Решение № 2-1/2018 2-1016/2017 от 24 декабря 2017 г. по делу № 2-1/2018

Дело № 2-1/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 декабря 2017 года город Саратов

Фрунзенский районный суд города Саратова в составе:

председательствующего судьи Агишевой М.В.,

при секретаре судебного заседания Кожевниковой М.А.,

с участием помощника прокурора Фрунзенского района города Саратова Савина А.И.,

истца ФИО2 и её представителя ФИО3,

представителей ответчика государственного учреждения здравоохранения Саратовской области «Городская больница г. Балаково» ФИО4, ФИО5,

представителя ответчика Министерства здравоохранения Саратовской области ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к государственному учреждению здравоохранения Саратовской области «Городская больница г. Балаково», Министерству здравоохранения Саратовской области о взыскании денежной компенсации морального вреда, взыскании утраченного заработка, расходов, понесенных на лечение,

установил:

ФИО2 (далее по тексту – истец) обратилась в суд с исковыми требованиями к государственному учреждению здравоохранения Саратовской области «Городская больница города Балаково» (далее по тексту - ГУЗ СО «ГБ г. Балаково», ответчик), Министерству здравоохранения Саратовской области (далее по тексту – Министерство, ответчик) и с учетом утонений исковых требований в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ) окончательно просила взыскать с ГУЗ СО «ГБ г. Балаково» в свою пользу денежную компенсацию морального вреда в размере 2000000 руб., расходы, понесенные на лечение, в размере 26826 руб. 60 коп., утраченный заработок за период с 19.10.2015 года по 31.05.2016 года в размере 400584 руб. 73 коп., а при отсутствии достаточных денежных средств ГУЗ СО «ГБ <адрес>», взыскать указанные денежные суммы субсидиарно с Министерства.

В обоснование заявленных требований истец указала следующее. 19.10.2015 года она обратилась в гинекологическое отделение ГУЗ СО «ГБ г.Балаково» для оказания врачебной помощи в связи с <данные изъяты>. Врач, без проведения осмотра, направила её в стационарное отделение для проведения операции по <данные изъяты>. 20.10.2015 года данная операция была проведена. Истец указывает, что операция была проведена некачественно, поскольку 21.10.2015 года у неё началось резкое ухудшение состояния здоровья: <данные изъяты>. 24.10.2015 года она была переведена в реанимацию в связи с тяжелым состоянием её здоровья и угрозой смерти. В ходе дальнейших обследований и лечения было установлено,что в результате операции ей была повреждена стенка мочевого пузыря, что вдальнейшем повлекло возникновение <данные изъяты>, черезкоторые выделялось <данные изъяты>. Для устранения последствий сделанной операции, ей было проведено еще несколько операций, в связи с чем она длительное время находилась на стационарном лечении. 27.05.2016 года ей <данные изъяты> по общему заболеванию. В связи с произошедшим, её мать в декабре 2015 года обратилась для проверки качества лечения в <данные изъяты> котороепровело экспертизу качества оказанной услуги в период лечения с 19.10.2015 года по 08.12.2015 года. В ответе на обращение от 16.02.2016 года ей было сообщено, что врезультате проведенной экспертизы выявлены следующие нарушения приоказании медицинской помощи: невыполнение, несвоевременное выполнение, ненадлежащее выполнение необходимых пациенту лечебно-диагностических мероприятий в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, стандартами медицинской помощии клиническими рекомендациями, приведшее к ухудшению состояния здоровья; действия медицинского персонала обусловили развитие нового заболевания; преждевременное с клинической точки зрения прекращение проведениялечебных мероприятий при отсутствии клинического эффекта. Кроме того, были выявлены дефекты оформления первичной медицинской документации. Результаты экспертизы закреплены в актах от 11.01.2016 года №, от 15.01.2016 года № и от 21.01.2016 года №. По факту оказания медицинских услуг ненадлежащего качества и причинения вредаздоровью 12.01.2016 года она обратилась в правоохранительные органы.29.11.2016 года было возбуждено уголовное дело № по признакампреступления, предусмотренного ч. 2 ст. 118 УК РФ. В рамках проведения проверки по её заявлению на основании постановления начальника полиции МУ МВД РФ «Балаковское» была проведена судебно-медицинская экспертиза специалистами ГУЗ «Бюро СМЭ МЗ СО», по результатам которой было подготовлено заключение №. Из выводов экспертизы следует, что «диагноз ФИО2 при поступлении 19.10.2015 года в ГУЗ СО «Городская больница г.Балаково» был поставлен неправильно; тактика ведения ФИО2 при поступлении в гинекологическое отделение ГУЗ СО «Городская больница г.Балаково» 19.10.2015года и 20.10.2015 года выбрана неправильно; 20.10.2015 года операция № «<данные изъяты> выполнена без показаний и имела ряд дефектов - <данные изъяты> во время операции при наличии абсолютных показаний-<данные изъяты> и наложение <данные изъяты>, <данные изъяты> в ходе оперативного вмешательства (операция № от 20.10.2015 г.), вероятнее всего, имело место касательное повреждение <данные изъяты> (то есть без проникающего ранения), что в последствии привело к <данные изъяты>; нельзя исключить вероятность <данные изъяты> в дальнейшем это моглопривести к возникновению осложнения в виде <данные изъяты>; природа возникновения <данные изъяты>, выявленного при цистоскопии и в ходе оперативного вмешательства в виде линейного повреждения (1 см) выше переходной складки справа от правого устья, через которое выделялось <данные изъяты> также может быть обусловлена дефектом оказания медицинской помощи - линейные повреждения возникают при <данные изъяты> вместо <данные изъяты>. В данном случае повреждение <данные изъяты>, явившееся следствием медицинских манипуляций, привело к ухудшению состояния здоровья ФИО2 Согласно пункту 25 раздела 111 «Медицинских критериев определениястепени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», являющихсяприложением к приказу Минздравсоцразвития России от 24.04.2008 года №194н, ухудшение состояния здоровья человека, обусловленное дефектом оказаниямедицинской помощи, рассматривается как причинение вреда здоровью. Таким образом, имевшееся у ФИО2 повреждение стенки мочевого пузыря, квалифицируется как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека (пункт 6.1.21 раздела П «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», являющихся приложением к приказу Минздравсоцразвития России от 24.04.2008 года № 194н). Между дефектом оказания медицинской помощи врачом ГУЗ СО «Городская больница г. Балаково» в виде повреждения стенки мочевого пузыря, допущенного в ходе оперативного вмешательства (операция № от 20.10.2015 г.), и наступившими последствиями для здоровья ФИО2 в виде <данные изъяты> имеется прямая причинно-следственная связь».

