Апелляционное определение № 22-134/2026 от 18 февраля 2026 г.

№22-134/2026 судья ФИО2


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Рязань 19 февраля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Рязанского областного суда в составе председательствующего судьи Мельникова М.Г., судей Зайцева М.П., Воробьева А.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Кудряшовой С.С.,

с участием:

прокурора Бижоновой Ю.Н.,

лица, в отношении которого уголовное дело прекращено – ФИО1,

защитника – адвоката Поповой И.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению и.о. прокурора Сапожковского района Рязанской области ФИО8 на постановление Сапожковского районного суда Рязанской области от 25 ноября 2025 года, которым уголовное дело в отношении

ФИО17, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданина <адрес>, военнообязанного, <скрыто>, со <скрыто> образованием, работающего <скрыто>», зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>, <адрес>, не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.222.1 УК РФ,

прекращено по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления ввиду его малозначительности в соответствии с ч.2 ст.14 УК РФ.

На основании п.3 ч.2 ст.133 УПК РФ за ФИО1 признано право на реабилитацию.

Постановлением разрешена судьба вещественных доказательств.

Выслушав мнения ФИО1 и его защитника – адвоката Поповой И.А., просивших постановление суда оставить без изменения, а также мнение прокурора Бижоновой Ю.Н., поддержавшей доводы апелляционного представления и просившей постановление суда отменить, суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил незаконный сбыт взрывчатых веществ не позднее ДД.ММ.ГГГГ года по адресу: <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в постановлении.

В ходе судебного разбирательства при отсутствии возражений подсудимого ФИО1 по ходатайству его защитника постановлением Сапожковского районного суда Рязанской области от 25 ноября 2025 года данное уголовное дело прекращено по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.222.1 УК РФ, ввиду его малозначительности в соответствии с ч.2 ст.14 УК РФ.

В апелляционном представлении и.о. прокурора Сапожковского района Рязанской области ФИО8 просит решение суда отменить с передачей уголовного дела на новое судебное рассмотрение, считая постановление противоречивым и не отвечающим требованиям уголовно-процессуального закона, поскольку в нем указано, что ФИО1 совершил преступление в виде незаконного сбыта взрывчатых веществ, и при этом имеется вывод, что в его действиях отсутствует состав этого преступления. Ссылаясь на примечание к ст.222.1 УК РФ, санкцию ч.2 ст.222.1 УК РФ и постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 13 ноября 2023 года №52-П "По делу о проверке конституционности пункта 2 примечаний к статье 222.1 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с запросом <скрыто>", прокурор обращает внимание на повышенную общественную опасность инкриминируемого обвиняемому умышленного особо тяжкого преступления, совершенного в период проведения Российской Федерацией специальной военной операции, и считает, что содеянное ФИО1 могло повлечь наступление общественно-опасных последствий, если бы переданный им ФИО13 порох не был изъят сотрудниками полиции, поскольку не установлено, как тот намеревался использовать часть этого взрывчатого вещества, оставшуюся после снаряжения охотничьих патронов для ФИО1 С учетом этого, а также объема незаконно сбытого ФИО1 взрывчатого вещества в виде охотничьего бездымного пороха массой 59 грамм считает необоснованными выводы суда о малозначительности деяния, не представляющего общественной опасности.

В возражениях на апелляционное представление адвокат Алфёров В.С. в интересах ФИО1 просит постановление суда оставить без изменения, а апелляционное представление – без удовлетворения, мотивируя тем, что решение суда первой инстанции является законным и обоснованным. То обстоятельство, что инкриминируемое ФИО1 преступление, предусмотренное ч.2 ст.222.1 УК РФ, относится к категории особо тяжких, не является препятствием для прекращения уголовного дела по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УК РФ, в отношении обвиняемого, действия которого в силу малозначительности не представляют общественной опасности, поскольку он не причинил никакого существенного вреда государству, обществу либо личности и не создал угрозу его причинения.

Проверив представленные материалы, изучив доводы апелляционного представления, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции находит постановление суда первой инстанции законным, обоснованным и мотивированным, соответствующим требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ.

Для осуществления задач уголовного законодательства, которыми являются охрана прав и свобод гражданина, собственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружающей среды, конституционного строя Российской Федерации от преступных посягательств, обеспечение мира и безопасности человечества, а также предупреждение преступлений, Уголовный кодекс Российской Федерации устанавливает основание и принципы уголовной ответственности, определяет, какие, опасные для личности, общества и или государства деяния признаются преступлениями, и устанавливает виды наказаний и иные меры уголовно-правового характера за совершение преступлений.

