Решение № 2-206/2018 2-206/2018 (2-2721/2017;) ~ М-2702/2017 2-2721/2017 М-2702/2017 от 6 июня 2018 г. по делу № 2-206/2018

Мотивированное
решение составлено 09.06.2018

Дело № 2-206/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Верхняя Пышма 07 июня 2018 года

Верхнепышминский городской суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Мирдофатиховой З.Р.,

при секретаре Адамовой Н.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о признании договора дарения недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3 о признании договора дарения недействительным.

В обоснование иска указывает, что ДД.ММ.ГГГГ умер отец истца – ФИО1 В октябре 2017 года истцу стало известно, что принадлежащий отцу земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: <адрес>, по договору дарения с февраля 2007 года принадлежит ответчику – ФИО3 Ранее истцу данные обстоятельства не были известны. После смерти ФИО1 истец является единственной наследницей имущества после смерти ФИО1 Ответчик ФИО3 не является близким родственником умершего ФИО1 При обращении к нотариусу ФИО5 истцу было отказано в оформлении наследственных прав на указанное имущество. В 2004 году в возрасте 69 лет ФИО1 перенес инсульт. После перенесенного инсульта у ФИО1 начались проблемы с памятью и зрением. После перенесенного инсульта в октябре 2004 года ФИО1 была установлена 2 группа инвалидности, в связи с чем, ФИО1 состоял на учете в Верхнепышминской ЦГБ № 1 г. Верхняя Пышма. Полагает, что ФИО1 ввели в заблуждение относительно поведения дочери – ФИО2, и, учитывая его тяжелое состояние здоровья, воспользовались и оформили договор дарения на дом и земельный участок на ФИО3 При совершении сделки ответчик ввел ФИО1 в заблуждение, что влечет признание сделки недействительной.

Впоследствии истец дополнила основание иска, указывая, что в момент составления договора дарения ФИО1 не понимал значение своих действий и не мог ими руководить в силу возраста, состояния здоровья, подавления его ответчиком и другими родственниками относительно поведения его дочери – ФИО2

Истец просит признать договор дарения земельного участка и жилого дома от 01.02.2007, зарегистрированный 28.02.2007, расположенные по адресу: <адрес>, между ФИО1 и ФИО3 недействительным.

В судебном заседании истец и её представитель ФИО4 поддержали исковые требования в полном объеме по изложенным в иске обстоятельствам и основаниям. Суду пояснили, что ФИО1 ввели в заблуждение относительно существа сделки, он предполагал, что составляет завещание на истца и ответчика, иных подтверждений, кроме пояснений, нет. В семье существовал конфликт, ответчик убедил ФИО1 совершить договор дарения на него. Ответчик не был усыновлен ФИО1, дарение было оформлено не сразу, а через три года, после перенесенного инсульта. Инсульт влияет на психическое состояние человека. ФИО1 физически зависел от ответчика, проживал с ним. Истец общалась с ФИО1 Семья ответчика запрещала общаться с ним. Просили критически отнестись к выводам экспертов, поскольку экспертиза проведена неполно.

В судебном заседании ответчик ФИО3 и его представитель ФИО6 не признали исковые требования. Суду пояснили, что исковые требования необоснованны. ФИО1 посчитал необходимым распорядиться своим имуществом, подарив его ответчику. Супруга ФИО1 дала нотариальное согласие на совершение сделки. ФИО1 считал ответчика сыном, единственной опорой, что подтвердили свидетели. У ФИО1 были временные заболевания, но он работал до 2014 года, в момент юридически значимого события он понимал значение своих действий и мог руководить ими, что подтверждено заключением экспертов.

Заслушав стороны, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ умер ФИО1 (л.д. 6).

Истец приходится ФИО1 дочерью, что подтверждено свидетельством о рождении (л.д. 8) и наследником первой очереди после смерти ФИО1

При жизни, 01.02.2007, ФИО1 подарил земельный участок и расположенный на нем жилой дом по адресу: <адрес>, ответчику ФИО3 (л.д. 44).

Данный договор дарения был оформлен с согласия супруги ФИО1 – ФИО8 (л.д. 46).

В связи с этим, вышеуказанное имущество не вошло в состав наследства после смерти ФИО1, в связи с чем, истец обратилась в суд с исковым требованием о признании вышеуказанного договора дарения недействительным.

