Решение № 2-1129/2025 2-1129/2025~М-750/2025 М-750/2025 от 8 декабря 2025 г. по делу № 2-1129/2025

УИД: 91RS0№-66

Дело №


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 ноября 2025 года пгт. Ленино

Ленинский районный суд Республики Крым в составе:

председательствующего судьи Ермаковой Н.А.,

при секретаре судебного заседания ФИО11,

с участием:

представителя истца ФИО1 -ФИО9,

ответчика ФИО2,

представителя ответчика ФИО2 -адвоката ФИО15, действующей по ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым, Администрация Новониколаевского сельского поселения <адрес> Республики Крым, ФИО3, о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО17 (ФИО16) А.В., в котором просит признать недействительным договор дарения дома и земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО1 и ФИО4; прекратить право собственности ФИО4 на жилой дом общей площадью 69,7 кв.м., кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>, запись государственной регистрации права №90/090/2018-3 от ДД.ММ.ГГГГ; прекратить право собственности ФИО4 на земельный участок площадью 1700 кв.м., кадастровый №, вид разрешенного использования: для индивидуального жилищного строительства, расположенный по адресу: <адрес>, запись государственной регистрации права № от ДД.ММ.ГГГГ; прекратить право собственности ФИО4 на гараж площадью 9,8 кв.м., кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>, запись государственной регистрации права № от ДД.ММ.ГГГГ; прекратить право собственности ФИО4 на сарай площадью 15,8 кв.м., кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>, запись государственной регистрации права №3 от ДД.ММ.ГГГГ; прекратить право собственности ФИО4 на сарай площадью 8,7 кв.м., кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>, запись государственной регистрации права 90:07:210101:2018-90/090/2018-3 от ДД.ММ.ГГГГ; прекратить право собственности ФИО4 на сарай площадью 5,5 кв.м., кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>, запись государственной регистрации права 90№-3 от ДД.ММ.ГГГГ; прекратить право собственности ФИО4 на сарай площадью 3,8 кв.м., кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>, запись государственной регистрации права № от ДД.ММ.ГГГГ; прекратить право собственности ФИО4 на кладовую площадью 12,4 кв.м., кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>, запись государственной регистрации права №3 от ДД.ММ.ГГГГ; прекратить право собственности ФИО4 на баню площадью 10,8 кв.м., кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>, запись государственной регистрации права № от ДД.ММ.ГГГГ; применить последствия недействительности сделки путем восстановления права собственности ФИО1 на жилой дом, земельный участок и нежилые строения по адресу: <адрес>.

Иск мотивирован тем, что истец являлась собственником жилого дома с хозяйственными постройками по адресу: <адрес>, а также земельного участка площадью 1700 кв.м. по указанному адресу. В 2018 году ответчик ФИО4 попросила истца подписать договор на земельный участок с жилым домом и другими строениями по адресу: <адрес>, обещала помогать с хозяйством, ухаживать за нею и следить за её благополучием, истец согласилась на такие условия. После этого ответчик привезла истца в пгт. Ленино, как объяснили истцу, для подписания договора пожизненного содержания с иждивением. Истец поверила сказанному, подписала какие-то бумаги. С того момента ответчик постоянно угрожает истцу, что после подписания документов истец не имеет никакого отношения к дому, что её могут выгнать из дома в любой момент, в последнее время слышала, что дом продают. Ответчик выселила истца в кухню без электричества, морально угнетает, не оказывает помощи по содержанию и уходу. Заключенная с ответчиком сделка по дарению недвижимого имущества не соответствовала воле истца, она заблуждалась в отношении природы сделки, эти заблуждения имели существенное значение, в связи с чем является недействительной. С целью защиты своих прав истец обратилась в суд с настоящим иском.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ, занесенным в протокол предварительного судебного заседания, ответчик ФИО4 заменена на ФИО2 в связи с переменой фамилии.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ, занесенным в протокол предварительного судебного заседания, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ, занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО3

