Решение № 2-350/2018 2-350/2018~М-278/2018 М-278/2018 от 28 мая 2018 г. по делу № 2-350/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 мая 2018 года город Радужный

Радужнинский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в составе: судьи Студеникиной Н.В., при секретаре Кондратьевой Л.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-350/2018 по исковому заявлению ФИО1 к ООО МФК «4финанс» о признании недействительным в части договора займа, расторжении договора займа,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском. В обоснование иска указал, что между ним и ответчиком посредством сети «Интернет» через онлайн-сервис был заключен договор потребительского микрозайма № 9825515832-8 от 18.10.2017, по условиям которого ему был предоставлен заем в сумме 20 000 руб. на срок 30 дней, процентная ставка согласно условиям договора установлена в размере 730% годовых. Считает размер процентов незаконным, а договор в этой части недействительным по тем основаниям, что оспариваемый пункт договора является кабальным, поскольку указанный размер процентов является чрезмерно завышенным, не соответствующим темпам инфляции и обычному для таких сделок банковскому доходу, значительно превышает ставку рефинансирования ЦБ РФ за период действия договора (с 26.03.2018 ставка составляет 7,25% годовых). Условия договора в части установления процентов за пользование займом являются крайне невыгодными для него, поскольку на момент заключения договора (период с 18.09.2017 по 30.10.2017) ставка составляла 8,5% годовых. На момент заключения договора он не имел возможности внести изменения в его условия, ввиду того, что договор является типовым, он был лишен возможности повлиять на их содержание. Ответчик заключил с ним договор займа на заведомо невыгодных для него условиях, нарушив баланс интересов сторон. С учетом признания пункта договора займа в части установления процентов по договору в размере 730% годовых недействительным, считает, что к договору займа следует применить порядок, установленный ст. 395 ГК РФ. Считает законным и обоснованным требование о признании пункта договора относительно процентов недействительным и о расторжении договора займа в соответствии с п. 3 ст. 179 ГК РФ как кабального. Им был соблюден досудебный порядок урегулирования спора, однако ответ на претензию, полученную ответчиком 31.01.2018, до настоящего времени он не получил.

Кроме того, согласно пункту 13 Индивидуальных условий договора у заемщика отсутствует возможность запрета уступки третьим лицам прав (требований) по договору. Отдельный пункт или графа, где он бы мог выразить свое несогласие, в договоре отсутствует. Дополнительного соглашения относительно передачи третьим лицам прав (требований) ответчик с ним не заключал, что противоречит п. 4 ст. 9 ФЗ «О персональных данных». Считает указанный пункт Индивидуальных условий договора недействительным по тем основаниям, что данный пункт нарушает положения ст. 6 Закона «О персональных данных», поскольку договор не содержит условия, предусматривающего права передачи разрешения на обработку информации, данной им ответчику, третьим лицам. Указанный пункт также противоречит п. 1 ст. 388 ГК РФ. Законом предусмотрено право заемщика на сохранение информации о его банковском счете, операций по этому счету, а также сведений, касающихся непосредственно самого заемщика, в тайне, и разглашение этих сведений третьим лицам, не указанным в законе, нарушает его права, из чего следует, что ответчик не может уступить права требования по договору любому третьему лицу, поскольку в таком случае нарушается право потребителя на гарантированную тайну банковского счета, операций по счету и сведений о клиенте. Стороны кредитного договора не вправе включать в договор условие, «разрешающее» нарушение банковской тайны. Цессия в потребительских отношениях если и возможна, то только в ситуации, когда новый кредитор является банком, обязанным, как и первоначальный кредитор, качественно обслужить клиента-потребителя, в том числе с соблюдением банковской тайны.

Пункт 13 Индивидуальных условий договора недействителен в силу того, что при заключении договора возможность переуступки прав (требований) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, сторонами не оговаривалась, действующим законодательством право банка передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, не предусмотрено Законом о защите прав потребителей.

Помимо того, при уступке права требования возврата кредита субъекту небанковской сферы кредитная организация передает информацию, составляющую банковскую тайну, в нарушение норм как общегражданского, так и специального законодательства.

Кредитным договором не предусмотрено условие об уступке права требования по договору третьим лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности. Текст договора в полном объеме разработан банком, он не давал отдельного согласия банку на уступку права требования по договору иным лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности.

