Решение № 12-225/2021 от 2 марта 2021 г. по делу № 12-225/2021

Дело № 12-225/2021 Судья: Панаева А.В.


Р Е Ш Е Н И Е

город Челябинск 03 марта 2021 года

Судья Челябинского областного суда Жуков А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Челябинского областного суда жалобу ФИО1 на постановление судьи Ленинского районного уда г. Магнитогорска Челябинской области от 18 февраля 2021 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 6.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО1,

у с т а н о в и л:

постановлением судьи Ленинского районного уда г. Магнитогорска Челябинской области от 18 февраля 2021 года ФИО1 признана виновной в совершении правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 6.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (КоАП РФ), и привлечена к административной ответственности в виде административного штрафа в размере 5 000 рублей (пять тысяч) рублей в доход с административным выдворением за пределы Российской Федерации в форме контролируемого самостоятельного выезда за счет иностранного гражданина.

В настоящей жалобе ФИО1 просит об отмене названного судебного акта. В обоснование доводов жалобы указывает, что она фактически живет и работает в России. Не имеет своего жилья в <данные изъяты>. В Магнитогорске имеет в собственности долю в квартире.

ФИО1 в судебном заседании участия не принимала, извещение о времени и месте рассмотрения жалобы получила, о рассмотрении дела с ее участием не просил.

Учитывая, что глава 30 КоАП РФ, устанавливающая порядок пересмотра постановлений по делам об административных правонарушениях, не содержит требования об обязательном присутствии лица, в отношении которого ведется производство по делу, по его жалобе в вышестоящем суде, а собранных материалов дела достаточно для рассмотрения дела по существу, полагаю возможным рассмотреть дело в отсутствие ФИО1

Представители УМВД по г. Магнитогорску Челябинской области в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, в связи с чем, на основании пунктов 2, 4 части 2 статьи 30.6 КоАП РФ признаю возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц.

Проверив представленные материалы, изучив доводы жалобы, прихожу к следующим выводам.

Административная ответственность по части 1 статьи 6.9 КоАП РФ наступает за потребление наркотических средств или психотропных веществ без назначения врача либо новых потенциально опасных психоактивных веществ, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 20.20, статьей 20.22 настоящего Кодекса, либо невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения гражданином, в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что он потребил наркотические средства или психотропные вещества без назначения врача либо новые потенциально опасные психоактивные вещества.

Согласно части 2 указанной статьи, то же действие, совершенное иностранным гражданином или лицом без гражданства, влечет наложение административного штрафа в размере от четырех тысяч до пяти тысяч рублей с административным выдворением за пределы Российской Федерации либо административный арест на срок до пятнадцати суток с административным выдворением за пределы Российской Федерации.

Согласно статье 40 Федерального закона от 08 января 1998 года № 3-ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах» в Российской Федерации запрещается потребление наркотических средств или психотропных веществ без назначения врача либо новых потенциально опасных психоактивных веществ. В соответствии с частью 1 статьи 44 названного закона лицо, в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что оно больно наркоманией, находится в состоянии наркотического опьянения либо потребило наркотическое средство или психотропное вещество без назначения врача либо новое потенциально опасное психоактивное вещество, может быть направлено на медицинское освидетельствование.

Право направлять и (или) доставлять на медицинское освидетельствование в соответствующие медицинские организации граждан для определения наличия в организме алкоголя или наркотических средств, если результат освидетельствования необходим, в частности, для подтверждения либо опровержения факта совершения административного правонарушения в силу пункта 14 части 1 статьи 13 Федерального закона от 07 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» предоставлено сотрудникам полиции.

Исходя из указанных положений закона, гражданин, в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что он потребил наркотические средства или психотропные вещества без назначения врача либо новые потенциально опасные психоактивные вещества, обязан по требованию сотрудника полиции проходить медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

В соответствии с частью 6 статьи 27.12 КоАП РФ критерии, при наличии которых имеются достаточные основания полагать, что лицо находится в состоянии опьянения и подлежит направлению на медицинское освидетельствование, и порядок проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения устанавливаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения.

Приказом Минздрава России от 18 декабря 2015 года № 933н утвержден Порядок проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического).

Согласно пункту 6 названного Порядка, критериями, при наличии хотя бы одного из которых имеются достаточные основания полагать, что лицо, совершившее административное правонарушение (за исключением лиц, указанных в частях 1 и 1.1 статьи 27.12 КоАП РФ), находится в состоянии опьянения и подлежит направлению на медицинское освидетельствование, являются:

а) запах алкоголя изо рта;

б) неустойчивость позы и шаткость походки;

в) нарушение речи;

г) резкое изменение окраски кожных покровов лица.

При рассмотрении дела судьей районного суда установлено, что гражданка <данные изъяты> ФИО1 11 августа 2020 года в нарушении статьи 40 Федерального Закона РФ №3-ФЗ от 09 января 1998 года «О наркотических средствах и психотропных веществах» употребила наркотическое средство – <данные изъяты> по адресу ул. Вокзальная, д. 82 кв. 16 в г. Магнитогорске Челябинской области без назначения врача. Согласно протоколу медицинского освидетельствования от 1938 от 11 августа 2020, в организме ФИО1 обнаружены <данные изъяты>, установлено состояние опьянения.

Факт совершения ФИО1 административного правонарушения и его виновность в его совершении подтверждаются исследованными доказательствами, допустимость и достоверность которых сомнений не вызывают, а именно: протоколом об административном правонарушении, рапортом сотрудника полиции, письменными объяснениями ФИО1, протоколом о направлении на проведение медицинского освидетельствования на состояние опьянения; актом медицинского освидетельствования и иными материалами.

