Решение № 2-622/2018 2-622/2018~М-483/2018 М-483/2018 от 1 июля 2018 г. по делу № 2-622/2018

Дело № 2-622/2018 г.


Р Е Ш Е Н И Е

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И

02 июля 2018 года г.Спасск-Дальний

Спасский районный суд Приморского края в составе председательствующего судьи Миначёвой Т.В.,

с участием помощника прокурора г.Спасска-Дальнего – Малец Е.Е.,

при секретаре Каракиян О.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда в результате производственной травмы,-

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратился в суд с указанным исковым заявлением, в котором указал, что ДД.ММ.ГГГГ между ним и ИП ФИО2 был заключен трудовой договор №, согласно которому он был трудоустроен грузчиком на оптово-розничную базу ИП ФИО2.

ДД.ММ.ГГГГ в 08 часов 30 минут в связи с поступившим заданием, он приступил к выполнению своих обязанностей и, находясь на складе №, расположенном на территории организации в <адрес>, осуществлял укладку мешков с овсом (фасовкой 40 кг.) с пола на поддон. Около 09 часов 30 минут, в момент погрузки мешка на плечо на него упало несколько мешков с общей стопы, не удержав этот вес, он упал, в результате чего получил повреждение ноги в виде: подвертельного фрагментального перелома бедра.

В связи с полученной травмой он находился на стационарном лечении в Спасской городской больнице в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и после на амбулаторном лечении до ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, общий срок лечения составил семь месяцев.

ДД.ММ.ГГГГ он уволился по собственному желанию по причине того, что не смог продолжать трудовую деятельность по состоянию своего здоровья, связанного с последствиями полученной травмы.

Согласно акту № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, причиной несчастного случая явились неудовлетворительное содержание и недостатки в организации рабочих мест, недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, отсутствие должного контроля со стороны работодателя и должностных лиц предприятия за соблюдением исполнителями работ дисциплины труда, требования инструкций по охране труда, нарушение ст.ст.22, 212 Трудового кодекса РФ. Факт грубой неосторожности в его действиях не установлен.

В результате травмы на производстве ему причинен моральный вред, который заключается в нравственных переживаниях в связи с полученной травмой, физической болью, длительным, более полугода, лечением, ограничением в передвижении.

По изложенному, просит взыскать с ответчика – индивидуального предпринимателя ФИО2 в свою пользу компенсацию морального вреда в размере <сумма 1>.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал и суду пояснил, что он был трудоустроен грузчиком ДД.ММ.ГГГГ к ИП ФИО2. ДД.ММ.ГГГГ он и его напарник были направлены кладовщиком в склад для выполнения работ по погрузке мешков на поддон. Во время погрузки мешка на плечо, на него упали мешки из общей стопы. Никакого инструктажа по техничке безопасности перед выполнением работ с ним не проводилось. В результате падения на него мешков, ему была причинена травма в виде перелома бедренной кости, вследствие чего он находился на стационарном лечении в травматологическом отделении в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, после выписки из которого, до ДД.ММ.ГГГГ на амбулаторном лечении у врача-травматолога. Инвалидность ему не присвоена.

Кроме того, изначально он не был официально трудоустроен, трудовой договор подписал после того, как был выписан из больницы. Находясь в больнице, он подписывал какие-то документы, но какие именно пояснить не может, поскольку не читал их.

ИП ФИО2 были оплачены, представленные им больничные листы, а также была оказана материальная помощь в размере <сумма 4>, которыми он распорядился по своему усмотрению.

В результате полученной травмы, врачом-травматологом ему был показан лёгкий труд, вследствие чего он был вынужден уволиться по собственному желанию и в дальнейшем у него возникли сложности с трудоустройством, несмотря на наличие у него специальностей: стропальщика, бетонщика, арматурщика.

С ДД.ММ.ГГГГ он трудоустроен разнорабочим по договору подряда, на период выполнения поставленного объёма работ, труд физический.

На его иждивении находится младший брат, который проходит обучение в <адрес>.

Представитель истца ФИО3 в судебном заседании требования ФИО1 поддержал в полном объёме, уточнив, что они адресованы ИП ФИО2 (изначально его доверитель допустил опечатку в фамилии ответчика ФИО2) и пояснил, что вина индивидуального предпринимателя в причинении травмы на производстве доказана и подтверждается актом о несчастном случае, в котором имеется ссылка на отсутствие должного контроля со стороны работодателя и отсутствие вводного инструктажа. Основанием для уменьшения выплаты в результате причинения травмы является грубая неосторожность работника, которой в действиях его доверителя установлено не было. В связи с чем, полагает, что заявленный в иске размер компенсации морального вреда, обоснован фактическими обстоятельствами дела и подлежит удовлетворению в размере заявленных требований, так как в течение 7 месяцев его доверитель находился на лечении, стационарном, затем амбулаторном, ему был рекомендован лёгкий труд, возникли трудности с трудоустройством.