Нарушение банковской тайны, неизбежно сопутствующее исполнению договора цессии, навязывание пункта договора, лишающего потребителя права, предоставленного ему законом «О защите прав потребителей», свидетельствует о недействительности указанного пункта договора в силу ничтожности, как противоречащего ст. 168, 388 ГК РФ.

Также просит признать недействительным договор потребительского займа в части заключения Соглашения, предусматривающего частоту взаимодействия с должником, поскольку считает, что условия Соглашения не соответствуют требованиям п. 3, п. 5 ст. 7 ФЗ «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в ФЗ «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях».

Просит признать договор потребительского микрозайма № 9825515832-8 от 18.10.2017 в части установления процентной ставки в размере 730% годовых – недействительным; признать договор потребительского микрозайма № 9825515832-8 от 18.10.2017 в части уступки прав (требований) третьим лицам – недействительным; признать договор потребительского микрозайма № 9825515832-8 от 18.10.2017 в части Соглашения, предусматривающего частоту взаимодействия с должником – недействительным; расторгнуть договор потребительского микрозайма № 9825515832-8 от 18.10.2017 и прекратить дальнейшее начисление процентов и неустойки по займу (л.д. 5-9).

Письменных возражений на иск ответчиком не представлено.

В судебном заседании истец ФИО1, представитель ответчика ООО МФК «4финанс» не присутствовали, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом (л.д. 24, 25, 27, 28), истец просил о рассмотрении дела в его отсутствие (л.д. 9).

С учетом требований ч. 4, 5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса российской Федерации, дело рассмотрено в отсутствие сторон.

Исследовав материалы дела, суд установил следующие обстоятельства.

В соответствии со ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (п. 1).

Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной (п. 2).

Согласно п. 3 ст. 438 Гражданского кодекса Российской Федерации, совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.

В соответствии с п. 1 ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Согласно п. 3 ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации особенности предоставления займа под проценты заемщику-гражданину в целях, не связанных с предпринимательской деятельностью, устанавливаются законами (п. 3).

В силу п. 3 ст. 809 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором.

Отношения, возникающие в связи с предоставлением потребительского кредита (займа) физическому лицу в целях, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, на основании кредитного договора, договора займа и исполнением соответствующего договора регулируются Федеральным законом от 21.12.2013 N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" (далее – Закон о потребительском кредите (займе)).

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 18 октября 2017 года между Обществом с ограниченной ответственностью Микрофинансовая компания «4финанс» и ФИО1 был заключен договор потребительского микрозайма № 9825515832-8, согласно условиям которого истцу предоставлен микрозайм в размере 20000 руб. сроком возврата – через 30 дней после получения, с процентной ставкой в размере 730% годовых (л.д. 10-12).

Факт заключения договора потребительского микрозайма и исполнения ответчиком своих обязательств по договору истцом не оспаривается.

Истец в обоснование требования о признания пункта договора в части установления процентной ставки недействительным указывает, что оспариваемый им пункт договора является кабальным, поскольку указанный размер процентов является чрезмерно завышенным, не соответствующим темпам инфляции и обычному для таких сделок банковскому доходу, значительно превышает ставку рефинансирования ЦБ РФ за период действия договора, в связи с чем условия договора в части установления процентной ставки являются крайне невыгодными для него.

В силу п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 3 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Из смысла данной правовой нормы следует, что для кабальной сделки характерными являются следующие признаки: она совершена потерпевшим лицом на крайне невыгодных для него условиях и совершена вынужденно – вследствие стечения тяжелых обстоятельств, а другая сторона в сделке сознательно использовала эти обстоятельства. При наличии в совокупности указанных признаков сделка может быть признана недействительной по мотиву её кабальности.

В материалы дела истцом в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств стечения тяжелых обстоятельств, чем воспользовался займодавец, поэтому оснований для удовлетворения требований истца о признании недействительным пункта договора потребительского микрозайма ввиду его кабальности не имеется.

То обстоятельство, что размер процентной ставки по договору превышает ставку рефинансирования, темпы инфляции, как и само по себе согласование сторонами условия о процентной ставке в размере 730% годовых не является основанием для признания пункта договора потребительского микрозайма, которым установлен размер процентной ставки, крайне невыгодным для заемщика и не свидетельствует о нарушении ответчиком баланса интересов сторон.

