Апелляционное определение № 22-423/2026 от 18 февраля 2026 г.

Судья 1 инстанции – ФИО7 Номер изъят


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

19 февраля 2026 года г. Иркутск

Судебная коллегия Иркутского областного суда в составе председательствующего Черкашиной Д.С., судей Полухиной О.В., Трофимовой Р.Р., при ведении протокола секретарем судебного заседания Бондаренко В.В., с участием прокурора Огородниковой А.А., потерпевшего А., осужденного ФИО1, его защитника - адвоката Плиса А.А., защитника осужденного ФИО2 – адвоката Ханхасаева А.Г., защитника осужденного ФИО3 – адвоката Капичниковой Е.Ю., защитника осужденного ФИО4 – адвоката Агафонова В.П., защитника осужденного ФИО5 – адвоката Орловского С.О.,

рассмотрела уголовное дело по апелляционным жалобам потерпевшего А., адвоката Ханхасаева А.Г. в интересах осужденного ФИО2, на приговор С. от Дата изъята , которым

ФИО2, родившийся (данные изъяты)

осужден по ч. 2 ст. 213, п.п. «а, г, д» ч. 2 ст. 112, п.п. «а, ж» ч. 2 ст. 127 УК РФ к наказанию в виде:

- по ч. 2 ст. 213 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы;

- по п.п. «а, г, д» ч. 2 ст. 112 УК РФ к 2 годам лишения свободы;

- по п.п. «а, ж» ч. 2 ст. 127 УК РФ к 3 годам лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно ФИО2 назначено наказание в виде лишения свободы на срок 4 года;

ФИО3, родившийся (данные изъяты)

осужден по ч. 2 ст. 213, п.п. «а, г, д» ч. 2 ст. 112, п.п. «а, ж» ч. 2 ст. 127 УК РФ к наказанию в виде:

- по ч. 2 ст. 213 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы;

- по п.п. «а, г, д» ч. 2 ст. 112 УК РФ к 2 годам лишения свободы;

- по п.п. «а, ж» ч. 2 ст. 127 УК РФ к 3 годам лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно ФИО3 назначено наказание в виде лишения свободы на срок 4 года;

ФИО4, родившийся (данные изъяты)

осужден по ч. 2 ст. 213, п.п. «а, ж» ч. 2 ст. 127 УК РФ к наказанию в виде:

- по ч. 2 ст. 213 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы,

- по п.п. «а, ж» ч. 2 ст. 127 УК РФ к 3 годам лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно ФИО4 назначено наказание в виде лишения свободы на срок 3 года 8 месяцев лишения свободы;

ФИО5, родившийся (данные изъяты)

осужден по п.п. «а, ж» ч. 2 ст. 127 УК РФ к 3 годам лишения свободы.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное осужденным ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 наказание постановлено считать условным, с испытательным сроком 3 года каждому, с возложением на осужденных определенных обязанностей.

Испытательный срок исчислен с момента вступления приговора в законную силу. В испытательный срок зачтено время, прошедшее со дня провозглашения приговора.

ФИО1, родившийся (данные изъяты)

(данные изъяты)

осужден по ч. 2 ст. 213, п.п. «а, г, д» ч. 2 ст. 112, п.п. «а, ж» ч. 2 ст. 127 УК РФ к наказанию в виде:

- по ч. 2 ст. 213 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы, которое в соответствии со ст. 53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 3 года 6 месяцев с удержанием из заработной платы осужденного 10 % в доход государства,

- по п.п. «а, г, д» ч. 2 ст. 112 УК РФ к 2 годам лишения свободы, которое в соответствии со ст. 53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 2 года с удержанием из заработной платы осужденного 10 % в доход государства,

- по п.п. «а, ж» ч. 2 ст. 127 УК РФ к 3 годам лишения свободы, которое в соответствии со ст. 53.1 УК РФ заменено принудительными работами на срок 3 года с удержанием из заработной платы осужденного 10 % в доход государства.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно ФИО1 назначено наказание в виде 4 лет принудительных работ с удержанием из заработной платы осужденного 10% в доход государства.

Срок отбывания принудительных работ осужденному ФИО1 исчислен со дня прибытия в исправительный центр с самостоятельным следованием в порядке, установленном ст. 60.2 УИК РФ.

На основании ч. 3 ст. 72 УК РФ зачтено ФИО1 в срок отбывания наказания время его фактического задержания с Дата изъята по Дата изъята из расчета один день за два дня отбывания наказания в виде принудительных работ.

На основании п. 1.1 ч. 10 ст. 109 УПК РФ зачтено в срок содержания ФИО1 под стражей время запрета определенных действий, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, в период с Дата изъята по Дата изъята из расчета два дня его применения за один день содержания под стражей, подлежащего последовательному зачету в соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за два дня отбывания наказания в виде принудительных работ.

Мера пресечения в виде запрета определенных действий ФИО2, ФИО3, ФИО1, в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО4, ФИО5 сохранена до вступления приговора в законную силу.