При этом, согласно части 2 статьи 14 УК РФ не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного уголовным законодательством, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности, то есть не причинившее существенного вреда и не создавшее угрозу причинения такого вреда личности, обществу или государству.

Вопреки доводам представления, данные требования уголовного закона по рассматриваемому делу судом первой инстанции были применены правильно.

Судом правильно установлено, что не позднее ноября 2024 года в гараже дома по адресу: <адрес> ФИО1, владеющий охотничьим огнестрельным оружием на основании соответствующего разрешения на его ношение и хранение, действуя умышленно, в нарушение п.12 ст.6, ст.13 Федерального закона от 13 декабря 1996 года №150-ФЗ «Об оружии», пункта ж(4) гл.5 Постановления Правительства Российской Федерации от 21 июля 1998 года №814 «О мерах по регулированию оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации», и Указа Президента Российской Федерации от 22 февраля 1992 года №179 «О видах продукции (работ, услуг) и отходов производства, свободная реализация которых запрещена», то есть незаконно передал ФИО13, не имеющему разрешения на хранение и ношение гражданского огнестрельного длинноствольного оружия, 59 грамм промышленно изготовленного бездымного пороха, являющегося взрывчатым веществом метательного действия, чтобы тот снарядил для него патроны к охотничьему ружью, а оставшуюся часть безвозвратно оставил у себя для использования в личных целях, то есть незаконно сбыл ему.

Обстоятельства обнаружения и изъятия пороха в указанном количестве подтверждены показаниями подсудимого ФИО1, свидетелей ФИО13, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, протоколом обследования помещений, заключением эксперта и другими доказательствами, приведенными в постановлении.

По показаниям подсудимого ФИО1, с просьбой снарядить патроны к его охотничьему ружью имеющимся у него порохом он обратился к своему знакомому охотнику ФИО13 из-за отсутствия приспособлений для этого. Согласно договоренности, часть пороха, оставшуюся после снаряжения охотничьих патронов для ФИО1, ФИО13 должен был оставить, чтобы снарядить такие же охотничьи патроны для себя. Использовать порох в противоправных целях они не намеревались. О том, что ФИО13 не имел разрешения на ношение и хранение охотничьего огнестрельного оружия, он не знал.

Аналогичные показания дал свидетель ФИО13, подтвердивший свое намерение использовать взятый у ФИО1 порох только для снаряжения им патронов к охотничьему огнестрельному оружию.

Согласно Федеральному закону от 13 декабря 1996 года №150-ФЗ «Об оружии» граждане Российской Федерации, являющиеся владельцами гражданского огнестрельного длинноствольного оружия, при наличии разрешения на его хранение и ношение вправе для личного использования производить самостоятельное снаряжение патронов к нему (часть четвертая статьи 16). Этому корреспондирует закрепленный данным Федеральным законом запрет продажи или передачи инициирующих и воспламеняющих веществ и материалов (пороха, капсюлей) для самостоятельного снаряжения патронов к гражданскому огнестрельному длинноствольному оружию гражданам, не имеющим (не представившим) разрешения на хранение и ношение такого оружия (пункт 12 статьи 6 и часть четвертая статьи 18).

Уголовная ответственность за незаконные передачу (часть первая) и сбыт (часть вторая) взрывчатых веществ установлена статьей 222.1 УК РФ. В силу пункта 2 примечаний к ней для целей этого Кодекса под взрывчатыми веществами понимаются химические соединения или смеси веществ, способные под влиянием внешних воздействий к быстрому самораспространяющемуся химическому превращению (взрыву).

Пункт 2 примечаний к статье 222.1 УК РФ, рассматриваемый в системе действующего правового регулирования, позволяет относить к взрывчатым веществам как к предмету преступлений, предусмотренных ее частями первой и второй, порох, предназначенный для самостоятельного снаряжения гражданами патронов к гражданскому огнестрельному длинноствольному оружию, с учетом заключения соответствующей экспертизы.

Индивидуализация уголовно-правового воздействия может обеспечиваться за счет применения в том числе такого предусмотренного УК РФ инструмента, как решение вопроса о малозначительности инкриминируемого лицу деяния (часть вторая статьи 14).

