Апелляционное определение № 33-11205/2024 33-195/2026 33-379/2025 от 8 февраля 2026 г.

Судья первой инстанции: ФИО5 91RS0№-90

№
№


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

ДД.ММ.ГГГГ года г. Симферополь

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым в составе:

председательствующего, судьи: Хмарук Н.С.,

судей: Лозового С.В., Балема Т.Г.

при секретаре: Азаровой В.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Хмарук Н.С. гражданское дело по исковому заявлению ФИО3, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО1, ФИО2, ФИО4 к обществу с ограниченной ответственностью «А2МЕД Симферополь» о взыскании компенсации морального вреда, штрафа,

по апелляционной жалобе Общества с ограниченной ответственностью «А2МЕД Симферополь»

на решение Центрального районного суда г. Симферополя Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ,

у с т а н о в и л а:

Истцы обратились в суд с иском к ООО «А2МЕД Симферополь» о взыскании компенсации морального вреда, штрафа.

Исковые требования мотивированы тем, что истцы являются родственниками ФИО8, умершей ДД.ММ.ГГГГ.

23.03.2022 между ФИО8 и ООО «А2МЕД Симферополь» заключен договор оказания платных медицинских услуг, стоимостью 220 250 руб.

В этот же день, ДД.ММ.ГГГГ, ФИО8 в ООО «А2МЕД Сим-ферополь» проведено оперативное вмешательство. ДД.ММ.ГГГГ она скончалась в результате развившейся на фоне данного вмешательства легочной эмболии.

Истцы полагают, что смерть ФИО8 наступила в результате некачественно оказанных ответчиком медицинских услуг.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, просили суд взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 10 000 000 руб., штраф за неудовлетворение требований потребителей в размере 50% от присужденной суммы.

Решением Центрального районного суда г. Симферополя Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования удовлетворены частично.

В пользу ФИО3, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО2, ФИО1 с ООО «А2МЕД Симферополь» взыскана компенсация морального вреда в размере 1 000 000 руб., штраф в размере 500 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб.

С ООО «А2МЕД Симферополь» в пользу ФИО4 взыскана компенсация морального вреда в размере 350 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб.

В удовлетворении остальной части иска, отказано.

Не согласившись с решением суда, ответчик ООО «А2МЕД Симферополь» подал апелляционную жалобу, в которой просит судебное решение отменить и принять новое об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела.

В обоснование апелляционной жалобы ответчик ООО «А2МЕД Симферополь» указывал на отсутствие в материалах дела доказательств наличия причинно-следственной связи между качеством оказанной ФИО3 медицинской помощи в указанном медицинском учреждении и ее смертью, а выявленные недостатки оказания медицинской помощи связаны исключительно с ведением документации и не повлияли на исход заболевания.

Указывает на то, что аналитическая справка от ДД.ММ.ГГГГ Территориального органа Росздравнадзора, по Республике Крым и городу федерального значения Севастополю, на основании которой суд пришел к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения исковых требований, по мнению апеллянта, является недопустимым доказательством, так как составивший справку главный специалист - эксперт не был предупрежден об уголовной ответственности, в материалах уголовного дела нет сведений об образовании и квалификации главного специалиста и его привлечении для дачи заключения.

Также ответчик полагал, что судом первой инстанции нарушены нормы процессуального права в части не привлечения к участию в деле в качестве третьих лиц территориального орган Росздравнадзора по Республике Крым и городу федерального значения Севастополю, Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Крым «Бахчисарайская центральная районная больница», общества с ограниченной ответственностью «КСЕНИЯ» (Клиника доктора ФИО6), где ФИО8 проходила дооперационное обследование.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ указанное решение оставлено без изменения.

Кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции с указанием на то, что с учетом специфики спора и отсутствия у суда специальных познаний в медицинской сфере деятельности необходимо было поставить на обсуждение вопрос, о назначении по делу судебной экспертизы в соответствии со статьей 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу части 4 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации указания вышестоящего суда о толковании закона являются обязательными для суда, вновь рассматривающего дело.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу назначена комплексная судебная медицинская экспертиза.