За гражданским истцом - потерпевшим А. признано право на удовлетворение гражданского иска и передан вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства. Заявление потерпевшего А. о взыскании процессуальных издержек за участие в судебных заседаниях оставлено без удовлетворения, в части его участия на предварительном следствии - без рассмотрения.

Приговором суда решены вопросы о вещественных доказательствах и ареста на имущество.

По докладу судьи Черкашиной Д.С., заслушав выступления сторон, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

по приговору суда ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4 признаны виновными в совершении хулиганства, то есть грубом нарушении общественного порядка, выражающем явное неуважение к обществу, совершенное с применением насилия к гражданам, группой лиц. Кроме того, ФИО2, ФИО3, ФИО1 признаны виновными в совершении умышленного причинения средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, совершенное в отношении двух лиц, группой лиц, из хулиганских побуждений. Кроме того, ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5 признаны виновными в совершении незаконного лишения человека свободы, не связанного с его похищением, совершенном группой лиц по предварительному сговору, в отношении двух лиц.

Преступления совершены Дата изъята в <адрес изъят> во времени, месте и при обстоятельствах, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части обжалуемого приговора.

В апелляционной жалобе потерпевший А. выражает несогласие с приговором суда, считает его несправедливым, незаконным и подлежащим отмене по причине несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела. В обоснование своих доводов приводит установленные в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства обстоятельства, указывая, что допущенные в ходе предварительного расследования грубые нарушения требований уголовно-процессуального законодательства проигнорированы судом, однако они препятствовали постановлению законного, обоснованного и справедливого приговора. Считает, что в ходе судебного разбирательства подтверждены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий осужденных как более тяжкого преступления. Обращает внимание суда, что насилие в отношении него было применено после того, как он представился сотрудником правоохранительных органов и потребовал прекратить противоправную деятельность. После предъявления служебного удостоверения обвиняемые продолжили применять к нему насилие, подвергать моральному унижению и незаконно удерживать в специальном помещении, лишать свободы, а также с применением грубой физической силы, группой лиц похитили его служебное удостоверение, с банковской картой и обложкой удостоверения.

Полагает, что к показаниям осужденных в части их сомнений в подлинности его служебного удостоверения и информации о статусе сотрудника правоохранительного органа необходимо относиться критически. Считает, что при квалификации действий осужденных необходимо руководствоваться п.п. 22 и 23 постановления Пленума Верховного суда РФ от 01.06.2023 года №14 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ст. 317, 318, 319 УК РФ», п. 14 постановления Пленума Верховного суда РФ от 01.06.2023 года №14 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ст. ст. 317, 318, 319 УК РФ», поскольку на момент совершения преступлений, на него были возложены служебные обязанности, предусмотренные Должностной инструкцией руководителя второго отдела по расследованию особо важных дел (с дислокацией в городе Иркутск) следственного управления, Федеральным законом от 28 декабря 2010 года №403-ФЗ «О Следственном комитете Российской Федерации», Федеральным законом от 28.12.2010 года №403-ФЗ «О Следственном комитете Российской Федерации», Кодексом этики и служебного поведения федеральных государственных служащих Следственного комитета и другими актами, а также была принята присяга. Считает, что действия осужденных необходимо квалифицировать по ч. 2 ст. 318 УК РФ.

Обращает внимание суда, что текст предъявленного обвинения всем осужденным не содержит квалифицирующих признаков по ч. 2 ст. 213 УК РФ, а именно деяние, связанное с сопротивлением представителю власти либо иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка, а также по п. «б» ч. 2 ст. 112 УК РФ - деяние совершенное в отношении лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга. В обоснование своей позиции приводит текс обвинения, предъявленный всем лицам, в том числе ФИО4 по ч. 2 ст. 213 УК РФ, указывая, что при таком описании последнему также необходимо было инкриминировать действия, предусмотренные ч. 2 ст. 112 УК РФ.

Отмечает, что в ходе следствия не дано надлежащей оценки тому, что в результате преступных действий осужденных ему причинен имущественный вред на общую сумму 50 680 рублей, поскольку пострадало его имущество: кофта, брюки, ботинки, ремешок наручных часов, мобильный телефон, обложка служебного удостоверения. При этом стоимость ремонта мобильного устройства состоит из стоимости работ и стоимости поврежденных элементов телефона. Затраты на восстановление телефона документально подтверждены соответствующими документами, однако следствием они надлежащим образом не оценены, а в тексте обвинения размер причиненного ущерба занижен, а именно, указано 9 904 рубля 26 копеек, вместо 10 680 рублей.