Ссылаясь на вышеизложенные обстоятельства, истица считает, что 20.10.2015 года в ходе проведения операции по <данные изъяты>, в результате ненадлежащего оказания медицинской услуги врачом ГУЗ СО «Городская больница г. Балаково», её здоровью причинен тяжкий вред, что повлекло причинение морального вреда, который выразился в физических и нравственных страданиях. В результате операции от 20.10.2015 года, которая не была ей показана, состояние её здоровья резко ухудшилось и оценивалось как тяжелое, угрожающее жизни, в связи с чем, она была вынуждена находиться в реанимации. В экстренном порядке ей было проведено несколько операций. Истица указывает, что в результате оперативного вмешательства 20.10.2015 года, ей был удален здоровый орган <данные изъяты> произошла утрата <данные изъяты> Кроме того, она более 6 месяцев находилась на больничных листах, в связи с чем, была лишена возможности трудиться и зарабатывать себе на жизнь. После проведенных операций у неё на теле остались рубцы, в связи с чем, она испытывает чувство дискомфорта. В результате неудачной операции ей установлена <данные изъяты>. Причиненный моральный вред она оценивает в 2000000 рублей.

Истица, полагая, что между ненадлежащим оказанием медицинской услуги и наступившими неблагоприятными для её здоровья последствиями имеется причинно-следственная связь, обратилась в суд с настоящим иском.

Истец ФИО2 в судебном заседании поддержала исковые требования, с учетом их уточнений, в полном объеме по основаниям, указанным в исковом заявлении. При этом дополнительно пояснила, что 19.10.2015 года по направлению платной клиники она была направлена с <данные изъяты> на операцию в гинекологическое отделение ГУЗ СО «ГБ г. Балаково» с диагнозом: <данные изъяты> для <данные изъяты> с отсрочкой. Отсрочка составила менее суток. При этом угрозы для жизни <данные изъяты> не представляли. Перед операцией она не проходила комплексного обследования. Врач гинеколог ФИО7 убедила её в необходимости проведения операции, и она ей поверила. Во время гинекологической операции ей нанесли травму <данные изъяты>, а также <данные изъяты>. Последствия операции от 20.10.2015 года сказались на других органах, в результате чего пришлось проводить ещё несколько операций, как в г. Балаково, так и в г. Саратове. Допущенные дефекты медицинской помощи привели к необходимости значительного удлинения сроков лечения и необходимости длительного восстановления здоровья. После всего случившегося она испытывает страх при мысли обратиться за оказанием медицинской помощи к врачам. Работу, которую раньше она выполняла без труда, а именно: подъем ящиков с медикаментами, 12-ти часовой рабочий день, который приходилось проводить стоя на ногах, в настоящее время выполнять не может, так как в результате последствий операции от 20.10.2015 года у неё снизилась трудоспособность, она была вынуждена искать новую работу, которая менее оплачиваемая. В настоящее время она не в состоянии заработать себе на средства для лечения, на диетическое питание. После перенесенного, у неё начались психологические проблемы, которые требую длительного и дорогостоящего лечения, она испытывает болевые синдромы, произошло нарушение гормонального фона <данные изъяты>). Множество оперативных швов привели к тому, что она стесняется своего тела. Косметические операции швов стоят около 800000 руб. Швы очень часто воспаляются, от чего она испытывает физическую боль, у неё повышается температура, <данные изъяты> 21 день она принимала противовоспалительные таблетки, что привело к нарушению баланса кишечника, который также надо лечить. В настоящее время ей необходимо санаторно-курортное лечение в условиях профильного санатория, а для этого нужны средства, которых нет, так как она не в состоянии заработать себе на лечение и жизнь.

Представитель истца по доверенности ФИО3 поддержал исковые требования в полном объеме по основаниям, указанным в исковом заявлении, уточнённом исковом заявлении, дал аналогичные объяснения.

Представители ответчика ГУЗ СО «ГБ г. Балаково» ФИО4, ФИО5, возражали против удовлетворения исковых требований по основаниям, указанным в письменном отзыве на исковое заявление и дополнении к нему (т. 1 л.д. 99, т. 3 л.д. 8).

Представитель ответчика Министерства здравоохранения Саратовской области ФИО6 возражала против удовлетворения исковых требований по основаниям, указанным в письменных возражениях на иск (т. 1 л.д. 128,129).

Третьи лица Министерство финансов Саратовской области, АРЦТ «Лечебно-диагностический центр» своих представителей в судебное заседание не направили, извещены, причины неявки не известны.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика ФИО7 в судебное заседание не явилась, извещена, причины неявки не известны.

Руководствуясь частями 3, 5 статьи 167 ГПК РФ, суд рассмотрел дело в отсутствие неявившихся представителей третьих лиц Министерства финансов Саратовской области, АРЦТ «Лечебно-диагностический центр» и третьего лица ФИО7

Суд, выслушав объяснения истца и её представителя, доводы возражений представителей ответчиков, заключение прокурора Савина А.И., полагавшего исковые требования к ГУЗ СО «ГБ г. Балаково» в части взыскаания денежной компенсации морального вреда законными и обоснованными, в определении размера денежной компенсации морального вреда полагался на усмотрение суда, в удовлетворении требований к Министерству полагал необходимым отказать, исследовав письменные доказательства, содержащиеся в материалах гражданского дела, основываясь на конституционном принципе состязательности сторон и обязанности предоставления сторонами доказательств в обоснование заявленных требований и возражений, оценив доказательства, каждое в отдельности и в их совокупности, приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований к ГУЗ СО «ГБ г. Балаково» и об отказе в удовлетворении исковых требований к Министерству по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Согласно пункту 9 части 5 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации» от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

В соответствии с пунктом 1 статьи 79 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации» от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ, медицинская организация обязана организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи.

Пунктами 3, 4 статьи 98 названного Закона установлено, что медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) (глава 59) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно п. 1 ст. 1068 ГК РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В силу п. 1 ст. 1095 ГК РФ вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет.

На основании статьи 1096 ГК РФ, вред, причиненный вследствие недостатков работы или услуги, подлежит возмещению лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу.

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 17 от 28.06.2012 года «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

Статьей 14 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» предусмотрено, что вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие недостатков товара услуги, подлежит возмещению в полном объеме исполнителем; изготовитель (исполнитель, продавец) освобождается от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил использования, хранения или транспортировки товара (работы, услуги).