Заслушав доклад судьи ФИО12, проверив в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, выслушав объяснения явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, признав возможным рассмотрение дела при имеющейся явке, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между ООО «А2Мед Симферополь» (исполнитель) и ФИО8 (заказчик) заключен договор оказания платных медицинских услуг № в стационарных условиях, согласно которому исполнитель принял на себя обязательство предоставить заказчику медицинские услуги, соответствующие требованиям, предъявляемым к методам диагностики, профилактики, лечения, реабилитации на территории Российской Федерации; обеспечить соответствие качества медицинской услуги действующим стандартам, утвержденным в установленном порядке, а также нормативным правовым актам, действующим в системе здравоохранения.

Оплата по договору произведена ДД.ММ.ГГГГ в сумме 220 250 рублей.

После оперативного вмешательства, проведенного ДД.ММ.ГГГГ врачами-хирургами ООО «А2Мед Симферополь» ФИО10 и ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ наступила смерть ФИО8

Из медицинского свидетельства о смерти от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО8 умерла ДД.ММ.ГГГГ в 16:30 по причине легочной эмболии, тромбофлебита глубоких вен нижних конечностей.

ФИО8 приходится супругой ФИО3, матерью несовершен-нолетних ФИО1, С.В., а также родной сестрой ФИО4

Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ следственным отделом по <адрес> ГСУ СК РФ по <адрес> и <адрес> возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного пунктом «в» части 2 статьи 238 Уголовного кодекса Российской Федерации по факту оказания услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, оказанных ООО «А2Мед Симферополь» ФИО8, повлекших наступление смерти последней.

Постановлением старшего следователя следственного отдела по <адрес> ГСУ СК РФ по <адрес> и <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 признан потерпевшим по уголовному делу.

Из акта судебно-медицинского исследования трупа от ДД.ММ.ГГГГ №, составленного судебным экспертом ГБУЗ РК «Крымское республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы», следует, что причиной смерти ФИО8 явились острая дыхательная и легочно-сердечная недостаточность в результате тромбоэмболии ветвей легочной артерии мелкого и среднего калибра, развившейся вследствие флеботромбоза глубоких вен нижних конечностей и тромбоза паралитически расширенных вен подслизистого слоя тонкого кишечника, осложнивших оперативные вмешательства от ДД.ММ.ГГГГ в виде грыжесечения, аллогерниопластики, абдоминопластики с Т-компонентом, иссечения послеоперационного рубца, произведенные по поводу послеоперационной вентральной грыжи, абдоминоптоза и диастаза прямых мышц живота, на фоне имевшегося варикозного расширения вен нижних конечностей.

Из экспертного заключения от ДД.ММ.ГГГГ №, составленного в рамках расследования уголовного дела экспертами ГБУЗ РК «Крымское республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы», усматривается, что на момент проведения первичного врачебного осмотра при госпитализации в стационар у ФИО8 отсутствовали признаки флеботромбоза, то есть не имелось противопоказаний к оперативному вмешательству. Пред-операционное обследование проведено в полном объеме в соответствии с требованиями пункта 11, 12 Приложения № к Порядку оказания медицинской помощи по профилю «пластическая хирургия», утвержденному приказом Минздрава №н от ДД.ММ.ГГГГ; на этапе предоперационного обследования выполнен клинический анализ крови, общий биохимический профиль; коагулограмма, исследование крови на групповую принадлежность, исследование крови на наличие возбудителя сифилиса, ВИЧ-инфекцию, антитела к гепатиту В и С; общий анализ мочи; электрокардиограмма, проведен предоперационный осмотр анестезиолога-реаниматолога. Ввиду наличия у пациентки отягощенного анамнеза в виде варикозного расширения вен нижних конечностей с хронической венозной недостаточностью первой степени, проведена консультация сосудистого хирурга и получено письменное заключение об отсутствии противопоказаний к проведению операции.