Обращает внимание суда, что при описании обвинения по ч. 2 ст. 167 УК РФ следствием не приняты во внимание все обстоятельства совершенного преступления, а именно не указано повреждение его имущества в виде обложки служебного удостоверения, стоимость которого составляет 4 000 рублей. Полагает, что судом незаконно принято решение об исключении из действий подсудимых состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 167 УК РФ, как излишне вмененное. Отмечает, что вопреки выводам суда, осужденные не признавали вину и не давали показаний относительно направленности их преступного умысла. Обжалуемый приговор мотивировку своих выводов в данной части не содержит, что, по мнению автора жалобы, противоречит п. 6 Постановления Пленума ВС РФ от 29.11.2016 года №55 «О судебном приговоре».

Отмечает, что при похищении его служебного удостоверения, также были похищены - обложка и банковская карта с денежными средствами на счете, что указывает на признаки составов преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 – п. «г» ч. 3 ст. 158, п «а» ч. 2 ст. 161 УК РФ, однако в тексте обвинения описание данных преступных действий отсутствует.

Кроме того, текст обвинения осужденных содержит противоречивое описание преступных действий по ст. ст. 213 и 112 УК РФ, поскольку не указан квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору», хотя данный признак включен при описании действий подсудимых по ст. 127 УК РФ.

Выражает несогласие с выводами суда о нерассмотрении его гражданского иска и непринятием мер к обеспечению гражданского иска, в нарушение п. 38 Постановления Пленума ВС РФ от 29.11.2016 года №55 «О судебном приговоре». Указывает, что рассмотрение гражданского иска не требовало отложения судебного разбирательства, поскольку было заявлено в ходе следствия и уточнено на стадии рассмотрения дела в суде, что позволяло в разумные сроки рассмотреть данный вопрос, а передача вопроса о размере возмещения гражданского иска напрямую влияет на решение суда о квалификации преступления, мере наказания и по другим вопросам, возникающим при постановлении приговора, поскольку в ходе следствия и суда не дано надлежащей оценки тому, что в результате преступных действий осужденных ему причинен имущественный вред на общую сумму 50 680 рублей, что отличается от размера ущерба указанного в обвинении и приговоре суда.

Выражает несогласие с отказом суда в удовлетворении и оставлении без рассмотрения его заявления о взыскании процессуальных издержек за участие в судебных заседаниях и на предварительном следствии, без учета его правового статуса.

Просит приговор суда первой инстанции отменить, вернуть дело прокурору в порядке п. 7 ч. 1 ст. 389.20 УПК РФ.

В апелляционной жалобе адвокат Ханхасаев А.Г. в интересах осужденного ФИО2 выражает несогласие с приговором суда. В обоснование своих доводов указывает, что выводы суда не подтверждены доказательствами, исследованными в судебном заседании. В ходе судебного заседания осужденные показали, что работали охранниками в клубе-ресторане «Дикая лошадь», потерпевшие находились в состоянии опьянения, в зоне фейс-контроля потерпевший Б. оскорбил ФИО2, чем спровоцировал конфликт с последним. Вследствие данного конфликта ФИО2, ни с кем не договариваясь, несколько раз ударил Б. Данные обстоятельства объективно подтверждены видеозаписью с камер видеонаблюдения, установленных в клубе-ресторане.

Приводит показания потерпевших Б., А. и К., которые якобы никого не оскорбляли, вели себя прилично, осужденные избивали их беспричинно. Считает, что к показаниям потерпевших в части провокации конфликта с охраной клуба-ресторана необходимо отнестись критически. Суд необоснованно критически оценил показания осужденных в части повода, послужившего началом конфликта между ФИО2 и Б. Приводит ссылку на п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 45 от 15.11.2007 года, согласно которой если зачинщиком ссоры или драки явился потерпевший, а равно в случае, когда поводом к конфликту послужило его противоправное поведение, лицо не подлежит ответственности за совершение в отношении такого потерпевшего преступления из хулиганских побуждений. Полагает, что в действиях осужденных отсутствуют признаки преступления, предусмотренного ст. 213 УК РФ.

Выражает несогласие с квалификацией действий ФИО2 и других осужденных по п.п. «а, ж» ч. 2 ст. 127 УК РФ, отмечая, что поместив агрессивно настроенных Б. и А. (ударивших посетителя, спровоцировавших конфликт с охранной, находившихся в состоянии алкогольного опьянения) в комнату для охраны, где им была оказана первая медицинская помощь, одновременно сотрудники охраны вызвали сотрудников Росгвардии, чтобы данную ситуацию перевести в правовую плоскость. При этом у потерпевших никто не изымал мобильные телефоны, по которым последние совершали телефонные звонки. После прибытия сотрудников Росгвардии никто из потерпевших не покинул комнату охраны. В данной комнате они дожидались работников скорой помощи. При указанных обстоятельствах, когда лица, лишившие свободы потерпевших, сами вызвали сотрудников правоохранительных органов, квалификация действий осужденных в части незаконного лишения свободы представляется защите явно надуманной.

