Апелляционное постановление № 22-2226/2025 от 30 ноября 2025 г.

судья Фадеев М.Е.. № 22-2226/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ханты-Мансийск 1 декабря 2025 года

Суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе:

председательствующего судьи Шерстнева П.Е., при секретаре (ФИО)4, с участием прокурора Мельниковой П.С., адвоката Стефаненко Д.С., рассмотрев в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе представителя Министерства финансов РФ ФИО1 на постановление Сургутского районного суда ХМАО-Югры от 22 сентября 2025 года, которым взыскан с Министерства финансов Российской Федерации за счет Казны Российской Федерации в пользу (ФИО)1 имущественный вред, причиненный уголовным преследованием, в размере 302 105 (триста две тысячи сто пять) рублей.

Изложив содержание обжалуемого постановления, существо апелляционной жалобы и возражений на нее, заслушав мнение адвоката Стефаненко Д.С. и прокурора Мельниковой П.С., полагавших судебное решение оставить без изменения,

установил:

22 сентября 2025 года постановлением Сургутского районного суда ХМАО-Югры взыскан с Министерства финансов Российской Федерации за счет Казны Российской Федерации в пользу (ФИО)1 имущественный вред, причиненный уголовным преследованием, в размере 302 105 рублей.

В апелляционной жалобе представитель Министерства финансов РФ ФИО1 просит постановление Сургутского районного суда ХМАО-Югры от 22 сентября 2025 года изменить, снизить размер возмещения имущественного вреда.

Не разделяя выводы суда первой инстанции, указывает, что в представленном в суд Акте приема-передачи выполненных работ от 09.08.2025 г. по соглашению № 01/25/1270 от 10.01.2025 г. в пункте 2 указан вид выполненных работ: Подготовка и отправка в ОД ОМВД России по Сургутскому району ходатайств по уголовному делу № 1/25/01711016, возбужденному 04.01.2025 г. в отношении (ФИО)1 по признакам состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.222 УК РФ в сумме 120 000 рублей. Однако, не указано какие ходатайства 10.01.2025 г. и 09.08.2025 г. были подготовлены и отправлены в ОД ОМВД России по Сургутскому району. Доказательств выполненной адвокатом указанной работы, с подробным указанием реальной стоимости двух ходатайств в суд не представлено. Таким образом, выводы суда не соответствуют изложенным в нем фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции, так как не подтверждены доказательствами, рассмотренными в судебном заседании.

Кроме того, Минфин России считает, что сумма возмещения за оказанные адвокатские услуги явно завышена. В пункте 3 Акта приема-передачи выполненных работ от 09.08.2025 г. по соглашению № 01/25/1270 от 10.01.2025 г. указан вид выполненных работ: Подготовка и отправка в органы прокуратуры и Сургутский районный суд заявлений и жалоб по уголовному делу 1/25/01711016/062502, возбужденному 04.01.2025 г. в отношении (ФИО)1 по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 222 УК РФ. В данном пункте указаны даты 10.01.2025 г. и 09.08.2025 г.. В то же время не указано, конкретно какие заявления и жалобы были отправлены, а сумма вознаграждения за них составила 48 000 руб..

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 21.12.2004 № 454-0, одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, является обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. Следовательно, независимо от способа определения размера вознаграждения (почасовая оплата, заранее определенная твердая сумма гонорара, абонентская плата, процент от цены иска) и условий его выплаты суд при решении вопроса о возмещении понесенных стороной судебных расходов определяет разумный предел суммы, подлежащей взысканию с другой стороны.

Также, Минфин России считает, что расчет инфляции, указанный в постановлении суда от 22.09.2022 г., является неправильным. В феврале 2025 года уровень инфляции составил 100,81 процент. Сумма инфляционных выплат за февраль 2025 при индексе потребительских цен составила 100,81 процент, а сумма инфляционной выплаты составляет в рублях 302 рубля. Однако, сумма выплаты 300 000 руб. была произведена 05.02.2025 г. в соответствии с квитанцией по оплате адвокатских услуг № 27 от 05.02.2025 г.. В феврале 2025 года количество дней составило 28. А с учетом того, что оплата была произведена 05.02.2025 г., инфляция должна была быть посчитана за 24 календарных дня. В итоге сумма инфляции за февраль 2025 г. составила: 302 руб.: 28 дней = 10,78 руб.. Сумма инфляции за 1 день. 10,78 руб. х 24 календарных дня = 258, 72 руб., а не 302 руб., как указал суд в постановлении.