В судебное заседание истец не явилась, надлежаще извещена о дате, времени и месте судебного заседания, обеспечила явку своего представителя ФИО9 Ранее в предварительном судебном заседании и в судебных заседаниях поясняла, после смерти мужа оформила дом на себя. Они с мужем хотели подарить дом внуку, но потом дочка её уговорила подарить дом внучке, обещали досматривать. На момент сделки она проживала в этом доме, понимала, что дарит дом внучке. Они с внучкой были в МФЦ, подписывали договор, после договора она продолжала жить в своем доме, там же живет её старшая дочь. Потом уехала к средней дочери в Башкирию, там жила полтора года, в марте 2025 года вернулась с дочкой и внуком, привезли все вещи. Приехали поздно, ворота были закрыты, вызвали полицию, вещи выгрузили, дочь с внуком уехали назад в Башкирию, а она осталась. Пока жила в доме, оплачивала коммунальные услуги, после приезда не оплачивает. Раньше в суд не обращалась, потому что её никто не выгонял из дома, сейчас её выгнал зять, выбросили из дома её вещи, она живет в пристройке без воды и электричества, потом свет ей провели. Она понимала, что дарит дом внучке, но думала там жить. На учете у врачей не состоит, у неё сахарный диабет, давление. От проведения судебной психиатрической экспертизы отказалась.

Представитель истца -ФИО9 в судебном заседании исковые требования поддержал, просил их удовлетворить. Пояснил, что фактической передачи имущества от истца к ответчику не было, истец после заключения договора дарения продолжала жить в доме, думала, что её будут содержать, при этом ответчик в спорном доме не проживала. Полагает, что сделка носила характер мнимой сделки, ответчик не переоформила на себя лицевые счета по оплате коммунальных услуг. Договор дарения датирован ДД.ММ.ГГГГ, в тот же день произошла регистрация домовладения, непонятно, зачем была такая спешка. Данное жилье у истца единственное. Срок исковой давность необходимо исчислять с даты приезда истца из Башкирии, когда её не пустили в дом. Ответчик с истцом не общается, там живет её мать с мужем, при этом муж матери угрожает, что продадут дом. Со стороны ответчика никаких угроз не поступало. Полагал, что нет необходимости в назначении судебной психиатрической экспертизы в отношении истца.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании и в предварительном судебном заседании исковые требования не признала и пояснила, что бабушка с дочерью и внуком жили в доме, никто из них не работал. Бабушка спрашивала, кто может дать деньги на оформление дарственной, но все отказались, так как ни у кого не было денег на оформление. Из всей семьи работала только она, бабушка подошла к ней последней и предложила оформить дарственную на неё, устно договорились о том, чтобы в доме жил брат. О том, чтобы содержать бабушку, разговора не было, на тот момент ей было всего 18 лет. Она дала деньги, они с бабушкой поехали в МФЦ и оформили договор. В доме она постоянно не жила, иногда приезжала, там продолжала жить бабушка с дочерью и внуком. Потом тетя узнала о дарении дома, начались проблемы, они украли все документы на дом, а затем уехали, вывезли из дома все. Бабушка осталась проживать в доме и сказала, что тоже уедет, затем уехала. Однажды ей ночью позвонила мама и сказала, что бабушка с дочерью и внуком вернулись со всеми вещами. Она возмутилась, почему её не предупредили, ведь дом принадлежит ей. Приехала полиция, она сказала, что не против проживания только бабушки, тетя с сыном уехали. Бабушка жила в доме, на лето захотела переселиться в пристройку, так как ей было жарко. Она сама никого не выселяла, ничего об этом неизвестно, она живет со своей семьей в Ленино, в отношения между мамой и бабушкой не вмешивается. Почему на неё подали в суд, не понимает, она ничего плохого бабушке не делала, не выгоняла её, она не препятствует её проживанию в доме. На дату судебного заседания бабушка проживает в доме, не несет расходов на питание, на коммунальные услуги, отношения наладились. Лицевые счета на оплату коммунальных услуг переоформила на себя только в 2025 году, ранее не видела в этом необходимости, оплата происходила регулярно.

