Решение № 2-230/2017 2-230/2017~М-239/2017 М-239/2017 от 28 августа 2017 г. по делу № 2-230/2017

Дело № 2 – 230/2017
РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

п. Сернур

29 августа 2017 года

Сернурский районный суд Республики Марий Эл в составе председательствующего судьи Милютина А.А., с участием истца ФИО1, представителя ответчика Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в Сернурском районе Республики Марий Эл ФИО2, при секретаре Рычаговой О.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО10 к Государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Сернурском районе Республики Марий Эл о признании права на страховую пенсию по случаю потери кормильца, назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ГУ – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в Сернурском районе Республики Марий Эл (далее – ГУ – УПФ РФ в Сернурском районе Республики Марий Эл) о признании права на страховую пенсию по случаю потери кормильца и назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца, указывая, что 04 апреля 2017 года умер отец истца ФИО11. 11 июля 2017 года истец обратился в ГУ – УПФ РФ в Сернурском районе Республики Марий Эл для оформления пенсии по случаю потери кормильца, однако решением № от 13 июля 2017 года ей было отказано в назначении страховой пенсии в связи с отсутствием оснований, так как не подтвержден факт нахождения на иждивении умершего отца. Считает решение об отказе в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца неправомерным. ФИО1 обучается в ФГБОУ ВО «Пермская государственная фармацевтическая академия» Министерства здравоохранения РФ по очной форме обучения, является студентом 4 курса. Отец истца ФИО11 умер, когда истцу был 21 год, он обучался очно в университете, самостоятельного источника дохода не имеет, на момент смерти отца находился на полном его иждивении и имеет право на страховую пенсию по случаю потери кормильца. Просит признать за ним право на страховую пенсию по случаю потери кормильца, обязать ответчика ГУ – УПФ РФ в Сернурском районе Республики Марий Эл назначить страховую пенсию по случаю потери кормильца – отца ФИО11, начиная с 05 апреля 2017 года, взыскать с ответчика расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал, привел доводы, изложенные в исковом заявлении, а также дополнил, что его отец ФИО1 работал по гражданско-правовым договорам, регулярно переводил ему деньги на карточку, которая для него была постоянным и основным источником средств к существованию.

Представитель ответчика ГУ – УПФ РФ в Сернурском районе Республики Марий Эл ФИО2 исковые требования не признала, суду пояснила, что доказательств того, что истец находился на полном содержании и иждивении отца суду не представлено. В удовлетворении исковых требований просит отказать.

Выслушав объяснения истца, представителя ответчика, допросив свидетелей, изучив материалы гражданского дела, материалы выплатного дела, суд приходит к следующему.

Решением ГУ – УПФ РФ в Сернурском районе Республики Марий Эл № от 13 июля 2017 года ФИО1 отказано в назначении пенсии по случаю потери кормильца, так как право на указанную страховую пенсию отсутствует, факт нахождения на иждивении умершего отца не подтвержден из-за отсутствия факта работы и дохода (л.д. 7).

В соответствии с ч. 1 ст. 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее – Федеральный закон «О страховых пенсиях») право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке).

На основании п. 1 ч. 2 ст. 10 Федерального закона «О страховых пенсиях» нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет, а также дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, если направление на обучение произведено в соответствии с международными договорами Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет.

В силу ч.ч. 3, 4 ст. 10 Федерального закона «О страховых пенсиях» члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию. Иждивение детей умерших родителей предполагается и не требует доказательств, за исключением указанных детей, объявленных в соответствии с законодательством Российской Федерации полностью дееспособными или достигших возраста 18 лет.

Страховая пенсия по случаю потери кормильца устанавливается независимо от продолжительности страхового стажа кормильца из числа застрахованных лиц, а также от причины и времени наступления его смерти (ч. 10 ст. 10 Федерального закон «О страховых пенсиях»).

Согласно свидетельству о смерти № ФИО11 умер 04 апреля 2017 года (л.д. 9).

Из свидетельства о рождении № следует, что отцом ФИО1 ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ рождения, является ФИО11 (л.д. 8).