По смыслу приведенных норм обязанность по предоставлению доказательств качественно оказанной услуги законом возложена на исполнителя, в данном случае, на медицинское учреждение, оказавшее медицинскую услугу.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 19.10.2015 года ФИО2 поступила в гинекологическое отделение ГУЗ СО «ГБ г. Балаково», где врач-акушер-гинеколог гинекологического отделения ФИО7, находящаяся в трудовых отношениях с ответчиком ГУЗ СО «ГБ г. Балаково», поставила истице диагноз: <данные изъяты> и назначила оперативное лечение.

20.10.2015 года истице в ГУЗ СО «ГБ г. Балаково» врачом-акушером-гинекологом ФИО7 была проведена операция №: <данные изъяты>

После проведенной операции в раннем послеоперационном периоде врачами ГУЗ СО «ГБ г. Балаково» у истицы была отмечена <данные изъяты>, в связи с чем, было проведено дообследование, в результате которого у ФИО2 диагностирован <данные изъяты>, <данные изъяты>, кроме того, на 7 сутки в послеоперационном периоде у истицы появилась клиника <данные изъяты>, ей был поставлен диагноз: основной: <данные изъяты> осложнение: <данные изъяты> С учетом вышеизложенной картины ФИО2 выставлены показания к неотложной операции.

28.10.2015 года врачами ГУЗ СО «ГБ г. Балаково» ФИО2 выполнено оперативное лечение (операция №) в объеме – <данные изъяты><данные изъяты>, <данные изъяты><данные изъяты> (операция №).

01.11.2015 года на фоне тяжелого состояния здоровья ФИО2 решением консилиума ей установлен диагноз: <данные изъяты> выставлены показания к неотложной операции.

01.11.2015 года врачами ГУЗ СО «ГБ г. Балаково» истице проведена операция № – <данные изъяты> Вторым этапом выполнена <данные изъяты> Диагноз после операции: «<данные изъяты>

С 26.11.2015 года по 08.12.2015 года ФИО2 находилась на стационарном лечении в ГУЗ СО «ГБ г. Балаково».

08.12.2015 года истица была выписана с диагнозом: <данные изъяты> 28.10.2015 года. <данные изъяты> 24.10.2015 года. <данные изъяты> 01.11.2015 года. <данные изъяты>. Состояние после <данные изъяты> от 20.10.2015 года. <данные изъяты> от 01.11.2015 года. <данные изъяты>.

22.12.2015 года истица поступила в стационар ГУЗ СО «ГБ г. Балаково» с жалобами на <данные изъяты>, ей поставлен диагноз: <данные изъяты>

23.12.2015 года врачами ГУЗ СО «ГБ г. Балаково» проведена операция № – <данные изъяты>. Выполнена <данные изъяты>

29.12.2015 года ФИО2 была выписана под наблюдение хирурга поликлиники по месту жительства.

С 17.02.2016 года по 24.02.2016 года истица проходила стационарное лечение в СГМУ «Клиническая больница им. С.Р. Миротворцева» в урологическом отделении с диагнозом: <данные изъяты>

19.02.2016 года истице была выполнена <данные изъяты>

С 28.03.2016 года по 27.04.2016 года истица проходила стационарное лечение в СГМУ «Клиническая больница им. С.Р. Миротворцева»в урологическом отделении с диагнозом:«<данные изъяты>

29.03.2016 года истице была выполнена <данные изъяты>

15.04.2016 года выполнена операция - <данные изъяты>

Как следует из материалов дела, 27.05.2016 года ФИО2 впервые установлена <данные изъяты> по общему заболеванию на срок до 01.06.2017 года. После указанной даты ФИО2 освидетельствование не проходила, на настоящее время <данные изъяты> не установлена.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 11.01.2016 года, 15.01.2016 года и 21.01.2016 года страховая компания <данные изъяты> провела экспертизу качества оказания стационарной медицинской помощи ФИО2 в ГУЗ СО «ГБ г. Балаково» в период с 19.10.2015 года по 24.10.2015 года.

Согласно акту экспертизы качества медицинской помощи (целевой) № от 11.01.2016 года, составленного страховой компанией <данные изъяты> наиболее значимыми ошибками, повлиявшими на исход заболевания ФИО2, явились: 1. Неправильная тактика ведения больной. По записям в медицинской карте стационарного больного № никаких показаний для экстренного проведения операции <данные изъяты> без должного обследования не было. 2. Нанесено <данные изъяты> которое является <данные изъяты>. 3. При наличии абсолютный показаний не выполнено <данные изъяты> во время операции 20.10.2015 года. 4. Не установлен диагноз: <данные изъяты> 5. Преждевременная выписка из стационара создает риск прогрессирования имеющегося заболевания и его осложнений (т. 1 л.д. 40,41).

Согласно акту экспертизы качества медицинской помощи (целевой) № от 15.01.2016 года, составленного страховой компанией <данные изъяты> наиболее значимыми ошибками, повлиявшими на исход заболевания ФИО2, явились: Несвоевременная диагностика <данные изъяты>, <данные изъяты>. Неверное оформление заключительного диагноза (т. 1 л.д. 42,43).

Согласно акту экспертизы качества медицинской помощи (целевой) № от 21.01.2016 года, составленного страховой компанией <данные изъяты> наиболее значимыми ошибками, повлиявшими на исход заболевания ФИО2, явились: Не распознано своевременно повреждение <данные изъяты>, согласно документации не ясно), не выявлен <данные изъяты> Ведение документации не позволяет полноценно провести экспертизу. Несвоевременное оперативное вмешательство по разрешению осложнений, нарушается кратность осмотров, учитывая тяжесть состояния. Во время операции <данные изъяты> не <данные изъяты> (показания есть). Преждевременная выписка из стационара – в <данные изъяты>. Сплошь в п/зр., однако никак это не интерпретируется, имеется <данные изъяты>, что может быть как проявление <данные изъяты>, однако дообследование не выполняется. Потребовалась повторная госпитализация. Повторная госпитализация проведена в непрофильное отделение (т. 1 л.д. 44,45).

Как следует из материалов дела, 14.06.2016 года в дежурную часть МУ МВД РФ «Балаковское» Саратовской области из прокуратуры г. Балаково поступил материал проверки КУСП № по заявлению ФИО2 о ненадлежащем исполнении должностными лицами ГУЗ СО «Городская больница г. Балаково» своих должностных обязанностей.

