Решение № 2-34/2017 2-34/2017~М-11/2017 М-11/2017 от 22 марта 2017 г. по делу № 2-34/2017

дело № 2-34/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 марта 2017 года г.п. Павлоградка

Павлоградский районный суд Омской области в составе:

председательствующего судьи Косенко А.В.,

при секретаре Лысенко О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Администрации Павлоградского муниципального района Омской области о признании договора на передачу жилого помещения в порядке приватизации, регистрационного удостоверения, свидетельства на право собственности на землю недействительными и применении последствий недействительной сделки,

УСТАНОВИЛ :

ФИО1 обратилась в суд с указанным выше иском к Администрации Павлоградского муниципального района Омской области (далее по тексту - Администрация района). В обоснование заявленных требований указала, что она с 1982 года проживала совместно без регистрации брака с Я.А.Н. Совместно с ними проживали дети истца - ФИО2, ФИО3; дети Я.А.Н. - ФИО4, ФИО5, ФИО6 ***1984 ФИО7 Я.А.Н. для проживания его семьи была предоставлена квартира по адресу: <адрес>, что подтверждается выданным ордером. После вселения и регистрации по месту жительства они совместно проживали в спорном жилом помещении, вели общее хозяйство, в т.ч. пользовались приусадебным участком. ***2016 Я.А.Н. умер. После его смерти истец узнала, что Я.А.Н. приватизировал спорную квартиру, заключив соответствующий договор № от ***1992. Истец своего согласия на приватизацию не давала. Оспариваемым договором нарушены жилищные права истца и на тот момент ее несовершеннолетних детей. Поэтому истец просила суд: признать недействительным договор безвозмездной передачи квартиры в собственность граждан № от ***1992; признать недействительным регистрационное удостоверение № от ***1992, выданное ФИО7; признать недействительным свидетельство № от ***1992 на право собственности на землю, бессрочного (постоянного) пользования землей, выданное БТИ.

Определением Павлоградского районного суда Омской области от 13.02.2017 в качестве соответчика по делу привлечена ФИО6, ранее выступавшая как третье лицо без самостоятельных требований относительно предмета спора.

Истец ФИО1 в судебном заседании иск поддержала в полном объеме, сославшись на доводы, в нем изложенные. Дополнительно пояснила, что она своевременно сообщила своим сыновьям ФИО2 и ФИО3 о времени и месте судебного разбирательства настоящего гражданского дела.

Представитель ответчика Администрации района ФИО8 в судебном заседании исковые требования не признала, просила отказать в удовлетворении исковых требований по основаниям пропуска ФИО1 срока исковой давности, в остальном - поддержала доводы, изложенные в представленном отзыве.

Ответчик ФИО6 в судебном заседании исковые требования не признала, просила отказать в удовлетворении исковых требований по основаниям пропуска ФИО1 срока исковой давности.

Третьи лица ФИО4, ФИО5 в судебном заседании возражали относительно заявленных исковых требований ФИО1

Третьи лица ФИО2, ФИО3, будучи надлежаще уведомленными, в судебном заседании не участвовали, об уважительных причинах неявки суду не сообщили и не ходатайствовали об отложении разбирательства дела.

В соответствии ч. 3 и ч. 4 ст. 167 ГПК РФ, суд счел возможным рассмотреть дело при сложившейся явке. Заслушав стороны и третьих лиц, допросив свидетелей, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Нормы ст. 217 ГК РФ устанавливают, что имущество, находящееся в государственной или муниципальной собственности, может быть передано его собственником в собственность граждан и юридических лиц в порядке, предусмотренном законами о приватизации государственного и муниципального имущества. При приватизации государственного и муниципального имущества предусмотренные настоящим Кодексом положения, регулирующие порядок приобретения и прекращения права собственности, применяются, если законами о приватизации не предусмотрено иное.

Оценивая характер спорных правоотношений, возникших между сторонами, суд считает, что к ним следует применять законодательство РФ о приватизации, которое действовало на момент заключения спорного договора приватизации.

Так, в соответствии со ст. 2 Закона Российской Федерации от 04.07.1991 № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» (в редакции от 04.07.1991 № 1541-1), граждане, занимающие жилые помещения в домах государственного и муниципального жилищного фонда по договору найма или аренды, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи приобрести эти помещения в собственность, в том числе совместную, долевую, на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными актами РСФСР и республик в составе РСФСР.

