Апелляционное определение № 33-1336/2026 от 24 марта 2026 г.

Мотивированное
апелляционное определение

изготовлено 25 марта 2026 года

УИД 59RS0002-01-2025-003260-37

Дело № 33-1336/2026

Дело в суде первой инстанции № 2-2719/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Пермь 11 марта 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Аникиной К.С.,

судей Мехоношиной Д.В., Хузяхралова Д.О.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Балуевой Ю.О.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании денежных средств,

по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Индустриального районного суда г.Перми от 13.11.2025.

Заслушав доклад судьи Аникиной К.С., объяснения представителя истца ФИО3, представителя ответчика ФИО4, изучив материалы дела, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился с иском к ФИО2, которым просил:

взыскать денежные средства по договору займа в сумме 500 000 руб., проценты за пользование денежными средствами в сумме 202 616 руб. 43 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами с момента обращения в суд с иском и по день фактической оплаты долга.

В обоснование иска указал, что 20.05.2025 ФИО1 заключил договор уступки права требования с Б. на передачу к истцу права требования взыскания с ФИО2 денежных средств в размере 500 000 руб. 31.08.2022 Б. заключил договор уступки права требования с И. на передачу к Б. права требования взыскания с ФИО2 денежных средств в размере 500 000 руб. Требование к ФИО2 основано на расписке о получении денежных средств у И. со сроком возврата до 19.06.2022. В установленный срок ответчик денежные средства не возвратил.

Решением Индустриального районного суда г.Перми от 13.11.2025, с учетом определения Индустриального районного суда г.Перми от 02.12.2025 об устранении описки, исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании денежных средств удовлетворены, с ФИО2 в пользу ФИО1 взыскана сумма задолженности по расписке от 14.06.2022 в размере 500 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 20.06.2022 по 13.11.2025 в размере 231 671 руб. 22 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 14.11.2025 и по день фактической оплаты суммы основного долга по расписке от 14.06.2022, судебные расходы в сумме 19 052 руб. (т.1 л.д.202-207,208).

Не согласившись с постановленным решением, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой (т.2 л.д.1-4), в которой просил решение отменить, принять новое решение, исковые требования оставить без удовлетворения, в обоснование указав, что истец не ссылался на новацию, не представлял доказательств ранее возникшего денежного обязательства ответчика, из содержания расписки не следует, что между сторонами состоялось соглашение о прекращении прежнего обязательства путем новации, не утверждал, что первоначальные отношения по сделке или иным основаниям были прекращены заменой на заемное обязательство. Предметом иска являлось взыскание денежных средств по договору займа, основание иска - факт заключения договора займа, неисполнение обязательств по нему. Суд в отсутствие доказательств передачи денежных средств вышел за пределы заявленных исковых требований, суд самостоятельно переквалифицировал спорные правоотношения, применив конструкцию новации, что нарушает принцип диспозитивности, суд должен рассмотреть дело по заявленным требованиям, суд должен был отказать в удовлетворении исковых требований в отсутствие передачи предмета займа от займодавца в силу незаключенности договора займа. Оспаривая договор займа по безденежности, ответчик исполнил свою процессуальную обязанность, представив доказательства отсутствия передачи 14.06.2022 денежных средств в сумме 500 000 руб., вместо того, чтобы оценить, исполнено ли истцом бремя доказывания факта передачи суммы займа, суд возложил на ответчика новое бремя - доказывать исполнение им каких-то иных, не являющихся предметом спора обязательств (по передаче оборудования или возврату денег, полученных в рамках иных правоотношений), тем самым суд вышел за рамки спора и смешал различные правоотношения. Непредставление доказательств по одному гипотетическому обязательству, якобы, по мнению суда, подтверждает наличие иного, заявленного в иске обязательства (заем). Ссылаясь на новацию суду следовало установить: характер отношений (передача денежных средств осуществлялась по сделке по купле-продаже 6 единиц оборудования), обязательства по оплате (оборудование приобреталось вскладчину обоими покупателями, денежные средства передавались наличными средствами и переводами), обязательство по исполнению (по сделке оборудование в полном объеме передано покупателям без претензий к качеству и количеству, 14.06.2022 оборудование самостоятельно изъято И., что подтверждает второй покупатель Н.), наличие и правовая природа долга. Суд не установил ни одного из этих обстоятельств, хотя они являются необходимыми предпосылками для применения новации. Суд должен был установить волю обеих сторон на заключение соглашения о новации. Таким образом, суд, пытаясь обосновать применение статьи 818 Гражданского кодекса Российской Федерации, ограничился установлением факта передачи денежных средств, но не установил иных ключевых для новации обстоятельств: не определил точно неисполненное обязательство (неосновательное обогащение, договор, ущерб), не исследовал его содержание, не установил, сохранилось ли оно к моменту написания расписки, и не установил согласованную волю на прекращение гипотетического обязательства и замену его заемным.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу и дополнениях к ней ФИО1 просил в удовлетворении апелляционной жалобы отказать (т.2 л.д.41-43,63-65).

