Решение № 2-478/2019 от 5 мая 2019 г. по делу № 2-478/2019

Дело №2-478/2019


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 мая 2019 года Северский городской суд Томской области в составе:

председательствующего Карабатовой Е.В.,

при секретаре Лавриненко А.П.,

с участием истца ФИО1,

третьего лица ФИО2,

представителя ответчика ФИО3 – ФИО4,

рассмотрев в г. Северске Томской области в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3, в котором просил отменить договора дарения от 27.07.2015.

В обоснование исковых требований указал, что 27.07.2015 между ФИО5, ФИО2 и ФИО3 был заключен договор дарения 2/3 доли в праве собственности на квартиру, расположенную по [адрес]. После заключения указанного договора дарения его жилищные права ухудшились, так как до вступления в силу указанного договора дарения его семья в составе пяти человек (ФИО1 - истец, ФИО2 - супруга, дети: Б., В., А.) имела в собственности однокомнатную квартиру площадью 39 кв.м и 1/3 долю в четырехкомнатной квартире площадью 78,5 кв.м. Всего в собственности их семьи была площадь в 65 кв.м (39 кв.м + 26 кв.м), и на одного человека приходилось 13 кв.м жилой площади. После заключения оспариваемого договора дарения за его семьей осталась площадь в 39 кв.м, то есть на одного человека приходится только 7,8 кв.м. Полагает, что таким образом его жилищные права ухудшились в полтора раза. Кроме того, оспариваемый договор дарения был подписан без его согласия в нарушение действующего законодательства.

В ходе рассмотрения дела истцом ФИО1 в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) неоднократно уточнялись исковые требования (21.03.2019, 01.04.2019, 29.04.2019), с учетом всех уточнений исковых требований истец просит признать оспоримый договор дарения от 27.07.2015, заключенный между ФИО3 и ФИО2, ФИО5, недействительной сделкой и применить последствия его недействительности.

Определением судьи Северского городского суда Томской области от 26.03.2019, занесенным в протокол судебного заседания, в соответствии со ст. 43 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО2 и ФИО5

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске, а также в последней редакции исковых требований, в которых истец указал, что все участники дела являются родственниками, ФИО3 – его тёща и мать ФИО2 и ФИО5, а потому подлежат применению положения Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ). Приводя положения ст. 7 СК РФ, считает, что нарушены его права, свободы и законные интересы. Ответчик препятствовала его свободному передвижению в г. Северске, на что он имел полное право как супруг ФИО2, и о данном нарушении его права свидетельствует ограниченное количество временных пропусков в г. Северск. Кроме этого, ответчик мешала прописке всей его семьи в [адрес], поскольку ФИО3 и ФИО5, как сособственники указанного жилого помещения, не давали его жене согласие на прописку всех их детей и его (ФИО1). При оформлении пособий на трех детей его жене ФИО2 сказали, что для получения пособия все члены семьи должны быть прописаны в одном месте. От ФИО3 поступило предложение о прописке всей его семьи в [адрес], а в обмен жена должна подписать оспариваемый договор дарения. Таким образом ответчик пособий получить не даёт в общий доход семьи, свободно использовать собственность в г. Северске не даёт, обманывает и нарушает его права. Он, как и его жена и дети были зарегистрированы по [адрес], после подписания его женой договора дарения, в более худших условиях, чем это было до прописки там. Ранее он был зарегистрирован в четырех комнатной квартире по [адрес], его жена в четырехкомнатной квартире по [адрес]. 01.06.2016 к ним по месту регистрации в пос. Иглаково пришли органы опеки и сказали, что по данному адресу условия жизни для многодетной семьи являются недостойными, а достойными условиями жизни им не дала сделать ответчик ФИО3, которая является собственником дома и земельного участка по данному адресу. Таким образом, жилищные условия его семьи после заключения оспариваемого договора дарения резко ухудшились, и этим были нарушены его права, данные ему ст. 7 и 34 Конституции Российской Федерации. Просил доводы, изложенные в указанных исках, считать за его пояснения в суде. Дополнительно пояснил, он не давал согласие своей супруге ФИО2 на заключение договора дарения от 27.07.2015. В момент заключения брака он не знал, что у его супруги в собственности имеется доля в квартире по [адрес]. Данный договор дарения от 27.07.2015 был признан оспоримой сделкой решением Северского городского суда Томской области от 03.10.2018 в связи с чем, на основании ст. 61 ГПК РФ, он освобожден от доказывания факта оспоримости данного договора, который нарушает его права и законные интересы. Он вносил улучшения в данную квартиру, помогал с ремонтом. Нарушение его имущественных прав состоит в том, что результате заключения оспариваемого договора дарения его жилищные условия ухудшились в 1,5 раза. Он оспаривает договор дарения по основаниям ст. 166 ГК РФ. Представленный стороной ответчика договора оплаты юридических услуг не подтверждает оплату услуг ответчиком своему представителю в размере 15000 руб. и является подложным, так как в нём нет печати, не представлена квитанция о получении денежных средств, не представлен акт выполненных работ. Представитель ответчика вводит суд в заблуждение, все объяснения представителя ответчика не связаны с рассматриваемым делом.

