Решение № 2-6593/2017 2-6593/2017~М-2704/2017 М-2704/2017 от 3 октября 2017 г. по делу № 2-6593/2017

Дело № 2-6593/2017

04 октября 2017 года


Р Е Ш Е Н И ЕИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Приморский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Илюхина А. П.,

при секретаре Шатане М.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ПАО «БАНК УРАЛСИБ», АО СК «УРАЛСИБ Жизнь» о расторжении договора страхования, взыскании страховой премии, процентов за пользование чужими денежными средствами,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО2 обратился в Приморский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ПАО «БАНК УРАЛСИБ», АО СК «УРАЛСИБ Жизнь» о расторжении договора страхования, взыскании страховой премии. В обоснование заявленных требований истец указал, что 27 апреля 2016 года между ним и ПАО «БАНК УРАЛСИБ» был заключен кредитный договор, а также между ним и АО СК «УРАЛСИБ Жизнь» договор страхования жизни, однако услуга по страхованию жизни была навязана истцу, ответчик не донес до истца как потребителя всю необходимую информацию, в связи с чем истец после уточнения требований просил расторгнуть договор страхования, взыскать АО СК «УРАЛСИБ Жизнь» страховую премию в размере 126 569,32 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 10 652,63 рублей, взыскать с ПАО «БАНК УРАЛСИБ» проценты, начисленные на сумму договора страхования в размере 22 571,07 рублей, обязать ответчика сохранить льготную процентную ставку по кредиту и взыскать с ответчиков расходы на оказание юридических услуг в размере 15 800 рублей.

Истец и его представитель в судебное заседание явились, заявленные требования поддержали.

Представитель ответчика ПАО «БАНК УРАЛСИБ» в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения исковых требований.

Представитель АО СК «УРАЛСИБ Жизнь» в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, представил возражения, в которых просил отказать в удовлетворении заявленных требований.

Суд, выслушав явившихся лиц, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации приходит к следующему.

Из материалов дела усматривается, что 27 апреля 2016 года между ФИО2 и ПАО «БАНК УРАЛСИБ» заключен договор потребительского кредита <данные изъяты> сроком по ДД.ММ.ГГГГ (л.д.18). Положениями договора предусмотрено, что базовая ставка составляет 23,5 % годовых в случае отказа клиента от оформления договора добровольного страхования жизни и здоровья и пониженная ставка составляет 20,5 % годовых в случае согласия клиента на страхование жизни и здоровья (л.д. 18).

27 апреля 2016 года между истцом и АО СГ «УРАЛСИБ Жизнь» был заключен договор добровольного страхования жизни и здоровья, страховая премия составила 126 569,32 рублей, период действия договора страхования с 28 апреля 2016 года по 11 мая 2021 года (л.д.25), страховая сумма определена в Приложении № 1 к договору страхования и составляет фиксированную сумму за каждый период страхования.

В обоснование заявленных требований истец ссылался на то обстоятельство, что ПАО «БАНК УРАЛСИБ» принудил истца к заключению договора страхования, вместе с тем, каких либо доказательств в обоснование данного довода суду не представил.

В соответствии с положениям ст. ст. 421-422 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена указанным кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

В соответствии с п. 2 ст. 16 Закона РФ N 2300-1 «О защите прав потребителей» запрещается обусловливать приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным приобретением иных товаров (работ, услуг). Убытки, причиненные потребителю вследствие нарушения его права на свободный выбор товаров (работ, услуг), возмещаются продавцом (исполнителем) в полном объеме.

В соответствии с п. 3 ст. 16 указанного Закона РФ продавец (исполнитель) не вправе без согласия потребителя выполнять дополнительные работы, услуги за плату. Потребитель вправе отказаться от оплаты таких работ (услуг), а если они оплачены, потребитель вправе потребовать от продавца (исполнителя) возврата уплаченной суммы. Согласие потребителя на выполнение дополнительных работ, услуг за плату оформляется продавцом (исполнителем) в письменной форме, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Истец, подписав договор страхования подтвердил, что ознакомлен с условиями участия в программе страхования, с тем, что участие является добровольным и отказ от участия в программе страхования не повлечет отказа в предоставлении банковских услуг.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Каких-либо доказательств ненадлежащего или недостоверного предоставления информации при заключении договора страхования стороной истца суду не представлено, равно как и факта наличия возражений истца на момент подписания страхового полиса.

Согласно ст. 329 Гражданского кодекса Российской Федерации, исполнение обязательств может обеспечиваться, помимо указанных в ней способов, и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Как указано в абз. 1 п. 4 Обзора судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 22.05.2013, в качестве дополнительного способа обеспечения исполнения кредитного обязательства допускается только добровольное страхование заемщиком риска своей ответственности; в кредитных договорах может быть предусмотрена возможность заемщика застраховать свою жизнь и здоровье в качестве способа обеспечения исполнения обязательств.Доказательств того, что у истца отсутствовала возможность отказаться от заключения договора добровольного страхования, в материалах дела не имеется.

