Решение № 2-4354/2017 2-4354/2017~М-4555/2017 М-4555/2017 от 30 ноября 2017 г. по делу № 2-4354/2017

Дело №2-4354/2017


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

30 ноября 2017 года Бийский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего Банниковой Ю.Б.

при секретаре Савкиной А.А.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, ответчика ФИО3, представителя ответчика ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о признании сведений не соответствующими действительности, порочащими честь и достоинство, компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с названным иском к ответчику ФИО3, указывая, что В 20-х числах июля 2017 года, находясь на улице, возле <адрес>, ФИО3 публично оскорбил его в присутствии нанятых им работников. Ответчик подошел к рабочим и публично обвинил его в совершении противоправных действий, поскольку буквально ясно, четко и недвусмысленного во время выполнения рабочими работы выкрикивал в его адрес следующие слова: «это бандит, дерьмовый человек, не общайтесь с ним, он жулик, обманывает всех, поит всех самогоном, не платит за работу». Поскольку все это происходило на улице, то высказывания ответчика стали достоянием всех нанятых им рабочих, а также проходящих мимо людей. Как определяет словарь ФИО7: «бандит — это участник банды, вооруженный грабитель», а слово «дерьмовый» означает «никуда не годный, гадкий». «Жулик» по определению толкового словаря ФИО9 - это «вор, занимающийся мелкими кражами, или плутоватый человек, склонный к мошенническим проделкам, к обману». Все эти слова являются общеизвестными и характеризуют лиц, совершающих или совершивших преступления путем хищения в форме грабежей, краж или мошенничества. В соответствии со ст. 209 УК РФ «бандитизм» - это создание устойчивой вооруженной группы (банды) в целях нападения на граждан или организации, а равно руководство такой группой (бандой). Таким образом, исходя из буквального толкования данных слов, следует, что он является бандитом, мелким вором и мошенником, который не рассчитывается с рабочими за выполненную работу, а потому с ним не нужно работать. Данные сведения не соответствуют действительности: он никогда ни в каких незаконных формированиях или преступных группах и сообществах не состоял, не судим, к уголовной ответственности за мошенничество или по другим статьям УК РФ не привлекался, претензии у органов государственной власти относительно соответствия его деятельности закону отсутствуют, на учете в качестве страдающего алкоголизмом не состоит, полицией не задерживался. В результате действий ответчика его честь и достоинство опорочены. Моральный вред выразился в причинении ему нравственных страданий, необходимостью оправдываться перед знакомыми, нанятыми рабочими. Фактически его обвинили в воровстве. Ему пришлось оправдываться перед наемными рабочими в том, чего он никогда не совершал. Добросовестно оплачивая труд работников, он удостаивался уважительного отношения с их стороны, однако был вынужден оправдываться и опровергать распространяемые ответчиком слухи. Сам факт беспочвенных обвинений причиняет ему нравственные страдания. Подрывает его репутацию перед рабочими, ставит под угрозу срыва выполнение работ по договорам подряда.

Ссылаясь на изложенное, просит признать не соответствующими действительности, порочащими его честь и достоинство, сведения о том, что он «бандит», «жулик» и «дерьмовый человек», обманывающий людей и не оплачивающий работу, распространенные ФИО3 во второй половине сентября 2017 года на улице, по адресу: <адрес>; взыскать с ФИО3 в его пользу денежную компенсацию за причиненный моральный вред в размере 100000 рублей.

В ходе судебного разбирательства истец уточнил исковые требования, представив уточненный иск, в котором просит считать датой распространения порочащих честь и достоинство, сведений о том, что истец «бандит», «жулик» и «дерьмовый человек», обманывающий людей и не оплачивающий работу - 20-е числа июля 2017 года (л.д. 14).

В судебном заседании представитель истца ФИО2, действующая на основании доверенности, повторно уточнила требования, просила считать датой распространения вышеуказанных сведений период времени с 20 июля по 14 августа 2017 года; в оставшейся части поддержала иск, подтвердив изложенные в нем обстоятельства.

Истец ФИО1 в судебном заседании настаивал на удовлетворении иска по изложенным в нем основаниям, указывая, что не запоминал даты, в которые ответчик его оскорблял, однако с учетом исследованных доказательств он уверен, что датой распространения вышеуказанных сведений является 14 августа 2017 года.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании иск не признал в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО4, действующая на основании ордера, в судебном заседании иск также не признала, указав на недоказанность доводов истца.

Суд, выслушав объяснения участников процесса, изучив материалы гражданского дела, допросив свидетелей, приходит к следующим выводам.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации свобода мысли и слова, право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, свобода массовой информации признаются и гарантируются в Российской Федерации согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (ч. 1 ст. 17; ч.1,4,5 ст. 29).

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно положениям статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

В силу ч. 9 ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением.

Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" разъяснено, что суды при разрешении споров о защите чести, достоинства и деловой репутации должны обеспечивать равновесие между правом граждан на защиту чести, достоинства, а также деловой репутации, с одной стороны, и иными гарантированными Конституцией Российской Федерации правами и свободами - свободой мысли, слова, массовой информации, правом свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, правом на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, правом на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления (статьи 23, 29, 33 Конституции Российской Федерации), с другой (пункт 1).

По делам данной категории обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения (абзацы 1-3 пункта 7).

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица (абзац 4 пункта 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц").