Оценив представленные доказательства всесторонне, полно, объективно, в их совокупности, в соответствии с требованиями статьи 26.11 КоАП РФ, судья районного суда пришел к обоснованному выводу о наличии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 6.9 КоАП РФ.

При назначении наказания судья районного суда учел данные о личности ФИО1, а также характер административного правонарушения, объектом которого являются общественные отношения в области охраны здоровья населения.

Согласно части 2 статьи 1.1 КоАП РФ данный Кодекс основывается на Конституции Российской Федерации, общепризнанных принципах и нормах международного права и международных договорах Российской Федерации.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 5 марта 2014 года № 628-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Китайской Народной Республики Чжэн Хуа на нарушение его конституционных прав частью 1.1 статьи 18.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» пришел к выводу о том, что семья и семейная жизнь, относясь к ценностям, находящимся под защитой Конституции Российской Федерации и международных договоров России, не имеют, однако, безусловного во всех случаях преимущества перед другими конституционно значимыми ценностями, а наличие семьи не обеспечивает иностранным гражданам бесспорного иммунитета от законных и действенных принудительных мер в сфере миграционной политики, соразмерных опасности миграционных правонарушений (особенно массовых) и практике уклонения от ответственности.

Статья 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, признавая право каждого на уважение его личной и семейной жизни, не допускает вмешательства со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности, защиты прав и свобод других лиц.

Приведенные нормативные положения в их интерпретации Европейским Судом по правам человека не препятствуют государству в соответствии с нормами международного права и своими договорными обязательствами контролировать въезд иностранцев, а равно их пребывание на своей территории; в вопросах иммиграции статья 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод или любое другое ее положение не могут рассматриваться как возлагающие на государство общую обязанность уважать выбор супружескими парами страны совместного проживания и разрешать воссоединение членов семьи на своей территории (Постановления от 28 мая 1985 года по делу «Абдулазиз, Кабалес и Балкандали (Abdulaziz, Cabales and Balkandali) против Соединенного Королевства», § 68; от 19 февраля 1996 года по делу «Гюль (Gul) против Швейцарии», § 38; от 10 марта 2011 года по делу «ФИО2 (Kiutin) против России», § 53 и др.). Европейский Суд по правам человека пришел к выводу о том, что названная Конвенция не гарантирует иностранцам право въезжать в определенную страну или проживать на ее территории и не быть высланными, указав, что лежащая на государстве ответственность за обеспечение публичного порядка обязывает его контролировать въезд в страну; вместе с тем решения в этой сфере, поскольку они могут нарушить право на уважение личной и семейной жизни, охраняемое в демократическом обществе статьей 8 названной Конвенции, должны быть оправданы насущной социальной необходимостью и соответствовать правомерной цели (Постановления от 21 июня 1988 года по делу «Беррехаб (Berrehab) против Нидерландов», § 28; от 24 апреля 1996 года по делу «Бугханеми (Boughanemi) против Франции», § 41; от 26 сентября 1997 года по делу «Эль-Бужаиди (El Boujaidi) против Франции», § 39; от 18 октября 2006 года по делу «Юнер (Uner) против Нидерландов», § 54; от 6 декабря 2007 года по делу «Лю и Лю (Liu and Liu) против России», § 49; решение от 9 ноября 2000 года по вопросу о приемлемости жалобы «Андрей Шебашов (Andrey Shebashov) против Латвии» и др.).

Относительно критериев допустимости высылки в демократическом обществе Европейский Суд по правам человека отметил, что значение, придаваемое тому или иному из них, будет различным в зависимости от обстоятельств конкретного дела, государство, связанное необходимостью установить справедливое равновесие между конкурирующими интересами отдельного лица и общества в целом, имеет определенные пределы усмотрения; в то же время право властей применять выдворение может быть важным средством предотвращения серьезных и неоднократных нарушений иммиграционного закона, поскольку оставление их безнаказанными подрывало бы уважение к такому закону.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Постановлении от 15 июля 1999 года № 11-П, конституционными требованиями справедливости и соразмерности предопределяется дифференциация публично-правовой ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении тех или иных мер государственного принуждения.

В развитие данной правовой позиции Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 27 мая 2008 Года № 8-П указал, что меры, устанавливаемые в уголовном законе в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате преступного деяния, с тем чтобы обеспечивались соразмерность мер уголовного наказания совершенному преступлению, а также баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от преступных посягательств.

Приведенные правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации могут быть распространены и на административную ответственность.

При этом наличие у ФИО1 сожителя, наличие в собственности доли в квартире в г. Магнитогорске Челябинской области, не может служить основанием для исключения административного наказания в виде административного правонарушения за пределы Российской Федерации.

Административное наказание в виде административного штрафа с административным выдворением за пределы Российской Федерации назначено ФИО1 в соответствии с требованиями статей 3.1, 3.5, 3.10 и 4.1 КоАП РФ, в пределах санкции части 2 статьи 6.9 КоАП РФ.

Жалоба не содержит доводов, влекущих отмену или изменение постановления судьи районного суда.

Срок давности и порядок привлечения к административной ответственности не нарушены.

Руководствуясь статьями 30.6, 30.7 КоАП РФ, судья областного суда

Р Е Ш И Л:

постановление судьи Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 18 февраля 2021 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 6.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО1, оставить без изменения, жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Судья А.А. Жуков