Решение № 2-1827/2025 2-1827/2025~М-1586/2025 М-1586/2025 от 25 сентября 2025 г. по делу № 2-1827/2025

Дело № 2-1827/2025

58RS0018-01-2025-002754-53


Решение

Именем Российской Федерации

12 сентября 2025 года г.Пенза

Ленинский районный суд г. Пензы в составе

председательствующего судьи Кашиной Е.А.,

при секретаре Пилясовой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Пензенской области о признании незаконным решения в части отказа в назначении пенсии, понуждении установить страховую пенсию по старости, прекращении права на досрочную пенсию,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с названным иском, в котором указала, что решением ОСФР по Пензенской области истцу отказано в досрочном назначении пенсии, со ссылкой на то, что отцу ребенка-инвалида установлена и выплачивается пенсия по данному основанию с 01 июля 2020 года.

В исковом заявлении указано, что наряду с отцом ребенка-инвалида она также воспитывала дочь и имеет право на социальную защиту, предусмотренную законодательством в виде снижения возраста выхода на пенсию. С 02 июня 2016 года родители ребенка-инвалида состоят в разводе. 23 июля 2019 года истцом заключен брак с ФИО16

Сославшись на нормы права, с учетом уточнения, истец просит признать незаконным и нарушающим её законные права и интересы решение ОСФР по Пензенской области от 03 апреля 2025 года в части отказа ФИО1 в установлении пенсии досрочно, в связи с воспитанием ребенка-инвалида с детства; обязать ответчика установить страховую пенсию по старости со дня обращения, т.е. с 21 марта 2025 года; прекратить право на досрочную пенсию ФИО2 по основанию: воспитание ребенка-инвалида до 8-летнего возраста, с момента её обращения в ОСФР.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала и просила их удовлетворить. Дополнительно пояснила, что она и ФИО2 состоял в браке, от которого в 1995 году родилась дочь, которой установили статус ребенок-инвалид. До 2016 года дочку она воспитывала практически одна, ФИО2 участия в воспитании ребенка не принимал. В 2016 года они с супругом разошлись, о том, что он воспользовался правом и оформил на себя досрочную пенсию, в связи с воспитанием ребенка-инвалида ей известно не было. Добровольно ФИО2 отказаться от пенсии не пожелал, в связи с чем она вынуждена обратиться в суд.

Представитель истца ФИО1 адвокат Береснева Т.А., действующая на основании ордера, в судебном заседании исковые требвоания поддержала и просила их удовлетворить.

Представитель ответчика Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Пензенской области ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась и просила в удовлетворении исковых требований отказать по доводам, изложенным в оспариваемом решении.

Третье лицо ФИО2 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, возражая против их удовлетворения. Дополнительно пояснил, что состоял в зарегистрированном браке с истцом. От брака у них в 1995 году родилась дочь-инвалид. С целью материального обеспечения семьи он не официально сначала работал вахтовым методом в Москве, а затем устроился в совхоз. Бывшая супруга работала почтальоном и по достижении им 55 лет, когда пришла в очередной раз с почтой сказала о том, что ему может быть назначена пенсия. Отдала необходимые документы, в связи с чем, он обратился за назначением пенсии и с 2020 года получает её, но продолжает помогать дочери материально и отдает ей всю пенсию.

Представитель третьего лица ФИО2 ФИО5, действующий на основании доверенности, в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился и просил в их удовлетворении отказать.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что ФИО2 и ФИО7 состояли в зарегистрированном браке. После вступления в брак супруге присвоена фамилия ФИО6, что подтверждается справкой о заключении брака № Номер (т.1 л.д. 88).

ФИО2 и ФИО8 являются родителями ФИО9 Дата года рождения, что подтверждается свидетельством о рождении I-ЖЕ Номер (т.1 л.д. 85).

Брак между истцом и ответчиком расторгнут 02 июня 2016 года, что подтверждается свидетельством о расторжении брака I-ИЗ Номер (л.д. 12).

В свидетельстве о заключении брака I-ИЗ Номер указано, что ФИО8 23 июля 2019 года вступила в брак с ФИО3, после регистрации супруге присвоена фамилия ФИО1 (л.д. 13).

Согласно выписке из акта освидетельствования в учреждении государственной службы медико-социальной экспертизы к справке серии МСЭ-2001 № 3924288 от 10 марта 2004 года ФИО9 Дата года рождения присвоена группа инвалидности: ребенок-инвалид (т.1 л.д. 35-36).

Справками из администрации Старокарлыганского сельсовета Лопатинского района Пензенской области № 22 от января 2020 года (т.1 л.д. 34) и Номер от марта 2025 года (т.1 л.д. 16) подтверждается, что ФИО2 и соответственно ФИО1 воспитывали до восьмилетнего возраста ФИО9 Дата года рождения.

01 июля 2020 года ФИО2 обратился к ответчику с заявлением о назначении досрочной пенсии и решением от 14 июля 20200 года ему назначена досрочная пенсия по старости, в соответствии с подпункту 1 пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» с 01 июля 2020 года (т.1 л.д. 63).

21 марта 2025 года ФИО1 обратилась в Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Пензенской области с заявлением о назначении ей досрочной страховой пенсии по старости по подпункту 1 пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Решением Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Пензенской области от 03 апреля 2025 года в назначении досрочной страховой пенсии по старости ФИО1 отказано, в том числе, в связи с тем, что отцу ребенка ФИО2 с 01 июля 2020 года назначена пенсия в соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», получателем досрочной страховой пенсии по рассматриваемому основанию может быть только один из родителей ребенка-инвалида с детства (ребенка-инвалида).