В соответствии с разъяснениями п.22.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12 марта 2002 года №5 «О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств», при решении вопроса о том, является ли деяние, связанное с незаконным оборотом указанных предметов, малозначительным, необходимо учитывать, совокупность таких обстоятельств, как количественные характеристики и качественные показатели предмета, мотив и цель содеянного, поведение, предшествующее совершению деяния и (или) в период его совершения.

В соответствии с правовыми позициями, сформулированными в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 ноября 2023 года №52-П, меры, устанавливаемые в уголовном законе в целях защиты той или иной конституционно значимой ценности, должны соотноситься с требованием соответствия порождаемых ими последствий (в том числе для того, к кому они применяются) тому вреду, который причинен в результате преступного деяния, с тем чтобы обеспечивались соразмерность наказания совершенному преступлению, а также равновесие основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от преступных посягательств. Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, уголовная ответственность может считаться законно установленной, лишь если она соразмерна характеру и степени общественной опасности преступления. Требованиями справедливости и адекватности предопределена дифференциация ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и других существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении мер государственного принуждения.

Преступлению, в отличие от иных правонарушений, присуща особая, а именно криминальная общественная опасность, при отсутствии которой даже деяние, формально подпадающее под признаки уголовно наказуемого, в силу малозначительности не может считаться таковым (Постановление от 27 февраля 2020 года N 10-П и Определение от 26 октября 2017 года N 2257-О).

Возможность привлечения лица к уголовной ответственности за незаконные действия с порохом, предназначенным для самостоятельного снаряжения патронов к гражданскому огнестрельному длинноствольному оружию, должна определяться совокупностью обстоятельств дела.

Если этот порох был приобретен привлекаемым к ответственности лицом законно, а в последующем незаконно передан (сбыт) другому лицу в личных целях, в количестве, не ставящем под сомнение его использование по назначению, справедливость и соразмерность уголовно-правовой оценки содеянного может быть произведена, в том числе, путем применения таких предусмотренных УК РФ инструментов, как решение вопроса о малозначительности деяния.

Данное сочетание фактов должно расцениваться как обстоятельство, существенно уменьшающее степень общественной опасности деяния, инкриминируемого лицу, самого этого лица или дающее основание для отказа от привлечения его к уголовной ответственности.

Суд первой инстанции достоверно установил, что ФИО1, имеющий право на хранение охотничьего огнестрельного оружия, передал порох другому лицу для снаряжения патронов к нему при обстоятельствах, исключающих доступ к нему других лиц. Доказательств, указывающих на отсутствие разумных оснований сомневаться в использовании пороха приобретателем в личных целях, судом не установлено. Ссылка на них отсутствует и в апелляционном представлении.

Таким образом, вопреки доводам апелляционного представления, анализ фактических обстоятельств совершенного ФИО1 деяния, связанного с незаконным оборотом пороха, и отсутствие в материалах дела доказательств того, что незаконная передача и сбыт пороха приобретателю создавали условия его незаконного применения и это причинило существенный вред интересам государства, общества либо личности или создало угрозу его причинения, свидетельствуют об обоснованности вывода суда первой инстанции о том, что содеянное не обладает признаками достаточной общественной опасности, которая позволила бы признать его преступлением.

Отношения, связанные с продажей, хранением и использованием пороха, предназначенного для самостоятельного снаряжения гражданами патронов к гражданскому огнестрельному длинноствольному оружию, регулируются в том числе Правилами оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации (утверждены Постановлением Правительства Российской Федерации от 21 июля 1998 года N 814). Такой порох не считается продукцией военного назначения (статья 1 Федерального закона от 19 июля 1998 года №114-ФЗ «О военно-техническом сотрудничестве Российской Федерации с иностранными государствами») или товаром, который может быть использован при создании вооружений и военной техники (пункт 10.4 раздела 4 Списка товаров и технологий двойного назначения, которые могут быть использованы при создании вооружений и военной техники и в отношении которых осуществляется экспортный контроль).

Приведенные правила оборота пороха, предназначенного для самостоятельного снаряжения гражданами патронов к гражданскому огнестрельному длинноствольному оружию, свидетельствуют о признании государством его меньшей опасности по сравнению с другими взрывчатыми веществами. Это не может не учитываться судами при разрешении вопроса о степени общественной опасности деяния и об уголовной ответственности за преступления, предметом которых является такой порох (п.5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13 ноября 2023 года №52-П).