В силу ч. 2.1 ст. 3 Федерального закона от 02.07.2010 N 151-ФЗ "О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях" микрофинансовые организации вправе осуществлять профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов в порядке, установленном Федеральным законом "О потребительском кредите (займе)".

В соответствии с ч. 6 ст. 11 Закона о потребительском кредите (займе) на момент заключения договора потребительского кредита (займа) полная стоимость потребительского кредита (займа) не может превышать рассчитанное Банком России среднерыночное значение полной стоимости потребительского кредита (займа) соответствующей категории потребительского кредита (займа), применяемое в соответствующем календарном квартале, более чем на одну треть.

По сведениям Банка России среднерыночное значение полной стоимости потребительских кредитов (займов) за период с 01 апреля по 30 июня 2017 г., применяемое для договоров потребительского кредита (займа), заключаемых в IV квартале 2017 года микрофинансовыми организациями с физическими лицами, для потребительских микрозаймов без обеспечения (кроме POS-микрозаймов), сроком до 30 дней включительно на сумму потребительского займа до 30 тыс. руб. включительно установлено в размере 596,727%, предельное значение – 795,636%.

Таким образом, процентная ставка по договору потребительского займа в размере 730% годовых соответствует значениям, предусмотренным ч. 11 ст. 6 Закона о потребительском кредите (займе). При таких обстоятельствах, оснований для признания пункта договора потребительского микрозайма недействительным по причине завышенного размера процентной ставки не имеется, поскольку установленный договором размер процентной ставки не противоречит закону, истец при заключении договора действовал по своему усмотрению, согласившись на заключение договора по предусмотренной в нем процентной ставке, размер которой не противоречит закону.

При этом указание истца на то, что размер процентов превышает величину ставки рефинансирования Центрального Банка России, не может быть основанием для признания пункта договора потребительского микрозайма недействительным. Ставка рефинансирования, по существу, представляет собой наименьший размер платы за пользование денежными средствами, в то время как займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и порядке, определенных договором (п. 1 ст. 809 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Довод истца о том, что договор был заключен на заведомо невыгодных для него условиях, поскольку договор представляет собой типовую форму, судом не может быть принят во внимание, так как договор составлен в виде отдельного документа, содержащего в себе все существенные условия, в связи с чем истец при заключении договора не мог заблуждаться относительно природы сделки, осознавал, что берет денежные средства на условиях возвратности и платности. При заключении договора истцом был получен экземпляр договора, в котором содержится информация о всех подлежащих к выплате суммах, в том числе о полной стоимости займа и размере процентов. При таких обстоятельствах истец при заключении договора был ознакомлен с указанными условиями.

Доказательств, свидетельствующих о злоупотреблении займодавцем свободой договора в форме навязывания контрагенту несправедливых условий договора или совершения ответчиком действий, выражающихся в отказе либо уклонении от заключения договора на условиях, предложенных заемщиком, в материалы дела не представлено.

Типовые формы являются всего лишь формами будущих договоров, которые могут быть изменены сторонами при фактическом заключении договора.

При этом согласно п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно ч. 3 ст. 154 Гражданского кодекса Российской Федерации, для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В силу ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, граждане и юридические лица свободны в заключении договора, при этом условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Вопреки требованиям ст.ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, истцом не представлены доказательства того, что он отказывался от заключения договора на предложенных условиях, предлагал изложить договор в иной редакции, чем та, которая была предоставлена ему ответчиком для подписания, равно как и отсутствуют сведения о том, что ответчик отказал в удовлетворении такого заявления, что позволило бы сделать вывод о том, что договор заключен на условиях займодавца, без учета мнения заемщика.

При заключении договора истец имел возможность обратиться в иные организации и учреждения, осуществляющие деятельность по предоставлению займов, однако, подписав соответствующие документы с ООО МФК «4финанс», был согласен заключить договор именно на предложенных данной микрофинансовой организацией условиях, в связи с чем суд отклоняет доводы истца о том, что заключение договора потребительского микрозайма на основании типовой формы, утвержденной ответчиком, ущемляет права истца как потребителя.

При таких обстоятельствах, оснований для признания недействительным пункта договора потребительского микрозайма, устанавливающего размер процентной ставки, судом не установлено.

Разрешая исковые требования о признании недействительным договора потребительского микрозайма в части уступки прав (требований) третьим лицам, суд приходит к следующим выводам.