Представитель ответчика –адвокат ФИО15 в судебном заседании полагала исковые требования не подлежащими в полном объеме. Пояснила, что оснований для признания сделки недействительной не имеется, на момент заключения договора дарения никаких нарушений закона не было, истец осознавала свои действия. В домовладении проживает мама ответчика с разрешения собственника, там прописана истец и её малолетние дети, приезжает туда. У истца возникли проблемы с зятем, а не с внучкой, она вправе обратиться в суд с иными требованиями для защиты своих прав. Указала на пропуск срока исковой давности по признанию договора недействительным, так как договор был заключен в 2018 году и не оспаривался много лет.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, надлежаще извещены.

Согласно ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту -ГПК РФ), суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих деле, и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки не уважительными. Неявка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве дела и иных процессуальных прав, поэтому не является преградой для рассмотрения судом дела по существу.

Заслушав лиц, участвующих в деле, изучив доводы искового заявления, исследовав материалы дела и дав оценку доказательствам по делу в их совокупности, суд приходит к следующему.

Согласно ст. ст. 56, 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту -ГПК РФ) каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

Статья 35 Конституции РФ гарантирует защиту прав собственника имущества, его право иметь в собственности имущество, владеть, пользоваться и распоряжаться им.

Аналогичные права закреплены статьей 209 Гражданского кодекса РФ, предусматривающей, что собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии с ч. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу ч. 1 ст. 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. Договор, по которому сторона должна получить плату или иное встречное предоставление за исполнение своих обязанностей, является возмездным. Безвозмездным признается договор, по которому одна сторона обязуется предоставить что-либо другой стороне без получения от нее платы или иного встречного предоставления.

Договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения (ч. 1 ст. 425 ГК РФ).

Согласно ч. 1 и ч. 2 ст. 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором, при этом в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

В соответствии с ч. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии со ст. 574 Гражданского кодекса Российской Федерации дарение, сопровождаемое передачей дара одаряемому, может быть совершено устно, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2 и 3 настоящей статьи. Передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов.

Из системного анализа вышеназванных норм следует, что заключение договора дарения предполагает передачу не только юридической судьбы предмета дарения, но и фактическую передачу вещи во владение, распоряжение и пользование. Одним из важных элементов дарения, которые позволяют его квалифицировать в качестве самостоятельного вида договора, является безвозмездность сделки, то есть отсутствие какого-либо встречного предоставления.

Договор дарения недвижимого имущества должен быть совершен в письменной форме и подлежит государственной регистрации (статья 574 ГК РФ).

Как установлено в судебном заседании и подтверждается материалами дела, на основании решения Ленинского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ по делу № ФИО1 принадлежали жилой дом общей площадью 69,7 кв.м., кадастровый №, с надворными строениями и сооружениями: кладовая площадью 12,4 кв.м., кадастровый №, гараж площадью 9,8 кв.м. кадастровый №, сарай площадью 8,7 кв.м. кадастровый №, сарай площадью 5,5 кв.м. кадастровый №, баня площадью 10,8 кв.м. кадастровый №, сарай площадью 15,8 кв.м. кадастровый №, а также земельный участок площадью 0,17 га, расположенные по адресу: <адрес>, в порядке наследования по закону после смерти супруга –ФИО5, умершего ДД.ММ.ГГГГ. Решение суда вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 112-114).