В судебном заседании в суде апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО4 доводы апелляционной жалобы поддержал, представитель истца ФИО3 просил в удовлетворении апелляционной жалобы отказать. Лица, участвующие в деле, в судебное заседание в суд апелляционной инстанции не явились. Учитывая, что данные лица были надлежащим образом извещены о времени и месте судебного заседания, информация о времени и месте судебного заседания была заблаговременно размещена на интернет-сайте Пермского краевого суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагала возможным рассмотреть дело при данной явке.

Проверив законность и обоснованность постановленного по делу судебного решения в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг. Если займодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу.

Пунктом 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

В соответствии со статьей 809 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов за пользование займом в размерах и в порядке, определенных договором. При отсутствии в договоре условия о размере процентов за пользование займом их размер определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды (пункт 1). Размер процентов за пользование займом может быть установлен в договоре с применением ставки в процентах годовых в виде фиксированной величины, с применением ставки в процентах годовых, величина которой может изменяться в зависимости от предусмотренных договором условий, в том числе в зависимости от изменения переменной величины, либо иным путем, позволяющим определить надлежащий размер процентов на момент их уплаты (пункт 2). При отсутствии иного соглашения проценты за пользование займом выплачиваются ежемесячно до дня возврата займа включительно (пункт 3). Размер процентов за пользование займом по договору займа, заключенному между гражданами или между юридическим лицом, не осуществляющим профессиональной деятельности по предоставлению потребительских займов, и заемщиком-гражданином, в два и более раза превышающий обычно взимаемые в подобных случаях проценты и поэтому являющийся чрезмерно обременительным для должника (ростовщические проценты), может быть уменьшен судом до размера процентов, обычно взимаемых при сравнимых обстоятельствах (пункт 5).

В силу пункта 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Пунктом 2 статьи 811 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если договором займа предусмотрено возвращение займа по частям (в рассрочку), то при нарушении заемщиком срока, установленного для возврата очередной части займа, займодавец вправе потребовать досрочного возврата всей оставшейся суммы займа вместе с процентами за пользование займом, причитающимися на момент его возврата.

В силу статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а, при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В соответствии со статьей 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Как установлено судом первой инстанции и следует из письменных доказательств в материалах дела, 14.06.2022 между ФИО2 и И. заключен договор займа, по условиям которого ФИО2 обязуется возвратить И. денежные средства в сумме 500 000 руб. в срок до 19.06.2022, заем оформлен распиской заемщика (т.1 л.д.11).

31.08.2022 между И. (цедент) и Б. (цессионарий) заключен договор уступки требования (цессии) по договору займа от 14.06.2022, заключенному между И. и ФИО2 (т.1 л.д.19-20).

20.05.2025 между Б. (цедент) и Т. (цессионарий) заключен договор уступки требования (цессии) по договору займа от 14.06.2022, заключенному между И. и ФИО2 (т.1 л.д.21-22).

В указанный договором срок 19.06.2022 ФИО2 денежные средства И. не переданы, что и послужило основанием для обращения истца в суд с иском к ответчику.

Ответчик ФИО2 доводы возражений основывал на безденежности договора займа, указав, что И. денежные средства ФИО2 не передавал, принудил его написать расписку на сумму 500 000 руб., причинив телесные повреждения, что подтверждается материалом проверки КУСП № ** от 11.01.2023.