Так, в августе 2025 года при подсчете уровня инфляции на сумму 300 000 руб., он должен составить в сумме 0 рублей, так как уровень инфляции менее 100 процентов. Август 2025 г.- 99,60 х 300 000: 100= 298,80 руб., а уровень инфляции - индекса цен составил 0 руб., а не 299 руб.. Судом указана сумма инфляции выше на 299 руб.. Таким образом, из общей суммы инфляционных выплат, указанных судом в постановлении от 22.09.2025 г. следует вычесть 342,28 руб.. (2105-43,28 руб. - 299) = 1547,28 руб.. Размер инфляционных выплат на сумму адвокатских расходов 300 000 руб. должен составить 1547,28 руб.. Однако, Минфин России считает, что сумма в размере 300 000 руб., выплаченная адвокату, завышена. Указывает, что в случае снижения судом суммы, подлежащей выплате заявителю за адвокатские расходы, должна быть снижена и сумма инфляционных выплат.

В возражениях на апелляционную жалобу адвокат Соколов А.А., действующий в защиту интересов (ФИО)1, просит постановление Сургутского районного суда ХМАО-Югры от 22 сентября 2025 года оставить без изменения.

В части доводов о том, что в акте приёма-передачи выполненных работ не указаны ходатайства, а также жалобы и заявления, поданные защитником в ОД ОМВД России по Сургутскому району, а также органы прокуратуры и Сургутский районный суд 10.01.2025 г. и 09.08.2025 г., указывает, что в указанные даты никакие документы защитником действительно не подавались и не составлялись. Указанные даты это даты заключения соглашения об оказании юридической помощи (10.01.2025 г.) и его окончания - до даты подписания с доверителем актов приёма-передачи выполненных работ и приёма-передачи документов (09.08.2025 г.). Во всех пунктах акта приёма-передачи выполненных работ указан временной период, в течение которого адвокат выполнял свои обязанности «в период времени с 10.01.2025 г. по 09.08.2025 г.». И в этот временной период и были написаны и поданы все ходатайства, жалобы и заявления, с описанием их сути, способа подачи и их стоимости. При этом часть их была бесплатной, согласно условиям соглашения (при подаче ходатайств, жалоб и заявлений информативного характера).

Полагает, что в связи с изложенным, указанные доводы являются несостоятельными. Ссылка представителя Минфина РФ на Определение Конституционного Суда РФ неуместна, поскольку все изложенное там имеет отношение к «судебным издержкам», а не к «возмещению имущественного вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием».

Также считает, что расчет суммы, подлежащей взысканию с учетом инфляции, произведён судом с использованием программного обеспечения интернет-сайта «Консультант Плюс». При несогласии государственных органов, несущих ответственность за возмещение причинённого вреда, с основанием и размером его возмещения, обязанность по доказыванию своих возражений, приведение расчетов, доказыванию иных сумм, подлежащих выплате адвокату по соглашению, лежит на них. При этом в судебное заседание контррасчет требований имущественного вреда заинтересованными лицами не предоставлен.

Кроме того, согласно ст. 421 ГК РФ, участники гражданского оборота свободны в заключении договора и определении его условий, поскольку иное прямо не предусмотрено императивными требованиями закона.

Суд апелляционной инстанции, проверив производство по материалу в полном объёме, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, находит постановление Сургутского районного суда ХМАО-Югры от 22 сентября 2025 года – подлежащим изменению в части.

В соответствии с ч.4 ст.7 УПК РФ постановления суда должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Такими признаются судебные акты, которые соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона РФ и основанные на правильном применении уголовного закона.

При принятии обжалуемого решения судом первой инстанции верно и обоснованно принято во внимание то, что:

04.01.2025 г. дознавателем ОД ОМВД России по Сургутскому району в отношении (ФИО)1 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 222 УК РФ.

Между (ФИО)1 и защитником - адвокатом Соколовым А.А. было заключено соглашение на оказание юридической помощи от 10.01.2025 г., по которому последний осуществлял защиту (ФИО)1 на стадии предварительного расследования (дознания), после чего, между сторонами был подписан акт приема-передачи выполненных работ от 09.08.2025 г., согласного которого стоимость участия защитника на стадии дознания составила 330 000 руб., при этом сумма в размере 300 000 руб. была внесена (ФИО)1 в кассу адвокатского образования по квитанции от 05.02.2025 г., что также подтверждается приходно-кассовым ордером от 05.02.2025 г. и сведениями адвокатского образования от 11.08.2025 г., о зачислении денежных средств и уплате с них налогов.