Из заключения судебно-медицинской экспертизы № от 09.11.2016 года (по материалам проверки КУСП №), проведенной ГУЗ «БЮРО СМЭ МЗ Саратовской области», следует, что на момент госпитализации ФИО2 в ГУЗ СО «Городская больница г.Балаково» 19.10.2015 года отсутствуют убедительные данные о наличии у неё <данные изъяты> В представленной медицинской карте амбулаторного больного № отсутствуют сведения о постановке данного диагноза и проведении лечения <данные изъяты> Отсутствуют данные УЗИ матки и придатков, гистероскопии. Показаний для экстренного оперативного лечения ФИО2 на момент поступления в гинекологическое отделение не было (состояние удовлетворительное, в общем анализе крови от 19.10.2015 года уровень гемоглобина <данные изъяты> количество эритроцитов составило <данные изъяты> и <данные изъяты> – подтверждения <данные изъяты> нет). В гинекологическом отделении не выполнено раздельное диагностическое <данные изъяты>. УЗИ матки и придатков, пациентка взята в операционную с отсутствием результатов анализов крови на ВИЧ, гепатиты (результаты получены в послеоперационном периоде). Результат гистологического исследования удаленной в ходе операции <данные изъяты> также не подтвердил наличие у ФИО2 <данные изъяты><данные изъяты> Соответственно, показаний ни для экстренного, ни для планового оперативного лечения у ФИО2 не было. Таким образом, диагноз ФИО2 при поступлении 19.10.2015 года в ГУЗ СО «Городская больница г. Балаково» был поставлен неправильно. Тактика ведения ФИО2 при поступлении в гинекологическое отделение ГУЗ СО «Городская больница г.Балаково» 19.10.2015 года и 20.10.2015 года выбрана неправильно. Необходимо было выполнение <данные изъяты>. 20.10.2015 года операция № <данные изъяты> выполнена без показаний и имела ряд дефектов - <данные изъяты> («...<данные изъяты> Также не выполнено <данные изъяты> Операции 28.10.2015 года, 01.11.2015 года и 23.12.2015 года проводились по абсолютным показаниям, были необходимы и обоснованы. В послеоперационных периодах лечение проводилось в полном объеме. Ретроспективный анализ сведений представленной медицинской документации позволяет сделать следующие выводы: <данные изъяты> у ФИО2 в результате собственных неосторожных действий - исключается; в ходе оперативного вмешательства (операция № от 20.10.2015 года), вероятнее всего, имело место <данные изъяты> (то есть без проникающего ранения), что впоследствии привело к <данные изъяты> нельзя исключить вероятность <данные изъяты> это могло привести к возникновению осложнения в виде <данные изъяты> заподозренного урологом при амбулаторном осмотре 25.10.2015 года (карта №) и установленного 26.10.2015 года (медкарта №); природа возникновения <данные изъяты>, выявленного при цистоскопии и в ходе оперативного вмешательства (протокол цистоскопии и операция № от 28.10.2015 года), в виде <данные изъяты> через которое выделялось <данные изъяты> также может быть обусловлена дефектом оказания медицинской помощи - <данные изъяты> В данном случае повреждение стенки мочевого пузыря, явившееся следствием медицинских манипуляций, привело к ухудшению состояния здоровья ФИО2 Согласно пункту 25 раздела III «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», являющихся приложением к приказу Минздравсоцразвития России от 24.04.2008 года № 194 н, ухудшение состояния здоровья человека, обусловленное дефектом оказания медицинской помощи, рассматривается как причинение вреда здоровью. Таким образом, имевшееся у ФИО2 повреждение <данные изъяты>, квалифицируется как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека (пункт 6.1.21 раздела II «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», являющихся приложением к приказу Минздравсоцразвития России от 24.04.2008 года № 194 н). Между дефектом оказания медицинской помощи врачом ГУЗ СО «Городская больница г.Балаково» в виде повреждения <данные изъяты>, допущенного в ходе оперативного вмешательства (операция № от 20.10.2015 года), и наступившими последствиями для здоровья ФИО2 в виде <данные изъяты> имеется прямая причинно-следственная связь. <данные изъяты> является самостоятельным заболеванием и в причинно-следственной связи с вышеуказанным дефектом оказания медицинской помощи не состоит (т. 1 л.д. 132-154).

29.11.2016 года по факту причинения тяжкого вреда здоровью ФИО2 по неосторожности, вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей должностными лицами ГУЗ СО «ГБ г. Балаково», было возбуждено уголовное дело № по части 2 статьи 118 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Из заключения дополнительной судебно-медицинской экспертизы № от 26.06.2017 года (по уголовному делу №), проведенной ГУЗ «БЮРО СМЭ МЗ Саратовской области», следует, что показаний для экстренного оперативного лечения ФИО2 на момент поступления в гинекологическое отделение ГУЗ СО «Городская больница г.Балаково» не было. В отделении гинекологии не выполнено ультразвуковое исследование (УЗИ) матки и придатков, пациентка взята в операционную с отсутствием результатов анализов крови на ВИЧ, гепатиты (результаты получены в послеоперационном периоде). Результат гистологического исследования удаленной в ходе операции матки также не подтвердил наличие у ФИО2 <данные изъяты>: <данные изъяты> Соответственно, показаний ни для экстренного, ни для планового оперативного лечения у ФИО2 не было. Таким образом, диагноз ФИО2 при поступлении 19.10.2015 года в ГУЗ СО «Городская больница г. Балаково» был поставлен неправильно. В данном случае <данные изъяты>, явившееся следствием медицинских манипуляций, привело к ухудшению состояния здоровья ФИО2 Согласно пункту 25 раздела III «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», являющихся приложением к приказу Минздравсоцразвития России от 24 апреля 2008 года № 194 н, ухудшение состояния здоровья человека, обусловленное дефектом оказания медицинской помощи, рассматривается как причинение вреда здоровью. Таким образом, имевшееся у ФИО1 повреждение <данные изъяты>, квалифицируется как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека (пункт 6.1.21 раздела II «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», являющихся приложением к приказу Минздравсоцразвития России от 24 апреля 2008 года № 194 н).