Представитель ответчика ФИО3 – ФИО4, действующий на основании доверенности ** от 08.09.2016, сроком на пять лет (л.д. 23), в судебном заседании просил иск оставить без удовлетворения как необоснованный. Пояснил, что согласие истца, как супруги ФИО2, на совершение оспариваемой сделки не требовалось, поскольку это не установлено законом. Сделка между ФИО2 и ФИО3 – это их волеизъявление. Права истца и его интересы данной сделкой не нарушены. ФИО1 является ненадлежащим истцом. Доказательств того, что в квартиру им были внесены улучшения, в связи с чем, стоимость квартиры изменилась, истцом представлено не было. Оснований для признания указанной сделки недействительной истцом не указано, требования истца выражены неграмотно. В случае отказа в иске просил взыскать с истца в пользу ответчика расходы по оплате услуг представителя в размере 15000 руб.

Ответчик ФИО3, была извещена надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явилась, об уважительных причинах неявки суд не известила и не просила рассмотреть дело в её отсутствие.

Третье лицо ФИО2 в судебном заседании исковые требования просила удовлетворить, пояснила, что оспариваемый договор дарения от 27.07.2015 она подписала, поскольку они с ФИО3 договорились, что взамен её (ФИО2) доли в указанной квартире ответчик передаст ей в собственность дом с земельным участком по [адрес]. Однако, ответчик дом ей в собственность не передала, в связи с чем считает, что договор дарения заключен путём обмана. Поведение матери ей не понятно. Считает указанный договор дарения незаконной сделкой.

Третье лицо ФИО5, была извещена о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явилась, сведения о причинах неявки не представила.

Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, суд счёл возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика ФИО3, третьего лица ФИО5

Заслушав объяснения истца ФИО1, представителя ответчика ФИО3 – ФИО4, третьего лица ФИО2, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Статья 9 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) устанавливает, что граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В силу ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Пунктом 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по смыслу ст. 153 ГК РФ при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

Согласно п. 3 ст. 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

Пунктом 1 ст. 421 ГК РФ определено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Часть 2 ст. 209 ГК РФ предусматривает право собственника по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие прав и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В силу пунктов 1, 2 ст. 423 ГК РФ договор, по которому сторона должна получить плату или иное встречное предоставление за исполнение своих обязанностей, является возмездным. Безвозмездным признается договор, по которому одна сторона обязуется предоставить что-либо другой стороне без получения от нее платы или иного встречного предоставления.

Согласно пунктам 1, 2 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Обещание безвозмездно передать кому-либо вещь или имущественное право либо освободить кого-либо от имущественной обязанности (обещание дарения) признается договором дарения и связывает обещавшего, если обещание сделано в надлежащей форме (пункт 2 статьи 574) и содержит ясно выраженное намерение совершить в будущем безвозмездную передачу вещи или права конкретному лицу либо освободить его от имущественной обязанности.

В силу п. 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Согласно п. 1 ст. 2 Федерального закона от 21.07.1997 №122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное права на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

Пунктом 52 постановления Пленума Верховного Суда РФ **, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ ** от **.**.**** «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке. Поскольку при таком оспаривании суд разрешает спор о гражданских правах на недвижимое имущество, соответствующие требования рассматриваются в порядке искового производства.