Не исключает применения перечисленных средств индивидуализации при привлечении лица к ответственности за незаконные хранение и сбыт пороха, предназначенного для самостоятельного снаряжения гражданами патронов к гражданскому огнестрельному длинноствольному оружию, и отнесение законодателем такого рода деяний к категории соответственно тяжких и особо тяжких преступлений, а также конструирование составов этих преступлений как формальных, обусловленное оценкой взрывчатых веществ в качестве заведомо обладающих крайне высокой степенью опасности (п.6 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13 ноября 2023 года №52-П).

Следовательно, вопреки доводам апелляционного представления, сам по себе размер пороха, переданного ФИО1 для снаряжения патронов к охотничьему оружию, без учета вышеуказанных конкретных обстоятельств дела, не может быть признан обстоятельством, свидетельствующим о повышенной общественной опасности содеянного и препятствующим применению положений ч.2 ст.14 УК РФ, равно как и тяжесть предъявленного обвинения не является препятствием для прекращения дела в связи с малозначительностью деяния.

То обстоятельство, что ФИО1 признал вину в совершении инкриминируемого ему преступления, препятствием для прекращения дела судом по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, также не является.

Не нашел своего подтверждения довод апелляционного представления о несоответствии постановления суда первой инстанции требованиям уголовно-процессуального закона.

Напротив, в состоявшемся по итогам судебного разбирательства решении в форме постановления о прекращении уголовного дела отсутствует вывод о виновном совершении подсудимым общественно-опасного деяния, запрещенного УК РФ, и признании его в связи с этим преступлением, что соответствует требованиями ст.8 УПК РФ.

В то же время, поскольку суд первой инстанции признал, что не представляющие общественной опасности действия ФИО1 хотя формально и содержат признаки деяния, предусмотренного ч.2 ст.222.1 УК РФ, но в силу малозначительности преступлением не являются, то из описательно-мотивировочной части постановления суда подлежит исключению указание об их квалификации судом по ч.2 ст.222.1 УК РФ.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п.2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года №17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», применительно к судебным стадиям уголовного судопроизводства к лицам, имеющим право на реабилитацию, относится в том числе подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения и (или) по иным реабилитирующим основаниям.

С учетом этого, решение суда первой инстанции о признании за ФИО1 права на реабилитацию является правильным, поскольку в соответствии с ч.2 ст.133 УПК РФ, лицо в случае прекращения в отношении него уголовного дела по реабилитирующему основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, имеет право на реабилитацию.

Судебное разбирательство по делу проведено с достаточной полнотой и соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства состязательности и равноправия сторон, которым были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения их процессуальных обязанностей, нарушений процессуальных прав участников процесса не допущено.

В соответствии с требованиями ч.8 ст.302 УПК РФ, если основания прекращения уголовного дела и (или) уголовного преследования, указанные в пунктах 1-3 ч.1 ст.24 и в пунктах 1 и 3 ч.1 ст.27 УПК РФ обнаруживаются в ходе судебного разбирательства, то суд продолжает рассмотрение дела в обычном порядке до его разрешения по существу.

Принятие судом первой инстанции по окончании судебного следствия после исследования всех заявленных сторонами доказательств, с предоставлением участникам возможности изложить свое мнение по ходатайству защитника, с удалением в совещательную комнату решения о прекращении уголовного дела на основании п.2 ст.14 УК РФ ввиду малозначительности деяния требованиям уголовно-процессуального закона не противоречит.

Существенных нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену либо изменение постановления, соответствующего требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ, при рассмотрении дела судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ОПРЕДЕЛИЛ:

Постановление Сапожковского районного суда Рязанской области от 25 ноября 2025 года о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.222.1 УК РФ, по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления ввиду его малозначительности в соответствии с ч.2 ст.14 УК РФ, изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части указание о квалификации действий ФИО1 судом по ч.2 ст.222.1 УК РФ.

В остальной части постановление суда оставить без изменения, а апелляционное представление и.о. прокурора Сапожковского района Рязанской области ФИО8 – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, путем подачи кассационных жалоб (представлений) через суд первой инстанции в течении шести месяцев со дня вступления в законную силу итогового судебного решения.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалобы (представления) подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Лицо, в отношении которого уголовное дело прекращено, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий М.Г.Мельников

Судьи М.П.Зайцев

А.А.Воробьев