Тактика ведения ФИО2 на момент поступления в гинекологическое отделение ГУЗ СО «Городская больница г. Балаково» 19.10.2015 года и 20.10.2015 года выбрана неправильно. Госпитализация ФИО2 была по экстренным показания - <данные изъяты> но показаний для экстренного объемного (радикального) оперативного вмешательства у нее не было. Консервативное лечение <данные изъяты> в течение 3 (трех) месяцев было недостаточным. Данных за активную <данные изъяты> в течение суток в стационарных условиях - нет (нет назначений врача). Показаний для экстренной операции не было (<данные изъяты>). Данных о сохраняющейся или <данные изъяты> - нет (<данные изъяты> Плановая операция должна производиться только после <данные изъяты> и получения <данные изъяты> В протоколе операции № от 20.10.2015 года есть прямое указание на повреждение <данные изъяты> и <данные изъяты>. <данные изъяты> путем введения постоянного <данные изъяты> исключается ввиду эластичности инструмента. <данные изъяты> нельзя повредить <данные изъяты>, особенно в той зоне, где имеется <данные изъяты> тем более нельзя повредить <данные изъяты>. Развитие в послеоперационном периоде <данные изъяты> могло способствовать <данные изъяты> в зоне повреждения <данные изъяты>, с последующим образованием <данные изъяты>. При правильном <данные изъяты> вопрос о постановке дренажа остаётся на усмотрение хирурга. При условии нормального устранения <данные изъяты> – отсутствие дренажа не играло бы никакой роли на течение послеоперационного периода. Формирование <данные изъяты> является осложнением операции № от 20.10.2015 года, а не операции № от 28.10.2015 года (т. 2 л.д. 116-141).

Не соглашаясь с выводами вышеизложенных экспертных заключений, стороной ответчика ГУЗ СО «ГБ г. Балаково» в рамках настоящего гражданского дела было заявлено ходатайство о назначении по делу судебно-медицинской экспертизы.

Для определения причин ухудшения здоровья, правильности проведенного истице лечения, тяжести наступившего здоровью вреда определением суда от 24.07.2017 года по настоящему делу была назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой было поручено ГБУЗ Пензенской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно заключению судебно-медицинской экспертной комиссии ГБУЗ «Областное бюро судебно-медицинской экспертизы» МЗ Пензенской области от 06.10.2017 года № ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ поступила в стационар гинекологического профиля ГУЗ СО «Городская больница города Балаково» 19.10.2015г. в 09.10. с проявлением <данные изъяты> длительными <данные изъяты> назначенного с целью лечения <данные изъяты> по результатам осмотра <данные изъяты> установлен диагноз: <данные изъяты> 20.10.2015г. с 12.05 - 13.50 выполнялась операция: «<данные изъяты>

Исходя из клинических данных, результатов лабораторных методов исследования, данных гистологического обследования, у ФИО2 имела место гиперплазия <данные изъяты>. Объективного подтверждения диагноза: <данные изъяты> в период нахождения пациентки на стационарном лечении в ГУЗ СО «Городская больница города Балаково» не имеется.

Принимая во внимание клинические и гистологические данные (состояние удовлетворительное, в общем анализе крови от 19.10.2015г. уровень гемоглобина <данные изъяты> количество эритроцитов <данные изъяты> гистологическое исследование: <данные изъяты> показаний для экстренного оперативного лечения ФИО2, в объеме <данные изъяты> на момент поступления в гинекологическое отделение ГУЗ СО «Городская больница г. Балаково», не имелось.Анализ представленных данных позволяет экспертам высказаться о том, что <данные изъяты>

Учитывая <данные изъяты>

<данные изъяты>

На этапе первичного обращения за медицинской помощью ФИО2 в гинекологическое отделение ГУЗ СО «Городская больница г. Балаково» 19.10.2015г., судить о необходимости проведения пациентке <данные изъяты> не представляется возможным, в виду отсутствия проведения ультразвукового исследования <данные изъяты> в стационаре.

Показаний для оперативного лечения ФИО2, в объеме «<данные изъяты> не усматривается.

В ГУЗ СО «Городская больница г. Балаково» ФИО2 выполнены следующие операции:

20.10.2015г. с <данные изъяты>

28.10.2015г. <данные изъяты>

28.10.2015г. <данные изъяты>

01.11.2015г. <данные изъяты>

23.12.15г. <данные изъяты>

По мнению экспертной комиссии, проведенные оперативные вмешательства 28.10.2015г., 23.12.2015г. явились следствием осложнений оперативного вмешательства от 20.10.2015г.

Проведение оперативного вмешательства 01.11.2015г. в причинно-следственной связи с проведением операции от 20.10.2015г. не состоит.

По имеющимся медицинским документам не ясен характер <данные изъяты> В первичной медицинской документации (медицинская карта №), отсутствовала интерпретация <данные изъяты> от 21.10.15г. - эритроциты <данные изъяты> выполнен лишь 28.10.15г., причем дважды - в одном анализе лейкоциты <данные изъяты> в другом - <данные изъяты>; в последующем вплоть до выписки <данные изъяты> 27.10.15г. не интерпретируется наличие <данные изъяты>.

С учетом вышесказанного, экспертная комиссия заключает, что <данные изъяты> Судить о точном характере повреждений не представляется возможным, в виду отсутствия описания места локализации <данные изъяты>

<данные изъяты> Даже в случае наличия подобного заболевания, оно <данные изъяты> никоем образом не могло обусловить <данные изъяты>

<данные изъяты>

В связи с возникшими осложнениями у ФИО2 абсолютных показаний к применению лекарственных препаратов и медицинских изделий: <данные изъяты> не имелось.

Следует заметить, что большая часть препаратов применяется при лечении заболеваний <данные изъяты> Судить о необходимости использования матраца не представляется возможным, в виду отсутствия его описания и технических характеристик.

По мнению экспертной комиссии, в связи с имеющимися осложнениями у ФИО2, причинно связанных с проведенной операцией от 20.10.2015г., имелись показания для назначения таких лекарственных препаратов и медицинских изделий как: <данные изъяты> связано с наличием у ФИО2 <данные изъяты>

Применение указанных препаратов показано в терапевтических дозах, назначение препарата <данные изъяты> возможно длительное время с профилактической целью.

Применять данные препараты следует с учетом инструкций по применению лекарственных препаратов, возраста и пола пациента, тяжести заболевания, наличия осложнений основного заболевания (состояния) и сопутствующих заболеваний (приказ МЗ РФ от 07.07.2015г. № 422 ан «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» п. ж).

Прогноз в отношении полного восстановления функций и трудоспособности у ФИО2 благоприятный.

Экспертная комиссия отмечает следующие нарушения при оказании медицинской помощи у ФИО2: <данные изъяты>

Проведенные оперативные вмешательства 28.10.2015г., 23.12.2015г. являлись вынужденными мерами для устранения осложнений течения послеоперационного периода, сами по себе данные операции не ухудшили состояния ФИО2 либо вызвали имеющиеся осложнения.

Выполнение операционного вмешательства 01.11.2015г. ФИО2 также являлось необходимой манипуляцией для спасения жизни пациентке, в прямой причинно-следственной связи с операцией от 20.10.2015г. не состоит, хотя утяжеляло общее состояние больной.