Так, из материала проверки КУСП № ** от 11.01.2023 по заявлению ФИО2 судом установлено, что в отделе полиции № 2 (дислокация Индустриальный район) Управления МВД России по г.Перми зарегистрирован материал проверки по факту нанесения ФИО2 побоев И. по адресу: ****; в соответствии с заключением эксперта ГКУЗОТ «ПКБСМЭ» № ** м/д телесные повреждения, причиненные ФИО2, квалифицированы как легкий вред здоровью.

Из объяснений ФИО2 от 05.07.2022, данных в ходе проведения проверки по материалу КУСП № ** в порядке статьи 144 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, следует, что с начала 2021 года он занимается перепродажей майнингового оборудования для получения криптовалюты. Через знакомых находит покупателей, которые делают заказ на определенное количество «асиков», в дальнейшем на сайтах частных объявлений приобретает «асики» и реализует их заказчикам с наценкой. В октябре 2021 года ФИО2 познакомился с Н. в ходе покупки у него майнингового оборудования. В феврале 2022 года Н. позвонил ФИО2, пояснив, что желает приобрести несколько «асиков». После чего они договорились о встречи в магазине у К., который также занимается продажей майнингового оборудования. 05.03.2022 ФИО2 и ФИО5 встретились по ****, где у последнего расположен магазин, с Н., который приехал с И. Н. пояснил, что «асик» стоимостью 795000,00 рублей он приобретет сам, а второй за такую же цену он приобретет на пополам с И. Между К. и Н. был оформлен договор купли-продажи. В последствии начались проблемы с поставками оборудования из Китая. ФИО2 с К. съездили в г.Екатеринбург, где приобрели 2 «асика» для Н. и И. Когда подключили «асики» один стал нормально работать, а второй не подключился. Н. согласился на ремонт. После чего начались проблемы с ремонтом, так как К., который, согласно договору, был ответственным лицом за работу оборудования, стал отказываться от выполнения обязанности по ремонту. Н. и И. стали высказывать претензии ФИО2 04.06.2022 позвонил И., сказал, что у него есть покупатель на 30 «асиков». 14.06.2022 около 20:00 по **** состоялась встреча по инициативе И. по его предложению продать майнинговое оборудование некому Александру. В момент осмотра оборудования И. нанес Х. удары по лицу и по телу, после чего подошел к ФИО2 и также стал наносить удары в область груди. И. говорил, что Х. и ФИО2 должны ему денежные средства в сумме 1000 000 руб. Путем угроз и применения физической силы они заставили ФИО2 и Х. написать расписку о необоснованной задолженности перед И. на общую сумму 1000 000 руб. (т.1 л.д.113-115).

Также из объяснения ФИО2 от 01.11.2022 следует, что И. передал за аппараты 1200000 руб., аппараты ломались, И. оплачивал ремонт. ФИО2 считает, что претензии И. к нему заключались в том, что на его аппаратах майнили, ссылаясь на ремонт. И. посчитал, что понес убытки, забрал аппараты, принадлежащие Х., в залог до возврата денежных средств, которые он потратил на приобретение аппаратов. Аппарат, который постоянно ломался, разобрали на запчасти в г.Москве. С разбором аппарата И. был согласен. При передаче денежных средств договоры не составлялись (т.1 л.д.148-149).