Согласно п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с п. 1 ст. 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Согласно п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Прежде всего, исходя из принципа свободы договора (п. 1 ст. 1 ГК РФ), смысла ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации, для заключения договора дарения необходимо установить, что воля дарителя действительно была направлена на совершение сделки, то есть была выражена явным недвусмысленным образом, в противном случае договор дарения может быть признан недействительным. При этом воля дарителя должна быть выражена с соблюдением требований к форме договора дарения (ст. 574 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

С учетом изложенного неспособность дарителя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания договора дарения недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом отсутствует.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у дарителя в момент составления договора дарения, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

В соответствии с ч. 1 ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Для установления юридически значимых обстоятельств по настоящему делу судом была назначена судебная психолого-психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению комиссии экспертов от 23.03.2018 № компетенция судебно-психиатрических экспертов ограничивается выявлением признаков релевантных психических расстройств. В 2004 году на фоне острого нарушения мозгового кровообращения ФИО1 переносил транзиторные состояния с нарушением сознания до степени сопора, нарушением речи, нарушением ориентировки, снижением памяти и не критичностью к своему состоянию. В представленной документации отсутствуют данные, указывающие на развитие и наличие в дальнейшем психического расстройства, таким образом, отсутствуют данные, согласно критериям МКБ-10 о наличии у ФИО1 какого-либо психического расстройства – стойкого, либо временного. Лекарственные препараты, которые ФИО1 принимал во время нахождения на стационарном лечении, а также лекарственные препараты, назначенные ему после выписки, представлены в имеющейся медицинской документации и не являются результатами экспертного исследования. Не описано психических расстройств, связанных с приемом назначаемых ФИО1 медицинских препаратов. В компетенцию медицинского психолога входит знания о нейропсихологии, как науке о мозговой организации психической деятельности человека, изучающей роль отдельных структурно-функциональных единиц мозга в осуществлении различных видов психической деятельности. Для анализа характера нарушений психических функций при повреждении мозга и установления локализации мозгового поражения используется нейропсихологическая диагностика. С учетом отсутствия данных о проведенных ФИО1 исследований в области нейропсихологической диагностики ответить на поставленный вопрос суда: «какое полушарие мозга было задето, были ли задеты такие области мозга, отвечающие на сознание, память, зрение» не представляет возможным. У ФИО1 по представленным материалам дела не выявлено однозначных убедительных данных за социально-бытовую дезадаптацию, за наличие выраженных нарушений со стороны познавательных процессов, за эмоционально-личностную измененность с повышенной внушаемостью и пассивной подчиняемостью. Поскольку судебно-психиатрическими экспертами не выявлено диагностических критериев (в соответствие с МКБ-10), достаточных для диагностики какого-либо психического расстройства; экспертом психологом не выявлено однозначных убедительных данных за социально-бытовую дезадаптацию, за наличие выраженных нарушений со стороны познавательных процессов, за эмоционально-личностную измененность с повышенной внушаемостью и пассивной подчиняемостью, то эксперты приходят к выводу, что не выявлено такого состояния (не выявлено такого психического расстройства, а также индивидуально-психологических особенностей), которое бы нарушало способность ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ, понимать значение своих действий и руководить ими на момент подписания договора дарения от 01.02.2007. (л.д. 160-166).

В данном случае у суда не вызывает сомнений в правильности экспертных заключений, не усматривает противоречий в выводах экспертов. Выводы экспертов соответствуют с исследовательской частью экспертных заключений.

При таких обстоятельствах, юридические значимые обстоятельства, а именно психическое расстройство, а также неспособность дарителя в момент составления договора дарения понимать значение своих действий или руководить ими, наличие порока воли и волеизъявления дарителя при составлении договора дарения, не доказаны в судебном разбирательстве.

Согласно ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Сделка не может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным настоящей статьей, если другая сторона выразит согласие на сохранение силы сделки на тех условиях, из представления о которых исходила сторона, действовавшая под влиянием заблуждения. В таком случае суд, отказывая в признании сделки недействительной, указывает в своем решении эти условия сделки.

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе, если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона.

Таким образом, под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

Согласно ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Стороной истца не представлено доказательств в подтверждение обстоятельства того, что ФИО1 в момент составления оспариваемого договора заблуждался относительно предмета и природы сделки, заблуждался в отношении обстоятельств, которое он упомянул в своем волеизъявлении.

Стороной истца не представлено достоверных и убедительных доказательств того, что при составлении оспариваемого договора выраженная воля в отношении лица, которому он подарил свое имущество, сформировалась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия.

В судебном заседании не установлено также нахождение дарителя ФИО1 под влиянием ответчика ФИО3 Показания допрошенных свидетелей также не подтверждают данное обстоятельство. Довод истца, что ФИО1 ввели в заблуждение относительно поведения дочери – ФИО2, также не может признаваться обстоятельством заблуждения ФИО1 при совершении сделки.

Таким образом, оснований для признания недействительным оспариваемого договора дарения по вышеуказанным основаниям не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 12, 13, 67, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО2 к ФИО3 о признании недействительным договора дарения земельного участка и дома, расположенного по адресу: <адрес>, от 01.02.2007– отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение одного месяца с момента составления решения в окончательной форме через Верхнепышминский городской суд Свердловской области.

Судья З.Р. Мирдофатихова.