Согласно Акту №.22.64/2016 ФКУ «ГБ МСЭ по Саратовской области» ФИО2 была освидетельствована 31.05.16г., в заключение о видах и степени выраженности стойких расстройств функций организма указано <данные изъяты>

То есть, на период действия <данные изъяты> ФИО2 устанавливается <данные изъяты> утраты профессиональной трудоспособности, согласно п. 4.3 количественной системы оценки степени выраженности стойких нарушений функций организма человека, обусловленных заболеваниями, последствиями травм или дефектами в процентах, в соответствии с приложением к классификациям и критериям, используемым при осуществлении МСЭ граждан федеральными государственными учреждениями МСЭ, утвержденным Приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 17.12.2015г. №1024н; «Правилам признания лица инвалидом», утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 20.02.2006 г. №95.

Кроме того, согласно п. 60 в) «Таблицы процентов стойкой утраты общей трудоспособности в результате различных травм, отравлений и других последствий воздействия внешних причин», являющейся неотъемлемым приложением к «Медицинским критериям определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», Приказ МЗ и СР РФ от 24.04.2008 года № 194 н, г. Москва утвержденные Постановлением Правительства Российской Федерации от 17.08.2007г. № 522, наличие <данные изъяты> соответствует 50 % утраты общей трудоспособности.

По состоянию на 21.07.2017 год у ФИО2 отсутствует инвалидность, исходя из данного факта, и в связи с отсутствием медицинских документов, свидетельствующих о функции <данные изъяты> на момент проведения экспертизы (результатов лабораторных и инструментальных методов исследования, осмотров специалистов), определить процент утраты профессиональной и общей трудоспособности не представляется возможным.

Имеющееся у ФИО2 <данные изъяты>, квалифицируется как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека (пункт 6.1.21 раздела II «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», являющихся приложением к приказу Минздравсоцразвития России от 24.04.2008 года № 194н).

Причинение <данные изъяты> в результате собственных, в том числе неосторожных действий ФИО2, исключается.

Факт отсутствия инвалидности у ФИО2 по состоянию на 21.07.2017 года свидетельствует о том, что:

1. либо пострадавшая имеет незначительные нарушения функций организма и может продолжать профессиональную деятельность в обычных производственных условиях с умеренным или незначительным снижением квалификации, либо с уменьшением объема выполняемой работы, либо при изменении условий труда, влекущих снижение заработка, или если выполнение его профессиональной деятельности требует большего напряжения, чем прежде;

2. либо пострадавшая не имеет незначительные нарушения функций организма, что позволят расценить как благоприятный исход заболевания <данные изъяты>

Судить о благоприятном исходе лечения, осуществленного в ГУЗ СО «ГБ г. Балаково» в 2015 году по факту отсутствия инвалидности у ФИО2 по состоянию на 21.07.2017 года не корректно.

Между дефектом оказания медицинской помощи врачом ГУЗ СО «Городская больница г. Балаково» в виде <данные изъяты> допущенного в ходе оперативного вмешательства (операция № от 20.10.2015г.), и наступившим последствием для здоровья ФИО2 в виде <данные изъяты> имеется прямая причинно-следственная связь. Поскольку возникновение <данные изъяты> отмечалось в раннем послеоперационном периоде (на 8-е сутки), в протоколе операции (операция № от 20.10.2015г.) имеется указание на <данные изъяты>

Возникновение <данные изъяты> характерно в более поздние послеоперационные сроки, что и проявилось у данной пациентки с 23.11.2015г. (на 34-е сутки от операции) жалобами на <данные изъяты> который был подтвержден при проведении цистоскопии 26.10.15г., и могло быть обусловлено не только травматической, но и воспалительной этиологией, поэтому его формирование не находится в прямой причинно-следственной связи с проведенным операционным вмешательством от 20.10.2015г. (т. 2 л.д. 220-244).

Представители ответчика ГУЗ СО «ГБ г. Балаково» выводы данной судебной медицинской экспертизы не оспорили, о назначении по делу дополнительной либо повторной судебно-медицинской экспертизы не ходатайствовали.

Как следует из материалов дела, судебно-медицинская экспертиза проводилась в ГБУЗ «Областное бюро судебно-медицинской экспертизы» МЗ Пензенской области - комиссионно в отделе сложных экспертиз. Все эксперты обладают квалификацией и необходимыми познаниями в области медицины, имеют достаточный стаж экспертной деятельности, предупреждены об ответственности по ст. 307 УК РФ. Экспертное заключение является полным, мотивированным, аргументированным, содержит последовательные выводы, сомневаться в их правильности у суда нет оснований.

Кроме того, выводы судебно-медицинской экспертизы №-к от 06.10.2017 года подтверждаются также выводами заключения судебно-медицинской экспертизы № от 09.11.2016 года (по материалам проверки КУСП №), и заключения дополнительной судебно-медицинской экспертизы № от 26.06.2017 года (по уголовному делу №), проведенных ГУЗ «БЮРО СМЭ МЗ Саратовской области», которые также подтвердили факт причинения тяжкого вреда здоровью истицы в результате дефекта оказания медицинской помощи пациенту в виде <данные изъяты>, который был допущен врачом-акушером-гинекологом ФИО7 при проведении операции № от 20.10.2015г. в ГУЗ СО «ГБ г. Балаково».

Оценив представленные доказательства в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что во время операции № от 20.10.2015 года: <данные изъяты> проводимой ФИО2 врачом-акушером-гинекологом гинекологического отделения ГУЗ СО «ГБ г. Балаково» ФИО7, последней был допущен дефект оказания медицинской помощи пациенту, который выразился в интраоперационном <данные изъяты>, что обусловило формирование <данные изъяты> и привело к причинению тяжкого вреда здоровью истицы, установлению <данные изъяты> на срок до 01.06.2017года, утрате ею 50 % профессиональной трудоспособности на период действия <данные изъяты> и причинило физические и нравственные страдания, и в соответствии с положениями главы 59 ГК РФ на виновное лицо может быть возложена обязанность по возмещению вреда здоровью.

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 ГК РФ.

В статье 151 ГК РФ указано, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред.

