Постановление № 44Г-23/2017 4Г-1188/2017 от 17 декабря 2017 г. по делу № 2-164/2017

Судья 1 инст.: Смирнова Н.А. № 44г-23/2017

Судьи апелляционной инстанции:

ФИО1 – председательствующий,

ФИО2 – докладчик, Кутовая И.А.


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

ПРЕЗИДИУМА ВЛАДИМИРСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

г. Владимир 18 декабря 2017 г.

Президиум Владимирского областного суда в составе:

Председательствующего Малышкина А.В.,

членов президиума Великанова В.В., Живцовой Е.Б., Медведева С.В.,

ФИО3, ФИО4

при секретаре Гольцовой М.Н.

рассмотрел гражданское дело по иску ФИО5 к ФИО6, ФИО7 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности ничтожной сделки,

по кассационной жалобе ФИО5 на решение Судогодского районного суда Владимирской области от 28 марта 2017 г., апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Владимирского областного суда от 20 июня 2017 г.

Заслушав доклад судьи областного суда Швецовой Н.Л., выслушав объяснения представителя ФИО5 – ФИО8, поддержавшего доводы кассационной жалобы, президиум

у с т а н о в и л:

ФИО5 обратился в суд с вышеуказанными исковыми требованиями, указав в обоснование, что решением суда от **** г. с ФИО9 в его пользу взысканы денежные средства в размере **** руб. **** г. возбуждено исполнительное производство. До настоящего времени требования исполнительного документа должником не выполнены, он уклоняется от исполнения решения суда.

В ходе рассмотрения дела по его иску о выделе ? доли ФИО9 в праве собственности супругов на земельный участок с кадастровым номером **** и обращении на него взыскания, установлено, что 1 октября 2016 г. между ФИО6 (бывшей супругой ФИО9) и ФИО7 (одаряемый) заключен договор дарения земельного участка. Вместе с тем указанный земельный участок приобретен ФИО6 и ФИО9 в период их брака и является совместной собственностью супругов. Заключение договора дарения при наличии исполнительного производства влечет его недействительность, а действия ФИО6 по отчуждению земельного участка являются злоупотреблением правом.

Ответчики ФИО7, ФИО6 исковые требования не признали, указав, что земельный участок приобретен ФИО6 на денежные средства отца ФИО7, полученные по договору дарения от ****. После расторжения брака с ФИО9 земельный участок остался в собственности ФИО6, которая подарила участок отцу в связи со сменой места жительства. Указали на отсутствие доказательств злоупотребления правом, учитывая, что решение суда о возложении на ФИО9 обязанности по уплате денежных средств в пользу истца принято после расторжения брака с ФИО6

Третье лицо ФИО9, представители третьих лиц Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Владимирской области, отдела судебных приставов Октябрьского района г. Владимира в суд не явились.

Решением Судогодского районного суда Владимирской области от 28 марта 2017 г., оставленном без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Владимирского областного суда от 20 июня 2017 г., в удовлетворении исковых требований ФИО5 отказано.

В кассационной жалобе представитель ФИО5 – ФИО8 просит отменить принятые по делу судебные постановления, полагая их вынесенными с существенным нарушением норм материального и процессуального права.

Определением судьи Владимирского областного суда Швецовой Н.Л. от 20 ноября 2017 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании президиума Владимирского областного суда.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и поступивших письменных возражений ФИО6 на нее, президиум областного суда находит жалобу подлежащей удовлетворению.

Согласно статье 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции направляет лицам, участвующим в деле, копии определения о передаче кассационных жалобы, представления с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции и копии кассационных жалобы, представления. Время рассмотрения кассационных жалобы, представления с делом в судебном заседании суда кассационной инстанции назначается с учетом того, чтобы лица, участвующие в деле, имели возможность явиться на заседание.

Лица, участвующие в деле, извещаются о времени и месте рассмотрения кассационных жалобы, представления с делом, однако неявка указанных лиц не препятствует их рассмотрению.

Принимая во внимание, что истец ФИО5, ответчики ФИО6, ФИО7, третье лицо ФИО9, заблаговременно и надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, сведений и доказательств невозможности участия в судебном заседании по уважительным причинам не представили, президиум областного суда находит возможным рассмотреть кассационную жалобу в их отсутствие.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Президиум приходит к выводу о том, что при рассмотрении настоящего дела судами первой и апелляционной инстанции были допущены такого рода существенные нарушения норм права, выразившиеся в следующем.

