Решение № 2-1695/2021 2-1695/2021~М-1620/2021 М-1620/2021 от 19 июля 2021 г. по делу № 2-1695/2021

Дело №2-1695/2021

УИД: 31RS0002-01-2021-002391-79


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Белгород 19 июля 2021 года

Белгородский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Шевченко Л.Н.,

при секретаре Кущеве О.А.,

с участием представителя истца ФИО1, ответчика ФИО2, представителя ответчика ФИО3,

в отсутствие истцов, прокурора Белгородского района,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4, ФИО5 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

25.09.2020 года в результате ДТП, произошедшего по вине ФИО2, причинен тяжкий вред здоровью ФИО4

Приговором Свердловского районного суда г. Белгорода от 25.02.2021 года с ФИО2 в пользу ФИО4 взыскана компенсация морального вреда в сумме 470 000 руб. (с учетом возмещенных в судебном заседании 30 000 руб.).

16.03.2021 года ФИО4 установлена вторая группа инвалидности сроком на 1 год.

Дело инициировано иском ФИО4, его супруги ФИО5, которые просили взыскать с ответчика в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 руб., в пользу ФИО5 - 500 000 руб.

В обоснование исковых требований истцы указали, что вопрос о компенсации морального вреда в связи с получением ФИО4 инвалидности не разрешался, поскольку инвалидность была получена после вынесения приговора. Заявленные требования в гражданском иске о компенсации морального вреда основывались на причинении тяжкого вреда здоровью, а не инвалидности, полученной в результате ДТП по вине ответчика, виновное поведение которой находится в прямой причинно-следственной связи с получением инвалидности. До ДТП ФИО4 вел полноценный образ жизни, работал, принимал активное участие в воспитании ребенка, занимался общественной деятельностью, состоял в военно-патриотическом клубе, принимал участие в мероприятиях по розыску и перезахоронению солдат, погибших в боях на территории нашей области в период ВОВ. ФИО4 сложно перенес сам факт получения тяжких телесных повреждений, он никак не предполагал, что еще до достижения 40-летнего возраста он будет признан инвалидом 2 группы. В соответствии с индивидуальной программой реабилитации ФИО4, как инвалида, он нуждается в медицинской реабилитации, а также в санаторно-курортном лечении. Характер полученных травм в итоге привел к нарушениям мочевыделительной системы, нарушению функций нижних конечностей, функции опорно-двигательного аппарата. Все это влечет за собой нуждаемость в социально-средовой, социально-психологической и социально-бытовой реабилитации ФИО4 В настоящее время его нормальная жизнедеятельность невозможна без использования кресла-каталки, а также иных вспомогательных средств передвижения. После ДТП, в период нахождения в лечебном учреждении истец надеялся на выздоровление и на возврат к нормальному и привычному для него образу жизни, не предполагал, что последствия полученных травм послужат достаточным поводом для получения им статуса инвалида. Инвалидность установлена сроком на 1 год. После этого ему вновь предстоит проходить процедуру освидетельствования, и вновь испытать сильные нравственные страдания, причиной которых стали действия ответчика. Истцы считали, что получение любым человеком инвалидности повлечет для него огромные эмоциональные потрясения. Учитывая, что ФИО4 получил инвалидность именно в результате ДТП по вине ФИО2, и на момент рассмотрения уголовного дела в суде он не располагал сведениями о том, к какому решению придет Бюро СМЭ при рассмотрении вопроса об установлении инвалидности, при указанных обстоятельствах у ФИО4 возникло право на компенсацию морального вреда, в связи с получением им инвалидности 2 группы. ФИО4 не имеет возможности осуществлять ту трудовую деятельность, которую он осуществлял до получения инвалидности. Ранее полное обеспечение семьи осуществлял именно он. В настоящее время бремя содержания семьи легло на супругу ФИО5 Качество жизни ФИО5 очень сильно изменилось с того момента, когда ее супруг попал в ДТП. Она вынуждена осуществлять за ним постоянный уход. В период времени сразу после ДТП ФИО4 не имел возможности передвигаться, и был вынужден постоянно находиться в лежачем положении, в связи с чем, его супруга находилась постоянно с ним рядом, помогала ему осуществлять необходимые потребности. Данная ситуация очень сильно повлияла на нее, она испытала очень сильные переживания за жизнь и здоровье супруга, а также за дальнейшую жизнь семьи и их несовершеннолетнего сына. Ей пришлось совмещать работу, уход за супругом и воспитание сына. Действиями ответчика ФИО5 также причинен моральный вред, который выразился в сильных нравственных страданиях вследствие утраты здоровья близким человеком, требующим постоянного ухода, и как следствие, нарушении психологического благополучия членов семьи, отсутствия возможности как у самого ФИО4, так и его супруги лично продолжать активную общественную жизнь, у ФИО5 возникла необходимость нести постоянную ответственность за состоянием близкого человека, его восстановления после полученных травм, об обеспечении лечения и о его адаптации к жизни с учетом состояния физического и психического здоровья, что привело к нарушению неимущественного права на родственные и семейные связи.

