Решение № 2-1926/2024 2-1926/2024~М-321/2024 М-321/2024 от 23 сентября 2024 г. по делу № 2-1926/2024

Дело № 2-1926/2024

24RS0017-01-2024-000607-09


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 сентября 2024 года Железнодорожный районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего судьи - Турановой Н.В.,

с участием:

представителя ответчика ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю, ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФСИН России – ФИО1;

при ведении протокола помощником ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3, ФИО4, ФИО5 к ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю, ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3, ФИО4, ФИО5 обратились с иском к ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю, ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда, мотивируя тем, что в июле 2022 года адвокаты ФИО3 и ФИО4 осуществляли юридическую помощь осужденному ФИО5, отбывающему наказание в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю. 22.07.2022 года в 13-00 часов в ходе осуществления своей деятельности по оказанию правовой помощи адвокаты прибыли в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю на рабочую встречу (свидание) к осужденному ФИО5 Около 15-50 часов адвокаты были приглашены работником учреждения в комнату № для проведения рабочих встреч с адвокатами, куда был доставлен осужденный ФИО5, а около 16-55 часов было объявлено о завершении рабочей встречи. Между тем, ДД.ММ.ГГГГ, уже после встречи адвокатов, в указанное учреждение также на рабочие встречи прибыло порядка 10 адвокатов и следователей, которые вместе с ними ожидали проведения рабочих встреч в месте определенном администрацией учреждения, в указанный период времени с 13 часов до 15 часов. Однако, несмотря на то, что все адвокаты и следователи прибыли после адвокатов ФИО3 и ФИО4, тем не менее, без указания причины, они были препровождены на рабочие встречи раньше их до 15 часов, а ФИО3 и ФИО4 рабочая встреча с ФИО5 была предоставлена около 15-50 часов и ограничена в течение одного часа. Считают, что работники ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> незаконно создали условия для воспрепятствования встречи с осужденным. Указанные действия работников ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> ФИО3, ФИО4 и ФИО5 были обжалованы в судебном порядке. Решением Минусинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ действия сотрудников ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> были признаны незаконными. Кассационным определением судебной коллегии по административным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ признаны незаконными действия ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> по прерыванию свиданий (рабочих встреч) адвоката ФИО4 с ФИО5 21 и ДД.ММ.ГГГГ. Полагают, что незаконными действиями сотрудников ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> адвокатам ФИО3 и ФИО4, осужденному ФИО5 были причинены нравственные страдания в виде нарушения конкретных нематериальных благ и личных не имущественных прав. Просят взыскать с РФ в лице ФСИН России за счет казны РФ в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 50 000,00 рулей, в пользу ФИО4, в размере 50 000,00 рублей, в пользу ФИО5 100 000,00 рублей.

В судебное заседание истец ФИО4 не явилась, извещена надлежащим образом, ранее в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Суду пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ рабочая встреча с ФИО5 длилась в течение одного часа, хотя заявка была подана на встречу не менее двух часов. При этом, сотрудник ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> напоминал о том, что времени для встречи осталось немного, в связи с чем, не удалось обсудить вопросы по истребованию доказательств по делу.

В судебное заседание истец ФИО5 не явился, ранее принимал участие в судебном заседании посредством ВКС, просил исковые требования удовлетворить, суду пояснил, что на протяжении всех дней, когда адвокаты приезжали, им ограничивали рабочее время. Сотрудник ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> заходил и торопил. В результате не удалось качественно проработать позицию по делу, решить вопросы по работе с присяжными. В связи с чем, нарушены его права на защиту.

В судебное заседание истец ФИО3 не явился, извещен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил, направил в суд свое заявление, в котором обосновывал свои требования со ссылкой на судебную практику.