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ г.р. (Даритель) и ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ г.р. (Одаряемый), заключен Договор дарения дома и земельного участка, по условиям которого Даритель безвозмездно передает в собственность Одаряемому жилой дом общей площадью 69,7 кв.м., кадастровый №, надворные строения и сооружения: кладовая площадью 12,4 кв.м., кадастровый №, гараж площадью 9,8 кв.м. кадастровый №, сарай площадью 8,7 кв.м. кадастровый №, сарай площадью 5,5 кв.м. кадастровый №, баня площадью 10,8 кв.м. кадастровый №, сарай площадью 15,8 кв.м. кадастровый №, а также земельный участок площадью 0,17 га, расположенные по адресу: <адрес> момент подписания настоящего договора в домовладении зарегистрированы по месту жительства следующие лица: ФИО3, ФИО6, ФИО1, ФИО4 (п. 5). Согласно п. 6 Договора, передача отчуждаемого дома и земельного участка Дарителем и принятие их Одаряемым состоялась до подписания настоящего договора. Стороны настоящего договора пришли к соглашению о том, что настоящий договор имеет силу акта приема –передачи отчуждаемого жилого дома с земельным участком, с момента подписания настоящего договора обязанность дарителя по передаче Одаряемому отчуждаемого дома с земельным участком считается исполненной (п. 7). Договор удостоверен подписями Дарителя ФИО1 и Одарямого ФИО4 (т.1 л.д. 121-122).

ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения заключила брак с ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, о чем ДД.ММ.ГГГГ Отделом записи актов гражданского состояния <адрес> ЗАГС <адрес> составлена запись акта о заключении брака №, после брака супруге присвоена фамилия ФИО17 (т.1 л.д. 54).

Свидетель ФИО12 в предварительном судебном заседании пояснял, что истец приходится ему тёщей, ответчик –племянницей. Ему известно, что его тёща проживает в доме, принадлежащем внучке, по <адрес>, в <адрес>. В августе этого года они приезжали в ней, привозили продукты, она на тот момент жила в летней кухне. Подробности дарения дома ему неизвестны, узнал об этом через какое-то время от жены. Когда тёща уезжала к другой дочери в Башкирию, забирала какие-то вещи, но говорила, что обязательно вернется. Приезжают к ней по необходимости примерно раз в месяц. Когда приезжали к ней весной и было ещё холодно, она жила в доме в кухне, потом ушла в летнюю кухню, он помогал переносить вещи. ФИО10 бабушку из дома не выгоняла.

Свидетель ФИО13 в предварительном судебном заседании поясняла, что истец приходится ей матерью, ответчик –племянницей. В доме проживает её сестра с мужем, который не хочет, чтобы она заходила в дом, пользовалась холодильником, говорил о ней много плохих слов. Она живет в пристройке в ненадлежащих условиях. Хозяйка дома –ФИО10, сестра переехала, пока идет стройка её дома. Сначала мама хотела дом внуку переписать, потом расстроилась, что он ничего не делал по дому, и переписала на ФИО10. За домом надлежаще не ухаживают, печка плохо работает. Когда мама приехала из Башкирии, её не хотели пускать, но потом впустили. Она в подробности сделки не вникала, была в стороне. Подарить дом было желание мамы, она на учете врачей не состояла, понимала свои действия.

На основании ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В силу ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Такая правовая позиция согласуется с разъяснениями, изложенными в п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", где указано, что стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса РФ.

С учетом указанных норм права и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации по их применению, юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой, является установление наличия или отсутствия фактических отношений сторон по сделке.

Для разрешения спора о признании недействительной притворной сделки необходимо установление действительной воли всех ее сторон на заключение иной (прикрываемой) сделки, выяснение фактических отношений между сторонами, а также намерения каждой стороны.

Истец в качестве оснований оспаривания договора дарения привел доводы, в том числе: с момента заключения договора дарения ответчик в подаренном доме не проживала, счета по оплате за коммунальные услуги на себя не переоформила, истца выгоняет из дома зять.

В силу закона характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится: в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной.