Пунктом 1 ст. 388 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Согласно п. 13 Индивидуальных условий у заемщика отсутствует возможность запрета уступки Обществом третьим лицам прав (требований) по договору потребительского микрозайма (л.д. 10-12).

В силу ч. 6 ст. 7 Закона о потребительском кредите (займе), договор потребительского займа считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 настоящего Федерального закона.

В соответствии с п. 13 ч. 9 ст. 5 названного Федерального закона при согласовании индивидуальных условий договора кредитором и заемщиком должна быть согласована, в частности, возможность (наличие либо отсутствие) запрета уступки прав (требований) по договору.

Указанная норма не устанавливает содержания конкретного условия договора, которое определяется сторонами индивидуально, а определяет лишь необходимость указания на наличие либо отсутствие согласованного сторонами запрета на уступку прав (требований) по договору.

Статья 12 Закона потребительском кредите (займе) предусматривает, что кредитор вправе осуществлять уступку прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) третьим лицам, если иное не предусмотрено федеральным законом или договором, содержащим условие о запрете уступки, согласованное при его заключении в порядке, установленном настоящим Федеральным законом (ч. 1).

С учетом изложенного и положений п. 13 ч. 9 ст. 5 Закона о потребительском кредите (займе), в строку 13 Индивидуальных условий может быть включено условие о возможности уступки прав (требований) - в случае, если при согласовании индивидуальных условий стороны предусмотрели возможность осуществления уступки, либо о запрете уступки прав (требований) - в случае, если при согласовании индивидуальных условий стороны предусмотрели запрет на осуществление уступки права требования.

Согласно ч. 7 ст. 7 Закона о потребительском кредите (займе) заемщик вправе сообщить кредитору о своем согласии на получение потребительского займа на условиях, указанных в индивидуальных условиях договора потребительского кредита, в течение пяти рабочих дней со дня предоставления заемщику индивидуальных условий договора, если больший срок не установлен кредитором.

Индивидуальные условия договора представляют собой оферту кредитора, а не конечный вариант соглашения. Соответственно, клиент, имея в наличии установленное законом необходимое время для изучения оферты кредитора, добровольно и осознанно принимает решение о согласии с офертой кредитора. При этом, клиент имеет полное право заявить кредитору о несогласии с теми или иными положениями индивидуальных условий.

Данные обстоятельства свидетельствуют об обеспечении кредитором свободного волеизъявления потребителя, в том числе относительно положений об осуществлении уступки.

Реализуя указанную норму, в Индивидуальных условиях договора потребительского микрозайма № 9825515832-8 от 18.10.2017 стороны пришли к соглашению о том, что у заемщика отсутствует возможность запрета уступки Обществом третьим лицам прав (требований) по договору потребительского микрозайма.

При таких обстоятельствах предусмотренных законом оснований для признания п. 13 Индивидуальных условий договора потребительского микрозайма № 9825515832-8 недействительным в силу ничтожности, как противоречащего ст. 168, 388 Гражданского кодекса Российской Федерации, у суда не имеется.

Суд находит несостоятельным довод истца о том, что п. 13 Индивидуальных условий договора нарушает положения ст. 6 ФЗ «О персональных данных», поскольку ч. 2 и ч. 3 ст. 12 Закона о потребительском кредите (займе) прямо предусмотрено, что при уступке прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) кредитор вправе передавать персональные данные заемщика и лиц, предоставивших обеспечение по договору потребительского кредита (займа), в соответствии с законодательством Российской Федерации о персональных данных. Лицо, которому были уступлены права (требования) по договору потребительского кредита (займа), обязано хранить ставшую ему известной в связи с уступкой прав (требований) банковскую тайну и иную охраняемую законом тайну, персональные данные, обеспечивать конфиденциальность и безопасность указанных данных и несет ответственность за их разглашение.

Сам ответчик, являясь микрофинансовой организацией, не имеет банковской лицензии, а потому доводы истца о нарушении ответчиком положений Закона «О банках и банковской деятельности» несостоятельны. Кроме того, изложенное в п. 51 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.12 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» к ответчику также не применимо.

Кроме того, истцом заявлено требование о признании недействительным договора потребительского микрозайма № 9825515832-8 от 18.10.2017 в части заключения Соглашения, предусматривающего частоту взаимодействия с должником. В обоснование заявленных требований истец ссылается на несоответствие установленной Соглашением частоты взаимодействия пунктам 3, 5 ст. 7 Федерального закона от 03.07.2016 N 230-ФЗ "О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон "О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях".