Представитель ответчиков ГУФСИН России по <адрес>, ФСИН России, ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> – ФИО1 (действующая на основании доверенностей) заявленные требования не признала, изложила основания в письменных возражениях, в которых указала, что ограничение встреч по времени является непроизвольной вынужденной мерой, поскольку в следственном изоляторе находится всего 12 следственных кабинетов, на рабочие встречи помимо адвокатов приходят и следователи. Это порядка 30 человек с утра, и также порядка 30 человек вечером. В данном исковом заявлении решения суда приведены, где частично были признаны незаконные действия по ДД.ММ.ГГГГ, тем не менее, считает, что моральный вред не причинен, уголовное дело до сих пор находится на рассмотрении. ФИО4, является законной супругой С.О.ВБ., полагает, что идет злоупотребление правом. Имея статус адвоката, пользуется этим правом и практически ежедневно ходит на рабочие встречи. Сотрудникам не известно о чем они беседуют, по уголовному делу либо в личных целях. Также указал, что решением суда по аналогичным требованиям, но за другой период в удовлетворении иска отказано, апелляционным определением краевого суда и кассационным определением 8 кассационного суда общей юрисдикции, решение оставлено без изменения. В иске просила отказать.

Суд, выслушав доводы лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

Как установлено в судебном заседании, решением Минусинского городского суда Красноярского края от 21.10.2022 года удовлетворены административные исковые требования ФИО3 к ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> о признании действий незаконными по ограничению во времени адвокату ФИО3 проведения рабочей встречи (свидания) с осужденным, обвиняемым ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ продолжительностью не более одного часа, выразившиеся в не предоставлении адвокату ФИО3 свидания (рабочей встречи) в порядке очередности с осужденным, обвиняемым ФИО5, то есть раньше перед тем, как были предоставлены рабочие встречи адвокатом и следователям, прибывшим ДД.ММ.ГГГГ в КУФ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> после адвоката ФИО3.

Решением Дзержинского районного суда г. Нижний Тагил Свердловский области от ДД.ММ.ГГГГ отказано в удовлетворении административного искового заявления ФИО5, ФИО4 к администрации ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю, ГУФСИН России по Красноярскому краю, начальнику ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю ФИО6 о признании незаконными действия должностных лиц.

Апелляционным определением Свердловского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ решение Дзержинского районного суда г. Нижний Тагил Свердловской области от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения, апелляционная жалоба административных истцов ФИО4, ФИО5 без удовлетворения.

Кассационным определением Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ решение Дзержинского районного суда г. Нижний Тагил Свердловской области от ДД.ММ.ГГГГ, апелляционное определение судебной коллегии по административным делам Свердловского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ отменены в части отказа в удовлетворении административного искового заявления о признании незаконными действия ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю по прерыванию свиданий (рабочих встреч) адвоката ФИО4 с ФИО5 21 и ДД.ММ.ГГГГ. По делу в указанной части принято новое решение, которым признаны незаконными действия ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю по прерыванию свиданий (рабочих встреч) адвоката ФИО4 с ФИО5, 21 и ДД.ММ.ГГГГ.

Оценивая имеющиеся по делу доказательства, суд принимает во внимание следующее.

В соответствии со ст. 2, 17, 21 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства. Признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации.

В ст. 53 Конституции Российской Федерации закреплено право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Гражданским законодательством установлены дополнительные гарантии для защиты прав граждан и юридических лиц от незаконных действий (бездействия) органов государственной власти, направленные на реализацию положений ст. 52, 53 Конституции Российской Федерации.

В силу ст. 1070 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных п.1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены ст. 1069 настоящего Кодекса. Вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу.

В соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу ст. 1100 Гражданского кодекса РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.

По смыслу приведенных положений закона ответственность субъектов, перечисленных в ст. 1069 ГК РФ наступает на общих основаниях, но при наличии указанных в ней специальных условий, выражающихся в причинении вреда противоправными действиями при осуществлении властно-административных полномочий.

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред (п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего (п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Как разъяснено в п. 37 приведенного Постановления, на основании части первой статьи 151 ГК РФ суд вправе удовлетворить требование о компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления, должностных лиц этих органов, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, нарушающих имущественные права гражданина, исходя из норм статьи 1069 и пункта 2 статьи 1099 ГК РФ, рассматриваемых во взаимосвязи, компенсации не подлежит. Вместе с тем моральный вред подлежит компенсации, если оспоренные действия (бездействие) повлекли последствия в виде нарушения личных неимущественных прав граждан. Например, несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на получение мер социальной защиты (поддержки), социальных услуг, предоставляемых в рамках социального обслуживания и государственной социальной помощи, иных социальных гарантий, осуществляемое в том числе в виде денежных выплат (пособий, субсидий, компенсаций и т.д.), может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда, если указанные нарушения лишают гражданина возможности сохранять жизненный уровень, необходимый для поддержания его жизнедеятельности и здоровья, обеспечения достоинства личности.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав гражданина или посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.

