Решение № 2-1459/2020 2-154/2021 2-154/2021(2-1459/2020;)~М-1388/2020 М-1388/2020 от 9 марта 2021 г. по делу № 2-1459/2020

К делу №2-154/2021


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Тихорецк 10 марта 2021 года

Тихорецкий городской суд Краснодарского края в составе:

судьи Семенова Е.А.,

при секретаре судебного заседания Брошко Н.А.,

с участием старшего помощника Тихорецкого межрайонного прокурора Веселовой Ж.Ю.,

представителя истцов ФИО1, ФИО2 – ФИО3, действующего на основании доверенности 23АВ0309563 от 03.06.2020,

представителя ответчика государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Тихорецкая центральная районная больница» министерства здравоохранения Краснодарского края ФИО4, действующего на основании доверенности №1 от 09.01.2020,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, ФИО5 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Тихорецкая центральная районная больница» министерства здравоохранения Краснодарского края о компенсации морального вреда, причиненного преступлением,

установил:

ФИО1, ФИО2, ФИО5 обратились в суд с иском к муниципальному бюджетному учреждению здравоохранения «Тихорецкая центральная районная больница» муниципального образования Тихорецкий район о компенсации морального вреда, причиненного преступлением.

Исковые требования мотивированы тем, что постановлением Тихорецкого городского суда от 03.09.2018 по делу №1-182/2018 в отношении работников МБУЗ «Тихорецкая ЦРБ» МО Тихорецкий район в отношении врачей акушеров-гинекологов ФИО16, ФИО17 прекращено уголовное дело по обвинению их в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 Уголовного кодекса РФ на основании п. 3 ч.1 ст.24 Уголовно-процессуального кодекса РФ, в связи с истечением сроков давности привлечении к уголовной ответственности.

Таким образом, установлена вина работников ответчика в совершении преступления при исполнении ими трудовых обязанностей.

ФИО18 и ФИО19 обвинялись в том, что, являясь врачами акушерами-гинекологами, не выполнили свои функциональные обязанности при оказании медицинской помощи ФИО20., являющейся дочерью истцов ФИО1 и ФИО2, родной сестрой истца ФИО5, не верно избрали тактику лечения и ведения её в послеоперационном периоде, не проводили за ней наблюдение в результате шести часов, что привело к геморрагическому инсульту, повлекшему в последующем её смерть.

Истцы указывают, что в результате преступления, совершенного работниками ответчика, им причинен существенный и неизгладимый моральный вред, поскольку по вине работников больницы умерла их дочь, сестра ФИО21., возраст которой не достиг и 30 лет. Гибель молодой девушки наступила сразу после родов. Ребенок остался без матери.

Просят взыскать с ответчика в пользу истцов 1500000 рублей в качестве компенсации морального вреда, причиненного преступлением.

Представитель истцов ФИО1, ФИО2 – ФИО3, в судебном заседании заявленные исковые требования по выше изложенным основаниям поддержал.

Истец ФИО5 в судебное заседание не явился, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие, исковые требования поддерживает.

В судебном заседании представитель ответчика ГБУЗ «Тихорецкая ЦРБ» МЗ КК ФИО4 исковые требования не признал. Пояснил, что ГБУЗ «Тихорецкая ЦРБ» МЗ Краснодарского края не согласно с исковыми требованиями по следующим основаниям. Исходя из того, что требования о компенсации причиненного гражданину морального вреда определяется судом только в денежной форме, размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»). При этом, несмотря на то, что человек претерпевает страдания во множестве случаев, в том числе и в результате неправомерных действий других лиц, данные обстоятельства не означают, что он всегда приобретает право на компенсацию морального вреда. Данное право возникает лишь при наличии предусмотренных законом условий или оснований ответственности за причинение морального вреда. Решением Тихорецкого городского суда Краснодарского края 31.01.2019 года по делу № 2-48/2019 с ГБУЗ «Тихорецкая ЦРБ» М3 КК в пользу потерпевших ФИО22 и ФИО23 взыскана компенсация морального вреда, причиненного преступлением (причинение смерти по неосторожности ФИО24., вследствие ненадлежащего исполнения медицинскими работниками своих профессиональных обязанностей), в сумме 1000000 рублей. Указанную сумму компенсации морального вреда учреждение выплатило потерпевшим в полном объеме. Безусловно, истцы претерпевают нравственные страдания, в связи со смертью дочери и сестры, однако же ГБУЗ «Тихорецкая ЦРБ» М3 КК просит суд принять во внимание при разрешении спора о компенсации морального вреда, тот факт, что учреждением уже выплачена сумма компенсации морального вреда в размере 1000000 рублей супруге и ребенку ФИО25., что по мнению ответчика является более чем, достаточной суммой, с учетом того, что ГБУЗ «Тихорецкая ЦРБ» М3 КК является бюджетным учреждением, основным источником дохода которого являются средства, полученные от страховых компаний за пролеченных пациентов, которые направляются только на определённые статьи расходов (заработная плата медицинских работников, оплата коммунальных услуг, приобретение лекарственных средств и медицинских изделий), а выплата компенсации морального вреда осуществляется только лишь, за счет средств от приносящий доход деятельности, которую в настоящее время в связи с эпидемиологической ситуацией в Краснодарском крае, а также развёртыванием провизорного госпиталя на территории Тихорецкой ЦРБ учреждение не осуществляет в полном объеме. На основании вышеизложенного, просит суд отказать в удовлетворений исковых требований в полном объеме.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора, на стороне ответчика ФИО26., ФИО27 в судебное заседание не явились, представили заявление о рассмотрении дела в их отсутствие, возражают против удовлетворения исковых требований.