Ответчик ФИО2, извещенный о дате и времени судебного разбирательства, в судебное заседание не явился, суд счел возможным и необходимым рассмотреть дело в его отсутствие в связи с тем, что интересы ответчика в суде представлял представитель ФИО4, который с заявленными требованиями не согласился и пояснил, что при предъявлении требований о компенсации морального вреда, сторона должна доказать и обосновать, что нравственные и физические страдания наступили по вине причинителя вреда. Однако, таких оснований ни истцом, ни его представителем суду, полагает, не представлено. В чем именно выразились нравственные страдания истца, из его требований не следует. Считает, что ссылка истца на безусловность виновности работодателя в произошедшем несчастном случае, является необоснованной, поскольку, из дополнительного Акта о несчастном случае и пояснений очевидцев следует, что причиной травмы явилось явное несоблюдение самим истцом правил по переноске грузов, вина ответчика в получении истцом травмы представляется сомнительной. Факт наличия трудовых отношений между сторонами, и факт произошедшего несчастного случая им и его доверителем не оспариваются. Указанная травма получена истцом по причине собственной неосторожности в первый рабочий день, при том обстоятельстве, что все необходимые требования трудового законодательства со стороны его доверителя были выполнены в полном объёме (проведен как первичный, так и вводный инструктаж, рабочее место соответствует всем необходимым требованиям, лицо допущено к исполнению трудовых обязанностей в здоровом и нормальном физическом состоянии).

В период нахождения истца на лечении со стороны его доверителя не было допущено нарушений норм трудового законодательства: листы нетрудоспособности были оплачены в полном объёме в сроки и в размере, предусмотренном действующим законодательством, кроме того, его доверитель оказал добровольную материальную помощь истцу в размере 15 тысяч рублей.

Привлеченная к участию в деле в качестве третьего лица Государственная инспекция труда в <адрес>, надлежащим образом извещенная о дате и времени судебного разбирательства, в судебное заседание не явилась, о причинах ее неявки суд не проинформирован, письменный отзыв суду не представлен, в связи с чем суд счёл возможным рассмотреть дело без участия её представителя.

Помощник прокурора <адрес> Малец Е.Е. в заключении полагает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, с учётом обстоятельств дела, в силу разумности и справедливости, т.к. в судебном заседании была установлена вина работодателя в произошедшем несчастном случае, который допустил работника к работе, не проведя инструктаж по технике безопасности.

Суд, изучив мнения сторон, исследовав представленные сторонами доказательства в их совокупности, приходит к выводу о том, что иск заявлен обоснованно и подлежит частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Так, допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля К.Ж.В. суду пояснила, что работает у индивидуального предпринимателя ФИО2 в должности кладовщика. С истцом знакома непродолжительное время, неприязненных, дружеских, родственных отношений с ним не имеет. Перед началом работ на складе, ею проводится с работниками инструктаж по технике безопасности, что подтверждается подписями сотрудников в журнале. Кроме того, она проводит визуальный осмотр состояния работника и при необходимости измеряет давление. ДД.ММ.ГГГГ ею был проведен инструктаж по технике безопасности с работником ФИО1, который расписался в соответствующем журнале, и был направлен ею в помощь рабочим, разгружающим груз в складском помещении. ФИО1 должен был укладывать мешки с овсом на поддоны. Спустя непродолжительное время она услышала крик, и один из работников попросил вызвать скорую помощь. Само происшествие она не видела, так как находилась в другом конце складского помещения. Подойдя к ФИО1, она увидела того лежащим на полу, он жаловался на боль в ноге. О том, подписывала ли она акт о несчастном случае, пояснить не может в связи с давностью произошедших событий.

Свидетель Б.А.С. пояснил, что его работодателем является индивидуальный предприниматель ФИО2, работает он в должности водителя. С истцом ФИО1 он знаком, как с бывшим работником ИП ФИО2, который был принят на должность грузчика. Обстоятельств случившегося он пояснить не может, поскольку не являлся их очевидцем. Со слов другого работника – грузчика ему стало известно о том, что тот вместе с ФИО1 работал в складском помещении, когда во время работ ФИО1 упал, вследствие чего ему необходимо было оказать медицинскую помощь. он вызвал скорая помощь.

В силу статей 20, 41 Конституции Российской Федерации, статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации, жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения.

В силу статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья, предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты; обязательное социальное страхование работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

В соответствии со ст.22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с выполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Абзацем 8 статьи 220 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", в соответствии с абзацем 2 пункта 3 статьи 8 которого возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

На основании статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется по правилам, установленным статьями 151, 1101 ГК РФ. При определении размера компенсации морального вреда судом учитываются степень вины нарушителя, характер причиненных лицу физических и нравственных страданий, требования разумности и справедливости.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

При недостижении соглашения между сторонами трудовых отношений спор о размере компенсации морального вреда разрешается судом на основе применения общих положений о защите нематериальных благ, предусмотренных гражданским законодательством.