Ссылается на ч. 3 ст. 15 ФЗ «О частной охранной деятельности», указывая, что в данной ситуации, когда ФИО2 и другие осужденные осуществляли фактически охранные функции, но не являлись сотрудниками частной охранной организации, возможно применить аналогию закона, применив указанные положения данного закона к действиям лиц, фактически осуществляющих охранные функции. Отмечает, что осужденные незамедлительно приняли меры к вызову полиции в лице сотрудников Росгвардии, которым и передали Бентхена и ФИО6.

По мнению автора жалобы, в ходе судебного следствия не нашло своего подтверждения причинение ФИО2 вреда здоровью потерпевшему А. ФИО2 принес свои извинения потерпевшему Б., материально загладил причиненный вред, примирившись с последним. Свою вину в причинении вреда здоровья Б. признал в полном объеме. При этом потерпевший Б. просил суд прекратить уголовное дело в отношении ФИО2, так как он с ним примирился. Считает, что имеются основания для прекращения уголовного преследования в отношении ФИО2 по основанию, предусмотренному ст. 25 УПК РФ.

Просит приговор суда отменить, признать ФИО2 невиновным и оправдать его по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 213 и п.п. «а, ж» ч. 2 ст. 127 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Уголовное дело прекратить по основанию, предусмотренному ст. 25 УПК РФ, в связи с примирением сторон.

В возражениях на апелляционную жалобу потерпевшего А. адвокат Ханхасаев А.Г. в интересах осужденного ФИО2 выражает несогласие с изложенными в ней доводами, просит оставить ее без удовлетворения.

В возражениях на апелляционные жалобы потерпевшего А., адвоката Ханхасаева А.Г. в интересах осужденного ФИО2, государственный обвинитель Знайдюк М.С. просит оставить их без удовлетворения, приговор суда – без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав явившихся участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб, представленных возражений, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Выводы суда о доказанности вины осужденных ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5 в совершении преступлений, при изложенных в приговоре обстоятельствах, соответствуют материалам дела, и подтверждены совокупностью приведенных в приговоре доказательств.

Все подлежащие доказыванию в силу ст. 73 УПК РФ обстоятельства, при которых ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5 совершили преступления, судом установлены и в приговоре изложены правильно.

Доказательства, положенные в основу приговора, исследованы в судебном заседании с участием сторон, получили надлежащую оценку суда в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, признаны относимыми, допустимыми и достаточными для постановления приговора. Выводы суда, приведенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на исследованных доказательствах, которые согласуются между собой, взаимно дополняют друг друга, и в своей совокупности полностью подтверждают вину ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5 в совершении инкриминируемых им преступлений.

Такими доказательствами обоснованно признаны показания потерпевших Б., А., К., об обстоятельствах нанесения им телесных повреждений; свидетелей Л., В., Г. (оператор видеонаблюдения), Д., Е. и Ж. (сотрудники Росгвардии), З., И. и Н. (фельдшеры скорой помощи), М. (сотрудник полиции), каждого в своей части, которые подробно указали известные им обстоятельства совершенного преступления, о произошедшей драке между охраной клуба «Дикая лошадь» и тремя посетителями, о нахождении потерпевших в комнате охраны, наличии у последних повреждений и их дальнейшего доставления в медицинское учреждение.

Наряду с показаниями потерпевших и свидетелей, суд обоснованно сослался на объективные доказательства вины ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5 в совершенных преступлениях, а именно на:

- телефонное сообщение А., поступившее в ОП-2 МУ МВД России «Иркутское», об избиение его сотрудниками охраны клуба «Дикая Лошадь»;

- заявление А., согласно которому он просит привлечь к уголовной ответственности сотрудников охраны кафе «Дикая Лошадь», которые его избили, сломали нос и забрали служебное удостоверение и банковскую карту, которая находилась в обложке удостоверения;

- протокол осмотра места происшествия, в ходе которого было осмотрено помещение ночного клуба «Дикая Лошадь» по адресу: <адрес изъят>, обнаружены и изъяты соскобы, смывы, срез с линолеума, ботинок, тапок, кроссовок, 2 флеш-карты со скопированными видеофайлами с камер видеонаблюдения;

- заключение эксперта Номер изъят об обнаружении на изъятых в ходе осмотра места происшествия предметах, смывах, соскобах, срезе с линолеума, крови потерпевших А., Б.;

- заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы Номер изъят об обнаруженных телесных повреждениях у А., характере, локализации и механизме образования, возможности образования повреждений при обстоятельствах, указанных потерпевшим А., а также возможности образования части повреждений при обстоятельствах, указанных осужденным ФИО3, части повреждений при обстоятельствах, указанных осужденным ФИО1;

- заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы Номер изъят об обнаруженных телесных повреждениях у Б., характере, локализации и механизме образования, возможности образования повреждений при обстоятельствах, указанных потерпевшим Б., а также возможности образования части повреждений при обстоятельствах, указанных осужденным ФИО1, части повреждений при обстоятельствах, указанных осужденным ФИО4;

- показания судебно-медицинского эксперта О., согласно которым имевшиеся у Б. и А. повреждения с учетом введенного с Дата изъята Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденного приказом Минздрава РФ от 08.04.2025 года №172н, относятся к категории причинивших средней тяжести вред здоровью, по признаку длительного расстройства здоровья;

- протокол дополнительного осмотра места происшествия, согласно которому из ночного клуба «Дикая Лошадь» изъяты системные блоки и сервер видеонаблюдения;

- видеозаписи с камер видеонаблюдения клуба-ресторана «Дикая Лошадь» за Дата изъята , зафиксировавшие драку между потерпевшими и осужденными, помещении потерпевших Б. и А. осужденными в комнату охраны, которые не дают им покинуть ее;

а также на иные доказательства, подробно приведенные в приговоре.