В ходе проверки И. в объяснениях от 08.08.2022 пояснил, что с ФИО2 встретился в начале марта 2022 года. Там же на встрече присутствовал Н. и К. На встрече обозначили условия работы, какие именно аппараты будут и сколько нужно вложить денег в данное предприятие. Договор состоял в том, что ФИО2 закупает оборудование и ставит его в условленном месте. Составили договор между К. и Н., передали ФИО2 1590000 руб., из которых 400 000 руб. были И., а остальные передал Н. К. должен был передать Н. 2 аппарата (асика). По факту данных аппаратов не было. С момента подписания договора, примерно через 2 дня, ФИО2 позвонил и предложил приобрести еще один асик, на что И. согласился и передал ФИО2 и его знакомому Х. денежные средства в сумме 600 000 руб. И. приехал на ****, отдал еще 500 000 руб. Первые два аппарата, которые оплатили в сумме 1590 000 руб., так и не пришли, в результате чего начали появляться вопросы к ФИО2, Х. и К. ФИО2 пояснял, что аппараты пришли, но аппарат И. пришел сломанный, нужны деньги на его ремонт. И. перевел ФИО2 20 000 руб., в апреле 2022 года еще 25 000 руб. В конце мая ФИО2 снова сказал, что нужны дополнительные деньги на ремонт асика, предложил его продать, как сломанный. И. отказался, решил забрать свои другие аппараты. На 14.06.2022 ФИО2 назначил встречу и сказал, что все аппараты собраны. И. приехал на встречу и от негодования, что он не увидел обещанных денег и аппарата он нанес ФИО2 2-3 удара в область живота, после чего забрал свои аппараты и аппараты Н. И. сказал, что вернет аппараты и расписки, когда они вернут деньги, которые он вложил, в сумме 1000 000 руб. (т.1 л.д.56-57,116-119).

В ходе очной ставки ФИО2 пояснил, что И. требовал написать расписку на 500 000 руб., что эти деньги взяли у него в долг. ФИО2 и Х. написали расписки о долге в размере 500 000 руб., потому что боялись, что им вновь нанесут побои. ФИО2 денежные средства за майнер И. и Н. не отдавал, майнер разобран на запчасти (т.1 л.д.58-61).

Из объяснений С., также данных в ходе проверки, следует, что И. его знакомый. Примерно в начале июня И. попросил его съездить с ним на встречу с незнакомыми ему молодыми людьми, которые ему должны денежные средства в сумме 1000 000 руб. за оборудование для майнинга «асики». И. предложил ФИО2 вернуть деньги либо предоставить обещанное оборудование. ФИО2 пояснял, что у него нет таких денежных средств, предложил забрать на время оборудование до момента возврата денежных средств в сумме 1000000 руб., И. согласился и предложил ФИО2 и Х. написать залоговые расписки на 1000000 руб. Со слов И. С. известно, что денежные средства не возвращены, оборудование не поставлено (т.1 л.д.139).

Из объяснений Н. в ходе проверки следует, что пока ждали поставку двух аппаратов, он заключил договор с Х. на поставку майнингового оборудования, которое своевременно было поставлено из г.Москва, договор также был от его имени, хотя складывались с И. По данному договору претензий нет. Деньги переводили несколькими траншами на разные счета (т.1 л.д.70-72).

Из заявления Х. о преступлении от 08.09.2022 следует, что И. предъявлял претензии за сломанный аппарат (т.1 л.д.140-143).

Разрешая исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что поскольку сторонами договора займа (ФИО2 и И.), заключенного в письменной форме, согласованы все существенные условия, характерные для данного договора, в том числе предмет, срок возврата займа, постольку договор займа следует считать заключенным, договор оформлен распиской, факт написания и выдачи которой заемщик не оспаривал; недействительным договор займа не признан. Фактически же заемная расписка выдана ФИО2 в счет его обязательства по возмещению И. ущерба (новация долга), в связи с чем договор займа не может быть признан незаключенным по безденежности; из объяснений ФИО2 следует, что денежные средства в целях приобретения оборудования для майнинга И. передавал, в свою очередь, ФИО2 не представил доказательств возврата денежных средств, исполнения принятого на себя обязательства по приобретению и передаче И. оборудования, передачи денежных средств за неисправный аппарат, реализованный в г.Москва на запасные части. При отсутствии доказательств надлежащего исполнения ФИО2 обязательств перед И. расписка подтверждает возникновение заемного обязательства на стороне ответчика вследствие новации. В связи с изложенным исковые требования о взыскании с ФИО2 в пользу Т. задолженности суд первой инстанции удовлетворил. Также руководствуясь статьями 395, 811 Гражданского кодекса Российской Федерации суд произвел расчет процентов за пользование чужими денежными средствами за период со 20.06.2022 по 13.11.2025 в сумме 243698 руб. 62 коп.