05.08.2025 г. дознавателем ОД ОМВД России по Сургутскому району в отношении (ФИО)1 принято решение о прекращении уголовного преследования по возбужденному 04.01.2025 г. уголовному делу по ч. 1 ст.222 УК РФ, по основаниям, предусмотренным п.2 ч.1 ст. 24, п.2 ч.1 ст. 27 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

11.08.2025 г. в Сургутский районный суд ХМАО - Югры поступило заявление (ФИО)1 о возмещении имущественного вреда реабилитированному, в котором последний просит взыскать с Министерства финансов РФ за счет казны Российской Федерации в его пользу в счет компенсации имущественного вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, денежные средства в размере 300 000 руб., оплаченных за услуги адвоката (ФИО)8 в ходе производства по уголовному делу.

Согласно ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

Согласно п.3 ч.2 ст.133 УПК РФ, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.

В соответствие со статьей 135 УПК РФ, возмещение лицу имущественного вреда при реабилитации включает в себя возмещение: заработной платы, пенсии, пособий, других средств, которых лицо лишилось в результате уголовного преследования; возврат имущества или возмещение ущерба, причиненного конфискацией или обращением имущества в доход государства на основании приговора или решения суда; возмещение штрафов и процессуальных издержек, взысканных с него во исполнение приговора суда; возмещение сумм, выплаченных им за оказание юридической помощи защитникам, и иных расходов, понесенных реабилитированным вследствие незаконного или необоснованного уголовного преследования, подтвержденных документально либо иными доказательствами.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 N 17 (ред. от 28.06.2022) «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», исходя из положений части 1 статьи 133 УПК РФ и части 4 статьи 135 УПК РФ о возмещении вреда реабилитированному в полном объеме и с учетом уровня инфляции размер выплат, подлежащих возмещению реабилитированному, определяется судом с учетом индекса роста потребительских цен по месту работы или жительства реабилитированного на момент начала уголовного преследования, рассчитанного государственными органами статистики Российской Федерации в субъекте Российской Федерации на момент принятия решения о возмещении вреда.

Из представленных материалов следует, что в ходе предварительного следствия защиту (ФИО)1 осуществлял адвокат Соколов А.А., на основании заключенного соглашения № 01/25/1270 от 10.01.2025 г., в соответствии с п.4.1.1. существенным условием которого являлось выплата вознаграждения адвокату в размере 300 000 руб., и не превышающего названную сумму.

Представленные документы подтвердили факт оказания (ФИО)1 адвокатом Соколовым А.А. юридической помощи по данному уголовному делу в период времени, определенный данным уголовным преследованием, равно как и факт оплаты, им услуг данного адвоката согласно квитанции от 05.02.2025 г. в указанном выше размере.

Суд апелляционной инстанции не разделяет довод апелляционной жалобы о том, что не представлено доказательств выполненных работ, поскольку размер вознаграждения адвоката за оказание юридической помощи (ФИО)1 в сумме 300 000 руб., подтвержден соглашением №01/25/1270 от 10 января 2025 года; актом приема-передачи выполненных работ от 9 августа 2025 года; актом приема-передачи документов по соглашению об оказании юридической помощи от 9 августа 2025 года; квитанцией к приходному кассовому ордеру № 27 от 5 февраля 2025 года; приходно-кассовым ордером; справкой (номер) Коллегии адвокатов «Дефенден Юстицио» о том, что между (ФИО)1 и адвокатом Соколовым А.А. заключено соглашение.

Довод апелляционной жалобы о том, что имущественный вред в размере 300 000 руб. является завышенным, является несостоятельным, поскольку указанная сумма отвечает требованиям разумности с точки зрения объема проделанной работы и ее длительности.

Оценку необходимости и достаточности возмещения расходов на оплату юридической помощи, полученной реабилитированным, определяют прежде всего конституционные гарантии защиты прав и свобод человека и гражданина от вреда, причиняемого государством, а также обстоятельства уголовного дела (пункт 3.3 описательно-мотивировочной части Постановления Конституционного Суда РФ от 23.09.2021 N 41-П).

Относительно содержания правовых позиций, выраженных в этом постановлении применительно к п. 4 ч. 1 ст. 135 УПК РФ, Конституционный Суд Российской Федерации отметил, в частности, что высокая стоимость помощи, полученной от адвоката не может как таковая быть поводом к сокращению объема прав реабилитированного на возмещение причиненного ему вреда, конституционно-гарантированное каждому потерпевшему от незаконного привлечения к уголовной ответственности. Незаконное или необоснованное уголовное преследование само по себе может мешать потерпевшему быть осмотрительным и умеренным в расходах на оплату юридической помощи, а потому значительные затраты на услуги адвоката при защите конституционных прав и ценностей от такого преследования нельзя считать беспочвенными.