Чтобы определить, был ли между сторонами заключен договор, каковы его условия и как они соотносятся между собой, совпадает ли волеизъявление сторон с их действительной общей волей, а также является ли договор мнимой или притворной сделкой, необходимо применить правила толкования договора, установленные в ст. 431 ГК РФ.

Как разъяснено в п. 43 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 49, при толковании условий договора в силу абзаца первого ст. 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражении (буквальное толкование).

Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (п. 5 ст. 10, п. 3 ст. 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Доводы о том, что доказательством мнимости договора дарения является факт не проживания ответчика в спорной квартире, не переоформила на свое имя договоры по оплате за жилищно-коммунальные услуги, отклоняются судом, поскольку такие доводы не свидетельствуют об отсутствии у сторон по договору действительной воли на передачу в дар и получение дара в виде в жилого дома и земельного участка.

В ходе судебного разбирательства истец поясняла, что внучка (ответчик) из дома её не выгоняла и не угрожала, это делал зять.

При оспаривании сделки по мотиву мнимости, истцу заявляющему такое требование, необходимо доказать не только факт неисполнения, но и наличие у обеих сторон сделки воли на совершение именно мнимой сделки и отсутствие воли на фактическое ее исполнение.

Напротив, из материалов гражданского дела следует и истцом не опровергается, что цель сторон и была направлена на порождение правовых последствий, предусмотренных законом при заключении договора дарения, и осуществление государственной регистрации перехода права собственности.

Установление обстоятельств, которые свидетельствуют о совершении конкретных действий, направленных на создание соответствующих заключенным сделкам правовых последствий, исключает применение ч. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательств, подтверждающих, что воля сторон договора дарения была направлена на создание иных правовых последствий, истцом в материалы дела не представлено.

Частью 5 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В данной ситуации истец ФИО1 давала ответчику ФИО2 основания полагаться на действительность сделки более шести, при этом вопреки требованиям ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каких-либо доказательств того, что при заключении договора действия ФИО1 и ФИО14 (до брака ФИО16) А.В. были направлены на достижение иного юридического результата, чем тот, который должен быть получен при заключении данной сделки, истцом в материалы дела не представлено и в ходе рассмотрения дела не установлено.

Из материалов дела усматривается, что договор дарения имел своей целью переход права собственности на имущество от одного лица к другому, соответствующие правовые последствия для указанных лиц наступили, доказательства, как мнимости, так и притворности договора, не представлены.

На момент заключения договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был 61 год, сведений о том, что на тот момент она страдала какими-либо заболеваниями, которые могли привести к возникновению у неё заблуждения относительно каких-либо обстоятельств, связанных с заключаемым договором, суду не было предоставлено и материалы дела не содержат, ходатайств о проведении судебно-психиатрической экспертизы не заявлено. Согласно информации ГБУЗ РК «Ленинская ЦРБ», имеется однократное обращение ФИО1 к врачу –психиатру ДД.ММ.ГГГГ.

Оценивая доказательства по делу, суд учитывает, что договор дарения дома и земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ был заключен сторонами в письменной форме, соответствует императивным положениям ст. ст. 572, 574 Гражданского кодекса Российской Федерации, предъявляемым к форме и содержанию подобного рода сделок, подписан сторонами, что подтверждает достижение между ними соглашения по всем существенным условиям сделки в предусмотренной законом письменной форме. При этом в оспариваемом договоре дарения отсутствует упоминания о встречной передачи вещи или права, либо встречного обязательства, что могло бы свидетельствовать о том, что между сторонами заключен не договор дарения квартиры.

Факт того, что ответчиком в течение длительного времени не были переоформлены лицевые счета по оплате коммунальных услуг, не свидетельствует о мнимости сделки, юридического значения в данном случае не имеет, при том, что доказательств оплаты коммунальных платежей именно истцом, не представлено.