Нормы статьи 7 указанного выше Закона (в редакции от 04.07.1991 № 1541-1) устанавливают, что передача и продажа жилья в собственность граждан оформляется соответствующим договором, заключаемым Советом народных депутатов, предприятием, учреждением с гражданином, приобретающим жилое помещение в собственность в порядке и на условиях, установленных нормами Гражданского кодекса РСФСР. Право собственности на приобретенное жилье возникает с момента регистрации договора в исполнительном органе местного Совета народных депутатов

Из материалов дела следует, что ***1992 между ФИО9 и Я.А.Н. состоялся договор № на передачу квартиры в собственность. Как следует из пункта 1 договора, покупатель Я.А.Н. получил в собственность занимаемую им с семьей из семи человек квартиру по адресу: <адрес>. Согласно п. 2 договора, право собственности на квартиру покупатель приобретает с момента регистрации договора в Администрации Павлоградского района. Договор был зарегистрирован в Администрации Павлоградского района Омской области ***1992, о чем на договоре имеется соответствующая отметка, также сведения об указанном договоре имеются в соответствующем реестре Администрации района. На основании указанного выше договора, Я.А.Н. выдано регистрационное удостоверение № от ***1992, подтверждающее его право собственности в порядке приватизации на квартиру по адресу: <адрес>.

После заключенного договора было принято Постановление Главы администрации Павлоградского района Омской области от 08.12.1992 № «О приватизации жилых домов гражданами межхозяйственного предприятия Павлоградского района» (сокращенное наименование - ФИО9), из которого также следует, что Я.А.Н. в порядке приватизации передана квартира по адресу: <адрес>.

На момент приватизации спорной квартиры в ней были зарегистрированы семь человек: Я.А.Н. - глава (квартиросъемщик); ФИО1 - сожительница; дети Я.А.Н. - ФИО4, ФИО5, ФИО6; дети ФИО1 - ФИО2 и ФИО3, что подтверждается выпиской из похозяйственных книг за период с 1983 по 2016, ордером № от ***1984. На день заключения оспариваемого договора приватизации между Я.А.Н. и ФИО1 не был заключен брак в установленном законом порядке, однако она и указанные выше дети проживали в квартире как члены семьи Я.А.Н.., что установлено в ходе судебного разбирательства дела (свидетельства о рождении, выписки из похозяйственных книг) и сторонами в судебном заседании не оспаривалось.

В силу частей 1 и 2 ст. 6 Федерального закона от 21.07.1997 № 122-ФЗ, «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», права на недвижимое имущество, возникшие до момента вступления в силу настоящего Федерального закона, признаются юридически действительными при отсутствии их государственной регистрации, введенной настоящим Федеральным законом. Государственная регистрация таких прав проводится по желанию их обладателей. Государственная регистрация возникшего до введения в действие настоящего Федерального закона права на объект недвижимого имущества требуется при государственной регистрации возникших после введения в действие настоящего Федерального закона перехода данного права, его ограничения (обременения) или совершенной после введения в действие настоящего Федерального закона сделки с объектом недвижимого имущества.

Таким образом, в силу положений частей 1 и 2 ст. 6 Федерального закона от 21.07.1997 № 122-ФЗ, и ст. 7 Закона Российской Федерации от 04.07.1991 № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» (в редакции от 04.07.1991 № 1541-1) право собственности Я.А.Н. на спорную квартиру действительно и при отсутствии его государственной регистрации с ***1992.

ФИО1, ссылаясь на свою неосведомленность о факте приватизации спорной квартиры единолично Я.А.Н.., оспаривает договор передачи квартиры в собственность граждан № от ***1992 на том основании, что она не давала согласия на такую приватизацию квартиры, а также по тому основанию, что на момент приватизации квартиры в ней были зарегистрированы и проживали ее несовершеннолетние дети: ФИО2 и ФИО3, жилищные права которых также были нарушены.

Исходя из принципов диспозитивности и состязательности гражданского процесса, правомерность заявленных исковых требований определяется судом на основании оценки доказательств, представленных сторонами в обоснование их правовой позиции. Процессуальным законом в качестве общего правила закреплена процессуальная обязанность каждой из сторон доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом (ч. 1 ст. 56 ГПК РФ). Судом в письменной форме было разъяснено сторонам бремя доказывания по делу (определение о принятии и подготовке от 25.01.2017 и в ходе судебного заседания от 23.03.2017, перед началом разбирательства).

