Решение № 2-5078/2024 2-5078/2024~М-4331/2024 М-4331/2024 от 5 декабря 2024 г. по делу № 2-5078/2024

Дело №2-5078/2024 УИД 36RS0004-01-2024-010266-36

Строка 2.206


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 декабря 2024 года г. Воронеж

Ленинский районный суд города Воронежа в составе председательствующего судьи Головиной,

при секретаре Тухловой М.А.,

с участием представителя истца Казацкера Д.А., прокурора Урывской К.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Воронежской области о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

первоначально истец ФИО1 обратился в суд с иском к Управлению Федерального казначейства Российской Федерации по Воронежской области, прокуратуре Ленинского района г. Воронежа о взыскании материального и морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование. В обоснование заявленных требований ссылается на следующие обстоятельства.

В производстве следователя СО СУ СК Воронежской области по Коминтерновскому району г. Воронежа старшего лейтенанта юстиции ФИО2 находилось уголовное дело по факту смерти ФИО13 в рамках которого ФИО1 являлся обвиняемым по ч. 1 ст. 109 УК РФ. В дальнейшем дело передано в Коминтерновский районный суд г. Воронежа. В июле 2020 года в отношении ФИО1 судом был вынесен обвинительный приговор. В октябре 2020 года приговор был отменен Воронежским областным судом с направлением дела на новое рассмотрение в ином составе суда. Приговором от 03.03.2021 Коминтерновского районного суда г. Воронежа ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ, ему назначено наказание в виде ограничения свободы сроком 1 год. 20.07.2021 судебной коллегией по уголовным делам Воронежского областного суда обвинительный приговор районного суда от 03.03.2021 снова отменен, установлен факт несоответствия обвинения, составленного органами следствия обвинительного заключения, в связи с чем, дело в порядке ст. 237 УПК РФ возвращено прокурору. Уголовное дело расследовалось СУ СК по Коминтерновскому району г. Воронежа с августа 2021 года по август 2022 года. В дальнейшем, в ноябре 2023 года, органами прокуратуры уголовное преследование в отношении ФИО1 признанно незаконным. 13.05.2024 постановлением следователя СУ СК Коминтерновского района г. Воронежа уголовное дело прекращено в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Моральный вред оценивается истцом в размере 200 000 руб., который выражен в болезни на фоне стресса из-за судебного преследования на этапе следствия, невозможности найти работу и содержать семью; большая потеря времени и сил, а также нервов на посещение судебных заседаний и следственных действий. Истцом также понесены расходы на оплату услуг адвоката с 13.11.2019 до 07.08.2024 в размере 225 000 руб., понесенных при рассмотрении уголовного дела дважды в Коминтерновском районном суде г. Воронежа и дважды в Воронежском областном суде, а также в пяти следственных действиях в СУ СК по Коминтерновскому району г. Воронежа с декабря 2021 года по август 2022 года. На основании изложенного истец просит, с учетом уточнения исковых требований, взыскать с Министерства Финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда, причиненного незаконным привлечением ФИО1 к уголовной ответственности в размере 200 000 руб. и компенсацию материального ущерба в размере 225 000 руб. (л.д. 3-11, 59).

Определением Ленинского районного суда г. Воронежа от 25.11.2024 производство по делу ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Воронежской области о взыскании материального и компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование в части требований о взыскании материального ущерба в размере 225 000 руб. прекращено (л.д. 80-81).

В судебном заседании представитель истца по ордеру адвокат Казацкер Д.А. уточненные исковые требования поддержал, просил удовлетворить их в полном объеме. Суду пояснил, что истец находится в стрессовом состоянии по причине гибели его друга ФИО3 и в связи с тем, что следственные органы сразу привлекли истца в качестве подозреваемого и обвиняемого. Истцу мера пресечения, связанная с изоляцией от общества, не избиралась. Нарушение нормального привычного ритма жизни, наличие привлечения к уголовной ответственности, размещение сведений о судимости истца в базе МВД, невозможность официально трудоустроиться приносили истцу неудобства. У истца был годовалый ребенок, но он не мог его обеспечивать. Истцом был потрачен год на обжалование постановления о прекращении уголовного дела за истечением срока, как необоснованное и которое в дальнейшем было отменено.