Федеральный закон от 03.07.2016 N 230-ФЗ "О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон "О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях" в целях защиты прав и законных интересов физических лиц устанавливает правовые основы деятельности по возврату просроченной задолженности физических лиц (совершения действий, направленных на возврат просроченной задолженности физических лиц), возникшей из денежных обязательств.

Пунктом 3 ст. 7 указанного Федерального закона установлено, что по инициативе кредитора или лица, действующего от его имени и (или) в его интересах, не допускается непосредственное взаимодействие с должником: 1) в рабочие дни в период с 22 до 8 часов и в выходные и нерабочие праздничные дни в период с 20 до 9 часов по местному времени по месту жительства или пребывания должника, известным кредитору и (или) лицу, действующему от его имени и (или) в его интересах; 2) посредством личных встреч более одного раза в неделю; 3) посредством телефонных переговоров: а) более одного раза в сутки; б) более двух раз в неделю; в) более восьми раз в месяц.

Согласно п. 5 указанной статьи по инициативе кредитора или лица, действующего от его имени и (или) в его интересах, не допускается направленное на возврат просроченной задолженности взаимодействие с должником посредством телеграфных сообщений, текстовых, голосовых и иных сообщений, передаваемых по сетям электросвязи, в том числе подвижной радиотелефонной связи: 1) в рабочие дни в период с 22 до 8 часов и в выходные и нерабочие праздничные дни в период с 20 до 9 часов по местному времени по месту жительства или пребывания должника, известному кредитору и (или) лицу, действующему от его имени и (или) в его интересах; 2) общим числом: а) более двух раз в сутки; б) более четырех раз в неделю; в) более шестнадцати раз в месяц.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 18.10.2017 между сторонами заключено Соглашение, предусматривающее частоту взаимодействия с должником, согласно которому при совершении займодавцем действий, направленных на возврат во внесудебном порядке просроченной задолженности, возникшей из договора потребительского микрозайма, займодавец и заемщик договорились определить частоту взаимодействия между сторонами в следующем порядке и на следующих условиях: по инициативе займодавца непосредственное взаимодействие с заемщиком посредством телефонных переговоров должно осуществляться со следующей частотой: а) не более двух раз в сутки; б) не более пяти раз в неделю; в) не более двадцати раз в месяц (п. 2.1); посредством телеграфных сообщений, текстовых, голосовых и иных сообщений, передаваемых по сетям электросвязи, в том числе подвижной радиотелефонной связи, должно осуществляться со следующей частотой общим числом: а) не более трех раз в сутки; б) не более десяти раз в неделю; в) не более сорока раз в месяц (п. 2.2, 2.2.1) (л.д. 12).

Пунктом 3 Соглашения предусмотрено, что оно вступает в силу с даты появления у заемщика первой просроченной задолженности, возникшей из договора, и действует до даты исполнения сторонами всех обязательств по договору в полном объеме.

Заемщик при подписании соглашения посредством простой электронной подписи с использованием номера мобильного телефона согласился с тем, что условия Соглашения не являются умаляющими его человеческое достоинство (п. 9).

Частью 13 ст. 7 Федерального закона от 03.07.2016 N 230-ФЗ установлено, что должник и кредитор вправе, в том числе при проведении переговоров о реструктуризации просроченной задолженности, заключить соглашение, предусматривающее частоту взаимодействия с должником по инициативе кредитора или лица, действующего от его имени и (или) в его интересах, отличную от предусмотренной частями 3 и 5 настоящей статьи. К порядку заключения соглашения и отказа от него применяются части 2 - 4 статьи 4 настоящего Федерального закона. Условия такого соглашения не могут умалять человеческое достоинство должника.

Согласно ч. 2 ст. 4 указанного Федерального закона иные, за исключением указанных в части 1 настоящей статьи, способы взаимодействия с должником кредитора или лица, действующего от его имени и (или) в его интересах, могут быть предусмотрены письменным соглашением между должником и кредитором или лицом, действующим от его имени и (или) в его интересах.

