен отзыв, из которого следует, что для назначения досрочной страховой пенсии по старости ФИО1 представила в Отделение свидетельства о рождении 8-ми детей, все из которых на момент обращения достигли возраста 8-ми лет. В стаж для назначения пенсии ей были зачтены периоды ухода за детьми в общей сложности 7 лет 9 мес. 26 дней. Кроме этого в стаж были зачтены периоды трудовой деятельности, периоды получения пособия по безработице, период ухода за лицом, достигшим возраста 80-ти лет. Общая продолжительность страхового стажа для определения права на назначение страховой пенсии по старости составила 12 лет 9 мес. 25 дней, что недостаточно для назначения досрочной страховой пенсии по старости. Что касается доводом истицы о наличии страхового стажа 15 лет 23 дня, отраженного в выписке из ИЛС застрахованного лица, сформированной через сервис «Госуслуги», то данные сведения формируются некорректно. Периоды работы и периоды работы в данной выписке задваиваются.

Выслушав доводы истицы, изучив представленные доказательства, оснований для удовлетворения иска суд не находит.

Из материалов дела следует, что решениями Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ульяновской области от 13 января 2024 года № 212123/24, от 06 марта 2024 г. № 212123/24, от 24 сентября 2024 года №147601/24, от 14 октября 2024 года № 171023/24, от 02 ноября 2024 года № 171023/24, от 12 декабря 2024 года № 171023/24, от 11 февраля 2025 г. №18122/25 (л.д. 23-27, 51-55) ФИО1 отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» в связи с отсутствием требуемого страхового стажа 15 лет.

При этом решением от 06 марта 2024 года продолжительность страхового стажа определена 12 лет 9 мес. 25 дней, а решением от 14 октября 2024 года в общий и страховой стаж зачтено 12 лет 11 месяцев 1 день. Величина индивидуального пенсионного коэффициента ФИО1 составила 28,974 при требуемой величине 28,2.

Обсуждая вопрос о законности вынесенного ОСФР решения, суд приходит к следующему.

В соответствии с положениями пункта 1 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» право на досрочную страховую пенсию по старости имеют женщины, родившие пять и более детей и воспитавшие их до достижения ими возраста 8 лет, достигшие возраста 50 лет, при наличии страхового стажа не менее 15 лет и при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента не менее 30 лет.

В соответствии со статьей 35 Федерального закона от № 400-ФЗ величина индивидуального пенсионного коэффициента в 2024 году установлена 28,2, в 2025 и последующие - 30,0.

Для назначения досрочной страховой пенсии по старости ФИО1 представила ответчику и ОСФР свидетельства о рождении 8-ми детей: ДД.ММ.ГГГГ г.р„ ДД.ММ.ГГГГ г.р., ДД.ММ.ГГГГ г.р., ДД.ММ.ГГГГ г.р., ДД.ММ.ГГГГ г.р., ДД.ММ.ГГГГ г.р., ДД.ММ.ГГГГ г.р., ДД.ММ.ГГГГ г.р. На момент обращения истицы в орган пенсионного обеспечения все дети достигли возраста 8 лет.

В соответствии с пунктом 11 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 02 октября 2014 г. № 1015, основным документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору, является трудовая книжка установленного образца. При отсутствии трудовой книжки, а также в случае, когда в трудовой книжке содержатся неправильные и неточные сведения, либо отсутствуют записи об отдельных периодах работы, в подтверждение периодов работы принимаются письменные трудовые договоры, оформленные в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений, трудовые книжки колхозников, справки, выдаваемые работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами, выписки из приказов, лицевые счета и ведомости на выдачу заработной платы.

В силу части 1 статьи 11 Федерального закона «О страховых пенсиях» в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в части 1 статьи 4 настоящего Федерального закона, при условии, что за эти периоды начислялись или уплачивались страховые взносы в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации.

Согласно положениям части 1 и части 2 статьи 12 Федерального закона № 400-ФЗ в страховой стаж наравне с периодами работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены статьей 11 данного Федерального закона, засчитываются иные (нестраховые) периоды, в том случае, если им предшествовали и (или) за ними следовали периоды работы и (или) иной деятельности (независимо от их продолжительности), указанные в статье 11 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400- ФЗ.

Так в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 12 Федерального закона №400-ФЗ в страховой стаж засчитываются («нестраховые») периоды ухода одного из родителей за каждым ребенком до достижения им возраста полутора лет, но не более шести лет в общей сложности.

В соответствии с пунктом 8 статьи 13 Федерального закона № 400-ФЗ при исчислении страхового стажа в целях определения права на страховую пенсию периоды работы и (или) иной деятельности, которые имели место до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, могут включаться в страховой стаж с применением правил подсчета, предусмотренных ранее действующим законодательством.

Законом Российской Федерации от 20 ноября 1990 г. № 340-1 «О государственных пенсиях в Российской Федерации», действовавшим до 01 января 2002 г. было предусмотрено включение в общий страховой стаж период ухода неработающей матери за каждым ребенком в возрасте до трех лет и 70 дней до его рождения, но не более 9 лет в общей сложности.