В судебном заседании помощник прокурора Ленинского района г. Воронежа Урывская К.В. полагала, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, размер компенсации необходимо снизить до разумных пределов; при определении размера компенсации просила учесть длительность и обстоятельства уголовного преследования.

В судебное заседание истец ФИО1, представитель ответчиков Управления Федерального казначейства Российской Федерации, Министерства финансов Российской Федерации, не явились, о слушании дела извещены своевременно и надлежащим образом.

В соответствии со ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца ФИО1, представителя ответчиков Управления Федерального казначейства Российской Федерации, Министерства финансов Российской Федерации.

Представителем Управления Федерального казначейства по Воронежской области представлены письменные возражения на исковое заявление, в которых просит отказать истцу в удовлетворении исковых требований в заявленном размере, поскольку заявленная сумма морального вреда является завышенной, не подтверждается конкретными фактами перенесенных физических и нравственных страданий, не соответствует требованиям разумности и справедливости. При определении размера компенсации просит учесть, что для возбуждения уголовного дела имелись повод и основания, предусмотренные ст. 140 УПК РФ, постановление о возбуждении уголовного дела, иные следственные действия незаконными не признавались; мера пресечения ФИО1 не избиралась, а была избрана мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке; преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 109 УК РФ относится к преступлениям небольшой тяжести; вынесенные обвинительные приговоры в отношении истца в законную силу не вступили; одновременно с прекращением уголовного дела в связи с истечением сока давности прекращено уголовное преследование истца (л.д. 82-86).

Выслушав лиц участвующих в деле, заключение прокурора, исследовав материалы дела, обозрев в судебном заседании уголовное дело по обвинению ФИО1, оценив предоставленные суду доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

На основании ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, в порядке, установленном законом.

Вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 настоящего Кодекса. Вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу.

Таким образом, ответственность за действия должностных лиц, правоохранительных органов в соответствии со статьями 1064, 1069, пункта 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации может наступить только при наличии факта причинения истцу вреда, причинной связи между действиями этих должностных лиц и наступившим вредом и наличия их вины в причинении вреда. При этом истец обязан доказать факт причинения ему вреда, а также то, что вред причинен в результате действий (бездействия) этих должностных лиц.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, порядок возмещения вреда определен Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (статьи 133-139, 397 и 399 УПК РФ).

Исходя из содержания указанных статей УПК РФ, право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого – прекращение уголовного преследования по реабилитирующим основаниям). При этом установлено, что иски за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (статья 136 УПК РФ).

За нарушение личных неимущественных прав предусмотрена выплата компенсации морального вреда в соответствии с требованиями ст. ст. 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ.

В силу ч. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность частной жизни, личная и семейная <данные изъяты>, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с ч. 3 ст. 1099 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В силу ст. 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда также в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

При этом в соответствии со ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, с учетом требований разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям Верховного суда РФ, изложенным в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее – Постановление Пленума ВС РФ от 15.11.2022 №33), права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации).

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также - ГК РФ).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную <данные изъяты>, честь и доброе имя, <данные изъяты> переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно п. 38 вышеназванного Постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 № 33, моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 ГК РФ подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Кроме того, также независимо от вины указанных должностных лиц судом может быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного гражданину незаконным применением любых иных мер государственного принуждения, в том числе не обусловленных привлечением к уголовной или административной ответственности (статья 2, часть 1 статьи 17 и часть 1 статьи 21 Конституции Российской Федерации, пункт 1 статьи 1070, абзацы третий и пятый статьи 1100 ГК РФ). Так, суд вправе взыскать компенсацию морального вреда, причиненного, например, в результате незаконного задержания в качестве подозреваемого в совершении преступления (статья 91 УПК РФ), или в результате незаконного административного задержания на срок не более 48 часов как меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении (часть 3 статьи 27.5 КоАП РФ), или в результате признания незаконным помещения несовершеннолетнего в центр временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей органов внутренних дел (статья 22 Федерального закона от 24 июня 1999 года N 120-ФЗ "Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних"), или в результате производства в жилище обыска или выемки, признанных незаконными (статья 12 УПК РФ), и др.