Помимо указанных доказательств суд обоснованно сослался и на показания самих осужденных ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5 в ходе судебного разбирательства и в ходе предварительного следствия в той части, в которой они не противоречат установленным судом обстоятельствам.

Признавая показания потерпевших и свидетелей допустимыми и достоверными доказательствами, суд обоснованно положил их в основу обвинительного приговора и не нашел оснований не доверять данным показаниям, не находит таковых и судебная коллегия, поскольку они согласуются между собой, а также с письменными доказательствами по делу.

Показания допрошенных лиц о времени и месте совершенных преступлений, способе и обстоятельствах произошедшего, были исследованы в ходе судебного заседания, подробно приведены в приговоре, которым суд дал надлежащую оценку, мотивировал свои выводы, с которыми соглашается судебная коллегия, а доводы защиты об обратном находит несостоятельными.

Вопреки доводам жалоб каких-либо данных о заинтересованности со стороны потерпевших и свидетелей при даче показаний в отношении осужденных ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4 и ФИО5, оснований для оговора ими осужденных, равно как и существенных противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение и которые повлияли или могли повлиять на выводы и решение суда о виновности осужденных, не установлено.

Приведенные в приговоре доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, согласуются между собой, дополняют друг друга, подтверждают одни и те же обстоятельства, значимые для дела, и, вопреки доводам жалоб, свидетельствуют о доказанности вины ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4 и ФИО5 в инкриминируемых преступлениях.

Оснований для признания положенных в основу приговора доказательств недопустимыми, предусмотренных ст. 75 УПК РФ, не имеется.

В ходе судебного следствия судом тщательно были проверены все доводы, приводимые осужденными в свою защиту, а также их защитниками, в том числе, об отсутствии у осужденных ФИО2, ФИО3, ФИО1 умысла на причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшим А. и Б., о непричастности осужденных к преступлениям, предусмотренным ст. 127 и ст. 213 УК РФ.

Все указанные доводы обоснованно, с приведением соответствующих мотивов, признаны судом не нашедшими своего подтверждения, опровергнуты совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств. С указанными выводами суда первой инстанции в полном объеме соглашается и судебная коллегия и расценивает указанные доводы как реализация осужденными права на защиту.

Анализ положенных в основу приговора доказательств, подтверждающих вину осужденных ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4 в совершении хулиганства, ФИО2, ФИО3, ФИО1 в умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью, ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5 в совершении незаконного лишения человека свободы, подробно изложен судом в приговоре, при этом суд первой инстанции не ограничился только указанием на доказательства, но и дал им надлежащую оценку, мотивировав свои выводы. Оснований не согласится с выводами суда, у судебной коллегии не имеется.

Судом первой инстанции достоверно установлено, что умысел осужденных ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4 был направлен именно на совершение грубого нарушения общественного порядка, выражающего явное неуважение к обществу, то есть хулиганство, умысел ФИО2, ФИО3, ФИО1 был направлен именно на причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшим, умысел ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5 был направлен именно на незаконное лишения свободы потерпевших, о чем указывают возникшие личные неприязненные отношения к потерпевшим, локализация, способ и характер примененного насилия в отношении потерпевших не опасного для жизни человека в момент его причинения, выразившийся в нанесении потерпевшим Б. и А. неоднократных ударов по лицу, голове, шее, после чего помещения их в комнату охраны, которую возможности покинуть не давали.

Доводы осужденного ФИО5 о том, что он участия в незаконном лишении свободы потерпевших не принимал, никаких противоправных действий в отношении них не совершал, были проверены судом в ходе судебного заседания и обоснованно отвергнуты в приговоре, с привидением надлежащих мотивов, как не нашедшие своего подтверждения, противоречащие установленным судом фактическим обстоятельствам дела, просмотренным видеозаписям, с чем также соглашается и судебная коллегия.

Версии осужденных о законности их действий по отношению к потерпевшим, которые конфликтовали с другим посетителем в зале (не установленным следствием), что телесные повреждения потерпевшему Б. были причинены не из хулиганских побуждений, а в ответ на оскорбление ФИО2, опровергаются совокупностью исследованных по делу доказательств, в том числе исследованной в судебном заседании видеозаписью, показаниями потерпевших и свидетелей по делу.

