Решение № 2-4985/2017 2-4985/2017~М-2809/2017 М-2809/2017 от 18 июля 2017 г. по делу № 2-4985/2017

Дело № 2–4985/2017


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 июля 2017 года г. Петропавловск-Камчатский

Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе:

председательствующего судьи Демьяненко Т.А.,

при секретаре ФИО6,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО7,

представителя третьего лица – УМВД России по Камчатскому краю ФИО10,

представителя третьего лица – СУ СК России по Камчатскому краю ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к УМВД России по Камчатскому краю, Следственному управлению Следственного комитета РФ по Камчатскому краю о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование своих требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ дознавателем 2 отделения ОД УМВД России по г. Петропавловску-Камчатскому было вынесено постановление о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 112 УК РФ, по которому он был признан подозреваемым. Данное постановление решением Петропавловск-Камчатского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ было признано незаконным. ДД.ММ.ГГГГ следователем ОВД СО по г. Петропавловску-Камчатскому СУ СК России по Камчатскому краю в отношении него было возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 112 УК РФ по тому же событию. Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ уголовное преследование в отношении него было прекращено по п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления, за ним признано право н реабилитацию. Указал, что в результате уголовного преследования в связи с незаконными действиями органов дознания и на предварительном следствии ему был причинен моральный вред. На момент возбуждения уголовного дела он являлся сотрудником УМВД России по Камчатскому краю. Возбуждение в отношении него уголовного дела послужило причиной проведения внутриведомственной проверки, в ходе которой руководство требовало, чтобы он уволился из органов внутренних дел по собственному желанию. В ходе следствия его неоднократно вызывали для дачи объяснений и производства следственных действий, что занимало большую часть его времени, учитывая, что он являлся сотрудником внутренних дел и продолжал выполнять свои функциональные обязанности, ходил на ночные дежурства, а в связи с участием в следственных мероприятиях не имел достаточного времени для отдыха перед заступлением на службу, что непосредственно сказывалось на состоянии его здоровья и вызывало чувство глубокого расстройства, унижения собственного достоинства, подавленности, у него появилась бессонница, гипертония. Он неоднократно обращался к психологу. Кроме того, в период проведения следствия решался вопрос о назначении его на вышестоящую должность, что стало невозможным ввиду возбуждения в отношении него уголовного дела. Ввиду незаконных действий следственных органов по возбуждению в отношении него уголовного дела ему пришлось обращаться в суд, обжалуя постановления о возбуждении уголовного дела. В связи с незаконным привлечением его к уголовной ответственности просил взыскать с ответчиков в солидарном порядке денежную компенсацию морального вреда в размере 700 000 рублей.

В ходе судебного разбирательства по ходатайству истца была произведена замена ненадлежащих ответчиков – УМВД России по Камчатскому краю, Следственного управления Следственного комитета РФ по Камчатскому краю на надлежащего – Российскую Федерацию в лице Министерства финансов Российской Федерации, ранее имевшего процессуальный статус по делу в качестве третьего лица. МВД России, УМВД России по Камчатскому краю, Следственный комитет РФ, а также Следственное управление Следственного комитета РФ по Камчатскому краю привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц.

Истец в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме по изложенным в иске основаниям. Указал, что работал в органах внутренних дел с 2001 года, полтора года назад вышел на пенсию по выслуге лет. В период проведения следствия по уголовному делу он проходил стажировку на вышестоящую должность инспектора ГИБДД Камчатского края, по окончании которой рекомендации на его назначение на указанную должность не последовало, в связи с чем продвижение по карьерной лестнице стало невозможным и он решил уволиться со службы. Пояснил, что конфликт с потерпевшим по уголовному делу произошел на бытовой почве в связи с причинением побоев его несовершеннолетнему племяннику, у которого были сломаны ребра. Лица, признанные потерпевшими по уголовному делу, вымогали у него деньги за то, что он (истец) якобы причинил вред здоровью потерпевшего Нимашевского, но в его действиях уголовно-наказуемого деяния установлено не было и дело было прекращено. Как полагает истец, на стадии проверки по данному факту следователи СК могли установить данное обстоятельство и не возбуждать в отношении него уголовное дело. В рамках производства по делу его неоднократно вызывали на допросы, с него было взято обязательство о явке по первому требованию. Он испытывал переживания по данному поводу, в результате чего у него поднималось давление, он проходил лечение с диагнозом гипертония. Сообщил суду, что вина в ранее инкриминируемом ему деянии была возложена на его отца ФИО9, в отношении которого уголовное преследование прекращено в связи с истечение срока давности, с чем он не согласен, однако, его отец указанное постановление не обжаловал.

Представитель ответчика - Министерства финансов Российской Федерации ФИО2, действующий на основании доверенности, в судебном заседании требования ФИО1 о компенсации морального вреда полагал подлежащими удовлетворению частично. Размер заявленной ко взысканию компенсации считал завышенным и не соответствующим характеру, объему и степени причиненного истцу вреда. Также отметил, что меры пресечения, предусмотренные ст. 98 УПК РФ, в отношении истца не применялись. Представленные истцом медицинские документы не свидетельствуют о причинении физических страданий именно в результате уголовного преследования. Просил снизить размер компенсации морального вреда в соответствии с требованиями разумности.