Судебная коллегия правовых оснований согласиться с обжалуемым судебным постановлением не усматривает, при этом исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 818 Гражданского кодекса Российской Федерации по соглашению сторон долг, возникший из купли-продажи, аренды или иного основания, может быть заменен заемным обязательством. Согласно пункту 2 этой же статьи замена долга заемным обязательством осуществляется с соблюдением требований о новации (статья 414) и совершается в форме, предусмотренной для заключения договора займа (статья 808).

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств», по соглашению сторон долг, возникший из договоров купли-продажи, аренды или иного основания, включая обязательства из неосновательного обогащения, причинения вреда имуществу или возврата полученного по недействительной сделке, может быть заменен заемным обязательством (пункт 1 статьи 818 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случае новации обязательства в заемное в качестве основания для оспаривания не может выступать непоступление предмета займа в распоряжение заемщика. С момента заключения соглашения о новации у должника возникает обязанность по уплате процентов за пользование займом, если иное не предусмотрено законом или таким соглашением (пункт 1 статьи 809 ГК РФ).

В силу статьи пункта 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Статьей 506 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В соответствии с пунктом 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Согласно пункту 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Из положений статьи 414 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что обязательство прекращается соглашением сторон о замене первоначального обязательства, существовавшего между ними, другим обязательством теми же лицами (новация), если иное не установлено законом или н. вытекает из существа отношений.

В соответствии постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств», обязательство прекращается новацией, если воля сторон определенно направлена на замену существовавшего между ними первоначального обязательства другим обязательством (статья 414 Гражданского кодекса Российской Федерации). Новация имеет место, если стороны согласовали новый предмет и (или) основание обязательства. Соглашение о замене первоначального обязательства другим может быть сформулировано, в частности, путем указания на обязанность должника предоставить только новое исполнение и (или) право кредитора потребовать только такое исполнение (пункт 22). Помимо указания на первоначальное обязательство в соглашении о новации должны быть согласованы предмет нового обязательства и иные условия, необходимые для договора соответствующего вида (пункт 1 статьи 432 ГК РФ). Например, если взамен первоначального обязательства должник обязуется передать товар в собственность, то в соглашении о новации должны быть указаны наименование и количество товара (пункт 3 статьи 455 ГК РФ) (пункт 27).

Из приведенных разъяснений следует, что стороны могут заменить договором займа существовавшие между ними обязательства, если воля сторон определенно направлена на замену первоначального обязательства другим обязательством, и это обстоятельство само по себе не может служить основанием для признания такого договора займа безденежным. Юридически значимыми и подлежащими установлению по делу являются обстоятельства, касающиеся достижения между сторонами соглашения о новации. При этом при наличии спора относительно того, имела ли место новация, бремя доказывания наличия между сторонами нового обязательства, лежит на стороне, ссылающейся на новацию. Для того чтобы новация считалась состоявшейся, необходимо наличие ряда условий, а именно: существование первоначального обязательства, соглашение сторон о замене этого обязательства другим, новое обязательство, намерение обновить отношения, допустимость замены первоначального обязательства новым. Таким образом, существо новации заключается в замене первоначального обязательства, существующего между сторонами ранее, другим обязательством с одновременным прекращением первоначального обязательства

В судебном заседании в суде апелляционной инстанции представитель истца пояснил, что заемным обязательством стороны заменили задолженность ФИО2 по договору поставки товара, заключенному 05.03.2022 между ИП К. (поставщик) и Н. (покупатель), в рамках которого ФИО2 также должен был поставить оборудование И., а также задолженность ФИО2 из подрядных правоотношений, в рамках которых он обязался осуществить ремонт оборудования И., поскольку ФИО2 не исполнены обязательства из договора поставки и договора подряда путем новации они заменены на заемное.

Из имеющегося в материалах дела договора поставки товара № ** от 05.03.2022 следует, что ИП К. (поставщик) взял на себя обязательства продать Н. (покупатель), а последний обязался оплатить и принять следующий товар Canaan Avalon 1166 pro 81Th в количестве две штуки, оплата по договору осуществляется 100% авансом в виде всей суммы платежа в дату заключения договора покупателем в размере 1590000 руб.; в договоре приведена расписка К. о том, что денежные средства 1590000 руб. он получил (т.1 л.д.68-69).