Доводы апелляционной жалобы об обстоятельствах совершенных преступлений, о непричастности к ним ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5, о законности действий осужденных по отношению к потерпевшим и необходимой квалификации их действий, о том, что телесные повреждения А. и К. они нанесли не из хулиганских побуждений, а потому, что последние представляли для них угрозу, о добровольности нахождения потерпевших А. и Б. в помещении охраны, несогласию с показаниями свидетелей и потерпевших, на что указывает адвокат Ханхасаев А.Г. в своей жалобе, по существу сводятся к несогласию с судебной оценкой исследованных доказательств и их переоценке которые, в соответствии с требованиями ст. 17 УПК РФ, судья оценивает по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом.

Оснований давать иную оценку доказательствам, как каждому в отдельности, так и в совокупности, устанавливать из них иные фактические обстоятельства, а также квалифицировать действия ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5 по менее тяжким составам преступления, судебная коллегия не находит, в связи с отсутствием таковых оснований.

Вопреки доводам апелляционной жалобы потерпевшего А., согласно материалам уголовного дела предварительное следствие проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, все следственные действия с обвиняемыми проводились с участием защитников, позиции которых не расходились с позициями осужденных.

Вопреки утверждениям потерпевшего, нарушений при составлении обвинительного заключения, а также при вручении его копии сторонам, которые бы препятствовали вынесению итогового решения в отношении всех обвиняемых не допущено. Уголовное дело в суде первой инстанции рассмотрено в соответствии с положениями глав 36 - 39 УПК РФ, определяющими общие условия судебного разбирательства, в пределах, предусмотренных ст. 252 УПК РФ, только в отношении обвиняемых и лишь по предъявленному им обвинению, которое содержит описание преступлений с указанием всех обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, с указанием способов и мотивов совершения преступлений, последствий и других обстоятельств, имеющих значение для дела.

Доводы потерпевшего о необходимой квалификации действий осужденных по ч. 2 ст. 318 УК РФ, дополнении обвинения каждому из подсудимых квалифицирующими признаками - совершение преступлений в отношении лица, в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга, о необходимости квалифицировать действия ФИО4 по ст. 112 УК РФ, а также действий подсудимых при совершении хулиганства и причинения вреда здоровью группой лиц по предварительному сговору, дополнительной квалификации действий осужденных по ч. 3 ст. 30 – п. «г» ч. 3 ст. 158, п. «а» ч. 2 ст. 161 УК РФ, были обоснованно отвергнуты судом первой инстанции как несостоятельные, поскольку оснований для квалификации действий всех осужденных как более тяжкого преступления либо по другим статьям УК РФ в суде первой инстанции установлено не было, с чем также соглашается судебная коллегия.

Доводы потерпевшего А. о причинении ему в результате преступных действий осужденных имущественного вреда на общую сумму 50 680 рублей, то есть в значительно большей сумме, нежели указана в обвинительном заключении и приговоре суда, также признаются несостоятельными судебной коллегией, поскольку они противоречат требованиям ст. 252 УПК РФ, согласно которым суд рассматривает уголовное дело лишь по предъявленному лицам обвинению.

Из протокола судебного заседания видно, что заседание суда первой инстанции проведено в строгом соответствии с требованиями ст. ст. 15, 244 УПК РФ, в условиях состязательности сторон, обеспечения сторонам обвинения и защиты, равных прав на представление доказательств и заявление ходатайств. Данных, свидетельствующих о неполноте судебного следствия, неразрешенных ходатайствах, материалы дела не содержат.

Все заявленные сторонами ходатайства были разрешены судом в установленном законом порядке с надлежащим обоснованием принятых решений, с которыми соглашается и судебная коллегия.

Обстоятельств, свидетельствующих о нарушении судом принципа состязательности, а также данных, свидетельствующих о заинтересованности суда в исходе дела и проведении судебного разбирательства с обвинительным уклоном, судебная коллегия из материалов дела не установила.

Тщательно исследовав обстоятельства дела и объективно оценив все представленные доказательства, суд пришел к правильному выводу о доказанности вины осужденных ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4 и верно квалифицировал их действия по ч. 2 ст. 213 УК РФ, как хулиганство, то есть грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное с применением насилия к гражданам, группой лиц; о доказанности вины осужденных ФИО2, ФИО3, ФИО1 и верно квалифицировал их действия по п.п. «а, г, д» ч. 2 ст. 112 УК РФ, как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, совершенное в отношении двух лиц, группой лиц, из хулиганских побуждений; действия осужденных ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5 также верно квалифицированы судом по п.п. «а, ж» ч. 2 ст. 127 УК РФ, как незаконное лишение человека свободы, не связанное с его похищением, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в отношении двух лиц.