В судебном заседании установлено, следует из материалов дела и не оспаривалось сторонами, что третье лицо ФИО2 являлась собственником 1/3 доли в праве собственности на четырехкомнатную квартиру, расположенную по [адрес].

Как следует из свидетельства о заключении брака ** № **, выданного **.**.****, ФИО1 является супругом третьего лица ФИО2, брак с которой им заключен **.**.****.

27.07.2015 между ФИО2, ФИО5 (дарители) и ФИО3 (одаряемая) был заключен договор дарения квартиры, согласно которому дарители безвозмездно передали, а одаряемая приняла в дар 2/3 доли в праве собственности на четырехкомнатную квартиру общей площадью 78,5 кв.м, расположенную по [адрес], условный кадастровый номер **. Указанная доля в квартире принадлежит дарителям на праве общей долевой собственности на основании договора на передачу квартиры в собственность граждан от 23.04.2015, зарегистрированного 13.05.2002 № ** (л. <...>).

Переход права собственности на 2/3 доли в квартире по [адрес] был зарегистрирован 04.08.2015 на имя ответчика ФИО3, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках зарегистрированных правах на объект недвижимости от 21.03.2019 (л. д. 55-58).

Как следует из решения Северского городского суда Томской области от 03.10.2018 по иску ФИО2 к ФИО3 о признании договора дарения ничтожной, недействительной сделкой, суд, оценивая условия оспариваемого договора, пришел к выводу, что сторонами договора соблюдены все существенные условия договора дарения: определен предмет договора, предмет дарения на условиях безвозмездности, договор заключен в письменном форме с соблюдением всех предусмотренных законом требований, предъявляемых к данным видам договоров, в нём имеются личные подписи сторон договора. Факт подписания данного договора ФИО2 не оспаривался.

Указанным решением Северского городского суда Томской области от 03.10.2018 в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3 о признании договора дарения ничтожной, недействительной сделкой отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским дела Томского областного суда указанное решение суда от 03.10.2018 оставлено без изменения, апелляционная жалоба представителя истца ФИО2 – ФИО1 - без удовлетворения.

В силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Таким образом, судом установлено, что оспариваемый договор дарения от 27.07.2015 заключен с соблюдением всех существенных условий договора дарения.

Истец ФИО1, оспаривая данный договор дарения, указывает, что данная сделка совершена его супругой ФИО2 без его согласия (п. 3 ст. 173.1 ГК РФ), совершена под влиянием обмана (ст. 179 ГК РФ), чем были нарушены его права, свободы и законные интересы на достойную жизнь, лучшие жилищные условия.

В соответствии с пунктами 1-3 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно п. 1 ст. 167 ГПК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 2 ст. 167 ГПК РФ).

Согласно пунктам 1 и 3 ст. 173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе. Законом или в предусмотренных им случаях соглашением с лицом, согласие которого необходимо на совершение сделки, могут быть установлены иные последствия отсутствия необходимого согласия на совершение сделки, чем ее недействительность.

Поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа.

В силу пунктом 2 ст. 179 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Кроме того, в статье 166 ГК РФ содержится прямое указание на то, что требование о признании недействительной ничтожной сделки, независимо от применения последствий ее недействительности, может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В силу положений ст. 11 ГК РФ и ст. 3 ГПК РФ обращаясь в суд, истец должен доказать, что его права или законные интересы нарушены, так как судебной защите подлежит только нарушенное право.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, оспаривая сделку, истец ФИО1 должен представить доказательства того, что является заинтересованным лицом и оспариваемым договором нарушены его права и законные интересы.

Однако ответчиком в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено суду относимых, допустимых, достоверных, а в своей совокупности достаточных доказательств, свидетельствующих об обоснованности исковых требований, а также доказательств того, что оспариваемой сделкой были нарушены его права или законные интересы.

