Решение № 2-2255/2019 2-2255/2019~М-1655/2019 М-1655/2019 от 4 июня 2019 г. по делу № 2-2255/2019

№2-2255/2019

24RS0002-01-2019-002144-90


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

05 июня 2019 года г. Ачинск Красноярского края,

ул. Назарова, 28-Б

Ачинский городской суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Большевых Е.В.,

с участием истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

при секретаре Шлушните С.Г.,

рассмотрев открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд к ФИО2 с иском о взыскании компенсации морального вреда. Свои требования мотивирует тем, что ей принадлежит на праве собственности садовый участок <адрес>. С мая 2018г. на ее участке в садовом домике сосед ФИО3, которому принадлежит участок №, пишет и оставляет ей записки непонятного, угрожающего, религиозного характера. Полагает, что эти записки содержат оскорбления в ее адрес. Кроме того, ответчик ставит у нее на участке деревянные кресты, проводит ритуальные обряды, разбивает оконные рамы, протыкает и рвет целлофан, вытаптывает цветы, чем причиняет и материальный и моральный вред. Истица неоднократно пыталась поговорить и с ним, и с его женой, обращалась в полицию, в прокуратуру, однако ФИО2 свои действия не прекратил. <данные изъяты> У истицы имеются доказательства действий ответчика: собственноручно написанное им письмо в ее адрес и фотографии того, что ответчик делает на ее участке. Указывает, что действиями ответчика в связи со всем изложенным ей причинен моральный вред, который выразился в длительных нравственных страданиях. Из-за действий ФИО2 она целый год находится в <данные изъяты>, истица в отчаянии, поскольку постоянно <данные изъяты>, она нервничает, а также вынуждена убирать за ФИО2 то, что она оставляет после себя. На основании изложено просит взыскать компенсацию морального вреда в сумме 60 000 рублей (л.д.3-5).

Истица ФИО1 в судебном заседании на исковых требованиях настаивала, суду пояснила, что с ответчиком и его семьей знакома уже около 20 лет, еще со времени, когда их дети учились в одной школе, а она и супруга ФИО2 - <данные изъяты> состояли в родительском комитете. Несколько лет назад она узнала, что Е-вы ищут дачу и предложила им соседний с ее участок в <адрес> Когда Е-вы заехали на участок, «странности» со стороны соседа она заметила сразу, он часто разговаривал и с нею, и с мужем на религиозные темы, ползал на коленях по земле, оставляя борозды в форме креста. Примерно в 2017г. предложил им с мужем провести обряд очищения участка от грызунов и бесов, они согласились «лишь бы сосед отстал». Тогда ФИО2 пришел в рясе как у батюшки, с кадилом, что-то читал и брызгал на всех воду. Постоянно обвиняет ее в том, что она якобы состоит в секте <данные изъяты>, что не так. С мая 2018г. ситуация усугубилась. На ее участке стали появляться самодельные кресты из досок, веток, по своему и ее забору сосед стал развешивать какие-то тряпки с помойки, проникал в ее садовый домик, где на крышке погреба соорудил кучу из хлама с крестом наверху. На участке периодически появляются какие-то холмики из земли с воткнутыми цветами и камнями, как будто могилы. ФИО4 за сооружением всего этого она не видела, спрашивала соседей, также никто не видела, когда и как он это делает. Но полагает, что это именно он, поскольку никого, кто бы еще мог так поступать в садовом обществе нет. В июне 2018г. у нее на участке под одним из сооруженных ФИО2 крестом в садовом домике было оставлено письмо, которое она приложила в дело. Содержание письма агрессивное, носит угрожающий характер, в нем неуважительное обращение к ней, слова «<данные изъяты>». <данные изъяты> Все указанные действия ответчика и данное письмо, в частности, причиняют ей переживания, она страдает, повышается <данные изъяты>, стоит на учете с <данные изъяты> в поликлинике вынуждена постоянно все прибрать на участке, в связи с чем просит взыскать за переносимые регулярно и систематически моральные переживания денежную компенсацию в сумме 60 000 рублей.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал. Пояснил, что ФИО1 относится к секте <данные изъяты>, которая не зря запрещена в РФ, он же как православный человек пытается оградить себя от соседки, не общаться с «<данные изъяты>», которая не подобающе себя ведет, улыбается ему и «прелестничает». Никаких крестов и могил на участке истицы он делал, она его оговаривает, поскольку не воспринимает его веру. Один раз только он сделал на ее заборе деревянный крест, чтобы огородиться от ее влияния и положил записку, которая имеется в деле. Сделал он это, потому что соседка его довела. Он много раз говорил ей, «<данные изъяты>», а поскольку она ничего не понимает вынужден был написать письмо такого содержания. Считает, что ничем ее в письме не задел и не унизил, просто предупредил, чтобы вела себя подобающим образом. Подтвердил, что как-то по просьбе соседке проводил у нее на участке обряд очищения от бесов, которые «<данные изъяты>», у него есть ряса, он пишет иконы, был благословлен на это церковью. <данные изъяты>

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, суд полагает предъявленные требования подлежащими удовлетворению в следующем объеме и на основании следующего.

Право на защиту доброго имени закреплено в ст. 23 Конституции РФ.

Статья 12 ГК РФ в качестве способов защиты гражданских прав предусматривает в том числе компенсацию морального вреда.

Согласно ст. 150 ГК РФ, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как установлено по делу, ФИО1 является собственником земельного участка №<адрес>, ФИО2 владеет садовым участком № в указанном садовом обществе. Стороны данные обстоятельства подтвердили.