Суд полагает, что при заключении договора истец понимала и осознавала, что заключает договор дарения квартиры, заключение данного договора и отчуждение квартиры происходило по ее воле осознанно, факт добровольного подписания оспариваемого договора истцом в судебном заседании подтверждался.

В материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что, заключая договор дарения со своей внучкой, истец была обманута либо заблуждалась относительно правовой природы договора, приняв во внимание, что сторонами при заключении договора согласованы все существенные условия договора, определен его предмет, касающийся исключительно взаимоотношений дарения и не содержащий условий, относящихся к ренте, а также поведение сторон до и после совершения сделки, установив волю истца на отчуждение принадлежащего ей недвижимого имущества в порядке дарения, в отсутствие доказательств иных целей сторон при совершении сделки, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемого договора дарения недействительным по заявленным истцом обстоятельствам.

Каких-либо иных обстоятельств, связанных с возможностью квалификации сделки недействительной, в том числе применительно к положениям ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения, в ходе рассмотрения дела не установлено.

Учитывая, что оспариваемый договор дарения соответствует требованиям, установленным законом, при этом обстоятельств, указанных в ст.ст. 170, 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, в ходе судебного разбирательства не установлено, суд находит исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным Договора дарения жилого дома и земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Исковые требования о прекращении права собственности ФИО2 на спорный жилой дом с надворными строениями и сооружениями, а также на земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>, и о применении последствий недействительности сделки путем восстановления права собственности ФИО1 на жилой дом, земельный участок и нежилые строения по указанному адресу также не подлежат удовлетворению, поскольку являются производными от основного требования истца о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ.

В судебном заседании представителем ответчика заявлено о применении срока исковой давности, относительно которого суд приходит к следующему.

Из разъяснений последнего абзаца пункта 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", поскольку исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Судом установлено, что истец является стороной сделки, участвовала в ее подписании лично ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается личной подписью последней на оспариваемом договоре, в связи с чем с даты заключения договора знала о нарушенном праве, исполнение оспариваемой сделки началось ДД.ММ.ГГГГ (дата регистрации сделки), при этом три года, установленные пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, истекли ДД.ММ.ГГГГ (с учетом положений статьи 193 Гражданского кодекса Российской Федерации). Истец обратилась в суд с настоящим иском ДД.ММ.ГГГГ, то есть спустя более семи лет.

Тем самым суд приходит к выводу, что иск подан с пропуском срока исковой давности.

О восстановлении срока истцом не заявлено, доказательств уважительных причин пропуска срока исковой давности не представлено.

В силу п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Исследовав и оценив представленные по делу доказательства в их совокупности с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, установив фактические обстоятельства дела, на основании норм права, подлежащих применению в данном случае, учитывая, что относимых и допустимых доказательств мнимости сделки представлено не было, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым, Администрация Новониколаевского сельского поселения <адрес> Республики Крым, ФИО3, о признании недействительным Договор дарения дома и земельного участка от 23.01.2018 года, заключенный между ФИО1 и ФИО4; прекращении права собственности ФИО16 (ФИО17) ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ года рождения на жилой дом общей площадью 69,7 кв.м., кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>; земельный участок площадью 1700 кв.м., кадастровый №, вид разрешенного использования: для индивидуального жилищного строительства, расположенный по адресу: <адрес>, Новониколаевский с/с, <адрес>; гараж площадью 9,8 кв.м., кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>; сарай площадью 15,8 кв.м., кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>; сарай площадью 8,7 кв.м., кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>; сарай площадью 5,5 кв.м., кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>; сарай площадью 3,8 кв.м., кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>; кладовую площадью 12,4 кв.м., кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>; баню площадью 10,8 кв.м., кадастровый №, расположенную по адресу: <адрес>; применении последствий недействительности сделки путем восстановления права собственности ФИО1 на жилой дом, земельный участок и нежилые строения по адресу: <адрес>, отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Крым в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд Республики Крым.

Решение суда в окончательной форме составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья Н.А.Ермакова