В заключении также указано, что при резком ухудшении клинического состояния здоровья пациентки ДД.ММ.ГГГГ в 15:57 с развитием явлений дыхательной недостаточности неотложная терапия проведена верно. Через 3 минуты после начала неотложной терапии в 16:00 зафиксирована остановка сердечной деятельности и начаты реанимационные мероприятия, проведенные в полном объеме в соответствии с требованиями Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «анестезиология и реаниматология», утвержденного Приказом Минздрава РФ №н от ДД.ММ.ГГГГ. Ввиду молниеносного развития тромбоэмболии в течение нескольких минут от момента ухудшения состояния здоровья пациентки (клинических проявлений эмболии) до момента остановки сердечной деятельности, у врачей, оказывающих неотложную медицинскую помощь, отсутствовала объективная возможность в полном объеме выполнить все исследования и применить лекарственные препараты, указанные в стандарте.

Экспертами выявлен недостаток в оформлении медицинской документации, так как в нарушение Приказа Минздрава Российской Федерации №н от ДД.ММ.ГГГГ при первичном осмотре врача ДД.ММ.ГГГГ (такая дата отражена в заключении) в клинический диагноз не внесено сопутствующее заболевание: варикозное расширение вен нижних конечностей с хронической венозной недостаточностью первой степени. Эксперты пришли к выводу о том, что выявленные недостатки оформления медицинской документации не оказали влияния на течение заболевания, явившегося причиной смерти пациентки, и не состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти ФИО8

Из повторного заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы ГБУЗ <адрес> «Севастопольское городское бюро судебно-медицинской экспертизы» от ДД.ММ.ГГГГ №-к/повт, проведенной на основании постановления старшего следователя следственного отдела по <адрес> ГСУ СК РФ по <адрес> и <адрес>, следует, что смерть ФИО8 наступила от острой массивной тромбоэмболии ветвей легочной артерии мелкого и среднего калибра, осложненной развитием острой легочно-сердечной и дыхательной недостаточности.

Экспертами установлено, что на госпитальном этапе лабораторно-инструментальные исследования произведены своевременно, назначено адекватное лечение, проведение которого являлось правильным и не было противопоказано, однако комиссия выделила недостатки при оказании специализированной медицинской помощи ФИО8 сотрудниками «А2Мед Симферополь», которые не повлияли на исход заболевания и связаны с ведением документации.

Так, в листе врачебных назначений имеются отметки о назначении и приеме лекарственных средств ДД.ММ.ГГГГ после смерти пациентки; при первичном осмотре врача ДД.ММ.ГГГГ в клинический диагноз не внесено сопутствующее заболевание: варикозное расширение вен нижних конечностей с хронической венозной недостаточностью первой степени.

В заключении указано, что согласно данных медицинских документов клинические признаки тромбофлебита и наличие тромботических масс в просветах глубоких вен голеней по результатам дополнительных методов исследования (ДД.ММ.ГГГГ ультразвуковое исследование флебо-сканирование вен нижних конечностей) отсутствовали на этапе предоперационного обследования, противопоказаний к оперативному лечению не было. Экспертами не установлено наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) врачей, оказывающих специализированную медицинскую помощь ФИО8, и наступлением неблагоприятного исхода (смерти).

Согласно справке от ДД.ММ.ГГГГ о результатах изучения медицинской документации, составленной сотрудником Территориального органа Росздравнадзора по <адрес> и городу федерального значения Севастополю, привлеченного в качестве специалиста на основании запроса следственного отдела по <адрес> ГСУ СК РФ по <адрес> и <адрес>, в нарушение подпункта «д» пункта 2.2 приложения II критериев качества оказания медицинской помощи в стационарных условиях, утвержденных приказом Минздрава Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», пациентке ФИО8 не был сформирован план лечения при первичном осмотре с учетом предварительного диагноза, клинических проявлений заболевания, тяжести заболевания или состояния пациента, лабораторных и инструментальных методов исследования.

В условиях стационарного лечения больной не был поставлен диагноз «тромбофлебит глубоких вен нижних конечностей» (код по МКБ-10:180.2), что привело к несоблюдению критериев качества специализированной медицинской помощи взрослым при тромбофлебите, а именно: не выполнено цветовое дуплексное сканирование вен и/или флебография; не выполнено определение активированного частичного тромбопластинового времени в крови (АЧТВ) не реже 1 раза в 24 часа. Одним из критериев качества оказания медицинской помощи больным с тромбофлебитом является отсутствие развития легочной эмболии в период госпитализации. При этом, в нарушение данного критерия у ФИО8 произошло развитие легочной эмболии.