Вопреки доводам осужденных и их защитников, квалифицирующие признаки хулиганства и умышленного причинения средней тяжести вреда здоровью «группой лиц» нашли свое подтверждение в суде первой инстанции. Так, в совершении хулиганства и умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью совместно участвовали два или более исполнителя без предварительного сговора (ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4 – совершили хулиганство, ФИО2, ФИО3, ФИО1 причинили потерпевшим вред здоровью средней тяжести). При этом каждый осужденный в своей части являлся исполнителем преступления.

Так, в ходе судебного следствия было достоверно установлено, что ФИО2, применив насилие, первым нанес удар потерпевшему Б. Впоследствии к нему присоединился ФИО3, нанеся удар Б. Затем ФИО3 и ФИО1, подавив возможность потерпевшего А. помочь Б., применили к нему насилие, после чего ФИО4 применил насилие к потерпевшему К., что свидетельствует о совершении хулиганства и причинении вреда здоровью именно в составе группы лиц, в действиях которых предварительный сговор отсутствовал.

Кроме того, тяжесть вреда, причиненного здоровью потерпевших А. и Б. в ходе совершения хулиганства, которая была установлена судом из заключения судебных медицинских экспертиз и из показаний допрошенной в ходе судебного следствия эксперта О., обоснованно отнесена судом к категории средней тяжести, что требовало дополнительной квалификации действий ФИО2, ФИО3, ФИО1 по п. «д» ч. 2 ст. 112 УК РФ. При этом причинение ФИО2, ФИО3, ФИО1 средней тяжести вреда здоровью двум потерпевшим (А. и Б.) обоснованно свидетельствует о наличии в их действиях квалифицирующего признака «в отношении двух лиц» при совершении преступления, предусмотренного ст. 112 УК РФ.

Кроме того, поскольку после совершения ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4 хулиганства, последние, совместно со ФИО5 незаконно лишили свободы потерпевших А. и Б., путем помещения против их воли в комнату охраны и лишив возможности покинуть ее. Потерпевшие при этом предпринимали попытки покинуть ее, что подтверждается исследованной в суде первой инстанции видеозаписью, однако осужденные препятствовали этому, периодически сменяя друг друга. О предварительном сговоре на совершение преступления свидетельствует характер и последовательность их действий, которые помогая друг другу, подавляли сопротивление потерпевших, препровождая их в комнату охраны, при этом ФИО5, отведя вместе с ФИО2 и ФИО4 в комнату охраны Б., вернулся и помог ФИО3 и ФИО1 водворить туда же потерпевшего А., действия их были не только совместными, но и согласованными, направленными на достижение единого результата.

Квалифицирующий признак при совершении преступления по ст. 127 УК РФ в «составе группы лиц по предварительному сговору» в действиях ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5 также вменен обоснованно, действия последних являлись согласованными, дополняющими друг друга, направленными на незаконное лишение свободы потерпевших, каждый из которых по предварительной договоренности выполнял отведенную ему роль и объективную сторону преступления. Несмотря на то, что в дальнейшем ФИО5 покинул комнату охраны, его совместные действия с другими о являлись неотъемлемым условием достижения общего для всех соучастников результата – удержанием потерпевших.

Доводы апелляционной жалобы потерпевшего А. о необходимой квалификации действий осужденных ФИО2, ФИО3, ФИО1 по более тяжкого составу преступления, поскольку последние стали наносить ему удары после того, как он представился сотрудником полиции, обоснованно отклонены судом первой инстанции как несостоятельные, поскольку в ходе судебного следствия было установлено, что действия осужденных никаким образом не были связаны с местом его работы.

Несостоятельными судебная коллегия признает и доводы потерпевшего о незаконности принятого судом решения об исключении состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 167 УК РФ, как излишне вмененного каждому из осужденных, поскольку из просмотренной в судебном заседании видеозаписи следовало, что действия ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5 были направлены на достижения иных целей, поэтому дополнительной квалификации их действий по ст. 167 УК РФ не требовалось. В ходе судебного следствия было достоверно установлено, что имущество потерпевших (телефон, ремешок от часов, цепочка) было повреждено в процессе хулиганства, причинения вреда здоровью, незаконного лишения свободы, что не требовало дополнительной квалификации их действий по ч. 2 ст. 167 УК РФ, а потому обоснованно было исключено судом из предъявленного обвинения, как излишне вмененное.

С учетом адекватного поведения ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5 в судебном заседании, правильном ориентировании в окружающей обстановке, а также на основании заключений судебно-психиатрических экспертиз №Номер изъят, собранного и исследованного характеризующего материала на последних, суд обоснованно пришел к убеждению о вменяемости ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5 и необходимости назначения им наказания за совершенные преступления, с чем также соглашается судебная коллегия.

При назначении наказания ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5 суд, в соответствии с положениями ст. ст. 43, 60 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, относящихся к категориям тяжких и средней тяжести, данные о личности осужденных в полном объеме, в том числе наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.