В силу статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда, в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств дела, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная <данные изъяты> ит.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В соответствии с пунктом 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Установив наличие причинно-следственной связи между действиями врача-акушера-гинеколога гинекологического отделения ГУЗ СО «ГБ г. Балаково» ФИО7, допустившей дефект оказания медицинской помощи пациенту ФИО2, который выразился в <данные изъяты> последней, что обусловило формирование <данные изъяты> и привело к причинению тяжкого вреда здоровью истицы, учитывая, что ответчиком ГУЗ СО «ГБ г. Балаково» не представлены доказательства отсутствия вины в причинении ФИО2 морального вреда, выразившегося в физических и нравственных страданиях, перенесенных в результате причинения тяжкого вреда её здоровью в результате оперативного вмешательства от 20.10.2015 года, суд, применяя выше указанные нормы материального права к спорным правоотношениям, приходит к выводу о том, что указанное медицинское учреждение является лицом, обязанным компенсировать моральный вред.

Сам факт причинения истице морального вреда в связи с <данные изъяты> в результате оперативного вмешательства от 20.10.2015 года является очевидным и в силу части первой статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не нуждается в доказывании.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика, суд, учитывая характер причиненных ФИО2 нравственных страданий, связанных с полученными в результате операции от 20.10.2015 года повреждениями, причинившими тяжкий вред здоровью истицы, а также степень вины причинителя вреда, выразившуюся в допущенных врачом-акушером-гинекологом медицинского учреждения нарушениях при оказании медицинской помощи ФИО2, а именно: не в полном объеме выполнение необходимых пациенту лечебно-диагностических мероприятий <данные изъяты> отсутствие показаний для проведения оперативного вмешательства в объеме <данные изъяты> несвоевременная диагностика <данные изъяты> с повторной операцией, преждевременная выписка из стационара (24.11.2015г.) и состоящих в причинной связи с причинением тяжкого вреда здоровью ФИО2, наличие иных, выше указанных факторов, способствующих причинению тяжкого вреда здоровью, фактические обстоятельства дела, индивидуальные особенности потерпевшей, её возраст, длящийся характер переживаний истицы, принимая во внимание такие обстоятельства как длительность лечения истицы, период её нетрудоспособности (более 6 месяцев), наличие физических страданий истицы связанных с болью от перенесенных операций, а также учитывая, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому он причинен, с учетом требований разумности и справедливости, исполнимости решения суда, баланса интересов сторон, а также, принимая во внимание, что определение размера компенсации морального вреда является дискреционным полномочием суда, полагает возможным взыскать с ответчика ГУЗ СО «ГБ г. Балаково» в пользу истицы компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей.

Суд считает, что указанный размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. 21, 53 Конституции Российской Федерации).

В остальной части данное требование удовлетворению не подлежит.

Рассматривая требования истицы о взыскании с ответчика ГУЗ СО «ГБ г. Балаково» утраченного заработка и расходов, понесенных на лечение, суд приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Согласно пп. 2, 3 ст. 1086 ГК РФ в состав утраченного заработка (дохода) потерпевшего включаются все виды оплаты его труда по трудовым и гражданско-правовым договорам как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом. Не учитываются выплаты единовременного характера, в частности компенсация за неиспользованный отпуск и выходное пособие при увольнении. За период временной нетрудоспособности или отпуска по беременности и родам учитывается выплаченное пособие. Доходы от предпринимательской деятельности, а также авторский гонорар включаются в состав утраченного заработка, при этом доходы от предпринимательской деятельности включаются на основании данных налоговой инспекции.

Все виды заработка (дохода) учитываются в суммах, начисленных до удержания налогов.

Среднемесячный заработок (доход) потерпевшего подсчитывается путем деления общей суммы его заработка (дохода) за двенадцать месяцев работы, предшествовавших повреждению здоровья, на двенадцать. В случае, когда потерпевший ко времени причинения вреда работал менее двенадцати месяцев, среднемесячный заработок (доход) подсчитывается путем деления общей суммы заработка (дохода) за фактически проработанное число месяцев, предшествовавших повреждению здоровья, на число этих месяцев.

Не полностью проработанные потерпевшим месяцы по его желанию заменяются предшествующими полностью проработанными месяцами либо исключаются из подсчета при невозможности их замены.

Статьей 139 ТК РФ установлено, что для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат.

Утраченный заработок (доход) потерпевшего подлежит возмещению за все время утраты им трудоспособности. При временной нетрудоспособности гражданина предполагается полная утрата им трудоспособности (100 %).

Судом установлено и подтверждается материалами дела (т. 3 л.д. 62), что истица в период с 19.10.2015 года по 31.05.2016 года (226 дней) находилась на лечении в ГУЗ СО «БРП» по листкам нетрудоспособности с последующим направлением на освидетельствование в бюро МСЭ №22, то есть являлась временно нетрудоспособной, после операционного вмешательства от 20.10.2015 года получала стационарное и амбулаторное лечение, направленное на устранение последствий проведенной операции.

Как следует из копии трудовой книжки истицы (т. 2 л.д. 91-102) в период времени с 19.10.2015 года по 31.05.2016 года ФИО2 имела постоянное место работы в <данные изъяты>

Согласно справке о доходах физического лица за 2015 год № от 06.06.2016 года (т. 1 л.д. 7), общий доход истицы за девять месяцев работы, предшествовавших причинению вреда здоровью в результате оперативного вмешательства от 20.10.2015 года, составил <данные изъяты>

Среднемесячный заработок (доход) ФИО2 за указанный период составил <данные изъяты> 9 месяцев).

Таким образом, утраченный заработок за период с 19.10.2015 года по 31.10.2015 года, то есть за 13 дней, <данные изъяты>. (<данные изъяты> а за период с 01.11.2015 года по 31.05.2016 года, то есть за 7 месяцев, составит <данные изъяты>. (<данные изъяты> а всего за период с 19.10.2015 года по 31.05.2016 года утраченный заработок составит <данные изъяты>

Истица просила взыскать с ответчика ГУЗ СО «ГБ г. Балаково» утраченный заработок за период с 19.10.2015 года по 31.05.2016 года в размере <данные изъяты>

В соответствии с п. 3 ст. 196 ГПК РФ, суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Таким образом, с ответчика ГУЗ СО «ГБ г. Балаково» в пользу ФИО2 подлежит взысканию утраченный заработок за период с 19.10.2015 года по 31.05.2016 года в размере <данные изъяты>

Требование истицы о взыскании расходов, понесенных на лечение, всего в размере <данные изъяты>. подлежит частичному удовлетворению.