Так, доводы истца ФИО1 о том, что он ничего не знал об оспариваемой сделке на момент её заключения и не давал согласия супруге на её заключение, суд признает не обоснованными, поскольку в данном случае при заключении договора дарения не требуется получение согласия третьего лица, поскольку ФИО2 в момент совершения сделки была совершеннолетней, являлась собственником доли в спорной квартире, и как собственник данной доли в праве она реализовала свои права, предоставленные ей статьей 209 ГК РФ, выразив свою волю, а именно ФИО2 безвозмездно подарила указанное имущество ФИО3 В свою очередь, ФИО1 собственником спорной квартиры никогда не был, и как следует из договора дарения квартиры от 27.07.2015, стороной договора дарения не являлся, следовательно, его (ФИО1) права и законные интересы оспариваемой сделкой не нарушаются.

Доводы истца ФИО1 о том, что ухудшились его жилищные права, поскольку он и третье лицо ранее были прописаны в четырехкомнатных квартирах, которые были благоустроенными и пригодными для проживания всех членов его семьи (ФИО1 по [адрес], ФИО2 по [адрес]), однако снялись с регистрационных учетов указанных квартир, и зарегистрировались в [адрес] в недостойные условия жизни для многодетной семьи, судом также признаются необоснованными. Как следует из искового заявления, истец и третье лицо добровольно и осознанно снялись с регистрационных учетов указанных выше четырехкомнатных квартир с целью получения повышенных пособий на трех детей, тем самым добровольно распорядились своими жилищными правами, в том числе быть зарегистрированными в указанных квартирах. В квартире по [адрес] истец со своими детьми никогда не проживал, находящимся в ней имуществом не пользовался.

Решением Северского городского суда Томской области от 09.01.2017, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Томского областного суда от 13.04.2018, ФИО1 вместе с ФИО2 и несовершеннолетними А., В., Б. признаны прекратившими право пользования жилым помещением, расположенным по адресу[адрес], в связи с тем, что добровольно выехали в другое место жительства, не пользовались правами и не несли никаких обязанностей, связанных с пользованием данным помещением.

Кроме того, как следует из свидетельства о государственной регистрации права ** от 07.06.2013, свидетельств о регистрации по месту регистрации ФИО1 является собственником однокомнатной квартиры, расположенной по [адрес], где и зарегистрирован вместе со своей семьей по настоящее время, то есть его жилищные права оспариваемым договором, как и действиями ответчика никак не нарушаются.

Доводы истца о том, что ФИО3 обманула ФИО2, пообещав взамен оформить на последнюю дом и земельный участок в [адрес], но не сделала этого, уже являлись предметом рассмотрения гражданского дела по иску ФИО2 к ФИО3 о признании договора дарения ничтожной, недействительной сделкой, и согласно апелляционному определению Томского областного суда от 25.01.2019, как и при настоящем рассмотрении дела, истцом не представлено доказательств, подтверждающих наличие указанной договоренности между ФИО3 и ФИО2 Таким образом, истец не доказал, что оспариваемая сделка совершена путем обмана. Кроме того, истцом не представлено доказательств обмана истца ответчиком.

Наличие у истца временных разрешений в г. Северск также не свидетельствует о нарушении ответчиком его прав и законных интересов, поскольку разрешение на въезд в г. Северск обусловлено тем, что данный город находится в ЗАТО, куда требуется разрешение на въезд в случае отсутствия постоянной регистрации в г. Северске. Кроме того, в силу ст. 209 ГК РФ предусмотрено право истца на дачу согласия на регистрацию лиц в своём жилом помещении, и никто не может его принудить к совершению каких-либо действий.

Доводы истца ФИО1 о том, что им внесены улучшения в квартиру по [адрес] на сумму как минимум 540000 руб., являются голословными, документально ничем не подтверждены.

Анализируя изложенное, суд приходит к выводу, что истцом доказательства о нарушении его прав суду не представлены, ввиду чего к кругу лиц, которым в соответствии со статьей 166 ГК РФ дано право на оспаривание спорного договора, ФИО1 не относится.

ФИО1 не является в данном случае заинтересованным лицом и не вправе оспаривать данную сделку, поскольку заинтересованным можно считать лицо, чьи права действительно будут восстановлены в случае приведения сторон недействительной сделки в первоначальное положение.