В силу п. 42 Постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 №33 судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать, в том числе, длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий.

Согласно позиции Конституционного Суда РФ, изложенного в Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 14 июля 2011 г. №16-П и от 21 ноября 2017 г. №30-П, незаконное или необоснованное уголовное преследование представляет собой грубое посягательство на человеческое достоинство, а потому возможность реабилитации, восстановления чести и доброго имени опороченного неправомерным обвинением лица является непосредственным выражением конституционных принципов уважения достоинства личности, гуманизма, справедливости, законности, презумпции невиновности, права каждого на защиту его прав и свобод.

В связи с этим, сложившаяся судебная практика по делам данной категории исходит из того, что при наличии оснований для присуждения истцу денежной компенсации морального вреда сумма такой компенсации должна быть адекватной и реальной. В противном случае присуждение чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы означало бы игнорирование требований закона и приводило бы к отрицательному результату, создавая у потерпевшего впечатление пренебрежительного отношения к его правам (определение Первого кассационного суда общей юрисдикции от 30 марта 2023 г. №88-8350/2023; определение Первого кассационного суда общей юрисдикции от 18 мая 2023 г. №88-15889/2023, определение Первого кассационного суда общей юрисдикции от 11 января 2024 г. N 88-275/2024-(88-35831/2023).

Статья 1071 ГК РФ устанавливает, что в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны по общему правилу выступают соответствующие финансовые органы.

В силу указанной нормы от имени казны Российской Федерации выступает Министерство финансов Российской Федерации, которое является надлежащим ответчиком по настоящему гражданскому делу.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, а также следует из материалов уголовного дела в отношении ФИО1, 26.07.2019 следственным отделом по Коминтерновскому району г. Воронежа СУ СК России по Воронежской области по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ, по факту причинения ФИО14 смерти по неосторожности, было возбуждено уголовное дело, подозреваемым по делу признан ФИО1

30.09.2019 уголовное дело передано в прокуратуру Коминтерновского района г. Воронежа для утверждения обвинительного заключения.

15.10.2019 заместителем прокурора Коминтерновского района г. Воронежа по уголовному делу утверждено обвинительное заключение, после чего данное уголовное дело направлено в Коминтерновский районный суд г. Воронежа для рассмотрения по существу.

Приговором Коминтерновского районного суда г. Воронежа от 03.03.2021 ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ и ему назначено наказание в виде 1 года ограничения свободы.

20.07.2021 вышеназванный приговор Коминтерновского районного суда г. Воронежа от 03.03.2021 отменен, уголовное дело на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ направлено прокурору по Коминтерновскому району г. Воронежа для устранения препятствий его рассмотрения.

08.11.2021 уголовное дело возвращено в СО по Коминтерновскому району г. Воронежа СУ СК России по Воронежской области для производства дополнительного следствия. Срок предварительного следствия неоднократно продлевался в установленном законом порядке.

15.08.2022 уголовное дело с обвинительным заключением направлено прокурору Коминтерновского района г. Воронежа для рассмотрения по существу.

12.10.2022 заместителем прокурора Коминтерновского района г. Воронежа вынесено постановление о возвращении уголовного дела для производства предварительного следствия в порядке ст. 221 УПК РФ.

30.12.2022 следователем следственного отдела по Коминтерновскому району г. Воронежа уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

10.11.2023 вышеуказанное постановление следователя от 30.12.2022 постановлением прокурора Коминтерновского района г. Воронежа отменено.

01.02.2024 после поступления из Коминтерновского районного суда г. Воронежа, уголовное дело принято к производству следователя.

13.05.2024 старшим следователем следственного отдела по Коминтерновскому району г. Воронежа уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с истечением сроков давности уголовного преследования; уголовное преследование в отношении ФИО1 прекращено в соответствии с ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, то есть в связи с непричастностью ФИО1 к совершению преступления; признано в соответствии со ст. 134 УПК РФ за ФИО1 право на реабилитацию (л.д. 20-28).

Прокуратура Коминтерновского района г. Воронежа письмом от 22.07.2024 принесла ФИО1 от имени Российской Федерации официальные извинения как реабилитирующему за причиненный вред (л.д. 29).