В судебном заседании истцы и представитель истца поддержали исковые требования по указанным основаниям.

Ответчик и ее представитель иск не признали, пояснили, что в пользу ФИО4 уже решением суда взыскана компенсация морального вреда и истец пытается повторно взыскать компенсацию морального вреда; основанием для признания ФИО4 инвалидом 2 группы послужили именно те травмы, которые были получены при ДТП; во время рассмотрения уголовного дела судом истцу уже было известно о том, что ему будет установлена инвалидность; признание истца инвалидом не более чем подтверждение обусловленного травмированием нарушения здоровья (уже имевшегося на момент заявления, рассмотрения и удовлетворения судом первого иска) и признание права на социальную защиту. В связи с первым компенсация морального вреда уже произведена, а второе основанием для этого быть е может (решение о мерах социальной поддержки сам по себе не может повлечь физические и нравственные страдания). Также указали, что установление инвалидности временно не исключает возможности выздоровления и возвращения к привычному образу жизни уже через год; что невозможно предугадать решение по результатам переосвидетельствования, поэтому преждевременно делать выводы о том, принесет ли оно или процедура переосвидетельствования нравственные страдания; установление инвалидности 2 группы не влечет запрета на осуществление трудовой деятельности; факт осуществления ФИО4 непосредственно перед ДТП трудовой деятельности- истцом не подтвержден, какого рода была эта деятельность, каков размер заработной платы - не указано; утверждение о полном обеспечении семьи до ДТП именно ФИО4 опровергается указанием самого истца в исковом заявлении на то, что ФИО5 также работала до ДТП. Ответчик также указала, что ФИО5 не признана потерпевшей по уголовному делу. Факт причинения ей какого-либо вреда не был установлен в ходе расследования и судебного рассмотрения, не нашел отражения в приговоре. Исковое заявление не содержит сведений о причинении ответчиком ФИО5 вреда здоровью, нет четкого указания на то, какое именно право или благо истца нарушено, в чем выразился причиненный моральный вред. Доводы, указанные в исковом заявлении, в частности, о том, что бремя содержания семьи полностью легло на истицу, что она первое время после ДТП постоянно находилась рядом с супругом, что у нее лично отсутствует возможность продолжать активную общественную жизнь, что возникла необходимость нести постоянную ответственность за состояние супруга, несостоятельны, так как ничем не подтвержден факт трудовой деятельности истцов, размер дохода; истец умолчала о пенсионных выплатах, налоговых и социальных льготах супруга; в исковом заявлении указано, что истец совмещала уход за мужем с трудовой деятельностью, что невозможно при постоянном нахождении при нем; истец не указала, что имеется ввиду под утверждением, что у нее отсутствует возможность продолжать активную общественную жизнь и в чем конкретно она снизила активность, так как она по-прежнему работает и воспитывает ребенка); не ясно, чем обусловлена необходимость нести постоянную ответственность за состояние мужа, так как ФИО4 взрослый мужчина, согласно Индивидуальной программе реабилитации его реабилитационный потенциал удовлетворительный, степень ограничения способностей к самообслуживанию и передвижению - вторая, с регулярной частичной помощью других лиц с использованием при необходимости вспомогательных технических средств. Также С-вы зарегистрированы по разным адресам по месту жительства, а факт их совместного проживания не подтвержден. Нет данных об обращении ФИО5 к медицинским работникам или психологам в связи с переносимыми страданиями. Также указала на то, что ее материальное положение не позволяет ей компенсировать моральный вред в требуемых суммах.

Исследовав обстоятельства по представленным доказательствам, оценив их в совокупности, суд признает исковые требования ФИО4 необоснованными и не подлежащими удовлетворению, а исковые требования ФИО5 обоснованными в части и подлежащими частичному удовлетворению.

25.09.2020 года в результате ДТП, произошедшего по вине ФИО2, причинен тяжкий вред здоровью ФИО4

Согласно приговору Свердловского районного суда г. Белгорода от 25.02.2021 года с ФИО2 в пользу ФИО4 взыскана компенсация морального вреда в сумме 470 000 рублей (с учетом возмещенных в судебном заседании 30 000 руб.).

В приговоре указано, что потерпевшим заявлены требования о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб., вызванного причинением ему нравственных и физических страданий в результате полученных травм, длительным нахождением на лечении и необходимостью последующей реабилитации. Суд посчитал, что основания иска нашли свое подтверждение в судебном заедании, поскольку в результате получения телесных повреждений, повлекших тяжкий вред здоровью, и их последствий (потерпевший длительное время находился на лечении, испытал определенные физические и нравственные страдания с полученными травмами, не может вести привычный образ жизни, передвигается на костылях, не может осуществлять физическую и трудовую деятельность, что лишает его возможности материального обеспечения семьи и полноценному воспитанию ребенка, предстоит длительная реабилитация.