Истцом ФИО1 не представлено суду бесспорных доказательств отсутствия ее согласия на приватизацию Я.А.Н. спорной квартиры в *** 1992 года.

Относительно доводов истца, касающихся проживания в спорной квартире на момент приватизации несовершеннолетних сыновей: ФИО2 и ФИО3, суд отмечает следующее. Право выбора способа защиты нарушенного права принадлежит истцу. Часть 1 ст. 3 ГПК РФ в системном толковании с положениями ст. 12 ГК РФ устанавливает судебную защиту прав заинтересованного лица в случае нарушения его прав, свобод или законных интересов, при этом способ защиты права должен соответствовать по содержанию нарушенного права и характеру нарушения. Однако, как видно из материалов дела, в настоящее время уже совершеннолетние: ФИО2 и ФИО3 в суд с аналогичными исками не обращалась, а доказательств недееспособности ФИО2 и ФИО3 истцом не представлено. Вследствие чего, названные обстоятельства не могут нарушать законные права и интересы ФИО2 и ФИО3

При таком положении дела, в удовлетворении требований истца в части признания недействительным договора безвозмездной передачи квартиры в собственность граждан № от ***1992 и признания недействительным регистрационного удостоверения № от ***1992 - следует отказать.

Согласно п. 9.1. ст. 3 Федерального закона от 25.10.2001 № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации», если земельный участок предоставлен гражданину до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации для ведения личного подсобного, дачного хозяйства, огородничества, садоводства, индивидуального гаражного или индивидуального жилищного строительства на праве пожизненного наследуемого владения или постоянного (бессрочного) пользования, этот гражданин вправе зарегистрировать право собственности на такой земельный участок, за исключением случаев, если в соответствии с Федеральным законом такой земельный участок не может предоставляться в частную собственность.

Судом установлено, что ***1992 Я.А.Н. предоставлен спорный земельный участок по адресу: <адрес> для ведения личного подсобного хозяйства, в подтверждение чего ему выдано свидетельство на право собственности на землю, бессрочного (постоянного) пользования землей № от ***1992.

Указанная выше сделка, по мнению суда, полностью отвечает требованиям земельного законодательства России, действовавшего на момент ее заключения. Совершение сделки по предоставлению Я.А.Н. спорного земельного участка для ведения личного подсобного хозяйства не требовало какого-либо обязательного согласия истца ФИО1, а также не предусматривало обязательного его предоставления в общую долевую собственность, поэтому доводы истца о недействительности данной сделки подлежат отклонению. В этой связи, в удовлетворении соответствующей части исковых требований также следует отказать.

Касательно заявления (ходатайства) стороны ответчика об отказе в удовлетворении заявленного иска в связи с пропуском ФИО1 срока исковой давности по всем заявленным требованиям, суд считает его обоснованным и подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

На основании ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности устанавливается в три года (ст. 196 ГК РФ).

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения (ст. 199 ГК РФ). Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ (ч. 1 ст. 196 ГК РФ). Согласно ч. 1 ст. 200 ГК РФ, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Согласно ст. 168 ГК РФ, сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащимся в п. 6 Постановления от 24.08.1993 № 8 «О некоторых вопросах применения судами Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», в случае возникновения спора по поводу правомерности договора передачи жилого помещения, в том числе и в собственность одного из его пользователей, этот договор, а также свидетельство о праве собственности по требованию заинтересованных лиц могут быть признаны судом недействительными по основаниям, установленным гражданским законодательством для признания сделки недействительной.

Договор приватизации, оспариваемый истцом по мотиву отсутствия ее согласия на приватизацию и не включения в состав собственников приватизируемого жилья (с учетом того, обстоятельства, что на момент заключения спорного договора обязательное включение несовершеннолетних членов семьи не требовалось), является оспоримой сделкой, поэтому при разрешении заявления стороны ответчика о пропуске срока исковой давности следует исходить из положений п. 2 ст. 181 ГК РФ.

В соответствии с п. 2 ст. 181 ГК РФ, иск о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности может быть предъявлен в течение одного года со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В судебном заседании истец ФИО1 пояснила, что она узнала о спорном договоре приватизации и о спорном свидетельстве о праве собственности на землю лишь после смерти Я.А.Н.., т.е. после ***2016, следовательно, она не пропустила срок исковой давности. В тоже время ФИО1 пояснила суду, что в 2010 году, во время проведения газификации, ей стало известно об оформлении спорной квартиры в собственность единолично Я.А.Н. Она видела соответствующие документы, видела остальные документы, которые хранились в стенке (серванте), имела к ним доступ, однако их содержание не читала, поэтому не знала, что Я.А.Н. приватизировал квартиру только на себя. В 2015 году в ходе произошедшего конфликта по поводу осуществления коммунальных платежей Я.А.Н. ей говорил, что спорные квартиру и земельный участок оформил только на себя по приватизации.