Выслушав стороны, заслушав мнение прокурора, исследовав письменные доказательства, суд считает иск подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В судебном заседании установлено, что истец ФИО2 и истец ФИО1 являются родителями ФИО29 (ФИО28.), истец ФИО5 является ее родным братом.

В соответствии с частью 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно части 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо, либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абзац второй пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина», ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

В силу части 1 и части 3 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации; компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, предусмотренных законом.

Согласно правовой позиции изложенной в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях, в том числе, в связи с утратой родственников.

Согласно правовой позиции изложенной в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами Гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

В судебном заседании установлено, что вступившим в законную силу постановлением Тихорецкого городского суда от 03 сентября 2018 года уголовное преследование в отношении врачей ГБУЗ «Тихорецкая ЦРБ» М3 КК ФИО30 и ФИО31, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 109 Уголовного кодекса РФ, прекращено в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 24 УПК РФ, то есть в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. ФИО32. являлась дочерью истцов ФИО1 и ФИО2 и сестрой ФИО5

Данное преступление отнесено законодателем к категории неосторожных преступлений.

В соответствии с частью 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

В соответствии со статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Применяя положения приведенных норм материального права в их взаимосвязи и разъяснений, данных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина”, суд исходит из того, что на работодателя в силу закона возлагается обязанность по возмещению не только имущественного, но и морального вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых обязанностей. Поскольку прямая причинно-следственная связь между действиями (бездействием) сотрудников ответчика ФИО33. и ФИО34. и наступлением смерти ФИО35 установлена вступившим в законную силу судебным актом, имеются обязательства у ответчика по компенсации истцам причиненного морального вреда, учитывая, что погибшая являлась дочерью и сестрой истцов.

Кроме того, установлено, что решением Тихорецкого городского суда от 31.01.2019 года по делу №2-48/2019 с ГБУЗ «Тихорецкая ЦРБ» М3 КК в пользу ФИО36. (супруга умершей) и ФИО37. (сына умершей) была взыскана компенсация морального вреда в сумме 500000 рублей в пользу каждого истца. Решение вступило в законную силу. Истцы по настоящему делу одновременно с семьей погибшей требование о возмещении морального вреда, не заявляли.

Согласно положениям п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» «при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела».

Таким образом, правовое значение для установления размера подлежащей взысканию компенсации морального вреда, имеет не только факт родственных отношений между умершей и истцами, но и иные обстоятельства, в том числе, возраст истцов, являлись ли они иждивенцами умершей, проживали ли совместно, поддерживали ли тесные родственные отношения, остались ли в семье другие близкие родственники, способные поддерживать родителей погибшей, заявлялось ли ранее требование о компенсации морального вреда иными членами семьи, и т.д.

Кроме того, как отметил Верховный Суд Российской Федерации, в Постановлении Европейского Суда по правам человека по делу "Максимов против России" указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание, и тоску.

Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Следует отметить, что поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Как установлено судом, умершая ФИО38. состояла в браке, имела малолетнего ребенка, после вступления в брак проживала с супругом в городе Тихорецке, в станице Архангельской Тихорецкого района, где живут истцы, она не проживала. Таким образом, родственные контакты она с истцами хотя и поддерживала, но одной семьей ни с кем из них длительное время не жила.

Кроме нее, у ФИО1 и ФИО2 (родители ФИО39) есть еще сын, проживающий в одном с ними населенном пункте (как следует из искового заявления). Сын является взрослым, данных о наличии обстоятельств, препятствующих ему в возможности оказывать помощь родителям, не имеется. Сведений о том, что кто-либо из истцов находился на иждивении умершей, так же нет.

Таким образом, учитывая положения статей 151, 1064, 1100, 1101 Гражданского кодекса РФ, суд считает возможным исковые требования удовлетворить частично, взыскав с ГБУЗ «Тихорецкая ЦРБ» МЗ КК в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, в пользу ФИО2- 100 000 рублей, в пользу ФИО5 -50000 рублей. В остальной части исковых требований - отказать.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО5 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Тихорецкая центральная районная больница» министерства здравоохранения Краснодарского края о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, удовлетворить частично.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Тихорецкая центральная районная больница» министерства здравоохранения Краснодарского края (ОГРН <***>, ИНН <***>, КПП 236001001) в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <данные изъяты>, компенсацию морального вреда, в сумме 100000 (сто тысяч) рублей.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Тихорецкая центральная районная больница» министерства здравоохранения Краснодарского края (ОГРН <***>, ИНН <***>, КПП 236001001) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <данные изъяты> компенсацию морального вреда, в сумме 100000 (сто тысяч) рублей.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Тихорецкая центральная районная больница» министерства здравоохранения Краснодарского края (ОГРН <***>, ИНН <***>, КПП 236001001) в пользу ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <данные изъяты>, компенсацию морального вреда, в сумме 50000 (пятьдесят тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части требований ФИО1, ФИО2, ФИО5, отказать.

Решение может быть обжаловано в Краснодарский краевой суд через Тихорецкий городской суд в течение месяца с момента составления мотивированного решения.

Судья Тихорецкого

городского суда Е.А.Семенов

Мотивированное решение изготовлено 12 марта 2021 года

Судья Тихорецкого

городского суда Е.А.Семенов