Не согласившись с указанным решением, ФИО1 обратилась в суд с данным исковым заявлением.

Согласно ч. 1 ст. 39 Конституции РФ каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях», вступившим в законную силу с 1 января 2015 года.

Согласно ч. 1 ст. 4 указанного Федерального закона право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 года №167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», при соблюдении ими условий, предусмотренных Федеральным законом «О страховых пенсиях».

Порядок и условия реализации права на досрочное назначение страховой пенсии по старости отдельным категориям граждан определены статьей 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях».

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях» страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 одному из родителей инвалидов с детства, воспитавшему их до достижения ими возраста 8 лет: мужчинам, достигшим возраста 55 лет, женщинам, достигшим возраста 50 лет, если они имеют страховой стаж соответственно не менее 20 и 15 лет.

Данная норма права, устанавливающая право одного из родителей ребенка-инвалида с детства на досрочное назначение страховой пенсии по старости, представляет собой дополнительную гарантию социальной защиты для лиц, выполнявших социально значимую функцию воспитания детей-инвалидов с детства, сопряженную с повышенными психологическими и эмоциональными нагрузками, физическими и материальными затратами.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 03 ноября 2009 года №1365-О-О указал, что необходимым условием для досрочного назначения трудовой пенсии по старости одному из родителей (опекуну) в соответствии с оспариваемым законоположением является факт признания ребенка инвалидом в установленном порядке. Для назначения досрочной трудовой пенсии одному из родителей возраст ребенка, в котором он был признан инвалидом с детства (например, после достижения ребенком 8-летнего возраста), продолжительность периода, в течение которого он был инвалидом, а также то, что на момент установления пенсии одному из родителей (опекуну) ребенок уже не является инвалидом с детства (либо умер), значения не имеют.

Как следует из вышеприведенных норм права, и их толкования, в случае реализации одним из родителей права на назначение досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», второй родитель сможет реализовать свое право на досрочную пенсию лишь в связи с прекращением выплаты пенсии другому родителю.

Требование о прекращении права на досрочную пенсию ФИО2 по основанию: воспитание ребенка-инвалида до 8-летнего возраста, с момента её обращения в ОСФР не основано на законе и противоречит вышеприведенному законодательству.

В материалы дела не представлено сведений об отказе последнего от назначенной пенсии, более того, в судебном заседании ФИО2 пояснил, что получает пенсию и отказываться от неё не желает.

Кроме того, решение, которым назначена пенсия ФИО2 ответчиком не пересмотрено, не законным не признано, обстоятельства, положенные в основу решения не изменились, в связи с чем, требования истца в этой части удовлетворению не подлежат.

В судебном заседании ФИО1 сослалась на то, что в марте 2020 года она написала заявление, в котором возражала против назначения пенсии ФИО2 Однако, как следует из представленных стороной ответчика материалов пенсионного дела ФИО2 ФИО1 не дала согласие на возмещение не страховых периодов ухода до 1,5 лет за ФИО11 по 18-ФЗ, а также от замены периодов работы периодами ухода за ней в соответствии с п.1 ст.13 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ при исчислении страхового стажа отцу ФИО2, т.к. хотела, чтобы данные периоды были зачтены ей при начислении пенсии. Из содержания заявления следует, что истец просил включить периоды ухода за ребенком до 1,5 лет. Как следует из материалов пенсионного дела ФИО2 Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации при исследовании возможности получения последним пенсии, учло данное волеизъявление истца при принятии решения. Иных заявлений от ФИО1 материалы пенсионного дела не содержат и вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ стороной истца не представлено.

Доводы ФИО1 о том, что ФИО2 не имеет права на получение пенсии в связи с тем, что участия в воспитании и содержании ребенка не принимал, являлись предметом исследования и не нашел подтверждения в судебном заседании.

Как следует из справки администрации Старокарлыганского сельсовета Лопатинского района Пензенской области № 22 от января 2020 года (т.1 л.д. 34) ФИО2 воспитывал до восьмилетнего возраста ФИО9 Дата года рождения.

Кроме того, допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО10 подтвердила, что отец занимался её воспитанием, осуществлял материальную поддержку семьи после развода, поддерживал с ней связь, в настоящее время помогает материально. О назначении ФИО2 пенсии истцу было известно, более того, последняя сама передала необходимые документы для оформления пенсии.

Также судом установлено, что ФИО2 родительских прав в отношении ребенка ФИО9 не лишался, в них не ограничивалась, доказательств, подтверждающих, что ФИО2 не проживал с ребенком и не участвовал в его воспитании до достижения им возраста 8 лет не представлено.

Иные доводы истца являлись предметом обсуждения, однако не являются основаниями для признания оспариваемого решения незаконным.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» реализовано отцом инвалида с детства ФИО2, он от этого права в установленном законом порядке не отказался, в связи с чем, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для назначения второму родителю инвалида с детства ФИО1 досрочной страховой пенсии по старости по указанному основанию, в связи с воспитанием того же ребенка инвалида с детства.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

иск ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Пензенской области о признании незаконным решения в части отказа в назначении пенсии, понуждении установить страховую пенсию по старости, прекращении права на досрочную пенсию оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Пензенский областной суд через Ленинский районный суд г. Пензы в течение одного месяца с даты изготовления мотивированного решения суда.

Судья Е.А.Кашина

Решение в окончательной форме изготовлено 26 сентября 2025 года.