Также отмечено, что алгоритм оказания медицинской помощи пациентам с легочной эмболией утвержден Приказом Минздрава Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при тромбоэмболии легочных артерий», в соответствии с которым у пациентки не был заподозрен и не выставлен диагноз легочной эмболии, в связи с чем, не были проведены все медицинские мероприятия для диагностики заболевания, состояния с усредненным показателем частоты предоставления «1» (где «1» означает, что данные мероприятия должны быть проведены 100% пациентов с данной патологией), а именно: коагулограмма (ориентировочное исследование системы гемостаза); общий (клинический) анализ крови развернутый; анализ крови биохимический общетерапевтический; анализ мочи общий; дуплексное сканирование сосудов (артерий и вен) нижних конечностей; рентгенография легких; определение парциального давления кислорода в мягких тканях (оксиметрия). Кроме того, не введены препараты с усредненным показателем частоты предоставления «1» (где «1» означает, что данные лекарственные препараты должны быть применены 100% пациентов с данной патологией), а именно: антагонисты витамина К (варфарин); ферментные препараты (стрептокиназа, урокиназа); растворы электролитов; - гликозиды наперстянки (дигоксин).

В справке также указано, что в общих анализах крови от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ у пациентки наблюдается повышение числа тромбоцитов (тромбоцитоз) 517-531*10 в девятой степени /л (норма 180-320* 10 в девятой степени/л), при этом ни один из специалистов не отмечает этого.

В листе врачебных назначений указано на назначение лекарственных средств ДД.ММ.ГГГГ, то есть после смерти пациентки, что свидетельствует о формальном подходе медицинских работников к выполнению обязанностей.

Постановлением старшего следователя следственного отдела по <адрес> ГСУ СК РФ по <адрес> и <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело, возбужденное по факту смерти ФИО8, прекращено по пункту 1 части 1 статьи 24 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного пунктом «в» части 2 статьи 238 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Как указано в постановлении, в ходе проведенного всестороннего и полного расследования по уголовному делу не получено достоверных данных о том, что сотрудники медицинского центра «А2Мед Симферополь» вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей причинили по неосторожности смерть ФИО8

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 направил в адрес ответчика «А2Мед Симферополь» претензию, в которой просил вернуть неиспользованные денежные средства, уплаченные по договору от ДД.ММ.ГГГГ и выплатить компенсацию морального вреда в связи с некачественным оказанием медицинской услуги его супруге ФИО8 Медицинская организация выплату каких-либо сумм истцу не произвела, ответ на претензию не направила.

Разрешая спор, суд первой инстанции исходил из того, что между действиями медицинских работников «А2Мед Симферополь» и наступившими последствиями в виде смерти ФИО8 отсутствует причинно-следственная связь, поскольку у умершей имелись сопутствующие заболевания, которые и повлекли неблагоприятный исход (смерть).

Между тем, установив, что работниками «А2Мед Симферополь» комплекс мероприятий по предоставлению медицинской услуги ФИО8 осуществлен не в полном объеме, что причинило истцам, как родственникам умершей ФИО8, нравственные страдания, пришел к выводу о наличии предусмотренных законом оснований для взыскания в пользу истцов с ответчика компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу каждого из истцов, районный суд счел возможным удовлетворить заявленные требования частично, взыскав в пользу ФИО3 и двоих несовершеннолетних детей - ФИО1 и ФИО2 с «А2Мед Симферополь» 1 000 000 руб.; в пользу ФИО4 - в размере 350 000 руб.

Судебная коллегия находит, что указанные выводы суда, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства. В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В силу статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных положений Конституции Российской Федерации и правовых норм, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Основания, порядок, объем и характер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также круг лиц, имеющих право на такое возмещение, определены главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1064 - 1101).

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Из изложенного следует, что в случае причинения работниками медицинской организации вреда жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи медицинская организация обязана возместить причиненный вред лицу, имеющему право на такое возмещение.

Необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности медицинской организации за причиненный при оказании медицинской помощи вред являются: причинение вреда пациенту; противоправность поведения причинителя вреда (нарушение требований законодательства (порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов) действиями (бездействием) медицинской организации (его работников); наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда; вина причинителя вреда - медицинской организации или его работников.

Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и причиненным вредом, в том числе моральным, означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде причиненного потерпевшему вреда. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить вред только прямую причинную связь. Характер причинной связи может влиять на размер подлежащего возмещению вреда.

Из содержания искового заявления ФИО3, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей, ФИО4 усматривается, что основанием для обращения в суд с требованиями о компенсации морального вреда послужило ненадлежащее, по мнению истцов, оказание медицинской помощи их супруге, матери, сестре медицинскими работниками ООО «А2МЕД Симферополь», приведшее к осложнениям, связанным с имеющимися у нее заболеваниями, и ее смерти.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием ответчик по настоящему делу - ООО «А2МЕД Симферополь» - должен доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда ФИО3, Э.В., С.В., ФИО4 в связи со смертью ФИО8, медицинская помощь которой, по утверждению истцов, оказана ненадлежащим образом.

В данном случае суд признал за истцами право на компенсацию морального вреда и возложил на ООО «А2МЕД Симферополь» обязанность по возмещению морального вреда, сославшись на заключения судебно-медицинских экспертиз от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ №-к/повт, выполненных в рамках расследования уголовного дела, сделав вывод о том, что основанием для возмещения морального вреда, может являться как прямая, так и косвенная причинная связь между выявленными дефектами оказания медицинской помощи ФИО8 в ООО «А2МЕД Симферополь» и ее смертью.

Удовлетворяя требования о взыскании компенсации морального вреда, суд положил в основу принятого решения выводы, содержащиеся в справке о результатах изучения медицинской документации от ДД.ММ.ГГГГ, составленной сотрудником Территориального органа Росздравнадзора по <адрес> и городу федерального значения Севастополю.

Недостатки при оказании специализированной медицинской помощи ФИО8 сотрудниками «А2Мед Симферополь», отраженные экспертами в данных заключениях, связаны с ведением документации, в то время, как в названной справке указано на допущенные нарушения именно при оказании медицинской помощи (не проведены все мероприятия для диагностики заболевания, не введены соответствующие препараты, формальный подход при назначении медицинских препаратов).

С учетом специфики спора, для установления юридически значимых обстоятельств по делу, а именно установления причинно-следственной связи между смертью ФИО8 и действиями сотрудников ООО «А2МЕД Симферополь», судебная коллегия по ходатайству ООО «А2МЕД Симферополь» назначила комиссионную судебную медицинскую экспертизу.

В распоряжение экспертов предоставлены материалы гражданского дела, а также материалы уголовного дела, в том числе копии медицинских документов на имя ФИО8

Согласно выводам экспертного заключения №/вр-П-ПК, выполненного отделением первичных комиссионных и комплексных экспертиз Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы», смерть гр. ФИО8 наступила от осложнения хирургического лечения (абдоминопластики и герниопластики) - острой массивной тромбоэмболии ветвей легочной артерии мелкого и среднего калибра с развитием острой легочно-сердечной и дыхательной недостаточности в результате острого тромбоза в системе нижней полой вены (глубоких и поверхностных вен нижних конечностей) на фоне варикозного расширения вен нижних конечностей с хронической венозной недостаточностью, избыточной массы тела.

При оказании медицинской помощи ФИО8 в ООО «А2МЕД Симферополь» были допущены следующие недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи:

- пациентке не разъяснена необходимость подготовки к абдомино-пластике в виде ношения бандажа для уменьшения внутрибрюшного давления;

- не проведена оценка тромбоцитоза, в анализе крови от ДД.ММ.ГГГГ тромбоциты - 531x109/л;

- не выполнена оценка ИМТ, который составляет 28,2, что соответствует избыточной массе и является риском тромбоза;

- не выполнено определение степени риска тромбоэмболических осложнений в предоперационном периоде (степень риска высокая согласно ГОСТ);

- не проводилась медикаментозная профилактика тромбоэмболических осложнений (необходимо применять препараты из группы антикоагулянтов) до операции;

- не проводилась достаточная медикаментозная профилактика в послеоперационном периоде;

- не проводилась активизация пациентки в ближайшие часы послеоперационного периода, что противоречит ГОСТ и представлениям о реабилитации в хирургии;

- при развитии тромбоэмболии легочной артерии не выполнена тромболитическая терапия, которая была абсолютно показана;

- при проведении сердечно-легочной реанимации не соблюдена дозировка адреналина.