Должник вправе в любой момент отказаться от исполнения указанного в части 2 настоящей статьи соглашения, сообщив об этом кредитору и (или) лицу, действующему от его имени и (или) в его интересах, путем направления соответствующего уведомления через нотариуса или по почте заказным письмом с уведомлением о вручении или путем вручения под расписку. В случае получения такого уведомления кредитор и (или) лицо, действующее от его имени и (или) в его интересах, не вправе осуществлять направленное на возврат просроченной задолженности взаимодействие с должником способами, предусмотренными соглашением (ч. 4 ст. 4 Федерального закона от 03.07.2016 N 230-ФЗ).

Исходя из изложенного, суд не усматривает оснований для признания заключенного между сторонами Соглашения недействительным по указанным истцом основаниям, поскольку, во-первых, частота взаимодействия, установленная соглашением сторон, направленная на возврат задолженности, установлена на случай возникновения такой задолженности, и до момента образования просроченной задолженности такое Соглашение никаких юридических последствий для сторон не несет, что следует из п. 3 Соглашения. Суд, основываясь на представленные в материалы дела доказательства, лишен возможности установить факт возникновения такой задолженности, ввиду чего отсутствуют основания полагать, что указанным соглашением нарушаются права и охраняемые законом интересы истца.

Кроме того, в силу положений ч. 4 ст. 4 Федерального закона от 03.07.2016 N 230-ФЗ истец вправе в любой момент отказаться от исполнения указанного соглашения, сообщив об этом кредитору и (или) лицу, действующему от его имени и (или) в его интересах, путем направления соответствующего уведомления через нотариуса или по почте заказным письмом с уведомлением о вручении или путем вручения под расписку. В таком случае кредитор и (или) лицо, действующее от его имени и (или) в его интересах, не вправе будет осуществлять направленное на возврат просроченной задолженности взаимодействие с должником с установленной таким соглашением частотой, а обязан будет действовать в рамках, установленных ч.3, ч. 5 ст. 7 Федерального закона от 03.07.2016 N 230-ФЗ. Аналогичные положения предусмотрены п. 7 Соглашения.

Разрешая требование о расторжении договора потребительского микрозайма, суд приходит к следующим выводам.

Основания изменения и расторжения договора установлены ст. 450 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Так, п. 1 указанной статьи установлено, что изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только: 1) при существенном нарушении договора другой стороной; 2) в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора (п. 2).

Кроме того, ст. 451 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, является основанием для его изменения или расторжения, если иное не предусмотрено договором или не вытекает из его существа.

Изменение обстоятельств признается существенным, когда они изменились настолько, что, если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях (п. 1).

Если стороны не достигли соглашения о приведении договора в соответствие с существенно изменившимися обстоятельствами или о его расторжении, договор может быть расторгнут, а по основаниям, предусмотренным пунктом 4 настоящей статьи, изменен судом по требованию заинтересованной стороны при наличии одновременно следующих условий: 1) в момент заключения договора стороны исходили из того, что такого изменения обстоятельств не произойдет; 2) изменение обстоятельств вызвано причинами, которые заинтересованная сторона не могла преодолеть после их возникновения при той степени заботливости и осмотрительности, какая от нее требовалась по характеру договора и условиям оборота; 3) исполнение договора без изменения его условий настолько нарушило бы соответствующее договору соотношение имущественных интересов сторон и повлекло бы для заинтересованной стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишилась бы того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора; 4) из обычаев или существа договора не вытекает, что риск изменения обстоятельств несет заинтересованная сторона (п. 2).

Истец в обоснование требований о расторжении договора займа ссылается на п. 3 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации и указывает на его кабальность.

Между тем, согласно п. 3 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Таким образом, закон не предусматривает такого основания для расторжения договора, как заключение кабальной сделки; сделка, заключенная на таких условиях, может быть признана судом недействительной.

Иных оснований для расторжения договора потребительского займа, предусмотренных Законом, истцом не приведено и доказательств наличия таких оснований суду не представлено. Суд в соответствии с ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации принимает решение по заявленным истцом требованиям, ввиду чего исковые требования в части расторжения договора потребительского микрозайма удовлетворению не подлежат.

Ссылка истца на соблюдение им досудебного порядка урегулирования спора при этом правового значения для разрешения исковых требований в данной части не имеет.

При таких обстоятельствах иск ФИО1 удовлетворению не подлежит в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО МФК «4 финанс» о признании недействительным в части договора займа, расторжении договора займа – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Радужнинский городской суд.

Судья (подпись) Н.В. Студеникина