Представитель третьих лиц МВД России и УМВД Росси по Камчатскому краю ФИО10, действующий на основании доверенностей, в судебном заседании полагал заявленную ко взысканию сумму компенсации морального вреда завышенной, поскольку следствие по уголовному делу длилось менее года, мера пресечения истцу не избиралась. Отказ в продвижении истца по службе он не связывает с возбуждением уголовного дела, поскольку, как пояснил представитель третьих лиц, после прохождения стажировки работник, как правило, направляется по прежнему месту службы, гарантии того, что его назначат на должность, по которой он стажировался, не имеется. Считает, что доказательств причинения истцу нравственных переживаний или физических страданий в результате уголовного преследования, истцом не представлено, как и доказательств наступления для него в связи с этим негативных последствий.

Представитель третьего лица – Следственного управления следственного комитета РФ по Камчатскому краю ФИО8, действующий на основании доверенности, в судебном заседании полагал, что оснований для удовлетворения требований истца не имеется. Просил исключить Следственный комитет РФ из числа третьих лиц. Пояснил, что расследование уголовного дела в отношении истца в следственном комитете продолжалось 10 месяцев, за это время истец являлся по вызову 3 раза, что не могло способствовать возникновению такого заболевания как гипертония. В отношении истца мера пресечения не избиралась. Указал на то, что имеющиеся материалы давали основания для возбуждения уголовного дела, в рамках расследования которого были установлены обстоятельства его совершения и затем вынесено постановление о прекращении уголовного преследования в отношении истца. Доказательств того, что истцом были перенесены физические и нравственные страдания в результате уголовного преследования, равно как и доказательств, что состояние его здоровья ухудшилось – возникла гипертония, истцом не представлено. Сам факт обращения истца в лечебное учреждение не свидетельствует о приобретении им заболевания вследствие незаконного уголовного преследования. Считает, что из медицинских документов следует лишь, что у истца имеются заболевания, в том числе хронические, но не установлена причина их появления. Не представлено истцом доказательств того, что во время расследования руководство требовало, чтобы он уволился из органов внутренних дел, стало невозможным его назначение на вышестоящую должность. Добавил, что в ходе расследования истец от должности не отстранялся.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы гражданского дела, материалы уголовного дела № в отношении ФИО1, суд приходит к следующему.

В силу ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или должностных лиц.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно положениям ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

В судебном заседании установлено, что постановлением следователя по особо важным делам следственного отдела по г. Петропавловск-Камчатский следственного управления следственного комитета Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ прекращено уголовное преследование в отношении подозреваемого ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 112 УК РФ, по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Указанным постановлением за истцом признано право на реабилитацию.

Согласно ч.1, ч. 2 статьи 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса; осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса; лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры.

В силу ч. 2 ст. 136 УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

В соответствии со ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечении к административной ответственности в виде административного ареста возмещается за счет казны РФ, а в случаях предусмотренных законом за счет казны субъекта РФ или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, в порядке установленном законом.

Исследовав материалы дела, и установив обстоятельства незаконного уголовного преследования по ч.1 ст. 112 УК РФ ФИО1, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований истца о взыскании компенсации морального вреда с Министерства финансов РФ за счет средств казны РФ.

На основании ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ 29.11.2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Аналогичные указания содержатся в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10 от 20.12.1994 года «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда».

Учитывая изложенные истцом обстоятельства, при которых незаконным уголовным преследованием ему причинен вред, при определении размера компенсации морального вреда суд, на основании приведенных выше норм права в их системном единстве с учетом разъяснений, данных в указанных постановлениях Пленумов Верховного Суда РФ, учитывая степень физических и нравственных страданий истца, тяжесть предъявленного ему обвинения, длительность уголовного преследования, которая в совокупности составила более двух лет, считает обоснованным определить размер компенсации морального вреда в сумме 50 000 рублей, поскольку данная сумма с учетом установленных по делу обстоятельств в наибольшей степени отвечает требованиям разумности и справедливости, и не допускает неосновательного обогащения потерпевшего.

При этом суд учитывает, что мера пресечения ФИО1 не избиралась, от работы он не отстранялся, доказательств того, что его не назначили на вышестоящую должность, с целью занятия которой он проходил стажировку, по мотиву возбуждения против него уголовного дела, им суду не представлено, как и доказательств обострения гипертонической болезни по причине переживаний, связанных с возбуждением уголовного дела.

Суд также учитывает и то, что факт его участия в конфликте, по итогам которого уголовное дело было прекращено по нереабилитирующим основаниям в отношении ФИО9, истец не отрицает, тогда как, являясь на тот момент сотрудником органов внутренних дел, он должен был предпринять все меры по недопущению причинения вреда здоровью потерпевшего с целью предотвращения преступления.

При таких обстоятельствах оснований для взыскания в пользу истца денежной компенсации морального вреда в размере 650000 рублей не имеется.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

В удовлетворении требований ФИО1 о взыскании денежной компенсации морального вреда в размере 650 000 рублей отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Камчатский краевой суд через Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья Т.А. Демьяненко