При выдаче потребительского кредита гражданам банк применял разработанные им правила выдачи кредитов физическим лицам, согласно которым страхование жизни и здоровья заемщика относится к мерам по снижению риска невозврата кредита. Данными правилами предусмотрено, что кредит может быть выдан заемщику и в отсутствие договора страхования, но в этом случае по кредиту устанавливается более высокая процентная ставка, при этом разница между двумя данными ставками не является дискриминационной (составляет 3 процентных пункта, разница между указанными ставками 12,7%). Кроме того, из представленных документов следует, что решение банка о предоставлении кредита не зависит от согласия заемщика застраховать свою жизнь и здоровье.

Аналогичные разъяснения содержатся в Обзоре судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 22.05.2013), согласно которым допустимо установление различной процентной ставки для договоров, обеспеченных и не обеспеченных страхованием жизни и здоровья.

Суд также принимает во внимание то обстоятельство, что банк не является выгодоприобретателем по договору страхования, страховая сумма не связана с размером текущей задолженности по кредитному договору, в связи с чем договор страхования может исполняться самостоятельно.

05 мая 2016 года истец обратился в ПАО «БАНК УРАЛСИБ» с претензией (л.д. 114), из текста которой следует, что истец полагает свои права нарушенными в части включения в кредитный договор условий о страховании жизни и здоровья, просит применить последствия недействительности ничтожной сделки и возвратить страховую премию.

Вместе с тем, указанные требования истца как потребителя не основаны на законе, поскольку кредитный договор не содержит положений об обязательном заключении договора страхования.

Согласно п. 1 Указания Банка России от 20.11.2015 N 3854-У «О минимальных (стандартных) требованиях к условиям и порядку осуществления отдельных видов добровольного страхования» при осуществлении добровольного страхования страховщик должен предусмотреть условие о возврате страхователю уплаченной страховой премии в порядке, установленном настоящим Указанием, в случае отказа страхователя от договора добровольного страхования в течение пяти рабочих дней со дня его заключения независимо от момента уплаты страховой премии, при отсутствии в данном периоде событий, имеющих признаки страхового случая.

Истец не обращался к страховщику с заявлением об отказе от заключения договора страхования, обращение к банку с указанным требованием (с учетом того, что банк не является стороной по договору) не может быть расценено как надлежащее обращение в установленный срок. Кроме того, истец в своей претензии, адресованной в банк, просит признать соглашение недействительным, что прямо противоречит требованию о расторжении договора. При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что истец в установленный срок не обратился к надлежащему лицу с заявлением о расторжении договора страхования, в связи с чем договор страхования продолжает свое действие.

Доводы истца о том, что в материалах дела отсутствует заявление истца о заключении договора страхования, что свидетельствует о его незаключенности, суд полагает подлежащими отклонению, поскольку договор страхования подписан истцом собственноручно.

Кроме того, в судебном заседании истец пояснил, что настаивает на расторжении договора, что свидетельствует о том, что договор страхования истцом заключен.

Доводы истца о том, что ему как потребителю не разъяснили все условия и последствия заключения договора, суд полагает подлежащими отклонению, поскольку страховой полис содержит конкретное и однозначное указание на страховые риски, размер страховой премии, срок его действия, вопрос о его заключении должен был решаться истцом самостоятельно исходя из субъективной оценки всех соответствующих последствий при его заключении.

В соответствии с абз. 2 п. 3 ст. 958 Гражданского кодекса Российской Федерации при досрочном отказе страхователя (выгодоприобретателя) от договора страхования уплаченная страховщику страховая премия не подлежит возврату, если договором не предусмотрено иное.

Заключенный между сторонами договор страхования условий о возврате страховой премии в случае отказа от его исполнения не содержит, при таких обстоятельствах оснований для возврата страховой премии не имеется.

В судебном заседании истец пояснил, что настаивает на расторжении договора страхования только в случае возврата страховой премии, в случае, если страховая премия не подлежит возврату истец просил сохранить действие договора страхования.

При таких обстоятельствах суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований только в части расторжения договора страхования.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства в их совокупности, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований к АО СК «УРАЛСИБ Жизнь» о расторжении договора страхования и взыскании страховой премии, а также производных требований о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами.

Также не подлежат удовлетворению требования истца о взыскании с АО «БАНК УРАЛСИБ» процентов за пользование чужими денежными средствами, поскольку уплата страховой премии осуществлена по распоряжению истца, АО «БАНК УРАЛСИБ» данными денежными средствами не пользовался.

Требования истца об обязании произвести перерасчет процентов, начисленных на сумму основного долга, подлежат отклонению как производные от требований о возврате страховой премии, в удовлетворении которых отказано.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.12, 56, 67, 167, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО2 отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Приморский районный суд Санкт-Петербурга.

В окончательной форме решение принято 05 октября 2017 года.

Судья