Допущенные недостатки не позволили снизить риск развития смертельного осложнения - тромбоэмболии легочной артерии и купировать его, однако даже при соблюдении всех мер профилактики и лечения тромбоэмболические осложнения после абдоминопластики, в том числе со смертельным исходом достигают 10%, поэтому между допущенными недостатками и осложнением с неблагоприятным исходом (смертью) устанавливается непрямая причинно-следственная связь (косвенного характера).

Причинно-следственная связь между действиями сотрудников медицинских организаций и неблагоприятным исходом (смертью) не определяется (выходит за пределы компетенции экспертной комиссии). Причинно-следственная связь между допущенными недостатками (дефектами) и осложнениями (неблагоприятным исходом) подробно изложена в ответах на вопросы №,3,5).

Также, на вопрос достаточно ли было реабилитационного времени с момента ДТП, а также соответствующего хирургического вмешательства последствий ДТП ДД.ММ.ГГГГ для назначения и проведения соответствующей операции в ООО «А2МЕД Симферополь» ДД.ММ.ГГГГ, указывают о том, что согласно клиническим рекомендациям «Послеоперационная вентральная грыжа» 2024 г., относительным противопоказанием для плановой операции по устранению грыжи является срок от предыдущей операции менее 6 месяцев.

Данное заключение соответствует требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем, судебная коллегия полагает возможным признать его в качестве допустимого доказательства, поскольку оно выполнено экспертами, имеющими специальные познания в своей области, и квалификацию. Оснований, дающих возможность усомниться в его правильности, а также в беспристрастности и объективности экспертов, сторонами не представлено.

Оценивая указанное заключение экспертов как доказательство по делу в соответствии с предписаниями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Эксперты пришли к выводу, что усматривается непрямая (косвенная) причинно-следственная связь.

Нормы гражданского права, регулирующие спорные правоотношения, не предусматривают как основание для возмещения ущерба только прямую причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими последствиями, для определения деликтных обязательств требуется лишь ее наличие как таковой.

Поэтому причинно-следственная связь как условие деликтной ответственности в данном деле должна была быть установлена не только при совершении противоправных действий, но и при неправомерном бездействии из-за несовершения ответчиком действий по оказанию качественной медицинской помощи.

Непрямая (косвенная) причинно-следственная связь имеет место в том случае, когда какой-то фактор не является причиной развития определенного состояния, но наряду с другими факторами, не являющимися его (состояния) причиной, но способствующими его возникновению, обуславливает реализацию этого состояния в отдельно взятом случае.

Таким образом, учитывая, что все же непрямая (косвенная) причинно-следственная связь между действиями ответчика по оказанию медицинской помощи и наступлением смерти пациента экспертами все же установлена, требования истцов о компенсации морального вреда, причиненного вследствие оказания некачественной медицинской помощи, подлежат удовлетворению.

Доводы ответчика о несогласии с заключением судебной экспертизы, проведенной в рамках настоящего дела, судебная коллегия отклоняет, оценивая заключение судебно-медицинской экспертизы, судебная коллегия приходит к выводу об относимости и допустимости данного доказательства, поскольку экспертное заключение отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, соответствует требованиям Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», оснований для назначения повторной или дополнительной экспертизы не усматривается.