Вопреки доводам истца о своей неосведомленности, свидетель Я.Т.А. в ходе допроса в судебном заседании пояснила, что в 2000 году она проживала в спорной квартире с мужем ФИО4 (третье лицо по делу). Когда возник вопрос о ее регистрации по месту жительства, то между ФИО1 и Я.А.Н. возник конфликт, в ходе которого последний сказал, что он собственник квартиры и хозяин этой квартиры, которую приватизировал только на себя, поэтому он будет сам решать, кого в ней «прописывать», а кого нет. Все документы, в том числе и на квартиру, хранились именно у ФИО1, в серванте, в зальной комнате спорной квартиры, доступ к документам был свободный.

Оснований не доверять показаниям названного свидетеля, судом не установлено. Поскольку свидетельские показания Я.Т.А. достоверно подтверждаются выпиской из похозяйственных книг за 1997-2003 годы, из которой видно, что Я.Т.А. была зарегистрирована в спорном жилище с *** 2000 года по *** 2003 года. Истец ФИО1 в судебном заседании не отрицала факт наличия конфликта между ей и Я.А.Н. по поводу регистрации по месту жительства Я.Т.А. Кроме того, данный свидетель не заинтересован в исходе дела, поскольку ее муж, третье лицо по делу, ФИО4 отказался в нотариальной форме в пользу ФИО6 от наследства в виде спорной квартиры и спорного земельного участка, открывшегося после смерти Я.А.Н. ***2016, что подтверждается материалами наследственного дела умершего наследодателя.

Показания допрошенного в судебном заседании свидетеля Н.Н.В. не имеют существенного доказательственного значения по делу, поскольку они сами по себе не устанавливают и не опровергают момент, когда истцу ФИО1 стало известно о факте приватизации спорной квартиры единолично Я.А.Н.

Также суд отмечает, что истец ФИО1 проживала в спорной квартире вместе с нанимателем, а в дальнейшем собственником квартиры - Я.А.Н.., в том числе на момент приватизации, фактически вела с ним общее хозяйство. Она была осведомлена о приватизации спорного жилья с 2015 года, что сама не отрицала, имела доступ ко всем правоустанавливающим документам на спорные объекты недвижимости, следовательно, она при должной внимательности, осмотрительности и заботливости, имела реальную возможность и должна была своевременно ознакомиться с содержанием указанных документов.

Таким образом, судом установлено, что ФИО1 о наличии оспариваемого договора о передаче в собственность квартиры Я.А.Н.., о выдаче ему соответствующего регистрационного удостоверения, об оспариваемом свидетельстве на право собственности на землю, бессрочного (постоянного) пользования землей должно быть известно с момента их заключения и выдачи, т.е. с 1992. Однако, правом оспаривания указанных сделок, истец в установленный законом срок не воспользовалась, а обратилась в суд по истечении около 24 лет.

Одновременно с постановленным решением суд считает необходимым разъяснить истцу ФИО1, что в случае нарушения ее прав новым собственником, принявшим спорную квартиру в порядке наследования по закону, путем создания препятствий в пользовании данным жилым помещением, на что указывала истец, последняя вправе обратиться в суд с самостоятельным иском о защите нарушенного права. Статья 31 ЖК РФ выделяет в отдельную категорию бывших членов семьи собственника жилого помещения и устанавливает, что в случае прекращения семейных отношений с ним такие лица, по общему правилу, утрачивают право пользования соответствующим жилым помещением. Исключение из этого правила о прекращении права пользования жилым помещением бывшего члена семьи собственника предусмотрено ст. 19 Федерального закона «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации», согласно которой действие положений ч. 4 ст. 31 ЖК РФ не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

В удовлетворении иска ФИО1 к Администрации Павлоградского муниципального района Омской области о признании договора на передачу жилого помещения в порядке приватизации, регистрационного удостоверения, свидетельства на право собственности на землю недействительными и применении последствий недействительной сделки - отказать.

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Павлоградский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья А.В. Косенко