Как установлено в судебном заседании, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был принят на работу к ИП ФИО2 на должность грузчика в оптово-розничную базу ИП ФИО2

Обстоятельства получения истцом производственной травмы изложены в Акте № от ДД.ММ.ГГГГ и не оспариваются сторонами по делу. Так, из акта следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 приступил к работе в 08.30 часов. Ему было дано задание: в складе № поднимать мешки с овсом (фасовкой 40 кг.) с пола и укладывать на поддон. Примерно через полчаса кладовщик К.Ж.В. услышала крик грузчика ФИО1, подошла к нему, он лежал на полу, на ноге у него был только один тапочек. На вопрос об обстоятельствах произошедшего, ФИО1 пояснил, что, закинув мешок с овсом на поддон, он оступился и потерял тапочек с ноги, хотел его надеть, но в это время упал. Была вызвана скорая помощь, которая приехала примерно в 09.30 часов.

Причинами несчастного случая, произошедшего с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, явились: неосторожность ФИО1 при переноске груза, а так же неудовлетворительное содержание и недостатки в организациях рабочих мест, недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, отсутствие должного контроля со стороны работодателя и должностных лиц предприятия за соблюдением исполнителями работ дисциплины труда, требование инструкций по охране труда. Нарушение ст.ст.22, 212 Трудового кодекса РФ ( п.9 Акта).

Лицами, допустившими нарушения требований охраны труда значатся: руководитель ИП ФИО2, который как работодатель, не обеспечивший надлежащим образом контроль по организации работы по охране труда на предприятии. Работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда. Обеспечение безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя. Грузчик ФИО1 не проявил должной осторожности при переносе груза.

Факт грубой неосторожности в действиях ФИО1 не установлен ( п.10).

Согласно выписке из медицинской карты № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что истец в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на стационарном лечении в травматологическом отделении КГБУЗ «Спасской городской больницы» с диагнозом: подвертельный фрагментарный перелом бедра. При выписке из стационара рекомендовано ходить на костылях до 3-х месяцев.

По окончании стационарного лечения истец продолжительное время, до ДД.ММ.ГГГГ находился на амбулаторном лечении, что подтверждается справкой о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве №, по которой истцу также рекомендован перевод на другую работу.

Согласно справке № от ДД.ММ.ГГГГ истцу было показано исключить работы, связанные с нагрузкой на левую ногу сроком на три месяца.

Оценивая доводы истца относительно не проведения с ним инструктажа по технике безопасности ДД.ММ.ГГГГ, суд учитывает, что они опровергаются выпиской из журнала регистрации инструктажа за ДД.ММ.ГГГГ год, в соответствии с которым с ФИО1 был проведен инструктаж по технике безопасности ДД.ММ.ГГГГ, о чем свидетельствует подпись истца в названном журнале, после которого он был направлен для выполнения работ в складское помещение.

Оценивая представленный представителем ответчика дополнительный Акт № о несчастном случае от ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к выводу о критическом отношении к содержащимся в нем выводам о причинах несчастного случая в результате лишь личной неосторожности самого ФИО1 при переноске груза, а так же истце, как единственном лице, нарушившим требования охраны труда, и при отсутствии сведений о результатах внеплановой выездной проверки Госинспекции труда в <адрес>, расценивает его в качестве использования ответчиком способа минимизировать либо исключить ответственность за произошедший на производстве несчастный случай.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о том, что несчастный случай на производстве, произошедший ДД.ММ.ГГГГ, находится в причинно-следственной связи с полученной истцом травмой, в связи с чем, имеются предусмотренные ст.237 Трудового кодекса Российской Федерации основания для возложения обязанности по компенсации истцу морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве ИП ФИО2, который не в полной мере обеспечил безопасные условия труда работника.

Определяя размер компенсации морального вреда, руководствуясь положениями статей 151, 1101 ГК РФ, оценивая степень и характер нравственных страданий истца, связанных с наступлением неблагоприятных последствий, физические страдания в результате полученной травмы и последующего лечения, исключавшего на протяжении 7 месяцев возможность трудиться, а также фактическое трудоустройство истца в качестве разнорабочего, состоявшееся на момент рассмотрения дела, т.е. на условиях тяжелого физического труда, учитывая, что степень утраты профессиональной трудоспособности истца не установлена, принимая во внимание оказание работодателем добровольной материальной помощи в период нахождения истца на лечении, наличия вины в несчастном случае на производстве как работодателя, не обеспечившего безопасные условия труда, так и самого пострадавшего, нарушившего требования безопасности труда, принципов разумности и справедливости, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований и взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в сумме <сумма 3>.

Согласно ч.1 ст.103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден при обращении с иском в суд, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Размер государственной пошлины, подлежащей взысканию с ответчика в доход местного бюджета, в соответствии с требованиями ст.333.19 НК РФ, составляет <сумма 2>.

На основании изложенного, руководствуясь ст.151, 1100, 1101 ГК РФ, ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 – удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в результате производственной травмы в размере <сумма 3>.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 государственную пошлину в доход местного бюджета в размере <сумма 2>.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Приморский краевой суд через Спасский районный суд в течение месяца.

Судья: Т.В.Миначёва