Как следует из справки от 29 июня 2017 года, ФИО1 является студентом очной формы обучения 4 курса ФГБОУ ВО «Пермская государственная фармацевтическая академия» Министерства здравоохранения РФ. Обучается по основной образовательной программе высшего профессионального образования (л.д. 10).

Согласно справке, выданной Сернурской городской администрацией МО «Городское поселение Сернур», ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, проживающий по адресу: <адрес>, до дня смерти отца ФИО11, умершего 04 апреля 2017 года, находился на его иждивении (л.д. 15).

Из домовой книги и поквартирной карточки следует, что ФИО1 зарегистрирован по месту жительства по адресу: <адрес>, где до 04 апреля 2017 года также был зарегистрирован ФИО11 (л.д. 11-14, 16).

Согласно справке № от 31 июля 2017 года, выданной МИФНС № 3 по Республике Марий Эл, сведений о физическом лице ФИО1 как об индивидуальном предпринимателе в ЕГРИП не содержится (л.д. 18).

Из копии трудовой книжки ФИО11 следует, что он осуществлял трудовую деятельность до 21 марта 2007 года.

Согласно свительства на право собственности от ДД.ММ.ГГГГ ФИО11 имел в собственности земельный участок 0,15 га.

Согласно материалам выплатного дела ФИО11 был официально трудоустроен в 2007 году, имеет страховой стаж.

Свидетель ФИО23 суду показал, что вместе с ФИО11. с 2013 года до 2016 года работали монтажниками в <данные изъяты> без заключения трудовых соглашений, заработную плату получали регулярно за выполненную работу.

Свидетель ФИО27 в судебном заседании показала, что ФИО11 работал монтажником в <данные изъяты> без заключения трудового соглашения до 2017 года, заработную плату за выполненную работу ему выплачивала по указанию руководства регулярно.

Свидетель ФИО26 суду показала, что в декабре 2016 года ФИО11 и ФИО23 установили ей в квартире двери в туалет и ванную. Договор на установку дверей она заключала с <данные изъяты>.

Показания свидетелей суд признает объективными и достоверными, так как они согласуются с другими исследованными судом материалами дела.

Таким образом, на момент смерти ФИО11 истцу ФИО1, являющемуся студентом очной формы обучения, исполнился 21 год, он находился на полном его обеспечении и содержании, поскольку умерший ФИО11 до дня смерти имел постоянный доход, работая без заключения трудового договора в <данные изъяты>. Суд приходит к выводу о том, что ФИО11 содержал своего сына ФИО1, который находился на иждивении отца, каких-либо своих доходов не имеет. Суд считает, что ФИО1 получал помощь от отца, которая для него была постоянным и основным источником средств к существованию.

В соответствии с п. 3 ч. 5 ст. 22 Федерального закона «О страховых пенсиях» страховая пенсия по случаю потери кормильца назначается со дня смерти кормильца, если обращение за указанной пенсией последовало не позднее чем через 12 месяцев со дня его смерти, а при превышении этого срока - на 12 месяцев раньше того дня, когда последовало обращение за указанной пенсией.

Из выплатного дела следует, что с заявлением о назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца ФИО1 обратился в ГУ – УПФ РФ в Сернурском районе Республики Марий Эл 11 июля 2017 года, следовательно, пенсия ему могла быть назначена с 04 апреля 2017 года, со дня смерти отца, однако в силу положений ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям, в связи с чем страховая пенсия по случаю потери кормильца подлежит назначению истцу с 05 апреля 2017 года.

С учетом изложенного, суд считает исковые требования ФИО1 подлежащими удовлетворению в полном объеме.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

При обращении в суд истцом оплачена государственная пошлина в размере 300 рублей, которая подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 ФИО10 удовлетворить.

Признать за ФИО1 ФИО10 право на страховую пенсию по случаю потери кормильца.

Обязать Государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Сернурском районе Республики Марий Эл назначить ФИО1 ФИО10 страховую пенсию по случаю потери кормильца – отца ФИО11, начиная с 05 апреля 2017 года.

Взыскать с Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в Сернурском районе Республики Марий Эл в пользу ФИО1 ФИО10 расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Марий Эл через Сернурский районный суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня его принятия судом в окончательной форме.

Председательствующий: А.А. Милютин