Несправедливо также снижение суммы возмещаемых затрат до размеров, которые представляются достаточными представителям причинителя вреда, особенно после реабилитации лица, пострадавшего от неправомерного уголовного преследования.

Суд первой инстанции обоснованно учел сведения об объеме оказанной адвокатом помощи, а также размере фактически понесенных расходов в размере 300 000 руб., которые непосредственно связанны с осуществлением защиты, а также то, что добросовестность реабилитированного лица сторонами не опровергнута.

Исследованные судом материалы свидетельствуют о том, что адвокат Соколов А.А. был допущен к участию в уголовном деле в качестве защитника (ФИО)1 и принимал участие в качестве такового в ходе дознания, производстве процессуальных действий, проводимых с участием подозреваемого, указанных в акте приема выполненных работ.

Довод апелляционной жалобы о том, что в акте приёма-передачи выполненных работ не указаны ходатайства, а также жалобы и заявления, поданные защитником в ОД ОМВД России по Сургутскому району, а также органы прокуратуры и Сургутский районный суд 10.01.2025 г. и 09.08.2025 г., нельзя признать обоснованным, поскольку при производстве расчета, судом учтены не количество и размер конкретных действий, а период с момента заключения соглашения об оказании юридической помощи и его окончания, в который адвокат выполнял свои обязанности, а также размер фактически понесенных (ФИО)1 расходов.

С учетом изложенного, суд обоснованно пришел к выводу в том, что в пользу (ФИО)1 подлежат возмещению расходы, потраченные на услуги защитника Соколова А.А., с учетом индекса роста потребительских цен за 2025 год, рассчитанных судом первой инстанции с применением общедоступных источников, в том числе размещенных в открытом доступе в программе «Консультант Плюс».

Довод апелляционной жалобы о снижении размера инфляционной выплаты, производстве его расчета за 24 календарных дня (с 5 февраля 2025 года, то есть с даты фактической уплаты денежных средств, по 28 февраля 2025 года), суд апелляционной инстанции не разделяет, поскольку нормами закона (ч.4 ст. 135 УПК РФ,) ни данными разъяснениями по вопросу ее применения не содержат предписаний о производстве расчета в днях.

Следует отметить, что в соответствии с п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года N 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» размер выплат, подлежащих возмещению реабилитированному, определяется судом с учетом индекса роста потребительских цен по месту работы или жительства реабилитированного на момент начала уголовного преследования.

При этом уголовное преследование (ФИО)1 начато в январе 2025 года.

Таким образом, определение судом начала срока производства расчета не противоречит требованиям закона.

Реабилитированный (ФИО)1 на момент начала уголовного преследования проживал и работал в Сургутском районе ХМАО-Югры, в связи с чем судом правильно применены индексы роста потребительских цен в соответствующем регионе.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции разделяет довод апелляционной жалобы в том, что в августе 2025 года уровень инфляции составил менее 100 процентов (99,60%), в связи с чем индекс роста цен за указанный месяц составил отрицательное значение, учету не подлежал и указанная в постановлении сумма 299 руб. подлежит вычету из произведенного судом первой инстанции расчета.

С учетом изложенного, постановление Сургутского районного суда ХМАО-Югры от 22 сентября 2025 года подлежит изменению, а размер взыскания имущественного вреда снижению до 301 806 руб..

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.19, 389.20, 389.28, 389.33 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Сургутского районного суда ХМАО-Югры от 22 сентября 2025 года о взыскании с Министерства финансов Российской Федерации за счет Казны Российской Федерации в пользу (ФИО)1 имущественный вред, причиненный уголовным преследованием, в размере 302 105 (триста две тысячи сто пять) рублей – изменить.

Снизить размер взыскания имущественного вреда до 301 806 (трёхсот одной тысячи восьмисот шести) рублей

В остальной части постановление Сургутского районного суда ХМАО-Югры от 22 сентября 2025 года - оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя Министерства финансов РФ ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Челябинск) в кассационном порядке путём подачи кассационной жалобы, представления в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции, с соблюдением требований статьи 401.4 УПК РФ. В случае передачи кассационной жалобы, представления с уголовным делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья суда Ханты-Мансийского

автономного округа – Югры Шерстнев П.Е.