Из содержания гражданского иска, заявленного в уголовном деле, следует, что истец указал в качестве оснований компенсации морального вреда те же обстоятельства, что и в настоящем иске, кроме получения инвалидности.

Инвалидность 2 группы ФИО4 установлена 16.02.2021 года сроком до 01.03.2022 года, ему установлена Индивидуальная программа реабилитации.

ФИО5 является супругой ФИО4, у них имеется несовершеннолетний сын ФИО11, (дата обезличена) года рождения.

До ДТП ФИО4 являлся индивидуальным предпринимателем, однако, 02.02.2021 года прекратил свою деятельность в качестве индивидуального предпринимателя.

В настоящее время ФИО4 является получателем пенсии по инвалидности в размере 9 831,67 руб., размер ежемесячной денежной выплаты - 1 707,36 руб.

Доход ФИО5 за 2020-2021 годы составляет в среднем 25 000 руб. в месяц.

Доход ФИО2 составляет 15 000 руб. в месяц.

В соответствии с положениями статьи 151, пункта 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Приговором Свердловского районного суда г. Белгорода размер компенсации морального вреда причиненного ФИО4 уже был установлен в судебном порядке, после вступления приговора в законную силу в части взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, правоотношения сторон не изменились, право на судебную защиту о компенсации морального вреда, причиненного истцу в дорожно-транспортном происшествии, было реализовано истцом в состоявшемся ранее судебном процессе.

Положениями статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации не предусмотрено многократное взыскание компенсации морального вреда в связи с одним событием, за одно неправомерное действие.

При установлении размера компенсации судом учитывались все юридически значимые обстоятельства: обстоятельства происшествия, перенесенные потерпевшим физические и нравственные страдания, а также последствия травм, полученных в дорожно-транспортном происшествии, как и возможность последующего лечения.

Последующее установление истцу инвалидности 2 группы является следствием причинения ответчиком ФИО4 вреда здоровью в прошлом, и не могут рассматриваться как новое событие, причинившее ему моральный вред, которое бы влекло необходимость его компенсации.

Компенсация морального вреда не взыскивается за определенный период времени, длящийся характер правоотношений сторон, лечение или установление в дальнейшем группы инвалидности, на размер компенсации не влияет. Само по себе установление инвалидности не может являться безусловным основанием для повторного взыскания компенсации морального вреда, основанного на тех же обстоятельствах.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что нарушенное право истца уже восстановлено, а повторное взыскание компенсации морального вреда противоречит общим нормам гражданского судопроизводства.

Правовых оснований для взыскания дополнительной компенсации морального вреда сверх объема причиненного вреда за совершение ответчиком тех же действий, за которые ответчик был привлечен к ответственности, не имеется.

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Как указал Верховный суд РФ в Определении от 8 июля 2019 г. №56-КГПР19-7 «отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 названного постановления Пленума).

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда».

Истцом ФИО5 заявлены требования о компенсации морального вреда в связи с тем, что ей были причинены нравственные и физические страдания, вызванные причинением тяжкого вреда здоровью близкого человека, требующим постоянного ухода, и, как следствие, нарушено психологическое благополучие членов семьи, отсутствует возможность у самих истцов лично продолжать активную общественную жизнь, возникла необходимость нести постоянную ответственность за состояние близкого человека, что привело в результате к нарушению неимущественного права на родственные и семейные связи.

Из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, толкования положений Конвенции в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику, другому лицу, являющемуся членом семьи по иным основаниям (в частности, опека, попечительство).

С учетом конкретных обстоятельств дела, суд признает убедительными доводы истца ФИО5 о том, что она испытывала нравственные и физические страдания в связи с причинением ее супругу тяжкого вреда здоровью и последовавшего в связи с этим нарушения психологического благополучия семьи, невозможности продолжения активной общественной жизни, то есть нарушения неимущественного права на родственные и семейные связи в обычном формате их существования.

Убедительных доводов, опровергающих данные утверждения, ответчиком не приведено.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101) Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (часть 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом требований разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения, конкретных обстоятельств, указанных истцом, материального положения ответчика, суд полагает, что размере компенсации морального вреда в пользу ФИО5 в размере 100 000 руб. будет наиболее полно отвечать указанным критериям.

Руководствуясь ст.ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО5 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда в сумме 100 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований в остальной части ФИО5 отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО4 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Взыскать с ФИО2 в доход бюджета муниципального района «Белгородский район» государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Белгородский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Белгородский районный суд Белгородской области в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Л.Н. Шевченко

Решение принято в окончательной форме 05 августа 2021 года.