При определении вида и размера наказания, суд также учел все смягчающие вину обстоятельства, которыми в соответствии с ч. 1 ст. 61 УК РФ в отношении каждого осужденного являются – активное способствование расследованию преступлений, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступлений, осужденному ФИО8 – наличие у виновного троих малолетних детей; в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ являются – частичное признание осужденными вины, в том числе ФИО5, который описывал свои фактические действия, принесение извинений потерпевшим, осужденному ФИО2 - добровольное возмещение вреда, причиненного в результате преступлений потерпевшему Б., осужденному ФИО1 – наличие на иждивении супруги, находящейся в отпуске по уходу за ребенком.

Новых данных о наличии смягчающих обстоятельств, которые не были известны суду первой инстанции, либо которые в силу требований закона могут являться безусловным основанием для смягчения назначенного наказания, как и оснований полагать, что суд, назначая наказание за содеянное, в недостаточной степени учел смягчающие наказание обстоятельства и данные о личности осужденных, судебная коллегия не усматривает.

Вопреки доводам жалобы адвоката Ханхасаева А.Г., оснований для признания в качестве смягчающего наказания обстоятельства, предусмотренного п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ, как противоправное или аморальное поведения потерпевших, явившихся поводом для преступления, у суда первой инстанции обоснованно не имелось, поскольку поведение потерпевших непосредственно перед совершением преступлений, не носило характер противоправного, конфликт с посетителем клуба на момент произошедших событий у Б. являлся оконченным.

Отягчающих наказание обстоятельств судом первой инстанции установлено не было, с чем также соглашается и судебная коллегия.

Не усмотрев оснований для изменения категории преступлений, предусмотренных ч. 6 ст. 15 УК РФ, по каждому вменяемому им преступлению, а также оснований для применения требований ст. 64 УК РФ, суд пришел к правильному выводу о назначении ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 наказания с учетом положений ч. 1 ст. 67, ч. 1 ст. 62 УК РФ, в виде лишения свободы с применением положений ст. 73 УК РФ, с возложением на них ряда обязанностей.

Соглашается судебная коллегия и с выводом суда первой инстанции о назначении ФИО1 наказания с учетом ч. 1 ст. 67, ч. 1 ст. 62 УК РФ в виде лишения свободы, которое согласно ч. 2 ст. 53.1 УК РФ с учетом его личности заменено наказанием в виде принудительных работ, полагая, что цели наказания в отношении последнего будут достигнуты без реального отбытия наказания в местах лишения свободы.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда об отсутствии оснований для назначения осужденным ФИО2, ФИО3, ФИО1 по ч. 2 ст. 112 УК РФ и осужденным ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5 по ч. 2 ст. 127 УК РФ дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, поскольку действующая на момент совершения преступлений редакция федерального закона такого наказания не предусматривала. Оснований не согласиться с выводом суда в этой части нет.

Наказание осужденным ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4 обоснованно назначено по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ.

Зачет в срок отбывания наказания времени фактического задержания осужденного ФИО1 и нахождения на мере пресечения в виде запрета определенных действий произведен судом по правилам ст. 72 УК РФ.

Разрешая вопрос о гражданском иске потерпевшего А. о взыскании с осужденных ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5, ООО «Центр отдыха «Ерши» имущественного вреда, причиненного преступлением в размере 183 101 рубль 34 копейки, компенсации морального и физического вреда в размере 2 229 972 рубля, суд первой инстанции обоснованно постановил признать за гражданским истцом (потерпевшим А.) право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства, что судебная коллегия также признает обоснованным и соответствующим требованиям закона.

Заявление потерпевшего А. о взыскании процессуальных издержек за участие в судебных заседаниях суд оставил без удовлетворения, в части его участия на предварительном следствии - без рассмотрения, что судебная коллегия также признает обоснованным, поскольку это не противоречит требованиям ст. ст. 131, 132 УПК РФ, а также положениям ст. ст. 6, 14 Федерального закона от 8 января 1998 года №7-ФЗ «О судебном департаменте при Верховном Суде Российской Федерации» и постановлению Правительства РФ от 1 декабря 2012 года №1240 «О порядке и размере возмещения процессуальных издержек, связанных с уголовным судопроизводством, издержек в связи с рассмотрением дела арбитражным судом, гражданского дела, административного дела, а также расходов в связи с выполнением требований Конституционного Суда Российской Федерации и о признании утратившими силу некоторых актов Совета Министров РСФСР и Правительства Российской Федерации».

Выводы суда обоснованы, мотивированы, оснований не согласиться с ними судебная коллегия не усматривает и считает, что назначенное ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5 наказание, как по его виду, так и по размеру, соответствует содеянному, является справедливым, оснований для его снижения не имеется.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих изменение, либо отмену приговора не усматривается.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор С. от Дата изъята в отношении ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5 оставить без изменения, апелляционные жалобы адвоката Ханхасаева А.Г., потерпевшего А. - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Кемерово) через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения.

В случае обжалования осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Д.С. Черкашина

Судьи: О.В. Полухина

Р.Р. Трофимова