Из вышеприведенных объяснений ФИО2 следует, что в марте 2022 года Н. приобрел майнинговое оборудование по цене 795000 руб. для себя, второй за такую же цену - напополам с И., договор купли-продажи был оформлен между К. и Н., из приобретенных в г.Екатеринбурге двух аппаратов один не работал, Н. согласился на ремонт; И. передал за аппараты 1200000 руб., аппараты ломались; из объяснений И. следует, что договор был составлен между К. и Н., ФИО2 получил 1590000 руб., из которых 400000 руб. были И., К. должен был передать Н. два аппарата, по факту аппаратов не было, ФИО2 предложил приобрести еще один аппарат, И. согласился и передал ФИО2 и его знакомому Х. 600 000 руб. Затем И. отдал еще 500 000 руб., первые два аппарата, которые оплатили в сумме 1590 000 руб., так и не пришли. ФИО2 пояснял, что аппараты пришли, но аппарат И. пришел сломанный, нужны деньги на его ремонт, И. перевел ФИО2 20 000 руб., потом еще 25 000 руб.

При разрешении исковых требований суд первой инстанции верно исходил из того, что в действительности денежные средства по договору займа от 14.06.2022 И. ФИО2 не передавались.

Приходя к выводу о замене заемным обязательством через новацию обязательства ФИО2 по возмещению И. ущерба, суд первой инстанции указал на получение ФИО2 от И. денежных средств в целях приобретения оборудования для майнинга, на непредставление ФИО2 доказательств возврата И. денежных средств, доказательств исполнения принятого на себя обязательства по приобретению и передаче И. оборудования, а также по передаче денежных средств за неисправное оборудование, реализованное в г.Москва на запасные части.

Вместе с тем, с учетом правовых норм и разъяснений, подлежащих применению к возникшим правоотношениям, принимая во внимание вышеприведенный договор поставки, вышеуказанные объяснения, в том числе ФИО2, И., данные в ходе проведения проверки по материалу КУСП, судебная коллегия констатирует, что из материалов дела не представляется возможным сделать вывод, а истцом в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации надлежащими относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами не доказана воля сторон, направленная на замену первоначального обязательства заемным обязательством, не доказаны предмет, существо и условия (в том числе существенные) первоначальных обязательств (из договора поставки, из договора подряда), которые стороны, как утверждает истец, заменили заемным, не доказано, имелись ли основания для новирования обязательств между сторонами (если таковые имели место), не представляется возможным сделать вывод о том, что у ответчика в действительности имелась обязанность непосредственно перед истцом по передаче (поставке) оборудования, его ремонту, которые возможно было бы новировать в заемное обязательство. В связи с этим поскольку первоначальное обязательство отсутствовало, оно не могло быть заменено в заемное обязательство путем новации.

Собственно договор поставки от 05.03.2022, заключенный между ИП К. (поставщик) и Н. (покупатель), достаточным для установления существа первоначального обязательства не является. Более того, утверждая, что стороной этого договора являлся И., истец фактически указывает на притворность договора поставки от 05.03.2022 по субъектному составу, однако по данному основанию договор поставки не оспаривался, недействительным не был признан, сведений об этом в материалах дела нет.

Какие-либо иные письменные доказательства, помимо приведенного договора поставки от 05.03.2022, заключенного между иными лицами, нежели ФИО2 и И., из которых возможно установить предмет, существо и условия (в том числе существенные) первоначальных обязательств (из договора поставки, из договора подряда), которые бы возникли непосредственно между сторонами, в материалах дела отсутствуют, объяснения ФИО2 и И., данные в ходе проверки по материалу КУСП, достаточными для установления юридически значимых обстоятельств быть признаны не могут.

В связи с неправильным определением обстоятельств, неправильным применением норм материального права, решение Индустриального районного суда г.Перми от 13.11.2025 следует отменить, принять новое решение об отказе в иске.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Индустриального районного суда г.Перми от 13.11.2025 отменить, принять по делу новое решение, которым исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании денежных средств - оставить без удовлетворения.

Председательствующий: /подпись/

Судьи: /подписи/