При рассмотрении возникшего спора действует общее правило распределения обязанностей по доказыванию - каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений (ч. 1 ст. 56 ГПК РФ), то есть бремя доказывания наличия морального вреда ложится на истца, а ответчики должны доказать отсутствие вины в причинении морального вреда, правомерность своих действий или бездействия.

Истец, полагавший, что незаконными действиями (бездействием) должностных лиц ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН РФ по Красноярскому краю ему причинен вред, в силу положений ч. 1 ст. 56 ГПК РФ обязан доказать ряд обстоятельств: факт причинения ему вреда, размер вреда, неправомерность (незаконность) действий (бездействия) причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) и наступившим вредом. Отсутствие одного из названных элементов является основанием для отказа в иске.

Материалами дела установлено, что решением Минусинского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ признаны незаконными действия ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю, по ограничению времени проведения рабочей встречи (свидания) адвокатом ФИО3 с подсудимым ФИО5, проходившей ДД.ММ.ГГГГ.

Кассационным определением Седьмого кассационного суда от ДД.ММ.ГГГГ признаны незаконными действия ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю по прерыванию свиданий (рабочих встреч) адвоката ФИО4 с подсудимым ФИО5 21 и ДД.ММ.ГГГГ.

Данными судебными актами установлен факт нарушения сотрудниками ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю требований закона, что привело к созданию препятствий к осуществлению адвокатами оказания юридической помощи, а подсудимому ФИО7 в получении квалифицированной юридической помощи.

В исковом заявлении указано, что нарушены такие нематериальные блага истцов как унижение чести, как личности, так и адвоката, дискриминация по отношению к другим адвокатам, унижение чести и доброго имени, ограничения свободно распоряжаться своими способностями к труду и как адвоката, ограничение права выбирать род деятельности и профессию, лишение гарантированного государством права адвоката беспрепятственно встречать с подзащитным.

С учетом вышеприведенного нормативного регулирования, проанализировав представленные в материалы дела доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу об отсутствии правовых и фактических оснований для взыскания с ответчиков в пользу истцов компенсации морального вреда по настоящему гражданскому делу.

Как видно из материалов дела, истцами не представлено каких-либо доказательств, подтверждающих причинение им подобного рода страданий в связи с ограничением времени предоставленного свидания ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ.

При этом, сам факт признания незаконными указанных действий (бездействия) должностного лица, безусловно, не свидетельствует о причинении истцам нравственных и физических страданий, нарушении их личных неимущественных прав или посягательств на принадлежащие им нематериальные блага действиями ответчика ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю при реализации истцами своих профессиональных обязанностей в качестве адвокатов (защитников) подсудимого и самого подсудимого ФИО5, поскольку само по себе свидание было предоставлено.

Само по себе наличие эмоционального переживания в результате действий должностных лиц в силу действующего законодательства не влечет за собой безусловной компенсации, так как только при нарушении конкретных нематериальных благ либо личных неимущественных прав при наличии деликтного состава гражданской ответственности гражданское законодательство предусматривает возможность денежной компенсации морального вреда.

Более того, исходя из специфики возникших между сторонами правоотношений, сами по себе действия ответчика по воспрепятствованию истцам ФИО3 и ФИО4 в реализации их профессионального интереса в качестве адвокатов невозможно признать нарушающими их личные неимущественные права и интересы, посягающими на их материальные блага.

Поскольку доказательств, подтверждающих нарушение личных нематериальных благ и причинение истцам ФИО5, ФИО3, и ФИО4 моральных и нравственных страданий действиями должностных лиц ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю, материалы дела не содержат, правовых оснований для взыскания в пользу истцов компенсации морального вреда не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО3, ФИО4, ФИО5 к ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Красноярскому краю, ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в Красноярский краевой суд через Железнодорожный районный суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного текста решения суда.

Председательствующий Н.В. Туранова

Мотивированный текст решения изготовлен 30.09.2024.