Исходя из пояснений истца и его представителя, данных в ходе рассмотрения дела, а также из содержания искового заявления, моральный вред, причиненный истцу, выражается в болезни на фоне стресса из-за судебного преследования на этапе следствия, невозможности официально трудоустроиться и содержать семью; большой потери времени и сил, а также нервов на посещение судебных заседаний и следственных действий; нарушении нормального привычного ритма жизни, наличии привлечения к ответственности и размещении сведений о судимости истца в базе МВД; кроме того у истца на иждивении находился малолетний ребенок, а в период уголовного преследования его супруга находилась в декретном отпуске, однако истец был лишен возможности их содержать.

В обоснование заявленных требований истцом также представлены: копия свидетельства о заключении брака между ФИО1 и ФИО4, копия свидетельства о рождении сына истца – ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения; копия трудовой книжки ФИО1; а также выписной эпикриз ФИО1

Таким образом, совокупность исследованных доказательств, признанных судом достоверными, свидетельствует о том, что в результате незаконного продолжительного уголовного преследования, что установлено вступившим в законную силу постановлением следователя, истцу причинен моральный вред, за ФИО1 признано право на реабилитацию, в связи с чем, суд приходит к выводу о доказанности причинения истцу нравственных страданий в результате такого преследования.

В связи с изложенным, с учетом установленных по делу обстоятельств, исходя из вышеприведенных положений закона, суда находит требования ФИО1 подлежащими удовлетворению, поскольку в ходе судебного разбирательства были бесспорно установлены основания, предусмотренные ст.ст. 1100, 1070 ГК РФ, устанавливающие необходимость возмещения морального вреда, причиненного гражданину длительным необоснованным уголовным преследованием до вынесения постановления о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО1 на основании ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, то есть в связи непричастностью ФИО1 к совершению преступления.

Вместе с тем, суд находит, что заявленный истцом размер компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей, несмотря на характер перенесенных истцом физических и нравственных страданий, не отвечает требованиям разумности и справедливости.

Из вышеприведенным положений закона и актов его официального толкования следует, что определяя размер компенсации морального вреда, надлежит исходить из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств дела.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание характер предъявленного ФИО1 обвинения в совершении преступления, относящегося к категории небольшой тяжести, продолжительность общего срока незаконного уголовного преследования, составляющего более четырех лет; обжалование и последующую отмену вынесенных по делу актов должностных лиц; а также личность истца, его семейное положение и состояние здоровья, степень испытанных нравственных страданий.

В то же время суд учитывает, что преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 109 УК РФ, в совершении которого обвинялся истец, относится к преступлениям небольшой тяжести; меры пресечения, связанные с изоляцией от общества, ФИО1 не избирались, а была избрана мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке; вынесенные обвинительные приговоры по уголовному делу в отношении истца в законную силу не вступали, в связи с чем к реальному отбытию наказания истец не приступал; а также принимая во внимание позицию и доводы, изложенные ответчиком в возражениях и в заключении помощника прокурора относительно явно завышенного размера суммы компенсации морального вреда, в связи с чем, оценивая приведенные обстоятельства, суд, с учетом требований разумности и справедливости, считает возможным взыскать в пользу истца компенсацию причиненного ему морального вреда в размере 80 000 рублей.

Как следует из разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.05.2019 года № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации» исполнение судебных актов по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного гражданину или юридическому лицу незаконными действиями (бездействиями) государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц (ст.ст. 1069,1070 ГК РФ), возложено на Минфин России и осуществляется за счет казны Российской Федерации (п.1 ст.242.2 БК РФ).

Субъектом, обязанным возместить вред по правилам ст. 1070 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает Минфин России, поскольку эта обязанность ГК РФ, БК РФ или иными законами не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина (ст. 1070 ГК РФ).

При удовлетворении иска о возмещении вреда в порядке, предусмотренном ст. 1070 ГК РФ, в резолютивной части решения суд указывает на взыскание вреда с Российской Федерации в лице Минфина России за счет казны Российской Федерации.

Поскольку иных доказательств, суду не представлено, то в соответствии с требованиями ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 80 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд через районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья О.В. Головина

Мотивированное решение суда изготовлено 18.12.2024