В рассматриваемом случае приведение сторон в первоначальное положение не наделило бы истца правом, не лишило бы права, что в конечном итоге говорит об отсутствии материально-правовой заинтересованности истца.

Таким образом, оспариваемый договор дарения квартиры от 27.07.2015 не порождает непосредственно для ФИО1 каких-либо прав и обязанностей.

Учитывая вышеизложенное, истец не относятся к числу лиц, имеющих право оспаривать заключенную между ФИО2, ФИО5 и ФИО3 сделку - договор дарения квартиры от 27.07.2015, поскольку в результате совершения данной сделки его собственные права, свободы или охраняемые законом интересы не нарушены.

Ссылка истца ФИО1 на то обстоятельство, что он оспаривает договор дарения по основаниям ст. 166 ГК РФ, является несостоятельной, поскольку в ст. 166 ГК РФ содержится понятие недействительной сделки и определен круг лиц, которые могут предъявлять требования о признании сделок недействительными (о применении последствий недействительности ничтожной сделки). Никаких конкретных оснований недействительности сделки в данной статье не указано, она имеет отсылочный характер.

Руководствуясь вышеприведенными нормами права, оценив в совокупности представленные сторонами доказательства по правилам ст. 56, 57 ГПК РФ, суд приходит выводу об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований ФИО1, поскольку в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ стороной истца ни при подаче иска, ни в ходе рассмотрения дела, не представлено суду объективных, достаточных и достоверных доказательств тому, что при заключении договора дарения между ФИО2, ФИО5 и ФИО3 были нарушены права или охраняемые законом интересы истца, в том числе, что эта сделка повлекла для него неблагоприятные последствия. Обстоятельств, свидетельствующих о нарушении требований закона при совершении сделки дарения, судом установлено не было. Иных правовых оснований для оспаривания данной сделки и признания ее недействительной истцом не приведено.

Разрешая требования ответчика ФИО3 о взыскании с истца ФИО1 расходов по оплате услуг представителя в размере 15000 руб., суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Из ст. 94 ГПК РФ следует, что к издержкам, связанным с рассмотрением дела, в том числе относятся: расходы на оплату услуг представителей; другие признанные судом необходимыми расходы.

На основании ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно ч. 1 ст. 48 ГПК РФ граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.

Лица, заинтересованные в получении юридической помощи, в соответствии со статьями 1, 2, 421, главой 39 Гражданского кодекса Российской Федерации вправе самостоятельно решать вопрос о возможности и необходимости заключения договора возмездного оказания правовых услуг, избирая для себя оптимальные формы получения такой помощи, в том числе путем согласования взаимоприемлемых условий ее оплаты.

В пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (п.11).

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (п.12).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле (п.13).

Учитывая, что судом в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки отказано, то требование ответчика ФИО3 о взыскании с истца ФИО1 расходов по оплате услуг представителя является законным и обоснованным.

Ответчиком ФИО3 понесены расходы на оплату услуг представителя в размере 15000 руб., что подтверждается договором об оказании юридической помощи от 05.03.2019, заключенным между ФИО4 и ФИО3 Указанный договор ФИО3 не оспорен, не расторгнут, оснований сомневаться в его действительности у суда не имеется.

Кроме того, ФИО4 осуществлял представление интересов ответчика при рассмотрении настоящего гражданского дела на основании доверенности ** от 08.09.2016, сроком на пять лет (л.д. 23).

Определяя размер расходов на оплату услуг представителя, подлежащих взысканию с ФИО1 в пользу ФИО3, суд учитывает, что представитель оказывал ответчику юридическую помощь по представлению её интересов в суде по настоящему делу, что и являлось предметом их с ФИО4 договора, участвовал в двух судебных заседаниях (23.04.2019 и 29.04.2019).

Учитывая конкретные обстоятельства дела, характер спора, ценность подлежащего защите права, исходя из разумности пределов, с учётом соотносимости понесённых расходов с объёмом защищаемого права, суд считает возможным взыскать с истца в пользу ответчика в возмещение расходов по оплате услуг представителя 10 000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО3 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 расходы по оплате услуг представителя в размере 10000 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Томский областной суд через Северский городской суд Томской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Е.В. Карабатова

УИД: 70RS0009-01-2019-000273-11