Из содержания ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что исковые требования о защите деловой репутации могут быть удовлетворены при одновременном наличии следующих условий: факта распространения иным лицам в отношении истца сведений; такие сведения должны быть не соответствующими действительности; сведения должны быть порочащими честь, достоинство и деловую репутацию истца. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

В п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" разъяснено, что в силу п. 1 ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Судом установлено, что истец ФИО1 проживает по адресу <адрес>, работает в <данные изъяты>», по месту работы и месту жительства характеризуется положительно (л.д.27-28).

Как следует из материалов дела, ответчик ФИО3 является сособственником доли жилого дома по <адрес>, расположенного напротив дома ФИО1

Между истцом и ответчиком сложились конфликтные отношения, связанные с тем, что ответчик усматривает нарушение своих прав по использованию принадлежащего ему земельного участка по <адрес>, и связывает нарушение своих прав с действиями истца ФИО1, осуществляющего, помимо основной работы, деятельность по разбору домов, признанных аварийными, и использующего для этого земельный участок по <адрес>, граничащий с участком ответчика.

Наличие конфликтных отношений, связанных с указанными обстоятельствами, подтверждается многочисленными письменными обращениями ФИО3 в компетентные органы с заявлениями на действия ФИО1, копии которых представлены в материалы дела.

При этом между сторонами имели место и словесные конфликты, что также следует из материалов дела и подтверждается показаниями допрошенных в ходе судебного разбирательства свидетелей.

Как следует из содержания искового заявления и объяснений истца, ФИО1 ссылается, с учетом уточнений, на распространение ФИО3 порочащих его честь и достоинство сведений 14 августа 2017 года.

Суд принимает во внимание, что представителем истца заявлено уточнение иного характера – на распространение ответчиком названных сведений в период с 20 июля по 14 августа 2017 года, что противоречит позиции истца.

Учитывая, что в исковом заявлении описываются события одного конкретного дня, а не периода времени, исходя из приоритета позиции истца, присутствующего в судебном заседании, суд разрешает иск исходя из объяснений ФИО1 о том, что указанные им события имели место 14 августа 2017 года.

В ходе судебного разбирательства истец ссылался на то, что в день, когда происходили описанные им события (с учетом уточнения – 14 августа 2017 года) – на земельный участок по адресу <адрес>, приходил участковый ФИО10, кроме того при распространении ответчиком порочащих его честь и достоинство сведений присутствовали также нанятые им рабочие ФИО5 и ФИО6, а также супруга ответчика.

Стороной ответчика не отрицалось то обстоятельство, что 14 августа 2017 года по адресу <адрес> присутствовали все указанные лица.

Истец утверждает, что в присутствии данных лиц ответчик выкрикивал в его адрес слова: «это бандит, дерьмовый человек, не общайтесь с ним, он жулик, обманывает всех, поит всех самогоном, не платит за работу».

Ответчик отрицает данное обстоятельство.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства.

Поскольку иных доказательств факта распространения порочащих сведений, помимо свидетельских показаний, суду не было представлено – для выяснения того обстоятельства, имел ли место данный факт в указанный истцом день – 14 августа 2017 года – суд исходит из показаний допрошенных в ходе судебного разбирательства свидетелей.

Между тем, по мнению суда, свидетельскими показаниями названный факт не доказан.

Так, допрошенные по ходатайству стороны истца в судебном заседании 01 ноября 2017 года свидетели ФИО5 и ФИО6 указали, что ФИО3 оскорблял ФИО1 в их присутствии в 20-х числах июля, при этом сослались на конкретные события, позволившие им запомнить указанный период времени.

Свидетель со стороны истца ФИО17 в судебном заседании показала, что ФИО3 оскорблял ее супруга ФИО1 в июле 2017 г., указав, что аналогичные случаи имели место также в мае, июне, а также в начале (первых числах) августа 2017 года.

Таким образом, никто из свидетелей со стороны истца не подтвердил факт распространения ответчиком 14 августа 2017 года порочащих честь и достоинство истца сведений.

Свидетель со стороны ответчика ФИО8 показала, что 14 августа 2017 года она и ее супруг ФИО3 на своем автомобиле привезли участкового ФИО10 к дому по <адрес>, по поводу того, что ФИО1 не убирает строительный мусор с их земельного участка, расположенного по адресу <адрес>. В это день ФИО3 с ФИО1 вообще не разговаривал.

Свидетель ФИО10 в судебном заседании показал суду, что является участковым уполномоченным полиции, 14 августа 2017 года по заявлению ФИО3 выезжал с ним по адресу <адрес> для проверки заявления на действия ФИО1, который при разборе дома, признанного аварийным, складировал строительный мусор на территории. ФИО3 В период его пребывания по указанному адресу между ФИО3 и ФИО1 состоялся разговор на повышенных тонах, содержания которого он не помнит, однако поведение ФИО3 не требовало его вмешательства как представителя полиции.

Соответственно свидетели со стороны ответчика также не подтвердили факт распространения ФИО3 14 августа 2017 года порочащих честь и достоинство ФИО1 сведений.

Иных доказательств распространения ответчиком сведений, указанных истцом, суду не представлено, в связи с чем суд приходит к выводу о недоказанности данного довода истца.

Следовательно иные обстоятельства, в частности порочащий характер названных сведений и несоответствие их действительности, доказыванию не подлежат.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска отказать в полном объеме.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме в Алтайский краевой суд через Бийский городской суд Алтайского края.

Судья Ю.Б. Банникова