Пунктом 3 ч. 3 ст. 30 ФЗ № 173-ФЗ от 17 декабря 2001 г. «О трудовых пенсиях в РФ» предусмотрено, что в целях определения расчетного размера трудовой пенсии застрахованных лиц, под общим трудовым стажем понимается суммарная продолжительность трудовой и иной общественно полезной деятельности до 01 января 2002 г., в которую включаются периоды ухода неработающей матери за каждым ребенком в возрасте до трех лет и 70 дней до его рождения, но не более девяти лет в общей сложности.

В соответствии с п. 2 постановления Правительства РФ от 24 июля 2002 года № 555 «Об утверждении Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления трудовых пенсий» страховой стаж включаются периоды ухода одного из родителей за каждым ребенком до достижения им возраста полутора лет, но не более трех лет в общей сложности.

Таким образом, наиболее выгодным для истицы будет являться применение норм ранее действующего законодательства, действовавшего до 01 января 2002 и позволяющего включить в общий страховой стаж периоды ухода за детьми до 9 лет.

Согласно части 1.2 статьи 14 Федерального закона № 400-ФЗ при подсчете страхового стажа периоды работы и (или) иной деятельности, включаемые в страховой стаж, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с федеральным законом от 01 апреля 1996 г. № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования» подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета за указанный период и (или) документов, выдаваемых работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами в порядке, установленном законодательством Российской Федерации лица - на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета.

ФИО1 зарегистрирована в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования» 07 февраля 2001 г.

Согласно представленным истцом и ответчиком документам (трудовой книжки, выписки из индивидуального лицевого счета застрахованного лица) в страховой стаж ФИО1 подлежат зачету следующие периоды:

с 05 декабря 1992 г. по 04 мая 1993 г., 4 дня в июне 1993 - работа в СПК «Барышский»;

с 04 декабря 1993 г. по 14 февраля 1997 г. - уход неработающей матери за ребенком, ДД.ММ.ГГГГ г.р.;

с 24 апреля 1997 г. по 23 мая 1999 г. - уход неработающей матери за ребенком, ДД.ММ.ГГГГ г.р.;

с 24 мая 1999 г. по 03 января 2000 г. - уход неработающей матери за ребенком, ДД.ММ.ГГГГ г.р.;

с 04 января 2000 г. по 25 января 2000 г. - работа в МБОУ средняя школа №1;

с 26 января 2000 г. по 06 июня 2000 г. - уход неработающей матери за ребенком. ДД.ММ.ГГГГ г.р.;

с 07 июня 2000 г. по 31 декабря 2001 г. - уход неработающей матери за ребенком, ДД.ММ.ГГГГ г.р.;

с 18 ноября 2003 г. по 13 мая 2004 г. - получение пособия по безработице;

с 26 июля 2005 г. по 25 января 2006 г. - получение пособия по безработице;

с 01 мая 2011 г. по 30 ноября 2012 г. - уход за лицом, достигшим 80 лет С*Е.А.;

с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - работа в ООО «Контур», за исключением отпусков без сохранения заработной платы и других неоплачиваемых периодов: в 2022 -11 дней;

с 23 августа 2022 г. по 25 сентября 2023 г. - работа в ООО «Контур», за исключением отпусков без сохранения заработной платы и других неоплачиваемых периодов; в 2022 году - 4 дня, в 2023 - 1 месяц 6 дней;

с 06 февраля 2024 г. по 15 марта 2024 г. - работа в ООО «СМПК», за исключением отпусков без сохранения заработной платы и других неоплачиваемых периодов: с 07 февраля 2024 г. по 15 марта 2024 г.

То есть 7 лет 9 мес. 26 дней - уход за детьми, 11 мес. 26 дней - получение пособия по безработице, 1 год 7 мес. - уход за лицом, достигшим 80 лет, 2 года 5 мес. 2 дня - трудовая деятельность. Итого 12 лет 9 мес. 25 дней.

Учитывая, что на моменты обращения истицы в Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ульяновской области у неё отсутствовал необходимый 15-летний стаж, ответчик правомерно отказал ей в назначении досрочной страховой пенсии по старости.

В соответствии с требованиями ст. 98 ГПК РФ судебные расходы, к которым в силу ст. 88 ГПК РФ отнесена госпошлина, возлагаются на проигравшую спор сторону.

В данном случае расходы по уплате госпошлины должна нести истица.

При подаче иска она госпошлину не оплатила, полагая, что освобождена от её уплаты в силу п. 5 ч. 2 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ.

Между тем, указанная норма предусматривает, что от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации и законодательством об административном судопроизводстве, судами общей юрисдикции, мировыми судьями, с учетом положений пункта 3 настоящей статьи освобождаются истцы - пенсионеры, получающие пенсии, назначаемые в порядке, установленном пенсионным законодательством Российской Федерации, - по искам имущественного характера, по административным искам имущественного характера к Фонду пенсионного и социального страхования Российской Федерации, негосударственным пенсионным фондам либо к федеральным органам исполнительной власти, осуществляющим пенсионное обеспечение лиц, проходивших военную службу.

ФИО1 пенсионером не является, а потому от уплаты государственной пошлины не освобождена.

С учетом изложенного и положений абзаца 2 пп. 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ с ФИО1 в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

ФИО1 Валерьевне в удовлетворении иска к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ульяновской области о возложении обязанности назначить страховую пенсию по старости отказать.

Взыскать с ФИО1 Валерьевны государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 3000 руб.

Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд через Барышский городской суд в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Судья: Е.С. Челбаева

Мотивированное решение изготовлено 02 июля 2025 г.