Как следует из выписных эпикризов (т. 1 л.д. 8-15), выписок из медицинской карты стационарного больного (т. 1 л.д. 16-19) ФИО2 было рекомендовано лечение следующими лекарственными препаратами: <данные изъяты>

Согласно выводам судебно-медицинской экспертизы №-к от 06.10.2017 года, в связи с имеющимися осложнениями у ФИО2, причинно связанных с проведенной операцией от 20.10.2015 г., имелись показания для назначения таких лекарственных препаратов и медицинских изделий как: <данные изъяты>

Так, на приобретение лекарственных препаратов, показанных ФИО2 в связи с лечением, последней затрачено 6221 руб.20 коп.: <данные изъяты> 286,20 руб. (кассовый чек №); <данные изъяты> 454,90 руб., <данные изъяты> 700,10 руб., <данные изъяты> 365,60 руб. (кассовый чек №); <данные изъяты> 411,00 руб. (кассовый чек №); <данные изъяты> 90,00 руб. (кассовый чек №); <данные изъяты> 38,00 руб. (кассовый чек №); <данные изъяты> 43,90 руб. (кассовый чек №); <данные изъяты> 47,80 руб. (товарный чек №); <данные изъяты> 1398,70 руб., <данные изъяты> 95,60 руб., <данные изъяты> 128,40 руб. (товарный чек №); <данные изъяты> 321,00 руб., <данные изъяты> 768,80 руб., <данные изъяты> 192,00 руб., <данные изъяты> 234,40 руб., <данные изъяты> 309,80 руб. (товарный чек №); <данные изъяты> 335,00 руб. (товарный чек №) (т. 1 л.д. 48-60).

Таким образом, расходы на лечение, понесенные ФИО2 всего в размере 6221 руб. 20 коп., являлись необходимыми, в связи с чем, они подлежат взысканию с ответчика ГУЗ СО «ГБ г. Балаково» в пользу истицы.

При этом в судебно-медицинском заключении № от 06.10.2017 года эксперты указали, что в связи с возникшими осложнениями у ФИО2 абсолютных показаний к применению лекарственных препаратов и медицинских изделий: <данные изъяты> не имелось.

При таких обстоятельствах суд считает необходимым отказать в удовлетворении остальной части исковых требований о взыскании расходов на лечение, поскольку истицей не представлено доказательств необходимости и взаимосвязи с наступившими после операции неблагоприятными последствиями расходов на оплату лекарственных препаратов, не указанных в заключении судебно-медицинской экспертизы, а также в выписных эпикризах и выписках из медицинских карт стационарного больного.

В силу п. 1, п. 5 ст. 123.22 ГК РФ государственное или муниципальное учреждение может быть казенным, бюджетным или автономным учреждением.

Бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.

По обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

Как следует из п. 1.1 устава ГУЗ СО «Городская больница г. Балаково» утвержденного приказом министерства здравоохранения Саратовской области от 18.11.2016 г. № 1953, учредителем учреждения является Саратовская область. Функции и полномочия учредителя осуществляются Министерством. Собственником имущества учреждения является Саратовская область. Права и обязанности собственника имущества осуществляются комитетом инвестиционной политики и имущественных отношений Саратовской области (т. 1 л.д. 161 оборот).

В силу положений п. 6.1 устава имущество учреждения является государственной собственностью Саратовской области и закреплено за учреждением на праве оперативного управления.

Учредитель же, исходя из положений п. 3.1 устава, определяет перечень особо ценного движимого имущества, закрепленного за учреждением комитетом инвестиционной политики и имущественных отношений Саратовской области или приобретенного учреждением за счет средств, выделенных ему учредителем на приобретение такого имущества.

Согласно пункту 6.16 устава ГУЗ СО «ГБ г. Балаково» (т. 1 л.д. 167 оборот) по обязательствам учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несёт собственник имущества бюджетного учреждения.

Таким образом, судом установлено, что Министерство не является собственником имущества, которое было передано больнице в оперативное управление, поскольку представителем собственника государственного имущества на территории Саратовской области является комитет инвестиционной политики и имущественных отношений Саратовской области.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание положения ст. 123.22 ГК РФ, суд считает, что Министерство здравоохранения Саратовской области не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, в связи с чем, истцу в удовлетворении заявленных исковых требований к Министерству следует отказать.

Поскольку правоотношения сторон подпадают под регулирование Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» в части, неурегулированной специальным законом, суд считает необходимым взыскать с ответчика ГУЗ СО «ГБ г. Балаково» в пользу истца на основании статьи 13 названного Закона штраф в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Судом требования истицы удовлетворены в размере 906805,93 руб. (500000 + 400584,73 + 6221,20).

В связи с чем, с ГУЗ СО «ГБ г. Балаково» в пользу ФИО2 подлежит взысканию штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 453402 руб. 96 коп. (906805,93 х 50%).

Оснований для снижения размера штрафа в соответствии с положениями ст. 333 ГК РФ, суд не усматривает, поскольку ответчиком ГУЗ СО «ГБ г. Балаково» не представлено доказательств, подтверждающих наличие исключительных обстоятельств, которые могут являться основанием для снижения подлежащего взысканию штрафа в рамках настоящего дела.

Истец ФИО2 освобождена от уплаты государственной пошлины на основании подпункта 3 части 1 статьи 333.36 НК РФ. В силу статьи 103 ГПК РФ, подпунктов 1, 3 пункта 1 статьи 333.19 НК РФ с ответчика ГУЗ СО «ГБ г. Балаково» в бюджет муниципального образования «Город Саратов» следует взыскать государственную пошлину в размере 7568,05 руб.(300 руб. за рассмотрение требования неимущественного характера, 5268,05 руб. за рассмотрение требования имущественного характера).

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО2 к государственному учреждению здравоохранения Саратовской области «Городская больница г. Балаково» о взыскании компенсации морального вреда, взыскании утраченного заработка, расходов, понесенных на лечение, удовлетворить частично.

Взыскать с государственного учреждения здравоохранения Саратовской области «Городская больница г. Балаково» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей, утраченный заработок за период с 19.10.2015 года по 31.05.2016 года в размере 400584 рубля 73 копейки, расходы на лечение в размере 6221 рубль 20 копеек, штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 453402 рубля 96 копеек.

В удовлетворении остальной части заявленных требований к государственному учреждению здравоохранения Саратовской области «Городская больница г. Балаково» ФИО2 отказать.

Взыскать с государственного учреждения здравоохранения Саратовской области «Городская больница г. Балаково» в бюджет муниципального образования «Город Саратов» государственную пошлину в размере 7568 рублей 05 копеек.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к Министерству здравоохранения Саратовской области о взыскании компенсации морального вреда, взыскании утраченного заработка, расходов, понесенных на лечение, отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Саратовский областной суд через Фрунзенский районный суд г. Саратова в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме – 09.01.2018 года.

Судья М.В. Агишева