Судом установлено, что ФИО9 и ФИО6 состояли в браке с **** г. по **** г****

**** г. на имя ФИО6 по договору купли-продажи приобретен и зарегистрировано право собственности на земельный участок, кадастровый номер ****, расположенный по адресу : **** ****

Решением Октябрьского районного суда г. Владимира от **** г. с ФИО9 в пользу ФИО5 взысканы убытки в размере денежных средств, переданных в качестве аванса по договорам подряда **** руб., неустойка -**** руб., судебные расходы в сумме **** руб. ****

**** г. возбуждено исполнительное производство в отношении должника ФИО9 в пользу взыскателя ФИО5 на предмет исполнения – задолженность в размере **** руб. **** По состоянию на 23 марта 2017 г. сумма задолженности составляет **** руб. ****

1 октября 2016 г. между ФИО6 и ФИО7 заключен договор дарения вышеуказанного земельного участка (кадастровый номер ****, кадастровой стоимостью **** руб.) **** право собственности на земельный участок зарегистрировано за ФИО7 6 октября 2016 г. ****

Разрешая спор и отказывая в иске, суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции, исходил из того, что оспариваемая сделка повлекла для сторон именно те правовые последствия, на которые стороны рассчитывали при заключении договора дарения (право собственности на недвижимое имущество перешло к одаряемому ФИО7, зарегистрировано в установленном законом порядке и используется по назначению), а также недоказанности злоупотребления правом ответчиками, их осведомленности об отсутствии у ФИО6 полномочий по распоряжению участком. При этом суд исходил из того, что на момент совершения сделки ФИО6 являлась единственным собственником земельного участка, утверждавшей о заключении с ФИО9 при расторжении брака устного соглашения о разделе имущества, в соответствии с которым земельный участок оставался в ее собственности. Указывая, что защита права собственности супруга на имущество, владение которым фактически прекращено, может осуществляться путем признания этого права, но в пределах срока исковой давности, однако ФИО9 в течение трех лет с момента расторжения брака, зная о том, что право собственности зарегистрировано за ФИО6, каких-либо требований в отношении спорного земельного участка не заявлял, доказательств наличия спора о праве на земельный участок между бывшими супругами не представлено, суд пришел к выводу о наличии состоявшегося соглашения о разделе имущества, которое влечет прекращение права общей собственности.

Президиум областного суда не может согласиться с указанными выводами по следующим основаниям.

Согласно положениям статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью (пункт 1).

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства (пункт 2).

Из материалов дела следует и судами установлено, что земельный участок в **** приобретен ФИО6 в период брака с ФИО9, следовательно, как нажитое супругами во время брака имущество, являлось общей совместной собственностью супругов.

В соответствии с положениями статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов, а также в случае заявления кредитором требования о разделе общего имущества супругов для обращения взыскания на долю одного из супругов в общем имуществе супругов (пункт 1).

Общее имущество супругов может быть разделено между супругами по их соглашению. Соглашение о разделе общего имущества, нажитого супругами в период брака, должно быть нотариально удостоверено (пункт 2). До внесения. Федеральным законом от 29.12.2015 N 391-ФЗ изменений в указанную норму, на период расторжения брака ФИО9 и ФИО6 в **** г. соглашение о разделе общего имущества супругов по их желанию могло быть удостоверено нотариально.

Следовательно, соглашение о разделе имущества супругов является основанием для возникновения, изменения и прекращения прав и обязанностей супругов в отношении их совместной собственности.

Суд первой инстанции согласился с позицией ответчика ФИО6 о достигнутом с ФИО9 при расторжении брака устном соглашении о разделе приобретенного в период брака земельного участка, которое повлекло прекращение на него законного режима совместной собственности и возникновение самостоятельного права собственности ФИО6

Вместе с тем в силу положений статьи 159 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, для которой законом или соглашением сторон не установлена письменная (простая или нотариальная) форма, может быть совершена устно (пункт 1). Если иное не установлено соглашением сторон, могут совершаться устно все сделки, исполняемые при самом их совершении, за исключением сделок, для которых установлена нотариальная форма, и сделок, несоблюдение простой письменной формы которых влечет их недействительность (пункт 2).

Согласно требованиям статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами (пункт 1).

Сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки, должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения. ( ст. 161 ГК РФ )

Содержание приведенных норм материального права указывает, что соглашение о разделе недвижимого имущества супругов не может быть совершено в устной форме, поскольку для заключения такой сделки необходимо согласование всех ее существенных условий, одним из которых является условие о предмете, а именно о прекращении установленного законом режима совместной собственности и об установлении режима раздельной собственности на супружеское имущество.

Вместе с тем указанные нормы материального права судами первой и апелляционной инстанции при оценке доводов сторон не применялись.

Президиум также полагает ошибочными выводы суда первой инстанции о том, что отсутствие требований ФИО9 о разделе имущества в течение трех лет с момента расторжения брака является одним из обстоятельств, указывающим на прекращение права совместной собственности супругов.

Данный вывод суда не согласуется с правовой позицией, изложенной в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», из которой следует, что течение трехлетнего срока исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут (пункт 7 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации), следует исчислять не со времени прекращения брака, а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, истечение трехлетнего срока с момента расторжения брака не влечет прекращение режима совместной собственности супругов и безусловно не указывает на утрату прав ФИО9 на земельный участок.

При этом президиум обращает также внимание на то, что в возникшем споре по требованию кредитора о применении последствий недействительности ничтожной сделки (пункт 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации) вопрос осведомленности бывшего супруга, который является должником, о нарушении его прав на общее имущество,значимым обстоятельством не является.

Учитывая изложенное, президиум полагает, что выводы суда первой инстанции о прекращении режима совместной собственности на земельный участок, приобретенный в браке, не основаны на нормах закона.

Допущенное судом первой инстанции неверное применение норм материального права к установленным фактическим обстоятельствам разрешенного спора не устранено судом апелляционной инстанции.

Кроме того, указывая на отсутствие доказательств мнимости совершенной ответчиками сделки по дарению земельного участка, а также наличия злоупотребления правом, суд первой инстанции ограничился исследованием обстоятельств ее исполнения сторонами, регистрации права собственности ФИО7 на земельный участок.

Однако, формальное исполнение сделки и равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество (например, во избежание обращения взыскания на имущество) не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, что следует из разъяснений пункта 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Определяя пределы осуществления гражданских прав, статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Разъясняя это законоположение, Верховный Суд Российской Федерации указал, что при оценке действий сторон как добросовестных или недобросовестных судам следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Изложенное указывает на то, что суд при рассмотрении дела обязан исследовать по существу все фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы.

В апелляционной жалобе ФИО5, не соглашаясь с решением суда первой инстанции и произведенной им оценкой доказательств, ссылался на совокупность имеющихся в деле доказательств, указывающих, по его мнению, на мнимый характер сделки, в частности, договор целевого дарения денежных средств на приобретение земельного участка, заключенный между близкими родственниками и последовавший между ними договор дарения этого земельного участка, не соответствие представленных доказательств принципу достоверности, а также на осведомленность ответчика ФИО7 о приобретении по безвозмездной сделке земельного участка, нажитого в браке его дочерью.

Однако, из содержания апелляционного определения следует, что данные доводы отклонены, как не имеющие юридического значения, для разрешенного судом спора.

Между тем в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления. Суд апелляционной инстанции оценивает имеющиеся в деле, а также дополнительно представленные доказательства.

Из разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в пункте 21 постановления Пленума от 19 июня 2012 г. № 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», следует, что повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Суд апелляционной инстанции не выполнил указанные требования. Перечислив доводы апелляционной жалобы, анализа и оценки исследованных судом первой инстанции доказательств по существу не произвел, мотивов, по которым доводы апелляционной жалобы не имеют юридического значения со ссылкой на нормы права и обстоятельства дела, установленные судом апелляционной инстанции, не привел.

При таких обстоятельствах президиум областного суда приходит к выводу, что допущенные при рассмотрении дела судами первой и апелляционной инстанций нарушения норм материального и процессуального права являются существенными, они повлияли на исход дела и без их устранения невозможны защита нарушенных прав и законных интересов заявителя кассационной жалобы, в связи с чем апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Владимирского областного суда от 20 июня 2017 г. подлежит отмене, а дело направлению на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум

постановил:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Владимирского областного суда от 20 июня 2017 г. отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Председательствующий А.В. Малышкин