Учитывая, что ООО «А2МЕД Симферополь» не представлены доказательства отсутствия вины в причинении морального вреда истцам в связи со смертью их близкого родственника – жены, матери, а также родной сестры, медицинская помощь которой была оказана ненадлежащим образом, несвоевременно и не в полном объеме, судебная коллегия приходит к выводу об обоснованности вывода суда первой инстанции о наличии вины ответчика при оказании медицинской помощи/услуги ФИО8

При этом довод апеллянта об отсутствии прямой причинно-следственной связи между ненадлежащим оказанием медицинских услуг и наступлением смерти ФИО8 не является основанием для освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности, поскольку в данном случае имеет место непрямая причинно-следственная связь (косвенного характера) между действиями врачей и наступившей смертью ФИО8, что было установлено судебными экспертами в заключении №/вр-П-ПК.

Проверяя доводы апелляционной жалобы в части размера взысканной в пользу истца денежной компенсации морального вреда, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

<данные изъяты>.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда.

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (часть 2 статьи 1064 Гражданского кодекса).

<данные изъяты>

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» в пункте 25 разъяснил, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26названного постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации).

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 30 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем, исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Согласно позиции, изложенной в пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33, разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода. На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Поскольку, умершая ФИО8 приходилась супругой ФИО3, матерью ФИО1 и ФИО2, а также родной сестрой ФИО4, в связи с чем, страдания истцов носят неоспоримый характер ввиду невосполнимой утраты близкого им человека, поэтому сама гибель близкого родственника является для истцов необратимым обстоятельством, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на родственные и семейные связи, что свидетельствует о причинении истцам нравственных страданий, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно усмотрел основания для взыскания с ООО «А2МЕД Симферополь» компенсации морального вреда в пользу ФИО3, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО1, ФИО2 в размере 1 000 000 рублей, (то есть по 333 333,333 в пользу каждого из членов семьи), в пользу ФИО4 350000 рублей.

При определении компенсации морального вреда в пользу ФИО3, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО1, ФИО2, судебная коллегия также учитывает, что факт смерти близкого родственника (супруги, матери), несомненно причиняет им нравственные страдания в виде глубоких переживаний, полученного стресса, чувства потери и горя, как супругу, так и несовершеннолетним детям умершей ФИО8

Оставляя без изменения решение суда первой инстанции в части размера компенсации морального вреда, взысканного с ответчика в пользу истцов, судебная коллегия также учитывает, что судебный акт истцами не оспаривается.

Судебная коллегия, исходя из положений ст. 13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» приходит к выводу о том, что суд первой инстанции необоснованно взыскал в пользу ФИО3, действующего в интересах себя и в интересах несовершеннолетних детей, с ответчика штраф в размере пятьдесяти процентов от суммы, присужденной судом -500 000 рублей.

Так, в соответствии с частью 6 статьи 13 Закона «О защите прав потребителей» право на взыскание штрафа в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом, за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, имеет сам потребитель. В данном случае потребителем медицинской услуги ФИО3 и его несовершеннолетние дети не являются, в связи с чем, положения Закона «О защите прав потребителей» не применимы к спорным правоотношениям, в связи с чем, решение в данной части подлежит отмене, с принятием нового об отказе в удовлетворении данных требований.

Доводы апелляционной жалобы о нарушении судом норм процессуального права в части не привлечения к участию в деле в качестве третьих лиц территориального орган Росздравнадзора по Республике Крым и городу федерального значения Севастополю, медицинских учреждений, где ФИО8 проходила предоперационные осмотры и обследования - Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Крым «Бахчисарайская центральная районная больница», общества с ограниченной ответственностью «КСЕНИЯ» (Клиника доктора ФИО6), признаются судебной коллегией несостоятельными, так как указанные доводы не повлияли на правильность разрешения спора, не опровергают выводы суда первой инстанции и не являются основанием для отмены принятого судом решения.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия, -

о п р е д е л и л а :

решение Центрального районного суда <адрес> Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ в части удовлетворения требований ФИО3, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО1, ФИО2 о взыскании штрафа в сумме 500 000 рублей, отменить, принять в указанной части новое решение об отказе в удовлетворении требований.

В остальной части решение Центрального районного суда <адрес> Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения.

На апелляционное определение может быть подана кассационная жалоба в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение трех месяцев, который исчисляется со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий, судья ФИО12

Судьи Т.<адрес>

С.В. Лозовой