Со слов истицы в мая 2018г. на ее участке ФИО2 возводятся кресты из различных досок, тряпок, веток и прочего, холмики земли, напоминающие могилы, с возложенными к ним цветами. Ответчик регулярно и систематически наносит повреждение ее имуществу: засыпал выгребную яму на участке, оторвал дверь садового домика, ломает цветы, выбивает стекла в садовом домике, сопровождая все это указанными сооружениями. После того, как она несколько раз убирала участок, стала фотографировать все с целью обращения в правоохранительные органы (л.д.14-20).

Такое обращение со стороны истицы в МО МВД России «Ачинский» последовало 29.06.2018г. (л.д.37).

Определением участкового уполномоченного полиции от 27.09.2018г. в возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренного ст.7.17 КоАП РФ в отношении ФИО3 было отказано на основании п.6 ч.1 ст.24.5 коАП РФ – за истечением сроков давности привлечения к административной ответственности (л.д.36).

При этом какие-либо доказательства причастности ФИО5 к причинению ущерба ФИО1 в данном материале отсутствуют, место совершения правонарушения не осматривалось, ФИО2 не опрашивался.

Сама истица полагает, что все описанные выше повреждения могли быть причинены только ответчиком по изложенным в ее пояснениях мотивам. Аналогичное предположение поддерживает и ее супруг <данные изъяты> допрошенный в судебном заседании. При это очевидцами причинения вреда ФИО2 они не являлись и таковых не знают.

Сам ФИО2 данные обстоятельства категорически отрицал, пояснял лишь, что единожды на участке ФИО1 воздвиг крест и оставил записку, имеющуюся в материалах дела. Его супруга <данные изъяты> причастность ответчика к повреждению имущества на садовом участке истицы категорически отрицала, указывала, что все это домыслы, истица с ответчиком не сходятся в вопросах веры, ответчик из запрещенной секты <данные изъяты>, постоянно обвиняет ее мужа в каких-то якобы им сооруженных крестах, могилках, что действительности не соответствует. Пояснила также, что, несмотря на выставленный врачами диагноз мужу «<данные изъяты>», не считает мужа больным <данные изъяты>, поскольку дома, в семье, он никакой агрессии не проявляет, в лечении он не нуждается, и вообще в этом году они в садовом обществе взяли в аренду и обрабатывают совершенно другой участок, подальше от истицы, которая «может радоваться, что захватила их землю».

При таких обстоятельствах, у суда отсутствуют доказательства причинения ущерба и совершения указанных действий со стороны ФИО2, поскольку прямых доказательств судом не добыто, стороной истца, на которую возложено бремя доказывания данного обстоятельства они не представлены. Показания самих сторон и свидетелей направлены на поддержание версии каждого из них, противоречивы, в связи с чем применительно к данным обстоятельствам, единичный факт сооружения креста, который признал ответчик, сам по себе какого-либо негативного воздействия на истицу, по мнению суда, нести не может, в связи с чем судом в удовлетворении предъявленных требований отказано.

Вместе с тем, судом установлено, что в июне 2018г. ФИО2 на садовый участок №<адрес> было подброшено письмо, адресованное ФИО1, имеющееся в материалах делах (л.д.9-10). Написание данного письма ответчик подтвердил, четко указав, что писал его именно он, адресовал его содержание ФИО1, которая «его достала».

Анализируя содержание данного письма, суд полагает, что требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда полежат удовлетворению в данной части, поскольку его содержание нарушает личные неимущественные права истицы, в частности, застрагивает ее доброе имя.

Разрешая настоящий спор, суд полагает, что доброе имя следует понимать как индивидуализацию репутации гражданина, т.е. внешнее проявления общественной оценки личности, совокупность положительных качеств личности, отраженных в общественном сознании, положительную оценку человека как члена общества. Само понятие закреплено законодателем не только в Конституции РФ, но и отражено среди нематериальных благ в общих положениях ГК РФ, подлежащих судебной защите и предусматривающих возможность взыскания компенсации морального вреда при его нарушении.

Содержание письма ФИО2, адресованного ФИО1, носит явно негативный характер, в нем прослеживается словесная агрессия, характеристика истицы со стороны ответчика в виду указания на ее личностные качества: «<данные изъяты>».

По мнению суда, такое выражение своего негативного отношения ответчика к истице оказало на нее отрицательное влияние, поскольку нарушило безусловное право на доброе имя. Письмо с учетом того, что было оставлено на садовом участке, могло быть прочитано и иными лицами, что унизило бы истицу в глазах иных лиц, помимо явного отрицательного воздействия на ее саму.

Так, ст. 1101 предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из принципа разумности и справедливости, в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда.

Вместе с тем, суд в соответствии с правилами ст. 1100 ГК РФ, из принципа разумности и справедливости, не может согласиться с указанным истицей в судебном заседании размером морального вреда в 60 000 рублей.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из конкретных обстоятельств по делу, в том числе, степени нравственных страданий истицы, вынужденной обратиться в суд для защиты своих прав, степени вины ответчика, который в том числе в ходе рассмотрения данного дела подтверждал свое отношение к истице, допустил нарушение ее прав, в связи чем считает необходимым определить размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию истца в пользу ответчика компенсацию морального вреда в сумме 5000 рублей, отказав в удовлетворении остальной части требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 5 000 (пять тысяч) рублей, в удовлетворении остальной части требований – отказать.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ачинский городской суд.

Судья Е.В. Большевых

Мотивированное решение изготовлено 10.06.2019г.